Вплетаясь в тебя

Если бы Илье сказали хотя бы полгода назад, что его пульс будет учащённо биться именно рядом с мужчиной, то Илья бы ни за что не поверил такому вздору. К геям Илья себя никак не причислял. Но вот он в квартире своего... а кого своего? Друга? Нет. Любовника? Тоже нет. Илья не догадывался, что каждый раз желая спокойной ночи юноше, Николай идёт в душ не только смыть с себя накопившуюся за день усталость. Николай, стоя в душе, неспешно водил ладонью по возбуждённому члену, представляя себе, что это делает не он, а тонкие пальчики солнечного мальчика. Самого лучшего мальчика... Его мальчика! Сжимая губы, Николай кончал в ладонь тихо, чтобы лишний раз не издать непотребного стона, хотя вода заглушала все звуки, и опасаться не стоит. Николай в свою очередь не знал, что Илья, лёжа в кровати под тонким мягким пледом, от которого слегка пахнет успокаивающе-мужским запахом, делает то же самое, недоумевая: почему Николай не делает первый шаг навстречу?

***

Анн забылся долгожданным сном. Иногда сон вампиров напоминал летаргию: можно было уснуть на очень длительное время. У Анатэля никогда не было особого дара, этой привилегией обладали лишь немногие древние. Всё, что он сделал с парнем, тяжко давило на душу мужчине. Душа...а где она, эта душа? Он никогда не видел ничего подобного. Когда тело умирает, то дыхания больше нет, отсюда и метафора – дух вон. Он дышал, но и человеком не был. Желание обладать, быть вместе с Яром, не проходило. Его поступок был омерзителен, но он бы никогда не посмел убить мальчишку. Никогда. Только припугнуть, вызвать отторжение.. У них не было будущего. Не было. Эти тяжёлые мысли даже во сне не давали покоя. Ему снилось, что румынскую деревушку никто не разрушил. Анатэль втянул в себя лёгкий дымок, наполняющий их улицу. Дым шёл из труб аккуратных домиков. Когда-то в его поселении были именно такие, пока с Севера не пришло дьявольское отродье. Мужчина провел рукой по волосам, находя глазами свой дом. Они жили в уютном доме, счастливые, живые люди. Анн отчего-то не осмелился сделать первый шаг по направлению к избе, а потом сердце... его давно мёртвое сердце забилось радостной птицей – на крыльцо вышел Бирк. Здоровый и румяный, он улыбался, поглаживая кучерявую тёмную бороду. – Бирк... – голос Анатэля дрогнул. Хотелось подбежать, обнять старшего брата, прикоснуться щекой к мягкой бороде... Близкие... Душа умерла, давно оплакав тех, кого он потерял! Но... Бирк?? – Бирк... – счастливо повторил Анатель, но невидимая преграда была между ним и братом. Анатэль понял – он не сможет приблизиться к дому. – Здравствуй, Ана! Голос мягкий, не холодный, не мёртвый, как тогда. Это Бирк! – Прости меня, брат, – взгляд мужчины был полон сожаления. – Я не смог противостоять тому, что было во мне. Я убил тебя. Прости. Анн непроизвольно всхлипнул. – Меня ведь тоже простили, Ана. Я теперь свободен. Помнишь, я тебе говорил, что Бога нет? Анн едва заметно кивнул, глядя во все глаза в умиротворённое лицо Бирка. – Так вот... Он есть, Ана. Там действительно нет ангелов, да много чего нет. Я и сам не видел его. Я не могу тебе сказать, каким голосом разговаривал со мной Бог, но то, что это был Он, я уверен! – безмятежный голос брата льётся легко... Бирк счастлив. – Что же он сказал тебе, Бирк? – хрипло спросил Анатэль, отчаянно высвобождая грудь из-под тесной рубашки, наспех расстёгивая пуговицы. Анну не хватало воздуха, здесь он был жив, он был человеком. Такое потерянное, забытое чувство – быть живым... – Я не помню, Ана! – с улыбкой пожал плечами мужчина. – Но понял одно – я прощён. Моя душа обрела покой. Ты тоже обретёшь покой, Ана. Я буду молиться за тебя. Но ты пришёл сюда не просто так! Бирк подняв голову, обвёл глазами бледно-голубое небо. – Слушай, Ана. Огонь очищает души, так было всегда. Тех, кто пришёл с Севера, можно убить только огнём. Их уже много, Ана. Много. Найди людей, пока эти твари не разрослись по всей планете подобно репейнику. Убей их Хозяина, и тогда они ослабнут, а дальше только огонь поможет вам! Тот мужчина, которого вы искали, рядом со своим Хозяином. Когда хозяина не станет, он может быть достаточно сильным, чтобы занять его место. Мужчину нужно уничтожить. Сначала его. Ты увидишь место, где вы сможете найти его и понять, куда направился Хозяин, потому что его вы там не застанете. Ты увидишь, но потом дар пропадёт. Это всё, что я могу для тебя сделать. И Ана... Бирк лукаво улыбнулся в бороду. – Тот человек, который рядом с тобой... Не потеряй его. Он – твоя половина, часть тебя. Так вышло. Когда-то ты обретёшь покой, а я позабочусь об этом, но будет ли с тобой твой человек, решать только тебе. А теперь – домой! Прощай, Ана.... Всё завертелось тёмным водоворотом перед глазами вампира, стало тошнотворно плохо и Анатэль провалился в тяжёлое небытие.

***

Теперь Анн видел. Заброшенный дом на окраине города, Липский там один. Других вампиров нет, но там был кто-то очень сильный, могущественный. Сейчас он исчез. Анна пронзил потусторонний холод – там были Они... те, которые пришли с Севера. Те, кто уничтожил не одну румынскую деревню. Сейчас их только двое, остальные – слабые. Но и те и другие боятся огня. Нужно ехать за Липским, а там уже и до других дело дойдёт. Только вот нужны люди. У Организации много опытных людей, Организация — это Лиазновский. Нужно доложить шефу и попросить помощи у Лиазновского, один Анн не справится. Ещё нужен Коллен, как друг нужен, только вот вряд ли после херни, что устроил Анн, тот захочет с ним говорить. Но попробовать надо, они слишком долго вместе, и слишком тяжко было бы расстаться вот так. Николай же делал вид, что незнаком с Анном, когда они случайно пересекались в отделе.

***

Совещание у шефа затянулось больше чем на два часа. К видениям Анна не отнеслись скептически, шеф очень внимательно выслушал мужчину, делая свои выводы. По всему миру начали происходить страшные вещи и было не до скептицизма. Вампиры и правда могли обладать даром видения, но не все. Решение было принято единогласно: нужно было ехать в дом, но сначала собрать людей. К Липскому могла подоспеть подмога. Выходя от шефа, Анн притормозил Николая в коридоре. – Коллен... Николай вымученно выдохнул, насуплено посмотрел на Ана, не проронив ни слова. – Я прошу прощения за тот инцидент... – Анну было непривычно оправдываться. Просить прощения здорово било по самолюбию, но как ни крути, Анн накосячил, и хорошенько так накосячил! – Инцидент?! – возмущённо воскликнул Николай. – Ты это называешь инцидент?? Ты чуть... – Я бы никогда не убил его! – перебил Анн. – Никогда! Слышишь? Я просто хотел, чтобы он возненавидел меня! Спросишь для чего? А как ты сам думаешь, Ник? Они пошли вдоль кабинетов и завернули в небольшой коридор, который заканчивался тупиком. Здесь их никто не мог услышать. – У нас есть будущее с ним? Какое? Я – проклятый, он – слабый человек, который в любую минуту может умереть! А что мне останется? – Анн! – Николай закатил глаза, всем видом показывая, что мужчина полный придурок, – Ты прожил без малого сто лет или больше, а мудрости нихера не приобрёл! Пацан тебя любит! Любит! Ты говоришь: что я буду делать потом? А он что будет делать? Ты о себе печёшься, а ему сердце разбил! А ты не подумал, что он что-то с собой сделает? Анн, содрогнувшись от этой мысли, нервно повёл плечами. – Не говори так! – сглотнул Анн. – Яр умный мальчик... а где он? – запоздало спросил мужчина, стараясь не смотреть в насмешливые глаза Николая. Неловко было показывать кому-то свою слабость и вину. – Отпуск на неделю взял, – стараясь сдержать улыбку, пояснил Ник. Не мог он ненавидеть Анна, слишком похожими они были, пусть и не в плане характера. – Я так понимаю, Лиазновский выделит нам людей для... Николай даже сейчас не мог без лютой злобы подумать о тех, кто сотворил всю эту бойню, кто убил его родителей, сделав таким. – Да. Но мы начнём с Липского. Я ведь чуял, что он непростая сволочь! Огонёк он любит! – оскалился Анн. – Ну так порадуем гадёныша, накормим его любимым блюдом! Что ты знаешь о других? Ты ведь как-то упоминал о тех... истинных, древних вампирах. – Я помню только Фалько и его сестру, других не знал. – Николай прислонился к шершавой, некрашеной стене в тупиковом закутке. Стена холодила спину, неровная поверхность была неприятна телу, но Николай не обращал на это внимание и продолжал говорить: – Мы жили в небольшом селе, как и ты в своей деревушке, а ночью они напали. Я не знаю почему, но эта шлюха решила меня обратить. Ты знаешь, что она делала, пока пила мою кровь? Глаза Николая вновь приобрели зелёно-фосфорный цвет. Анн молча покачал головой, с сочувствием глядя на друга. – Эта тварь скакала на мне, периодически слизывая кровь с разодранного горла. Мы не трахались, Анн. Мы сношались, как обезумевшие звери! Она убивала меня, а у меня стоял член. Стоял, блядь, пока она убивала меня! А рядом лежали родители с остекленевшими глазами... Они, слава Богу, были уже мертвы. А её братец стоял у трупов отца и матери, с безумной улыбкой глядя на нас... Николай прикрыл ладонями лицо. Плечи сильного мужчины содрогнулись в глухом рыдании. Кто сказал, что вампиры бесчувственны? Кто сказал, что глаза их вечно сухи, что нет слёз и воспоминаний... Анн знал, как это больно. Знал, как никто другой. Хлопнув по плечу Николая, Анн первым покинул неуютное место. Николаю нужно побыть одному.

***

Огня должно хватить на всех. Заготавливая канистры с бензином, готовились и сами люди. "Операция" была назначена на вечер, часам к десяти все должны были быть на месте. Транспорт решили оставить на приличном расстоянии от дома. Липский почует запах, в этом не было сомнения, но разработки учёных Организации давали гарантию приблизиться к дому незамеченными. Специальный спрей устранял любые запахи, новообращённый ничего не должен был почувствовать. Когда сборы были уже почти закончены, недалеко от здания остановилось такси, высаживая нежданного визитера. Яр с невозмутимым видом подошёл к Николаю, который чуть отошёл от УАЗика, в который поставил три канистры с бензином. – Яр? Ты зачем тут? – удивлённо спросил Николай, вытирая ладони о военный камуфляж. Немного бензина вылилось из-под одной неплотно закрытой крышки канистры, и теперь руки неприятно пахли. – Мне сказали про операцию. Я позвонил шефу насчёт продления отпуска, он сказал о Липском, и я... – Яр немного замялся. – И ты? – подначивая продолжить говорить дальше, Николай вопросительно приподнял бровь. – И я поеду с вами! – твёрдо ответил Яр, с вызовом глядя в глаза Николаю. – И даже не переубеждай меня! Я поеду всё равно!