Часть 5: Некуда бежать
27 февраля 2025 г., 22:51
Примечания:
BOOKER, МУККА, pyrokinesis — Некуда бежать
И нам с тобой некуда бежать Мы два патрона с одного ружья И нам с тобой некуда бежать Мы капли крови с одного ножа
«Мемы» наконец закончились. Господи, манна небесная! Ещё чуть-чуть, и Даня бы остановил концерт. Кажется он был в шаге панической атаки, дышать уже точно разучился. Ну зачем, зачем он сюда приперся?! Просил же, не трогать его, оставить в покое… Тупой что-ли?! Ладно, вопрос риторический. С Русланом вообще разговаривать смысла ноль, как со стенкой! Впервые за весь тур зал после «Мемов» скандировал не «спасибо», а какую-то несвязную хуету; просто никто не понимал, какую эмоцию заюзать. И только через полминуты толпа наконец обрела голос. Хотя лучше бы всё оставалось как есть. — Да-ня, тут Руслан! Да-ня, тут Руслан! Да-ня, тут Руслан! Он еле как нашёл в себе силы не реагировать, силясь воспроизвести хоть одну из заскриптованных подводок к следующему треку. Остаток концерта не запомнил совсем, как в тумане. Не собирал смешных картонок, не выходил в слэм и вообще будто пропал со сцены. Впору было кричать «Gde Danya?», но толпа не унималась. — Руслана на сцену! — вопил один. — Когда Мемы 5? — подхватывал другой. — Кашенцовы канон! — скандировали третьи. Орги даже не знали, как им со всем этим счастьем справляться. Таких дегенератов было… да все! Ни один из очевидцев сего стихийного бедствия не остался равнодушным. Каждый воспринял перфоманс Руслана как ахуительную провокацию и легко на неё поддался. Даня смог только подозвать Аню, шепнуть ей что-то на ухо, а после дипломатично попросить зал заткнуться. Сам же Руслан, вернувшийся на своё законное место в випке, достал вибрирующий телефон из кармана и прочёл пару новых сообщений. margerrrra 20:31 После концерта в гримерку идешь margerrrra 20:31 Ты такой еблан я просто хуею Ну всё, план максимум был выполнен! Оставалось только унять дрожь во внезапно затрясшейся коленке. И не наебнуться со стула. И не умереть от волнения, если уж совсем честно. Каким бы невозмутимым Руслан сейчас не казался, глубоко внутри он боялся гнева Кашина. Очень. Взгляд у него тяжёлый, а кулак ещё тяжелее. Но страшнее всего то, что скорее всего он даже не захочет ничего слушать. Отчитает как первоклассника, вмажет хорошенечко и оставит стоять в углу. Навряд ли ему интересны чувства человека, который только что устроил спектакль на костях их дружбы. Простите конечно, Данила Владимирович, но другого выхода уже просто не было! Вы никак не реагировали на выпады CMH в интернете, так что ему пришлось перейти к активным действиям! Завершение концерта было похоже на конец света. Стена смерти на «2к», как и всегда, выглядела адово впечатляюще, несмотря на то, что «Циркус» явно меньше ВК Стадика. Главное ведь не площадка, а атмосфера, отдача, шоу!.. Именно благодаря последнему концерт запомнится всем надолго — Руслан и Даня постарались. По завершении трека все направились к гардеробу. Рус же сидел неподвижно, словно гранитная статуя, смотря в никуда. Он вдруг вздрогнул когда услышал чей-то басистый голос. Подошёл кто-то из охраны. — Руслан Сергеевич? — уточнил работник. — Да. — Пройдёмте, я вас провожу. — Это Данила попросил? Бугай ответил кивком и Руслан, старательно игнорируя шум в ногах, поднялся со стула. Шли они недолго, через служебные коридоры, пока наконец не остановились около двери с табличкой «артист». К ней также был прикреплён стикер с фотолупом Азиза Даниловича. «Слыш, тебе сюда нельзя» — как никогда в тему. — Он там? — спросил Руслан. — Не знаю. — Ладно, спасибо. Охранник снова кивнул ему и поспешил удалиться. За дверью было тихо, ни звука. Руслан всё равно постучался и выждал секунд десять, прежде чем зайти. Не ради приличия, а потому что стрёмно. В комнате действительно никого не оказалось и мужчина мог ненадолго выдохнуть; всё равно придёт. Но перед этим он планировал надышаться и успеть придумать, как ему оправдываться. Взгляд невольно устроил пробежку по гримёрке, спотыкаясь о мелкие детали. В углу распахнутый чемодан, — видимо они не останавливались в Красноярске и собирались ехать дальше сразу же после концерта, — на диване разбросана одежда: штаны карго и огромное худи. Столик был занят несколькими стеклянными бутылками Боржоми, множеством пакетов с подарками и какой-то бижутерией. Руслан подошёл ближе, взял в руки одно из колец и покрутил его на свету. Нихуя не бижутерия — серебро. Положил изделие на место и цепанул что-то уже более знакомое. Флешка с символикой Сибирского федерального университета и маленьким болтающимся черепом. — Еба-ать… — Может ещё в мусорке пороешься? — послышался голос из-за спины. Даня стоял в дверях гримёрки, оперев голову о дверной косяк. Руслан уже второй раз передёрнулся от неожиданности, но всё же продолжил смотреть на свои руки. — Пользуешься что-ли?.. — Нет. — Чё, просто так с собой возишь? — Да чёт прикинь, всё времени не хватает выбросить! — выплюнул Данила, закрывая за собой дверь, — Хош помочь? Руслан сжал нелепую безделушку в кулак. Всё бы ничего, но это была его флешка.***
Две тысячи шестнадцатый год для Дани был одним из самых странных. Он медийно помер и воскрес, сменил ракурс контента и наконец перестал рекламировать какую-то наебучку типа кейсов. Да, денег еле как хватало на оплату хаты, ну и что? Зато спокойно себе жил, занимался любимым делом и был счастлив, как никогда прежде. Во всём помогал Руслан, как и когда-то тогда, в самом начале. Он сам относительно недавно выбирался из летсплеев и эпичных рэп битв по Майнкрафту, так что в чём-то да мог подсказать. Да и было это не совсем безвозмездно. Даня — битмарь от Бога, чей скилл Сумасшедший Мега Ад смог разглядеть ещё лет пять назад. И был рад, что мог назвать столь способного человека своим другом. Именно тогда, в шестнадцатом году, они стали проводить в разы больше времени вместе. Руслан переехал в Питер и кажется задышал полной грудью. Здесь абсолютно всё было проще, чем в пыльной столице. Жить, не тужить, тусить и творить. Может потому что рядом были правильные люди? Не топы Ютуба типа Джарахова, но такие… Свои? Да, именно так. С Даней с самого начала всё было просто. Он искренний, весёлый и до опизденения добродушный, несмотря на свой образ токса в интернете. Никто даже близко не мог представить, каким человеком являлся DK, устраивавший хейт-рейды на шкур. А Руслан это просто знал, ведь Данила всегда встречает его с распростёртыми объятиями, помнит, что тот не любит сладкого к чаю и хранит специально для него баночку Флэша, хотя сам терпеть его не может. И всё же Руслан не был для Дани кем-то особенным. По крайней мере он так считал, ведь замечал, что парень с тем же трепетом относится и к Лизе, и к Адамсону, и к Кате Кейт. И знал — стоит человеку проявить к Кашину хоть капельку доброты, и тот будет благодарен ему по гроб. И пускай! Для него Даня один хер уникален. Второго такого нет и не будет. Год этот, кстати, уже подходил к концу. На дворе декабрь, скоро русланов день рождения. Ему должно было исполниться двадцать один, а жизненной мудрости тот так и не набрался. Всё, чего он так хотел — остаться в этом моменте. Клоуничать в интернетах, снимать дурацкие клипы «под солями», бухать с друзьями и после попоек скидывать им мемы с котиками, приписывая: «ХХАЗАХАХА ЖИЗАА». Он обсуждал это с Данилой, и тогда зародилась идея клипа про мемы. А что? Смешно, хайпово и жизненно. Текст они написали почти что фристайлом, внесли небольшие правки и после начали работу над битом. Рус ради приличия пытался настукать чёт сам (ведь они договорились выпустить клип на его канале). Даже записал свои потуги на флешку и принёс Дане, чтобы тот оценил. — СФУ? — Данила вчитался в надпись на корпусе. — А чё? Другой не нашёл. Между прочим, я там целый курс проучился! — Прям вот целый? — подтрунивал друг. Уж он-то прекрасно знал, что Руслан там даже семестра не продержался. — Ну блять, целый, не целый, какая разница? Мне за активизм вручили. — Да похуй, чё ты так завёлся? Руслан закатил глаза, а Даня вставил флешку в системник. Открыл проект, чуть послушал, что-то поклацал и заключил: — Да-а… — Чё, прям хуета? — вкрадчиво спросил Рус. — Полная, если честно. — Ну сам тогда и сделай, раз умный дохуя! — Ага-ага… Критикуешь — предлагай! — спародировал рыжий очередной мем, выискивая что-то уже по своим папкам. — А ты чё, тож чёт намутил? — А ты думал? Я ж знаю, что ты безнадёжен. — Пидорас! — От педика слышу! Наконец Даня что-то нашёл, открыл уже в совершенно другой программе (Руслан тогда не запомнил её названия, чёт овощное) и запустил свой бит на «Мемы», который впоследствии они утвердили и дорабатывали вместе. Он подготовился, запомнил текст и зачитал так, что всё легло идеально. Они разделили куплеты на части, решив отойти от концепции цельного куплета на человека; писали-то всё вместе. Собственно так трек звучал гораздо живее. Успели записать всё в тот же день, на хуёвый микро и с адскими шумами. Но кому было не похуй? Это же трек про мемы! Руслан тогда не мог остаться на ночь, но пообещал забежать в ближайшие дни, чтобы послушать изменённую версию и внести свои правки. В общем-то он был уверен, что править там будет нечего, ведь Даня и сам мог сделать имбу, но пафоса нагнать было необходимо. Вспомнил об оставленной флешке только когда доехал до дома. Да и хуй с ней! Потом как-нибудь заберёт.***
Две тысячи восемнадцатый год. Их первый и, увы, последний совместный тур. Тогда-то об этом никто не знал, даже не думал. Команда была вымотана до потери сознания, но невероятно заряжена и настроена на непременное повторение авантюры. Парни проявили себя как отменный дуэт с идеальным коннектом на сцене и химией за её пределами. В каждом городе, где они останавливались дольше чем на ночь, Даня и Руслан жили в одном номере и никогда не испытывали неловкости или дискомфорта. В фургончике они вообще спали бок о бок. Ну гейская идиллия какая-то, никак иначе! Только вот на тот момент оба были в достаточно крепких отношениях и даже не допускали возможности каких-либо чувств друг к другу, кроме братских. Да, тур их невероятно сплотил. Они и не могли вспомнить, как жили раньше, когда не были знакомы. Когда вообще такое было? В прошлой жизни. Одним из немногих вечеров, когда парни наконец ночевали не в закутке два на два метра, Даня никак не мог уснуть. Если уж говорить открыто, для него это было обыденностью. У него напрочь отсутствовало понятие «режим», а пик его продуктивности приходился на глубокую ночь. Руслан сначала пытался отрубиться, но хуячивший на полную яркость экран Макбука никак не вписывался в атмосферу блэкаута. Была ли она так ему необходима? Да не особо. Он больше переживал за друга, которому, так же как и ему, через несколько часов выходить на сцену. Он поднялся с постели и направился к стеклянному столику, за которым Данила и устроился. — Спать иди уже… — пробубнил он, пытаясь не смотреть на монитор, — Завтра доделаешь. — Ща-ща… — повторял Даня уже в который раз, — Чуть-чуть осталось. Руслан приоткрыл один глаз и всё же подглядел за работой друга. На экране был текст его песни «Сейчас или никогда», под которую Даня пытался сделать визуал. Самому Русу было западло заниматься этим в туре, да и практически постоянное пребывание в трейлере никак его работоспособность не активизировало — укачивало жутко. А Дане, кажется, было абсолютно похуй. Его проглатывал процесс, он был готов ебошить без конца и края, лишь бы довести всё до идеала. Хотел порадовать аудиторию, да и самим в грязь лицом не наебнуться. Взгляд зацепился за торчащую из ноута белую флешку с каким-то брелоком. — Моя что-ли? — А-ага, — протянул парень, не отлипая от экрана. — А чё, зач она тебе? — А как по-твоему я должен эту залупу площадкам перекидывать? — Даня указал на рабочую область Премьера. — Хз, Дропбокс там, Мега… Яндекс диск, блять? — Чё доебался? — абсолютно беззлобный вопрос. — Да ничё, — самый конструктивный ответ, — Ты спать скоро? — А-ага… И Руслан ушёл обратно в сторону кровати. Даня в ту ночь так и не ложился.***
Май две тысячи двадцатого — ковидная оттепель, съёмки клипа «Всё в порядке» и понурый Даня, у которого всё явно не в порядке. Худющий, сиплый, потный от дурацкого комбеза, который тот выбирал сам, чтобы выглядеть как можно дебильнее. В этом типа и был концепт. Руслан там тоже был. Не снимался, чисто для моральной поддержки. Дане она тогда действительно была нужна, ведь он вообще не был уверен, делал ли хоть что-то правильно. Ему даже дышать в сторону камеры было неловко, не то что перед ней двигаться или не дай Боже открывать рот. Всё это так странно и непривычно, даже в какой-то степени пугающе. Как он, блогер с многолетним стажем, мог смущаться съёмок? А легко! Просто опостылело смотреть на свою перекошенную рожу, любоваться собственной убогостью и транслировать её широкой аудитории. Объявив пятнадцатиминутный перерыв, Даня слишком скоро куда-то стика́л. Рус застал его в одной из аудиторий, выделенной СПбГУ под гримёрку. Он что-то крутил в татуированной руке и никак не мог привести дыхание в норму. Было слышно, как Данила шумно вдыхал через рот — нос по-прежнему был забит. — Как ты? — спросил Руслан, присаживаясь на парту рядом с ним и протягивая тому бутылочку минеральной воды. — Спарился пиздец, — Даня принимает подгончик друга, спешно отвинчивая крышку, — Спасибо. — Поэтому дохлый такой в кадре? — после этих слов Рус безотчётно въебал себе по лбу, — Сори, не хотел быть грубым. — Да лан, ты ж прав, — он смеётся, — Я реал хуевасто в кадре выгляжу. — Да блять, вот так и думал, — Руслан чуть придвинулся к кенту, тормоша того за плечо, — Дань, ты точно в порядке? Раньше у тебя таких проблем не было. Даня уставился на свои сжатые ладони. — А я не знаю, — ответил он, не смотря на Руслана, — Просто что-то… Сломалось, понимаешь? Во мне. — Объяснишь? — Не думаю, что могу, — Даня замотал башкой из стороны в сторону, закрывая лицо кулаками, — Такая хуйня, Боже! — Придурок ты, — Руслан улыбнулся, взял друга за голову и тихонько утянул его в объятия, — Если тебя это настолько беспокоит, какая тогда это может быть хуйня? — Я просто… — он отвернулся к стене, чтобы не бормотать в русланов худак, — Смотрю, знаешь, на мир и понимаю, что не вписываюсь в него. Все эти Милохины, Бабичи, Мамичи… Я неформат, понимаешь? — Я тоже, Дань! — отстраняет Кашина от себя, чтобы посмотреть тому в глаза, — Мы все. И что, это повод сдаваться? Стесняться себя? А Данила на него смотреть не спешил. Чёта мешкал, раздумывал несколько бесконечных секунд. Но в итоге поддался напору Руслана и вкрадчиво так спросил: — Что мне делать?.. — Для начала вспомнить, кто ты такой. А если забыл, напомню: ты тот самый чел, в чьём мерче ходил весь «Видфест». Твоё имя знал каждый в интернете, тебя обсуждал каждый школьник. Ты талантливый артист, композитор и продюсер, снимающий пиздатые клипы! — Рус сделал театральную паузу, осматриваясь по сторонам, — Кстати, нам с тобой охуительно посчастливилось оказаться на этих съёмках. Прямо сейчас! Даня загоготал и выронил что-то из рук. Руслан нагнулся чтобы поднять, но когда понял что это его флешка, растёкся в улыбке. — Ты чё, всё ещё её таскаешь? Рыжий кивнул и совсем-совсем неслышно прошептал: — Мне так спокойнее… — Чё? — переспросил Рус. — Говорю, там всегда все копии есть. Так спокойнее. Да нет. Ему было спокойнее от простого факта наличия этой хуйнюшки в кармане. Именно её нужно было крутить меж пальцев, когда подступала паническая атака. А ещё она напоминала ему о лучших временах. И о человеке, который с самого начала стал для него особенным. И никакие резервные копии не придавали того же ощущения.***
Данила частенько прокручивал те моменты, раз за разом вспоминая, каким искренним и вовлечённым казался тогда Руслан. Его слов всегда было достаточно, чтобы вновь почувствовать себя человеком. Не то чтобы он слишком часто ныл в присутствии друга, но во времена депрессии Рус казался единственной спасательной шлюпкой среди бескрайнего Северно Ледовитого. Совсем не сходилось с тем, как тот обошёлся с Кашиным в итоге. На лице Руслана застыла трогательная полуулыбка. — Ну вот не поверю, что ты не мог другой флешки купить. — Представь себе, не мог! — распалялся Даня, — Знаешь ли, флешками сейчас мало кто пользуется. Неактуально! Дропбокс там, Мега-хуега… Слыхал? — А ты типа весь из себя такой не такой, да? — Да! — Пиздец, ничё не изменилось! — Хуём ток в глотку подрочилось, — ответил он Руслану в своей манере, — Думаешь в ступор меня вогнал? Нихуя. Какого хуя ты сюда припёрся? Тот кажется опешил. — Совсем ошизел? Ты меня сюда сам затащил. — Бля, дурачком ток не прикидывайся! — отмахивается Данила, — На концерте ты чё забыл? — Что-то в духе «шёл мимо и зашёл» тебя не устроит? — Щас ты у меня между ног устроишься, долбоёб. — Я просто хотел тебя увидеть, окей? — выкрикнул Рус, не выдержав уже, кажется, двадцатое обвинение в свою сторону, — Поговорить с тобой, извиниться… за недавнее. — Только недавнее? — поинтересовался Данила, но не дожидаясь реакции собеседника продолжил, — То есть это ты чтобы извиниться припёрся ко мне на конц, засветил еблом и всё сорвал, да? Руслан не отвечал. Вот буквально недавно, сидя в випке, он в очередной раз прогонял у себя в голове сценарий, распланировал всё-всё. А теперь не мог сказать и слова. Только смотрел на бурлящего гневом Данилу и понимал, что проиграл ещё когда решил явиться сюда. Даже раньше — в тот злополучный день «Слэя». — Оригинально конечно. — Да не хотел я ничё срывать! — наконец отозвался Руслан. — А ты много чего не хотел, Руся, — мерзенько перековеркал его имя Даня, — Особенно друзьям своим пиздеть, наверное. Вот они и подобрались к самому вкусненькому! Похуй Дане на ночные звонки, на доёбы и вообще на всё, на самом-то деле. Его уже много лет интересовало, как его лучший друг мог оказаться такой лживой скотиной. До последнего надеялся, что тому есть объяснение. Просто слушать был не готов. Да и к тому моменту не то чтобы успел подготовиться. Просто бежать уже было некуда. И Даня собирался отсмаковать этот момент по максимуму. Чувствовал, что находился в лидерской позиции, ведь был прав, хоть и оказался в дураках. — Слушай, я понимаю на что ты намекаешь, но я никому не пиздел. — Ну как же? Сначала заливаем, мол: «Даня, я с тобой, я тебе помогу!», а после подписываем контракты на огромные бабки, и все обещания уже похую, да? Ты меня просто на доверии кинул, нет разве? — Да всё не так было! — А как, Руслан? Ты бы хоть рассказал, а то я-то недалёкий. — Именно это я и пытаюсь сделать все, сука, четыре года! Даня прикрыл глаза, прогулялся из одной стороны гримёрки в другую, а после сел на краешек засранного шмотьём дивана, рассматривая бетонный пол. — Ладно. Слушаю. — Дань… Бля, я обосрался просто страшно. В этом ты прав. Мне нужно было хуячить больше тогда, чтобы хоть что-то тебе вернуть в срок… — Детский сад, — Данила сдавленно смеётся, улыбаясь собеседнику уж точно не из вежливости, — А клипчики-то мы на чё снимали, Руслан? На средства налогоплательщиков? — Да когда я от тебя про бабушку узнал, у меня уже всё туда вложено было. До последнего рубля! Там ничё не откатывалось уже, я Туркина спрашивал. Мне нечем просто отдавать тебе было. В комнате повило тяжёлое молчание. — Рус, дело-то вообще не в деньгах. Ты меня обнадёжил. Я рассчитывал на тебя, — не на твои бабки, — доверял больше, чем себе. А ты мне, получается, всё это время врал. Просто… Я не понимаю, нахуя? В чём была проблема сказать сразу: «ну, не могу». Зачем обещать то, что не сможешь выполнить? — А что мне было сказать? Я и так чувствовал себя лицемерным уёбком. Говорил, что всё наладится, всё соберёте, а сам и копьём вложиться не мог. Бля, не то что вложиться, просто хоть вернуть то, что ты мне давал. Просто не ожидал, что всё сложится… Вот так. Я ведь реально думал, что горы тротилом разъебу, но денег тебе достану. Достать то достал, но уже было поздно, да? Даня не понимал, как ему реагировать на этот спич. Вроде не слышал ничего нового, а вроде звучало всё так искренне, что самому расплакаться хотелось. По-хорошему надо бы Руслана прогнать. Прогнать, забить хуй и больше никогда не вспоминать. От того, когда-то особенного Руслана, совсем ничего не осталось. Отрешённый взгляд, бледное лицо. Яркими разве что были круги под его глазами. Он всем своим видом кричал: «Помогите! У меня всё хуёво!». Кашин совершенно точно не обязан в этом разбираться! Он не нанимался звёздным психологом, ему никто за это не платил. Руслан даже долги не возвращал, таким клиентам дверь открыта разве что в чёрный список. Но мир был бы слишком жесток, если бы люди помогали друг другу только за бабки. Зато психологи были бы сказочно богаты. — Поздно — это когда крест на кладбище, а у нас всё заебись. Руслан сначала не понял, к чему Даня об этом сказал, и решил продолжить себя закапывать. — Я слышал твои хату продали. — Знаешь, — кисть с надписью «DARK» медленно опустилась на русланово плечо, — после тура я еще пять таких квартир купить смогу. Руслан вжался в диван, кажется не веря в реальность происходящего. Шок контент, принципиальный Даня прощает человека, от которого бегал почти пол декады! Абсолютно никак не аргументируя свой поступок — просто так. Хотя, по факту, нихуя это не было просто. Говорят, держать обиду и злиться на человека куда проще, чем найти в себе силы понять и простить. А Даня в первую очередь человек сильный. И Руслан ему слишком важен. Да, пускай это совершенно не тот пухловатый парень в Трэшере, со странной стрижкой и квадратными очками… Даня ведь тоже изменился! От этих перемен они не переставали быть собой. Не переставали скучать друг по другу. Данила утыкается лбом в татуированную руку, которая всё ещё лежит на плечеПообещай, что убьёшь меня Пообещай никогда не врать Твоим глазам так идёт луна Она все слёзы вернула вспять
Примечания:
бананчики
