Путь к миру. От ледника до вулкана.

Поправив рукава грубой домотканой рубахи, скрывавшие его самые заметные отличия — синие стрелки Аватара, Карлос повернулся к Мэл. Она была единственной, кому не требовался камуфляж, и сейчас невозмутимо чесала за ухом мурлыкающего Персика, будто они были просто обычными путешественниками, а не самой разыскиваемой командой в мире. — Ну как? — спросил он, и в его голосе прозвучала неподдельная надежда, смешанная с лёгким нервным трепетом. Он чувствовал себя уже привычно в этой маскировке — было приятно ненадолго перестать быть Аватаром и снова стать обычным мальчиком. Но сейчас повод был особенным. Мэл оторвала взгляд от лемура и бросила на него короткий, сканирующий взгляд, оценивая его с ног до головы. Её лицо оставалось бесстрастным, но после секундного изучения она показала ему большой палец. — Очень хорошо, — заключила она, возвращаясь к своему занятию. — Если будешь вести себя так же, как все эти крестьяне и ремесленники вокруг, и не будешь пялиться по сторонам как радостный щенок, то городские патрули на тебя и второго взгляда не бросят. Облегчение волной прокатилось по Карлосу, и он не смог сдержать лёгкую, почти мальчишескую улыбку. Он слегка кивнул, но тут же в его глазах вспыхнула новая искра — авантюрная и настойчивая. — Точно не хочешь пойти? — снова спросил он, уже почти умоляюще. — Вдруг нам понадобится твой совет? Мэл фыркнула, и в её взгляде мелькнуло привычное раздражение, приглушённое долей снисхождения. — Нет, — отрезала она твёрдо. — У стражников в таких местах, как Гаолин, есть свои способы вычислять магов огня. Я на них попадусь быстрее, чем ты успеешь сказать «Я Аватар!». И тогда начнётся настоящее веселье. Придётся раскрывать твой статус, чтобы прикрыть меня, и тратить драгоценные дни, а то и недели, на бесконечные объяснения с местными властями, которые будут метаться между желанием арестовать меня и необходимостью оказывать тебе почтение. Весь наш график, вся миссия — всё это накроется с таким грохотом, что в Кальдере услышат. А тебе, — она посмотрела на него пристально, — стоит осторожно присмотреться к потенциальным учителям, не афишируя, кто ты. Чтобы выбрать лучшего, а не того, кто будет корчить из себя великого мага, пытаясь произвести впечатление на Аватара. Логика, как всегда, была железной. Карлос кивнул, на этот раз уже с полным пониманием, и горечь от её отказа мгновенно растворилась в новой, нарастающей волне предвкушения. Он повернулся к остальным. Джей, Ума и Иви уже закончили маскироваться. В своих простых, пыльных одеждах, с неприметными сумками через плечо, они выглядели как самая обычная группа молодых людей, приехавших в город на турнир в надежде на удачу или на заработок. Ничто в их внешности не выдавало ни мага воды с Южного полюса, ни двух беглецов с запутанным происхождением и столь же запутанной судьбой. Сердце Карлоса забилось чаще. Где-то там, за этими стенами, в гуще этого шумного, пёстрого города, находился кто-то, кто мог стать его проводником в мир магии земли. Кто-то, кто научит его чувствовать твёрдую, непоколебимую почву под ногами так же ясно, как он чувствовал поток воздуха и течение воды. После всех неудач, тупиков и разочарований эта мысль казалась маяком в ночи. Он встретился взглядом с друзьями, и в его глазах горела не только осторожность, но и неподдельный, живой огонь надежды. — Ну что, — выдохнул он, и его голос прозвучал твёрже и увереннее, чем он сам ожидал, — вперёд?

***

Несмотря на все опасения Джея, вбитые в него годами жизни в оккупированных территориях и прифронтовых городах, Гаолин встретил их почти мирной суетой. Город остался тем же торговым узлом, каким и был — приближение линии фронта если и добавило ему тревожной черты, так это лишь усиленные патрули, неторопливо прохаживающиеся по мощёным улицам. Их пропустили за ворота без обыска, отделались парой вопросов и вежливым, но твёрдым указанием на свод правил, висевший на видном месте. Джей мысленно отметил про себя: Мэл, как всегда, была права на все сто. Её огненно-принцессной особе здесь делать было нечего — стражники в таких местах чуют пепельников за версту, а последствия такого визита могли бы похоронить их миссию, даже не начавшись. Разглядывая непривычно оживлённые улочки, кажущиеся реками людей после их долгого уединения, взгляд Джея, отточенный на выживании, сканировал округу, выискивая не угрозы, а возможности. Информацию. Он быстро отыскал то, что искал — подростка, безучастно свесившего ноги с постамента старой, облезлой статуи. Вид был верный: не нищий и не торговец, а местный «глаз», знающий все тропки и новости. Джей отошёл от группы, сделал вид, что поправляет ремешок на своей сумке, и незаметно приблизился. — Грохот Земли ещё идёт? — тихо бросил он, ловко сунув парню в ладонь серебряную монету. Тот одним движением проверил монету на зуб, так же быстро спрятал её и, не меняя безучастного выражения, так же тихо ответил: — Идёт. Вояки имеют свой процент со ставок и входных билетов, так что не прикрывают. Место прежнее. Коротким кивком поблагодарив, Джей вернулся к остальным. Они кучкой стояли у стены, разглядывая какой-то яркий листок. Карлос, его лицо светилось наивным энтузиазмом, протянул ему бумажку. — Смотри, Джей! Бесплатный урок магии земли! Может, этот мастер сможет меня научить? Джей взял заляпанный типографской краской купон. «Мастер Гонг! Всего за одно занятие раскрою ваш потенциал!» — кричали кричащие буквы. Он фыркнул, скомкал бумажку и выбросил её в ближайшую сточную канаву. — Не трать на это время, — буркнул он, отряхивая пальцы. — По настоящему сильному магу не нужно раздавать эти бумажки по улицам, да ещё и давать уроки даром. Это либо шарлатан, либо отчаявшийся неудачник. Ни то, ни другое нам не нужно. Иви согласно кивнула, но в её глазах читалась неуверенность. — Как думаешь, может, стоит обратиться к армии? — тихо спросила она, оглядываясь по сторонам. — У них наверняка есть сильные инструкторы. Они могли бы помочь… нашей ситуации. Джей лишь пожал плечами, давая понять, что это не его путь. Ума, скрестив руки на груди, поддержала его протест. — Они вряд ли согласятся болтаться по миру. И к нашему… балласту отнесутся с крайним подозрением. — Я поэтому и не стал искать учителя через генерала, когда мы меняли пленных, — добавил Карлос, и в его голосе прозвучало понимание. Джей подвёл итог, его голос прозвучал низко и уверенно: — Учителя среди военных инструкторов мы здесь не найдём. Нам нужен сильный, независимый маг, который согласится учить. А где их искать, если не на арене? Все лучшие бойцы города сейчас будут там, на «Грохоте Земли». Иви нахмурилась, её брови сдвинулись в тревожной складке. — Вот только все эти турнирные бойцы дерутся за деньги, — прошептала она. — Любой из них может сдать нас пепельникам за большее вознаграждение. Если Мэл нас и вытащит, то это будет громко, сложно и надолго затормозит все наши планы. Мы рискуем. Риск был. Но Джей привык его просчитывать. — Мы могли бы выбрать на турнире кого-то одного, — предложил Карлос, приободрившись идее. — Самого сильного, или самого честного на вид. Попросить учить меня, а потом сразу уйти, предложив встретиться за городом. Мы ведь не остаёмся здесь надолго, мы улетаем. Джей оценивающе посмотрел на него. План был… не лишён изящества. Простота — лучшая защита. — Хорошая мысль, — кивнул он. — Только надо сразу договориться, что уезжаем далеко, и не говорить, куда именно. Чтобы нельзя было отследить или подставить. Ума одобрительно хмыкнула. — Звучит разумно. Без лишних деталей. Словно по команде, они развернулись и, не привлекая лишнего внимания, двинулись сквозь шумные улочки к окраине города, откуда уже доносился приглушённый рёв толпы и глухие, ритмичные удары, напоминавшие биение каменного сердца. Навстречу «Грохоту Земли». Навстречу их следующей надежде — и новой потенциальной угрозе. Но, как всегда, другого выхода у них не было.

***

Отшатнувшись от глухого, костяного хруста, которым тело проигравшего бойца вмялось в песчаник арены, Карлос сглотнул ком в горле. Воздух в громадной пещере был густым и тяжёлым — от пота, крови и раскалённого дыхания толпы. Он чувствовал здесь магию земли, да. Но это была грубая, неуклюжая сила. Она била тараном, давила плитой, но в ней не было ни изящества, ни гармонии. Она не пела, а ревела и скрежетала. Иви наклонилась к нему, её шёпот прозвучал как глоток свежести в этой удушающей атмосфере. — Ну как? Карлос медленно покачал головой, всё ещё прислушиваясь к внутренним ощущениям. — Не знаю. Они все какие-то… не такие, — он провёл ладонью по лицу, пытаясь стереть ощущение чуждости. — У многих есть интересные приёмы, но ни один из них не вызвал у меня той самой… жажды учиться именно у него. Ни один не отозвался… здесь. Он прижал руку к груди, к тому месту, где в присутствии Умы на Северном Полюсе зародилось тёплое, уверенное чувство правильности. Это было похоже на резонанс — их стихии узнавали друг друга. Но ни один из этих бойцов с глупыми прозвищами и вычурными, демонстративными стилями не заставил что-то внутри него отозваться тем же тихим, верным гулом. Их магия была внешней, показной. Ему же нужен был кто-то, чья сила шла из самой глубины, из тишины. Глядя, как объявляют победителем очередного мускулистого великана, Карлос почувствовал лишь пустоту. Они никого не нашли. Никакого резонанса. Джей, уловив его разочарование, тронул его за плечо и кивнул в сторону выхода. — Идём, пока все не ломанулись к выходу. Они выбрались из душной каменной пасти арены, и Карлос с наслаждением вдохнул полной грудью прохладный ночной воздух. Городские правила не упоминали комендантский час, поэтому они неспешно пошли к воротам, надеясь поскорее вернуться в свой временный лагерь. Проходя по одному из арочных мостов, Карлос заметил патрульных, склонившихся над перилами и с азартом наблюдавшими за чем-то внизу. Любопытство пересилило усталость. Подойдя к краю и заглянув вниз, на пустырь между двумя заброшенными складами, он обомлел. Внизу, в призрачном свете убывающей луны, дрались два десятка магов земли. Но это была не та грубая сила, что царила на арене. Здесь магия была живой, стремительной, почти дикой. И через пару секунд наблюдения Карлос понял, что почти все атакуют одного. И этот один… этот один был другим. Он не просто стоял как скала. Он тек. Его движения были плавными, непрерывными, будто сама земля под его ногами была продолжением его воли. Он не блокировал удары — он их перенаправлял, уворачивался, позволяя атакам проваливаться в пустоту. А в ответ его собственные выпады были не столько мощными, сколько неумолимыми. Каменные щиты вырастали перед ним на долю секунды, чтобы отвести удар, и рассыпались, не дожидаясь, пока по ним ударят снова. Казалось, он не приказывал земле, а договаривался с ней. И тогда Карлос почувствовал это. Тот самый, долгожданный резонанс. Тихий, но ясный отклик глубоко внутри, будто струна, которую тронули в соседней комнате. Его собственная связь с землёй, дремавшая до поры, встрепенулась и отозвалась на эту странную, текучую магию. Ему захотелось спуститься вниз и встать рядом с этим человеком, но не чтобы драться, а чтобы почувствовать эту гармонию вблизи. Он с трудом подавил порыв, понимая, что не может рисковать раскрытием. Вместо этого он подошёл к патрульным. — А почему вы не прекратите драку? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал просто как любопытство прохожего. Один из солдат, не отрывая глаз от зрелища, лишь отмахнулся. Другой, помоложе, снисходительно пояснил: — А зачем? Всё равно налоги с шахты пойдут в городскую казну, а они не посреди города дерутся, а здесь, на пустыре. Так что влезать в эту драку — только самим синяки зарабатывать. Джей, насторожившись, вклинился в разговор: — Причём тут шахта? Словоохотливый стражник, не отвлекаясь, продолжил: — Именно здесь обычно происходят разборки за шахты и месторождения. Несколько месяцев назад тут нашли залежи алмазов, и теперь местные разбираются, кто будет их добывать. Кивнув, Карлос снова уставился вниз. Его сердце колотилось в такт движениям одинокого бойца. С каждым его жестом, точным и выверенным, внутренний резонанс нарастал, превращаясь в уверенность. Это был не просто сильный маг. Это был его учитель. Он чувствовал это каждой клеткой своего тела, каждой частицей своей души, связанной со стихиями. И когда незнакомец швырнул в последнего противника глыбу, не просто отбросившую, а впечатавшую того в стену склада с такой силой, что кирпичная кладка треснула, в Карлосе не осталось и тени сомнения. Он хотел немедленно броситься вниз, но патрульные всё ещё стояли тут. И как будто сама судьба шла ему навстречу — кто-то крикнул солдатам с другого конца моста, и вся троица, пробормотав что-то, спешно засеменила прочь. Не теряя ни секунды, Карлос перепрыгнул через перила и спрыгнул на пустырь, мягко приземлившись с помощью магии воздуха. Он быстро догнал удаляющуюся фигуру, его переполняло странное сочетание благоговения и уверенности. — Привет! Это было просто нечто! — выпалил он, и его голос звенел от неподдельного восхищения. Парень обернулся. В узкие прорези его простого, неброского шлема было почти ничего не видно. — Спасибо, — прозвучал спокойный, ровный голос. Карлос почувствовал лёгкий укол разочарования — он не мог увидеть глаза человека, чья магия так поразила его. Но прежде чем он успел заговорить снова, к ним спустились его друзья. И тут Иви, всмотревшись, воскликнула: — Даг? Карлос удивлённо нахмурился, отрывая взгляд от загадочного незнакомца. — Вы знакомы? Джей, подойдя ближе и протянув руку для приветственного рукопожатия, который Даг ловко принял, пояснил: — Мы пересекались, когда в прошлый раз здесь были, — он с явным уважением окинул Дага взглядом. — А ты неплохо продвинулся, насколько я посмотрю. Даг ответил лёгким, почти незримым кивком. — Да, я не смог вылечиться, но… пересмотрел своё отношение к травме. Иви и Джей с какой-то странной, вымученной неловкостью фыркнули, будто это была какая-то старая, внутренняя шутка. Карлос и Ума лишь переглянулись, ничего не понимая. И тогда, словно отвечая на их немой вопрос, Даг снял шлем. Карлос отшатнулся, непроизвольный табун мурашек пробежал по его спине. Верхняя половина лица Дага была паутиной грубых, сросшихся шрамов, будто его искромсали десятком ударов. А его глаза… его веки были намертво сомкнуты теми же ужасными рубцами. Он ничего не видел. Не просто закрыл глаза — он был слеп. Не в силах оторвать взгляд от этого пугающего зрелища, Карлос застыл, пока Даг с тем же спокойствием не надел шлем обратно. — Я ношу его, чтобы не пугать людей лишний раз, — просто пояснил он. Ума, с трудом сглатывая, пробормотала: — Ага, это… хорошая идея. Мысли Карлоса метались. Шок от увиденного на мгновение затмил всё, даже внутренний резонанс. Но стоило ему снова сосредоточиться на ощущениях, как он понял — ничего не изменилось. Да, этот человек был изувечен. Да, он был слеп. Но магия, которую Карлос чувствовал в нём, была чистой, сильной и… правильной. Она всё так же звала его, и теперь этот зов смешивался со жгучим любопытством — как, как слепой человек может так чувствовать землю? Так владеть ею? Он не знал, как теперь, после этого, подступиться с просьбой об обучении. Но Джей, оглянувшись по сторонам, взял инициативу в свои руки. — Ты не знаешь, где тут можно поговорить без лишних ушей? У нас есть к тебе одно весьма интересное дельце. Даг неопределённо хмыкнул, развернулся, не говоря ни слова, пошёл к одному из тёмных проходов, ведущих с пустыря, и просто махнул рукой, приглашая их следовать за собой. И Карлос, не раздумывая, пошёл. Потому что внутренний голос, голос его души Аватара, кричал, что это — правильный путь.

***

Даг привёл эту весьма странную компанию в своё убежище — заброшенный каменный карьер на окраине города. Стены из сплошного известняка поглощали звуки, а под ногами лежал ровный, монолитный пласт породы. Он уселся на землю, положив ладони на прохладный камень, и объявил: — Мы на месте. Тут никто нас не подслушает. Так что за дело? Его пальцы скользнули по шероховатой поверхности, считывая малейшие вибрации. Джей, беспокойный и верткий, сместил вес с ноги на ногу — его слегка скользящая походка выдавала мага песка. — Ты уверен? — спросил он, и его голос прозвучал чуть громче, выдав напряжение. — Просто это не выглядит, как безопасное место, а у нас такое дело, с которым лучше не светиться лишний раз. Даг почувствовал, как лёгкая дрожь от шагов Джея побежала по камню. Он немного поколебался. Вмешиваться в чужие тайны было не в его правилах, особенно после того, как он нашёл свой покой в ритме земли и заботе о семье. Но Иви стояла рядом. Он помнил её тихий, настойчивый голос, её руки, пытавшиеся исцелить то, что уже не поддавалось исцелению. Она не смогла вернуть ему зрение — обвал в шахте оставил слишком глубокие шрамы, и кости черепа срослись неправильно, — но она провела у его постели долгие часы, отчаянно пытаясь сделать хоть что-то, когда все остальные уже махнули рукой. Он был обязан ей. — Может, я и не вижу, — объяснил он, и его голос прозвучал ровно, как гладь подземного озера, — но при помощи магии земли я чувствую вибрации, которые испускаются всем, что находится на земле. Каждый ваш шаг, каждое движение — это рябь на поверхности камня. Поэтому я знаю, где стоит каждый из вас, и уверен, что в радиусе нескольких сотен метров отсюда нет никого живого. Лишь кроты да корни деревьев. Мальчик воскликнул, и его голос, звонкий и полный искреннего восхищения, отозвался в каменном мешке: — Это потрясающе! Даг скорее услышал, чем почувствовал, как тот подошёл и сел неподалёку. Его шаги были странными, почти невесомыми, будто он лишь касался земли. — Я Карлос, кстати. Даг, пожав ему руку, отметил мягкую, детскую ладонь без единой мозоли. Девушка, что стояла чуть поодаль и почти не говорила, тоже ответила на рукопожатие. — Ума. Её ладонь была другой — слегка мозолистой, но не настолько, чтобы владеть оружием каждый день. Однако в её позе, в том, как она распределяла вес, угадывалась боевая выучка, хоть и не солдатская. И от неё слабо, но верно пахло морской солью, как от моряков. Маг воды — видимо, с Севера. Любопытная компания. Кивнув, он спросил снова, на этот раз обращаясь ко всем сразу: — Так что за дело? Повисла недолгая, но густая тишина, нарушаемая лишь их дыханием. И тогда Карлос выпалил: — Я Аватар, и мне нужен учитель магии земли. Я бы хотел, чтобы им стал ты. Вот такое дело. Если бы у Дага остались брови, они бы взлетели к волосам. Вот уж чего он не ожидал, так это того, что сам Аватар, легенда, о которой он слышал лишь в сказках и отрывочных слухах, будет сидеть перед ним в пыльном карьере и проситься в ученики. Иви, словно уловив его ошеломлённое молчание, мягко добавила, вырывая его из ступора: — Есть одна деталь, о которой тебе стоит знать — нам нельзя здесь оставаться, поэтому мы уедем очень скоро. Возможно, даже завтра утром. Если ты согласишься, то мы возьмём тебя с собой. Даг медленно кивнул, обдумывая. Честь, да. Великая честь. Но… — Я очень польщён. Учить Аватара — великая честь. Но я не могу уехать и оставить свою семью неизвестно на какой срок. Они… они моя опора. Карлос парировал, и в его голосе появились стальные нотки, неожиданные для такого юного создания: — У нас самый дальний срок планирования — конец лета. Либо мы справимся и закончим войну, и ты сможешь вернуться к семье, либо мы облажаемся, и Нация Огня захватит Царство Земли окончательно, и будет уже неважно, кто и где. Джей, чьи нервозные вибрации немного утихли, добавил веско: — А ещё помочь нам — лучше для всех семей в мире в долгосрочной перспективе. Потому что окончание войны в интересах всех. Даг тяжело вздохнул и покачал головой. Они не понимали, не чувствовали этого груза на своих плечах. — Вы не понимаете — я не могу просто уйти и оставить их. Они заботились обо мне, когда я был ранен и беспомощен, теперь я должен ответить тем же. Он мысленно провёл пальцами по воображаемой карте в своей голове — карте прожилок руды в толще гор, которую он годами составлял, лежа в темноте и прислушиваясь к едва уловимым отличиям в «голосе» камня. Только у его семьи была такая подробная карта месторождений в ближайших горах. Разве он не сделал достаточно, обеспечив весь свой клан на годы вперёд? Разве его долг не был выплачен? И тогда Карлос сказал нечто, что пронзило его глубже любого довода: — Ты мог бы помочь им — и всему миру — поучаствовав в завершении этой войны. И ведь мальчик был прав. Рано или поздно пепельники придут и сюда. Гаолин с его расслабленной стражей и показными турнирами — не крепость. А кучка сильных одиночек с арены, для которых главное — зрелище и деньги, едва ли сможет остановить дисциплинированную армию. Перед ним сейчас был шанс. Не ясный, не безопасный, но шанс что-то изменить не только для своей семьи, но и для всех. Решительно кивнув, он сказал, и его голос прозвучал твёрдо, как скала, на которой они сидели: — Я помогу. Но мне надо попрощаться с семьёй и собрать вещи. Джей ответил немедленно, его голос приобрёл деловые, чёткие ноты: — Мы будем за городом — от северных ворот иди вперёд, там встретимся. Они явно перестраховывались, не называя точного места. И это было правильно. Значит, они не легкомысленны. Значит, у этой безумной затеи есть шанс. Он вернулся домой, в шумный, пахнущий едой и кожей дом своего клана, и объявил, что поедет искать новые руды в горах возле других городов и вернётся нескоро. Не хватало ещё впутывать семью в свою рискованную затею с Аватаром. Родители, дядюшки и тётушки, кузены и кузины — все обняли его, пожелали удачи и скорейшего возвращения. В их голосах он слышал тревогу, но и веру в него. Даг пообещал прислать письмо, как только получится. Ложь горьким комком застряла в горле, но иного выхода не было. Городская стража спокойно выпустила его из города в предрассветной дымке — они все были странно расслабленные, будто не ожидали никакого нападения. Хотя ему грех жаловаться — едва ли он смог бы объяснить, для чего уходит из города посреди ночи с полной котомкой. Пройдя несколько минут вперёд от северных ворот, он вдруг почувствовал его. Гигантское, невероятное существо недалеко от него. Оно касалось земли шестью ногами, а его сердцебиение — медленное, мощное, как барабан великана — отдавалось в земле низкой, ровной вибрацией. Его походка была странной, упругой и лёгкой, почти как у Карлоса, но в несопоставимо большем масштабе. Даг слышал сплетни о летающем бизоне Аватара, но всегда считал их просто сказками. Недолго думая, он пошёл на эту вибрацию и вскоре услышал знакомые голоса — видимо, они сидели на спине существа. Вот только голосов было пять. Кто-то оставался в лагере. Четверо уже знакомых пересказывали всё, что произошло с ними за день, а пятый — женский — давал на это спокойные, но слегка колкие комментарии. Подойдя к зверю на расстояние, когда его должны были заметить, Даг встал как вкопанный — он не хотел рисковать и спровоцировать неведомое животное. Вскоре его присутствие ощутили. Карлос легко спрыгнул на землю — Даг почувствовал почти неслышное приземление — и поприветствовал его: — Ты пришёл, отлично! Идём, я познакомлю тебя с остальными членами отряда. Услышав ободряющее ворчание самого зверя и успокаивающие слова Карлоса, Даг осторожно, уже полностью полагаясь на слух и чутьё, позволил помочь себе залезть в большое, просторное седло. — Мне уже тут не нравится, — честно признался он, когда его ноги потеряли надёжный контакт с землёй. — Я ничего не чувствую. Карлос, уже запрыгнувший обратно, судя по звуку, ответил: — Извини, но других способов передвижения у нас нет. Мы придумаем что-нибудь на ближайших привалах. Чуви, хип-хип! Дагу слабо ударил ветер по лицу — значит, бизон всё-таки взлетел. Удивительное и пугающее ощущение — быть отрезанным от земли, парить в пустоте, где его главное чувство было бесполезно — было странно и неприятно снова оказаться совершенно слепым и беспомощным, как новорождённый котёнок. Вдруг сбоку, совсем близко, раздался голос Иви, заставивший его вздрогнуть от неожиданности. Он не почувствовал её приближения. — Кстати, вы же не представлены друг другу. Мэл, это Даг. Даг, это Мэл… учитель Карлоса по магии огня. Даг наощупь протянул руку в ту сторону, откуда донёсся новый голос. Хозяйка голоса после секундной паузы пожала её. И это рукопожатие рассказало ему очень многое. Горячая ладонь — это он ожидал, раз она маг огня. Но кожа… очень мягкая, ухоженная, без единой шероховатости или мозоли — не простая странница. — Рада, что мы наконец-то продвинулись в миссии. И голос вблизи звучал иначе — не просто язвительный, в нём слышалась привычка командовать, власть. И её имя… Мэл. Он слышал это имя, хотя и не мог сейчас вспомнить, где и когда. Ему явно, совершенно явно, рассказали далеко не всё. Но крюк уже был заброшен, и бизон нёс его в неизвестность. Осталось лишь надеяться, что эта неизвестность приведёт к миру, а не к новой пропасти.

***

Проснувшись от бешеного, дёрганного стука в дверь, Цербер ощутил не привычный взрыв ярости, а лишь глубокое, ворчливое раздражение — он не любил, когда кто-то будил его от редкого, глубокого сна. Голова, что несколько дней была раскалённой наковальней, теперь была ясной и холодной. Он с рычанием, больше ритуальным, чем по-настоящему злым, поднялся с походной койки, костяшками металлической руки по привычке постучав по шлему — проверить, на месте ли защита. Из-за двери донёсся ровный, узнаваемый голос Мудреца. — Сэр, только что вернулся Жеребец с разведки — он был в городе и узнал, что в толпе видели мальчишку-аватара и его свиту. Ясность в голове моментально сменилась фокусировкой. Цербер распахнул дверь, и в полумраке комнаты его силуэт казался ещё массивнее. Пальцы его живой руки взметнулись в чётком, отточенном жестовом коде, который его люди понимали с полуслова. Оседлать носорогов. Быстро. Затем он указал на Красавчика, уже стоявшего поодаль и чистившего лук. Прочеши периметр города. Ищи следы их лагеря. Не их самих — их базу. Мудрец, получив приказы, кивнул, но не ушёл, сделав крошечную, почтительную паузу. — Принцессы, по словам свидетеля, с ними не было, — доложил он, и в его голосе не было ни тревоги, ни удивления — лишь констатация факта. Цербер лишь коротко мотнул головой. Ничего. Они всё расскажут. Мысль была не угрозой, а констатацией рабочего процесса, как заточка клинка или проверка запалов. Если Маленькое Высочество скрывается отдельно — значит, на то есть причина. Его задача — найти тех, кто знает, где она сейчас. Уже через двадцать минут, которые прошли в слаженной, почти бесшумной суете, его небольшой, отполированный до блеска отряд был в седлах. Мощные бронированные носороги, почуяв дело, перебирали копытами, из их ноздрей вырывались клубы пара на утреннем холоде. Цербер возглавил колонну, его спина была прямой, металлическая рука лежала на притороченном к седлу шлеме — он предпочитал носить защиту для головы в бою. Не успели они скрыться за первым же скальным выступом, как из утренней дымки возник Красавчик. Лучник подъехал вплотную, его лицо, обычно бесстрастное, было оживлено азартом охоты. — Следы оставленного лагеря, сэр, — он указал кивком в сторону редкой рощицы. — В полумиле отсюда. Свежие. Цербер беззвучно развернул своего тяжёлого скакуна, и отряд, как единый организм, послушно изменил направление. На указанном месте царил не беспорядок бегства, а скорее спешный, но организованный отход. Цербер медленно объехал площадку, его взгляд, скользя по примятой траве, пепелищам костров и следам, считывал информацию, как другие читают книгу. Мудрец, спешившись, прошёлся между бывшими кострами, водя руками над землёй, будто ощущая остаточное тепло. Потом он достал из седельной сумки потрёпанный фолиант, полистал его, сверяясь с зарисовками, и подошёл к Церберу. — Отпечатки лап, — доложил он, указывая на несколько чётких вмятин в мягком грунте. — Размер, вес, расстановка. Совпадает с описанием аватарского летающего бизона. Красавчик, тем временем, двигался по периметру, его зоркие глаза выискивали неочевидное. — Принцесса была здесь одна какое-то время, — сказал он, останавливаясь у одного из следов. — Ходила свободно, без охраны. Не спеша. Потом пришли остальные. Четверо. А позже присоединился ещё один… — Он замолчал, присел на корточки, вглядываясь в землю, и через мгновение подошёл к Церберу, протягивая на ладони клочок длинной, невероятно густой и мягкой на ощупь белой шерсти. — Бизон линяет. И след ведёт на север. Цербер взял клочок шерсти, потерев его между металлическими пальцами. В голове, холодной и ясной, складывалась картина. Никакой паники, никакой погони сломя голову. Встреча близилась, это было неизбежно. И он уже отбросил наивные иллюзии о «спасении» принцессы из лап злодеев. Маленькое Высочество была не пленницей. Она была тактиком. Его роль была не в том, чтобы вырвать её из когтей врага с мечом наголо. Его роль — стать точным, сокрушительным инструментом в её руках, каким он был всегда. Хозяин, Лорд Огня Аид, лично не отдавал такого приказа, но Цербер знал неписаный закон: в отсутствие отца слово Принцессы — закон. А по возвращении Хозяин всегда, всегда одобрял все её решения. Значит, и сейчас он поступит правильно — найдёт её, встанет рядом и выполнит любой её приказ. Он повернул своего носорога на север, на протоптанную бизоном тропу. Его люди, как тени, двинулись следом. Охота перешла в заключительную фазу.