Поговори со мной

Разгорающееся весеннее солнце только начинало вступать в силу, его закатный луч легко проник внутрь апартаментов, на прощание освещая распластавшегося на диване мужчину. Тот уже задремал, но сильные бледные руки, торчащие из-под форменной черной сорочки, крепко держали младенца, закутанного в светло-голубое одеяло. В отличие от отца, младенец проснулся, тут же потянул крохотные розовые ручки вверх, принялся возмущенно кряхтеть: как это на него не обращают внимания?! Приор Инквизиции вздрогнул, темно-карие, почти черные глаза сразу устремились на сына, проверить, как он, но, едва мужчина поднял взгляд, то сразу же расслабился, улыбнулся — ребенок перекочевал в не менее заботливые женские руки. — Иво, осторожно, волосы… — предупреждающе сказала Лу, но было уже поздно — Феликс схватил отца за одну из множества черных прядей, потянул на себя. — Какой цепкий. — слегка шипя, улыбнулся Иво, осторожно разжимая детский кулачок, чтобы освободиться. — У мамы нахватался. Лу хмыкнула, прижала сына к себе, отчего тот расплылся в улыбке. Девушка посмотрела на мужа, прищурилась — последствия ночных «концертов» Феликса отразились и на нем: под глазами пролегли синяки, вид был более уставшим. «А ведь он еще и работает» — промелькнула в голове Лу мысль. Иво поднялся, встал за спиной Лу, приобнял ее, нежно зарылся в ее волосы. Лу прикрыла глаза от удовольствия, с наслаждением вдохнула родной сладковато-древесный аромат. Феликс, заметив черные пряди отца, снова потянулся к ним, но мама вовремя остановила сына, спасая шевелюру Мартена от очередной атаки. — Иди спи, Иво. Я справлюсь. Покормлю и буду укладывать. — Лу неохотно отодвинулась от любимого мужчины, разрывая объятия. — Лучше ты. И так сидишь с ним весь день. Отдохни. — Иво улыбнулся, погладил Лу по плечу. — А ты работаешь. — напомнила Лу. — Спасибо, что помогаешь. Наконец-то вымытая голова открыла второе дыхание, я продержусь. — Разумеется, помогаю. — уже более серьезно ответил Иво. — Это наш сын, сидеть взаперти с младенцем весь день тяжело, даже для такой сильной, невероятной девушки и потрясающей матери как вы, мадам Мартен. Лу усмехнулась, шутливо закатила глаза. — Мама и Малая завтра его заберут. Порываются взять на ночь, но, посмотрим, выдержат ли они день с Феликсом. Поначалу Лу гордо отказывалась от услуг нянек (от вездесущего Йонаса и Кея было не избавиться), слишком дорожила, боялась за сына. Слишком свежи были воспоминания от чуть не случившейся трагедии. Лу помнит, как резал глаза больничный свет, когда она очнулась. На третий день после аварии. Как она испугалась, когда ощутила внезапную пустоту внутри, вместо малыша. Девушка резко села, отчего тут же заболели свежие швы и помутнело в глазах. — Лу, все хорошо. Лу, слышишь меня? — руки Йонаса обхватили ее, мягко уложили обратно. — Ты в больнице. Ты в безопасности. С малышом все хорошо, он в детском отделении. — Он? — Лу уставилась на друга. — Да, Лу. У тебя родился сын. Поздравляю. — Йонас по-глупому улыбнулся. — Где он? Отведи меня к нему, Йонас… — псионичка снова попыталась встать, но хилер ее остановил. — Стоп-стоп. Тебе пока нельзя подниматься, швы не зажили. С ребенком все хорошо. Позвать Иво? Он пару минут назад вышел, пошел к малышу. Лу кивнула, пообещала лежать, и друг пулей вылетел из палаты. Девушка не успела моргнуть, как на пороге материализовался Иво. Мужчина выглядел так, будто бы не ел и не спал неделю точно. Карие глаза беспокойно оглядывали Лу, в два шага он оказался рядом. — Лу… — тихо выдохнул Иво, сжимая ее ладонь. Мартен сел возле кровати, нежно водил пальцами по ее руке. — Ты очнулась. — Что произошло? — Авария. Водитель погиб на месте, тебя в тяжелом состоянии доставили в больницу, провели экстренное кесарево сечение… — Иво помрачнел, осторожно коснулся места, где были швы. — С нашим сыном все хорошо. За твою жизнь врачи боролись несколько часов… Лу кивнула, ласково коснулась волос Иво, провела ниже, по шее. — Я боялся, что потеряю тебя. — тихо сказал Иво, положив голову ей на колени. — Я … — Т-шшш. Все хорошо. Я здесь. Мы здесь. — шепнула Лу, продолжая гладить Иво. На следующий день врачи разрешили родителям побыть с младенцем: медицинский бокс с ребенком привезли в палату Лу. Иво осторожно, до жути боясь сделать больно, поднял малыша, улыбнулся. Лу не смогла сдержать смеха: весь в черном суровый глава Инквизиции млеет перед крохотным розовым младенцем, барахтающемся у него в руках. — Осторожно. Вот так. — Иво передал малыша Лу. Девушка тут же прижала его к груди. — На тебя похож. — спустя несколько минут сказала она, баюкая младенца. Иво легко коснулся детской ручки, словно не веря, что, наконец-то, увидел сына. — Как назовем? — спросил мужчина. — У меня есть только антирейтинг. — ухмыльнулась Лу. — И кто же на первом месте? — приподнял бровь Иво. — Это было сложное соревнование между «Жан-Франсуа» и «Гектор». Так что оба. — Как вы беспощадны, мадам Мартен. — Иво поцеловал жену в щеку. — Так и быть, я сохраню это в тайне. Как насчет «Луи»? — О, нет. Точно нет. «Луи» на втором месте в моем антирейтинге. — скривилась Лу. Они спорили несколько дней, вскоре к ним подключились друзья. В финал вырвалось два фаворита: «Давид» и «Феликс». Первое больше нравилось Иво, но Лу считала его странным, даже и с ярким представителем в виде какого-то древнего царя. «Феликс» значило «счастливый, везучий», что, в целом, отражало историю появления на свет их сына. От начала и до конца. Феликс вполне себе бодро теребил ногами и руками, так и пытаясь достать до волос отца, лежавшего рядом на кровати. Иво ухмылялся, щекотал детский живот пальцами, отчего Феликс кряхтел еще больше. — Что-то мне подсказывает, что спать он не собирается. — Лу, лежащая с другой стороны, провела рукой по мягким рыжеватым волосам. Покачала головой. — Копия тебя. Уже и глаза начали темнеть, наверняка карими будут. Только волосы мои. — псионичка вздохнула. — Столько вынашивала, старалась, а похож на отца. Несправедливо. Иво тихо рассмеялся, поднял на нее взгляд. — Не переживай. Второй точно будет похож на тебя. Лу цокнула, закатила глаза, всем видом показывая, мол, ага, щас прям, разбежалась она. Иво широко улыбнулся, взял жену за руку, нежно поцеловал. — Не настаиваю, конечно. Но мы неплохо справляемся. — Я припомню эти слова, когда у Феликса начнут прорезаться зубки. — устало выдохнула Лу, но все же улыбнулась. — Если через год не сбежишь от нас, то, так и быть, подумаю. — Не сбегу.