Все не случившееся, все произошедшее

Она не собиралась никого ранить, только ослепить. Стражники отпустили оружие, чтобы прикрыть глаза руками. Алина увидела на лице Лизы шок, прежде чем та отвернулась. Алина оглянулась на Дарклинга. Он смотрел на нее, не моргая и не отворачиваясь от яркого света, исходящего от девушки. Девушка не смогла опознать эмоции на его лице. Не гася свет, Алина преломила вокруг них его остатки и, взяв Дарклинга за руку, потянула его вдоль стены. Он покорно бежал за ней, но когда они достигли леса, потянул ее в другую сторону. — Погаси свет, — скомандовал он. Едва двор снова поглотила тьма, Дарклинг завернул их в кокон из теней и повел дальше, сквозь кустарники, цепляющиеся за одежду и волосы. У Малого дворца царил хаос, но звуков погони не было. Дарклинг остановился у огромного дуба и, оглядев окружающий их лес на предмет опасностей, наконец повернулся к Алине. — Кто ты такая? В его голосе было столько чувств. Гнев. Любопытство. Боль. — Ты и так знаешь. Дарклинг мотнул головой. — Я не про твою силу. Кто ты? Откуда ты знаешь мое имя? — Это долгая история, в которую ты все равно не поверишь. Опустив глаза, Дарклинг взял ее за руку и поднял между ними. Провел пальцем по усилителю, посылая по телу Алины разряды тока. — Это русалье, верно? — спросил он. — Один из усилителей Морозова. Алина мягко высвободила свою руку и потянулась, чтобы размотать шарф. У Дарклинга перехватило дыхание, когда он увидел рога. — Поэтому ты и ищешь жар-птицу. Тебе нужны все трое. — Дарклинг провел рукой по лицу. — Я ощущаю себя дураком. Я должен был догадаться, что ты не та, за кого себя выдаешь. — У тебя не было причин сомневаться во мне. Ты искал солдат для своей армии. — Ты говорила мне быть внимательнее к тем, кого я сюда привел, — вспомнил Дарклинг. — А я не послушался. Алина слабо улыбнулась. — Тебе свойственно не делать того, о чем я прошу. Дарклинг прищурился. — Что ты имеешь в виду? Алина заколебалась. Она не знала, как заклинатель отнесётся к правде, которая звучала как бред сумасшедшего. Но Дарклинг был более чем открыт к невозможному и странному. Кто ей поверит, если не он? — Помнишь, ты сказал, что я смотрю на тебя так, будто знаю, но не узнаю? — Дарклинг кивнул. — Я действительно тебя знаю. — Мы уже встречались раньше. Алина едва заметно качнула головой. — Это не совсем верно. Для меня мы встретились почти год назад. Для тебя мы встретимся лишь через несколько сотен лет. Дарклинг нахмурился, но уже через секунду его лицо озарилось. — Лох-Элох, — произнес он название пещеры. Алина так и не смогла ни разу сказать это вслух, но сразу же узнала его. Он знал о пещере. Конечно же он знал. — Не могу решить, хочу ли я знать, что меня ждет, — Дарклинг грустно улыбнулся. — Но раз ты сказала, что будущее гришей всегда будет на кону, то мне не удалось достичь того, о чем я мечтал. — На самом деле, тебе удалось. Просто этого не всегда было достаточно. Дарклинг окинул Алину долгим взглядом. — Значит, мы знакомы почти год? — Да, — Алина намотала шарф обратно на шею и плотнее запахнула пальто. Температура на улице была ниже нуля, и без согревающего солнечного света она начинала дрожать. — И видимо мы были достаточно близки, раз ты знаешь мое имя. Алина неопределенно дернула плечом, отводя взгляд. — Подобное притягивает подобное. Она думала, Дарклинг продолжит задавать вопросы об их отношениях, но вместо этого сменил тему. Он снова посмотрел в сторону Малого дворца, будто мог даже с большого расстояния разглядеть, что там творилось. — Ты собираешься продолжить поиски жар-птицы? — Нет — твердо сказала Алина. В этот раз она была уверена. — Я слишком долго пробыла здесь. Мне пора возвращаться. Заклинатель кивнул. — Я провожу тебя. — Тебе необязательно это делать, — возразила Алина. Она не хотела снова путешествовать в одиночку, но общество Дарклинга сводило ее с ума. Находиться с версией заклинателя, чья душа еще не была полностью испорчена… Желание остаться в прошлом подольше и посмотреть, куда они могут привести Равку, работая на равных, было слишком заманчиво. — Не трать на меня свое время. — Если ты попала сюда через Лох-Элох, то мой мир перестанет существовать, едва ты вернешься в свое время. Не имеет значения, что я буду делать, пока ты добираешься до пещеры, потому что все это просто исчезнет, не оставив и следа в настоящем. Твоем настоящем. Так какой смысл мне возвращаться туда, где меня ждет арест за попытку убийства Апрата, если вместо этого я могу пойти с тобой, дабы убедиться, что с тобой ничего не случиться? Алине не чем было возразить. — Ладно. Только я не совсем понимаю, где мы относительно Ос Альты и в какую сторону нам нужно идти. — Я знаю. — Тогда веди. Дарклинг вскинул бровь. — Посреди ночи? Предлагаю все-таки переночевать в лесу, а на рассвете двинуться в путь. Не бойся за стражу — пока Король не вернется с охоты, они не станут ничего предпринимать. — Дарклинг склонил голову на бок и заговорчески улыбнулся. — Или твоя спешка связана с чем-то другим? Не терпится вернуться домой к более старшей версии меня? Алина вспыхнула и отвернула лицо от Дарклинга. Против воли в памяти вспыхнуло, что ее ждет в настоящем. Боль от утраты друзей и союзников. Немногочисленная команда из потрепанных, измученных гришей и отказников. Безысходность. И заклинатель теней, который после смерти матери окончательно сошел с ума. — Так же сильно как я хочу туда вернуться, так же сильно я хочу остаться здесь, — призналась Алина. Она видела, что Дарклинг не совсем понимает, что она имеет в виду. Что он думал о ее мире? Что они вместе руководят армией гришей и делают мир лучше? Что они женаты, но в размолвке? Или он решил, что Алине пришлось вернуться в прошлое из-за его смерти, и теперь девушка не хочет возвращаться туда, где его нет в живых? — Говорят, — медленно произнес Дарклинг. — Если что-то вызывает в тебе противоречивые чувства, то ты делаешь все правильно.

***

Алина проснулась дезориентированная во времени и пространстве. От земли веяло холодом, а открыв глаза, она увидела потухший костер. Сцены из прошлого пролетели в памяти, как осенние листья: бег по лесу после зимнего бала; скитания в чаще в поисках людей Николая; прятки среди деревьев от гришей Дарклинга, напавших на Прялку. Но это уже было, уже прошло. И в то же время — еще не случилось. Алина осторожно вытянула затекшую ногу, но пошевелилась слишком сильно, и тем самым выдала себя. Рука, перекинутая через ее тело в попытке то ли согреть, то ли удержать на месте, исчезла. Алина обернулась. — Ты уже давно не спишь, — заметила Алина. В глазах Дарклинга не было ни намека на сонливость. — Признаю свою вину. — Тогда почему меня не разбудил? Дарклинг не ответил, но ему и не нужно было. Алина все еще ощущала тепло его тела, плотно прижатого к ее. Она продолжила лежать на промозглой земле, пока Дарклинг вставал и потягивался после ночи в неудобном положении. Валяние среди листьев и хвойных иголок привело к тому, что его одежда помялась, а обычно идеально уложенные волосы торчали во все стороны. Сердце Алины защемило от боли. Если бы только они встретились раньше… То что? Она сделала бы его лучше? Не дала бы ему стать бездушным монстром? Или бы они оба превратились в лавины: смертоносные, несокрушимые, неудержимые? — До пещеры идти минимум четыре дня, — предупредил Дарклинг, протягивая Алине руку. — Разве? Я шла недели полторы до города, где встретила тебя. После этого они вместе добирались до Ос Альты, но по дороге делали крюки, чтобы Дарклинг мог попытать счастье с очередным гришом. Алина смутно представляла, как можно уложить весь путь всего в несколько дней. Дарклинг рывком поднял ее на ноги. — Я знаю короткий путь. — Все-то ты знаешь, — проворчала Алина. Дарклинг улыбнулся, но тут же нахмурился. Поколебавшись, он отпустил руку Алины. — Чем раньше выдвинемся, тем быстрее дойдем, — сказал он. Алина кивнула. И, хотя она была абсолютно уверена, что еще не до конца проснулась, чтобы принимать такие решения, взяла его за руку.

***

— Ты уверен, что здесь безопасно? Они были в маленькой церквушке в забытом Святыми городке. Алина давно перестала понимать, какой дорогой ее ведет Дарклинг, и все что ей оставалось — безоговорочно верить, что он ведет ее к пещере, а не в какую-нибудь ловушку. Это была его идея переночевать в церкви. В самом начале своего путешествия Алина и сама делала остановки в церквушках, но тогда она не была в розыске за покушение на жизнь Апрата. — У Апрата не такое большое влияние, как ты могла бы подумать, — тихо ответил Дарклинг, помогая Алине расстелить на полу одолженные одеяла. Алина пробурчала что-то невразумительное. Она не могла забыть длинные туннели и Белый Собор, ставшие ее тюрьмой, пока девушка была лишена своих сил. — Все в порядке? — спросил Дарклинг, всматриваясь в ее лицо. Мысли о Белом Соборе воскресили также воспоминания о том, по чьей вине Алина там оказалась. — Ага, — голос Алины звучал неестественно радостно. Она порадовалась, что Дарклинг не стал дальше задавать вопросы. Они легли на тонкое одеяло в самом дальнем углу церквушки. Они пообещали священнику, что покинут его владения с первыми солнечными лучами, но Алина чувствовала себя слишком уставшей, чтобы выполнять обещание. — Ты больше не задаешь вопросов о будущем, — заметила Алина. — Неужели тебе не любопытно? Узнать, что будет с Равкой, с гришами? — Это все равно не будет иметь никакого значения, как только ты уйдешь, — Дарклинг положил под голову ладонь и прикрыл глаза. — И у меня сложилось впечатление, что ты не особо хочешь об этом говорить. Алина легонько толкнула его в плечо. Дарклинг направил на нее взор своих серых глаз. — Спрашивай, — разрешила она. Дарклинг долго не говорил, и Алина уже решила, что он так и не задаст вопрос. Однако затем заклинатель вытянул руку и коснулся ее волос. — Что случилось? Алина замялась. Не на этот вопрос она рассчитывала услышать. Дарклинг невесело усмехнулся. — Как я и сказал: ты не очень-то хочешь об этого говорить. По крайней мере, со мной. — Скорее о тебе. Дарлинг помрачнел. — Так это случилось из-за меня. Алина перекатилась на спину и посмотрела наверх. От горящих свечей по потолку плавно двигались тени. Свет и темнота. Противоположности, которые не могли существовать друг без друга. — Ты хотел, чтобы я встала на твою сторону, — сказала Алина, с болью вспоминая тот день. — Но я не могла этого сделать. — Почему? — Любопытство в голосе Дарклинга смешалось с тревогой. — Ты… сделал мне больно. Ты использовал меня, утаивал от меня важную информацию, без которой я принимала неверные решения. А когда я обо всем узнала и отказалась помогать тебе, угрожал дорогим мне людям. Алина повернула голову. Дарклинг лежал лицом к ней, но его взгляд был направлен в пустоту. — Так мне были нужны твои силы, — пробормотал Дарклинг, думая о чем-то своем. Алина вспомнила свои визиты к нему, когда она была в Белом соборе, и позже, в Прялке. «Я думаю, что ты боишься нашей связи.» — Дело было не только в моей силе. Дарклинг наконец посмотрел на нее. — Ты раскрыл мне свое имя, — напомнила Алина. — Хотя, быть может, сейчас ты скажешь мне, что всегда раскрывал его девушке, безуспешно пытавшейся тебя убить. — Никогда. — Может, эта привычка появится у тебя позже. Алина хотела пошутить, но Дарклинг даже не улыбнулся. — Эй, — тихо позвала она. — Я не серьезно. — Ты ненавидишь меня. Алина почувствовала, как опасность сжимает ее в тиски. — Я испытываю к тебе сильные чувства, — сказала она. — Но это не всегда ненависть. — Но почему? Почему ты продолжаешь искать во мне что-то хорошее, если я плохо поступил с тобой и твоими близкими? Алина задумалась. — Я тоже не святая. И… когда мы встретились, ты уже прожил долгую, очень долгую жизнь, полную на горе и несчастья. Я никогда не оправдывала твоих поступков, но я не могу перестать думать о тебе как о гениальном мальчике, родившемся не в то время. У тебя была мечта, и ты шел к ней. Долго, мучительно, но ты никогда не сдавался. Ты делал все правильно, но в какой-то момент этого стало недостаточно, и ты выбрал путь насилия и обмана. Я ненавижу ту версию тебя, которую встретила. Но также люблю ту версию тебя, которой ты мог бы стать. Дарклинг резко придвинулся к ней, но замер в миллиметре от губ Алины. Она ощущала на своем лице его дыхание, а телом — исходящее от него тепло. — Если я тебя поцелую в церкви, это будет считаться оскорблением Святых? — задумчиво спросил заклинатель. — Ну, мы целовались в часовне, причем довольно жарко, и вроде как еще оба живы. И прежде чем Дарклинг мог найти еще хоть одну причину для воздержания, Алина обхватила его за шею и притянула к себе.

***

Дарклингу пришлось долго тормошить Алину, прежде чем она начала шевелиться, хотя даже и не попыталась открыть глаза. Девушка смутно помнила, что они обещали уйти на рассвете, но ее организм был совершенно против этой идеи. — Алина, — заклинатель протянул ее имя, продолжая тормошить за плечо. Алина отмахнулась от него. — Мне самому не нравится будить тебя в такую рань, но священник разрешил нам переночевать здесь на определенных условиях, и вряд ли он обрадуется, если зайдет в церковь и увидит, что мы по-своему трактовали его слова «спать на полу». До Алины медленно дошел смысл сказанных Дарклингом слов. Ее словно окатили холодной водой. Алина распахнула глаза и повернулась, придерживая у груди тонкое одеяло. Дарклинг уже оделся и теперь наблюдал за Алиной с насмешкой в глазах. — Следи за дверью, — пробурчала Алина, подвигая к себе нескладную кучку со своей одеждой и ныряя под одеяло, чтобы одеться. Какая-то ее часть вопила, что Алина совершила ошибку. Другая часть — видимо, та же, которая была ответственна за решение отправиться в прошлое — без конца повторяла, что Дарклинг из прошлого скорее Александр, нежели Черный Еретик, и поэтому нельзя сказать, что Алина переспала со своим врагом, поскольку он таковым еще не является. Впрочем, была еще и третья часть, совсем маленькая: она просто не могла поверить, что Алина в принципе переспала хоть с кем-то, да еще и в церкви. — Ты готова? — спросил Дарклинг, когда Алина закончила собираться. — Нет, но если у тебя нет идеи как я могу добираться до пещеры и при этом спать, то готовее я не стану. — Я могу понести тебя на руках. — Кажется, мы решили не доводить священника до инфаркта. Когда они вышли из церкви, Дарклинг забросил руку на плечи Алины. Девушка приникла к нему, впитывая все его тепло и заботу, пока могла.

***

Алина наложила вето на ночевки в церквях — в основном потому, что не была уверена, что святые не решат отомстить им за злоупотребление гостеприимством, так как на это Алина накладывать вето не стала. — Тебя пугают Святые, но не дикие животные, которые могут здесь водиться, — заметил Дарклинг одним ранним утром, извлекая Алину из одеял и еловых иголок. — Против диких зверей спасает призыв света. А что спасает от Святых? — Никогда об этом не задумывался. Движения Алины замедлились. Дарклинг сразу понял, в чем дело. — У меня с Лизой ничего не было, — сказал он. — Верю. — Тогда что тебя беспокоит? — Ты говоришь про сейчас, — напомнила Алина, заплетая волосы. — Но до нашей с тобой встречи еще очень много лет. Дарклинг собрал их немногочисленные пожитки. — За будущее, даже свое, к счастью или к сожалению, я отвечать не могу. И, наверное, стоит также отметить, что хотя у меня ничего не было с Лизой, это не значит, что я жил монахом. — Это я уже заметила, — буркнула Алина, запрещая себе краснеть. Ее мысли уже вокруг другой темы. Она попробовала отложить ее в долгий ящик, пока не вернется в свое время, но мозг просто так не отключишь. Что-то подсказывало ей, что в отношениях Лизы и Дарклинга может крыться важный ключ, секретное оружие, которое позволит им победить заклинателя. Но все это могло подождать, пока она не вернется в то время, где Дарклинг был ее врагом, а не другом.

***

Солнце клонилось к горизонту, поэтому Алина практически не обратила внимание, когда Дарклинг внезапно остановился. — Хочешь сделать здесь привал? — спросила она, рассеянно оглядывая местность. Ряды деревьев были редкими, где-то рядом заканчивался лес. Не самое укромное место для ночлега. Дарклинг колебался. Он нахмурился, глубоко вдохнул, принимая какое-то решение, и кивнул в ту сторону, где просвет между деревьями был наиболее заметен. — Мы почти дошли до пещеры. Алина замерла, когда до нее дошел смысл его слов. Они дошли. Уже через несколько часов, а может, даже меньше, она вернется к друзьям. Без информации о жар-птице и Морозове, с еловыми иголками в волосах и разбитым сердцем. Не так она себе это представляла. — Сделаем привал? Дарклинг обернулся. — Мы почти рядом. — Я устала. Но заклинатель не повелся на ее уловку. — Ты тянешь время. Алина позволила их взглядам пересечься. — Разве что самую малость. Потянувшись, Дарклинг взял ее за руку и потянул дальше. Они не говорили, и напряжение между ними росло обратно пропорционально оставшемуся до пещеры расстоянию. Алина уже видела каменный свод, за которым начинался путь во мрак. Солнце уже давно село, и Алина освещала дорогу маленькой солнечной сферой. Каждый раз, когда Дарклинг сильнее сжимал ее руку, сфера начинала гореть чуть ярче. Нужно было сказать что-то на прощание, Алина это знала. Слишком многих она потеряла, не имея возможности признаться им, как сильно они были ей дороги. Сейчас у нее, был такой шанс, но слова таяли на кончике языка. Поэтому она встала на цыпочки и запечатлела на губах Дарклинга последний поцелуй. — Как странно прощаться с тобой, зная, что в скором времени снова тебя увижу, — сказала Алина, слегка отстранившись от Дарклинга. Его руки сжались на ее талии. — Вот только эмоции у тебя будут другие. Алина крепко обняла заклинателя, прежде чем отпустить. Она шагнула назад. — Мне придется оставить тебя без света, — предупредила она. Дарклинг пожал плечами. — Я привык жить в темноте. Удачи, Алина. Алина посмотрела на него в последний раз, который на самом деле не был последним. А затем отвернулась и пошла к пещере, шаг за шагом, как бы тяжело или легко это ни было.