Надежда

Это был необычный день. Во круг горят яркие огни, шумные голоса, алкоголь. Нортон и Елена. На девушке красивое белое платье и приторно садкая улыбка. Лицо мужчины не выражало каких либо эмоций. Он женился на ней. Это нужно было, что бы поддержать статус. Она теперь Огнева и имеет полное право на всё наследство. Всё чего она хотела, добилась. Нортон смутно помнит этот день. Яркие вспышки, улыбки и одни и те же пожелания. Голова кружилась и всё казалось постановкой. До того приторное счастье, что в горле встал комо и тошнота подходила. Василиса не понимала всего этого фарса. Ей было противно от одной только мысли, что Елена станет для мачехой. Ну почему папа не мог жить с мамой? Наивно думала она. Лисса тоже была приглашена на это торжество. Она смотрела в лицо Нортона, пытаясь разглядеть хоть одну эмоцию, но не нашла ничего. Зато в глазах бывшей Мортиновой было всё. Превосходство, злорадство и победа. Одним словом - змея. С этого дня прошло больше двух месяцев. Брак был только для показа. Елена так же жила в Рубиновом Шпиле, хотя в Черновде двери ей были открыты. То то ей не было. Радовала как Василису, так и Нортона. Ничего в их жизни не поменялось. Разве что на людях Огневу приходилось строить из себя любящего мужа, что в прочем выходило не так уж и хорошо. Но в какой то момент всё координально изменилось. Был Совет РадоСвета. Яркая вспышка и перед глазами Елены картина стала размытой. Всеобщий шум заглушился звоном в ушах. Голова закружилась и в конец концов она потеряла сознание. На Ратушу напали. Жертв было не много, всех успели схватить. Но вот только.... Елена очнулась в Черноводе. Она села в кровати. Девушки не помнила ничего, от слова совсем. Ни имени, ни возраста. Она забыла себя. Елена заметила блондина, что сидел в кресле напротив кровати и читал книгу. Услышав шорох, он поднял взгляд и, захлопнув книгу, без энтузиазма произнёс. — Очнулась? — Где я? — У меня — А ты...? Нортон нахмурился. — Ты что, не помнишь? Елена покачала головой. Она не помнила ничего, от слова совсем. С этого всё и началось. Ей предстоял долгий путь. Около трёх дней. Нортон пытался сделать всё, что бы его жена вспомнила, но всё было напрасно. Тогда он кое что понял. Если та действительно ничего не помнит, возможно он исправит её? Буквально соберёт новую Елену, новую личность. Именно этим и занялся Огнев. Он рассказывал, какой была Елена в прошлом, только с плохой стороны, что бы та не захотела больше повторять таких же ошибок. Говорил, что на самом деле они не любят друг друга, а брак только для виду. Что когда то Мортинова ужасно относилась плохо к Василисе, без всякой причине. На этот раз Нортон не стал посвящать девушку в предсказание. Объяснил всё о часодействе и это на удивление она вспомнила. Дальше стал рассказывать Елене, что она очень важная особа, все её уважают, только вот в большинстве случает она вызывает лишь злость и раздражение из за своего холодного отношения к людям. будто те жалкие существа. Елена сидела и слушала его. То, что говорил этот мужчина, было для неё действительно странно. Они не понимала, как это возможно, Что, собственно, вызвало улыбку у него. Всё шло по палну. — Это ужасно. Констатировала девушка, откинувшись на спинку кресла. Она просто не хотела верить в это. — Я подумал, что раз предоставилась такая возможность. может, ты немного изменишься. — Нортон, всё слишком сложно. Я чувствую себя совсем другим, человек. Совсем не похожим на то, что ты говоришь. - Это нормальны. Ты же не виновата. Мы не знаем, вернётся ли к тебе память или нет. Но пока этого не произошло, я хочу тебе помочь стать лучшей версией себя. Елена улыбнулась и кивнула. Почему то верить Эму наслово было легко. Словно тот был для неё гораздо ближе. Каждый новый день был Елены чем - то новым. Для начала Нортон стал учить девушку этикету и светским беседам. Это оказалось гораздо сложнее, чем предполагалось. Она никак не могла запомнить даже основ. Именно тогда он прочувствовал всю сложность характера Елены. Она вела дерзко и всем видом показывала, что ей не нравится эта затея. — Елена! — Это глупо! Голубые и зелёные глаза встретились. В обоих читалась упёртость. Девушка скрестила руки на груди. На какое то время мужчине даже показалось, что прошлая Мортинова вернулась. Та же харизма, та же злая усмешка и этот холодный огонь в глазах. Нортон тоже скрестил руки, смотря на неё с высока. — Ты немедленно сядешь обратно. И будешь слушать то, что я скажу. — Ни за что! — Папа? Их спор прервался. Василиса стояла в дверном проёме. Стояла явная, в шоке. Впервые за эту неделю она видит Елену, и сразу заметны изменения. Никаких причесок и приторных улыбок. Никаких украшений и макияжа. Перед ней стояла просто девушка. вызовом в глазах и никакого подвоха, злорадство и тошнотворной любви. — Василиса? — Что происходит? Елена окинула девочка оценивающим взглядом. Она не знала, как реагировать на присутствие этой особы. Раньше может она и испытывала ненависть, а теперь? Когда Нортон повернулся, что бы прочитать лекцию о том, что подслушивать нельзя, девушка села на край стола. Со скучающим видом она стала рассматривать интерьер. Огнев обернулся через плечо и кинул грозное. — Лена! Та закатила глаза, но всё встала, распрямив плечи. Удовлетворенный, он вернулся к девочке. — Позже объясню. На последок сказал он ей. Василиса всё ещё немного в недоумении ушла. Позже вечером Нортон объяснил дочери, что произошло. Та не поверила и подумала, что это просто очередной палн Елены. Прошло около месяца. Все силы мужчины ушли на что бы научить девушку хоть чему нибудь. Иногда ему приходилось оставлять её одну и уходить на работу. Он всегда переживал, будто та была маленьким ребёнком, может спалить чт то. Но такого никогда не происходило. По приходу домой он заставал Елену в библиотеке или же в саду. Девушка постоянно жаловалась, что устала сидеть в четырёх стенах. Нортон лишь отмахивался и говорил, якобы ей рано ещё выходить в люди. В один из дней Елена ослушалась. Ей ужасно осточертел это замок. Если Мортинове-огневе нельзя выйти, то она останется дома. Девушка сняла обручальное кольцо, оставив на прикроватной тумбочке. Надела брюки, рубашку и сделал лёгкую причёске. Пару штрихов макияжи и... Перед зеркало стоял молодой парень. Красивый с ярко голубыми глазами и чёткими скулами. Этим днём она вышла на улицу. Прошлась по улицам Астрограда. Она чувствовала себя на свободе как рыба в воде. Никто не обращал на неё особого внимания. Прохожий и прохожий. С простыми людьми она весло обменивалась фразами, изменив голос, сделав чуть ниже обычного, с помощью Эфера. Познакомилась с красивым брюнетом. Девушка представилась Алесом. Тот рассказал, что его зовут Нико и он уличный музыкант. И Елена напросилась сыграть хотя бы один раз. Он протянул ей гитару. Старую, потёртую, но с отличным звучанием. На удивление Мортинова умела. Пальцы ловко зажимали струны и брали баре. Музыка в их дуэте звучала ярко и весело, что каждый прохожий улыбался. Елена проявляла всю свою харизму. Она смеялась и веселилась на всю. Уже стало темнеть, и только тогда девушка стала прощаться, но пообещала, что вернётся обязательно. Она наслаждалась осенней атмосферой, когда шла обратно. По возращению домой заметила Лиссу. Взгляд задержался на нё лице. Будто где то уже видела этого человека. Та стояла и разговаривала с Василисой. Обе они смелись. Елена попыталась незаметно поднять к себе на верх, но её остановил холодный мужской оклик. — Стоять Девушка застыла и вздохнула. Быстро вернув голос в норму, она развернулась и состроила улыбку, когда Нортон подошёл ближе, остановившись рядом с Лиссой и Василисой. В голове блондинки пролетела мысль, что те неплохо смотрятся как семья. — Что с твоим внешним видом? И где ты была? Разве я не говорил, что тебе запрещено покидать территорию замка? — Да ладно тебе, Норт, Я всего лишь немного прогулялась. Что в этом такого? — Немного? Тебя не было весь день. Елена отвела взгляд. Сейчас она чувствовала себя ребёнком, который украл печень перед ужином. Лисса еле сдержала смех. Вся эта картина была для неё по настоящему комичной. Учитываю, если она помнила, какой раньше была Мортинова. — Я тебе что, собака? Хочешь на цепь меня посадить и выпускать по команде? Я человек! У меня есть право. — Не утрируй. Елене было до жути обидно. Что она такого сделала? Всего лишь хотела быть свободной. Опять. Лисса не выдержала и тихо засмеялась. — Заткнись! — А то что Леночка? Эмоции Елены сменялись одной за другой. Теперь её охватила злость. Она развернулась, что бы уйти к себе. — Стой — Да пошёл ты! Лисса рассмеялась громче. Елена вела себя как обычный подросток и не капельки не была похожа на ту версию себя, что она знала. Нортон ущипнул себя за переносицу и пробормотал что то себе под нос. Хотел было поднять за ней, но Белая Королева положила руку ему на плечо. — Позволь мне — Ну, удачи! Елена сидела за столом перед окном и лежала на руках. Смотрела в окно теперь уже грустным взглядом. Лисса аккуратно приоткрыла дверь, наблюдая за ней. Тихо вошла и села рядом на кровать. Девушке не обратила на неё никакого внимания совершенно. Так они сидели молча. и эта тишина не была напряженной. Она была уютно. — Елена. Ты же понимаешь, что ведёшь себя глупо. — Глупо то, что Я хочу быть собой. — Но ты Мортинова перебила. — Я не она. Я знаю, это звучит абсурдно, но это так. Я не та, которую вы знаете. Вновь тишина. Огнева смотрит на неё с лёгкой полуулыбкой. Лисса и Елена стали общаться лучше. Они часто проводили время вместе и Нортоном. Попроси ей немного подтянуть ей этикет. Елена всё воспринимала лучше от неё. Они сдружились. Прошло ещё два месяца. Когда Елена впервые появилась на людях с Лиссой, сразу поползли слухи. Версия Елены, которая сейчас находилась перед глазами всех, была новой на была во многом. Так и шло время. Елена вновь продолжила быть директором школы и быть советником в Радосвете. Каждые выходные проводили с Лиссой. Они весело смеялись за чашкой горячего шоколада, гуляли по саду и были счастливы. Мортинова продолжала носить обручальное кольцо, которое совсем не давило. Оно больше было тем, что сдерживает свободу. Теперь она не зависела от Нортон. Тот стал реже появляться дома, но в прочем никто не жаловался. Один раз Елена вернулась с работы. Она застала Василису в слезах в зале. Как выяснилось позже, она поссорилась с Драгоцием. Именно тогда Василиса поняла, что Елена изменилась. Они долго сидели и разговаривали, а позже вечером девочка уснула, положив голову на её колени. Теперь слова мачеха совсем не вызывало тошноту, а лишь любовь. С того дня они много проводили время друг с другом. Василиса доверилась ей, и это было одним из лучших идей. Конец? Да, пожалуй, это было отличным концом. Эта история рассказывала бы о доброе и о том, что каждый человек может быть лучшей версией себя. Хорошая сказки и хороший конец. Любителя стекла. Прошу дочитать это повествование до самого конца. В один из вечеров Астариус пригласил Елену к себе. Он знал, что всё идёт не так, как надо. Это была единственная параллель, которую он может спасти. Но ради этого придётся пожертвовать одной жизнью. Спасти свою шкуру. Так вот. Елена пришла к нему. Они поговорили за чашкой чая, в которую старик подлил зелье. Время шло, и голова Елены закружилась. Как и в то день. Она очнулась в комнате Нортона. Он сидел в кресле, читая книгу, но, услышав шорох, закрыл. И кинула оценивающий взгляд. — Очнулась? — Что ты помнишь? — Собрание, затем шум, люди и всё. Нортон застыл. Астариус принёс её на руках и сказал, что девушка потеряла сознание. Он понял, что произошло. Старик подлил зелье, что бы к Елене вернулась память. Но из за этого она забыла всё, что происходило раньше. Это изменило всё. Вернулась, прошла Елена. Жестокая стерва. Лисса бросала на собраниях грустный взгляд. Она так скучала по той, с котором весело смеялись. Василиса думала, как же это возможно? Ей никто не посвятил в подробности, что же действительно произошло. Она поняла, что Елена ничего не помнит только тогда, когда вновь пришла к ней в слезах, а её только высмеялись и сказали катиться куда подальше. Мир жесток. Жесток автор, который творит этот мор. Жесток тот, кто имеет власть на жалкими душами людей.