Штрихи / Strokes

      Дельфи называет его папой.       — Папа Гарри, — кричит маленькая волшебница, зовя, чтобы Поттер посмотрел на то, что она сделала.       Наверное, он должен быть благодарен за это.       Гарри даже вполне искренне улыбается ей.       Так искренне, что даже Том ничего не замечает, щуря глаза от солнца и смотря в их сторону. Даже машет им рукой, пока Дельфи уводит Гарри к пляжу.       Они в отпуске на этом острове всего пару дней, а бывший гриффиндорец уже хочет сбежать отсюда, аппарировав куда подальше. Реддл решил, что отдых им необходим, что Поттеру нужен отдых от работы аврором, на которой он пропадает сутки напролет.       Гарри хотел нервно рассмеяться на это предположение. О, нет, дорогой, это не его просят проводить больше времени на работе. Это он договаривается, меняя смены, а иногда и просто выходя за других, чтобы тем заплатили, задерживаясь на работе, забыв о нормальном сне не на рабочем столе и о еде. Волшебник просто не может находиться в доме Тома. В их доме. Их доме с Дельфи.       Девочка улыбается ему щербатой улыбкой, протягивая ракушку и, получив благодарность, ищет новую, чтобы отдать папе, у которого сердце разрывается от противоречивых эмоций.       Он любит детей. Любит Тедди. Любит Розу Уизли. Но Дельфи…       Дельфи оборачивается слишком резко, и в смазанном изображении, что зафиксировали его глаза, Гарри видит безумную улыбку и стеклянные глаза с расширенными зрачками, от которых по спине пробегает страх. Все его тело охватывает ужас и неконтролируемая злость. Её слишком много, он не может выпустить её, он не может контролировать её. И от её переизбытка тело окаменевает.       — Папа? — недовольно зовёт его малышка, держа вытянутую руку с ракушкой уже некоторое время, пока её папочка стоит, замершим, уже пару минут.       — Ах, прости, я рассматривал ракушку, милая, — дрожь в голосе практически невозможно скрыть, но ребенок её не замечает, тихо смеясь над рассеянностью папы.       Поттер забирает ракушку, мысленно вознося молитву, чтобы это поскорее закончилось. Чтобы они вернулись в Лондон, и он вновь мог бы избегать встреч с маленькой девочкой.       Маленькой девочкой, до ужаса похожей на свою мать, Беллатрису Лейстрендж.

***

      Гарри не знал о Дельфи, когда они с Томом начали встречаться. В их истории тоже всё непросто. Борьба, которая начинается под воздействием манипуляций одних людей, закончилась их объединением и победой над этими манипуляторами.       Их отношения кажутся осколками битого стекла для наблюдателей, знающих их историю по статьям газет. На деле оно похоже на одеяло из множества лоскутков.       И всё было хорошо.       А потом Том приводит Дельфи.       — Она моя дочь.       — И… Беллатрисы? — произносит Гарри ломающимся голосом, смотря в хмурящееся лицо своего супруга.       — Да.       Беллатриса Лейстрендж — ведьма, что убила его крестного. Ведьма, что узнав о их перемирии, заперла Гарри в подвалах своего особняка, держа там несколько дней и испытывая заклинаниями, ломая морально и физически. И как оказалось, Беллатриса Лейстрендж — это ведьма, что, воспользовавшись неадекватным состоянием одной восьмой души в монстровидном теле, забеременела и родила ребенка.       — Гарри, если ты…       — Что я? Том, куда ты бы отдал её, если бы я попросил? В приют? — произносит он пересохшими губами, видя, как Реддл незаметно напрягается на последнее слово. — Или её дальним родственникам? — нервно усмехается он. — Скажи ещё, что нам не повезло, что её родственники не магглы.       Том молчит.       Гарри закрывает глаза, чувствуя безнадёгу. Да, им повезло до такой степени.       — Мы оставим её, — старается произнести он твердым голосом, не чувствуя уверенности в своих словах, но стараясь обмануть их обоих.

***

      — Гарри, поговоришь со мной? — спрашивает его Том, сидя рядом с ним в их комнате, пока Дельфи спит в соседней.       — Всё в порядке.       — Гарри.       — Всё, правда, в порядке, — начинает нервничать Поттер.       — Гарри, всё не в порядке, — твёрдо произносит Реддл, поворачивая его голову к себе и смотря ему в глаза. — Гарри…       И эта твёрдая нежность ломает волшебника.       — Я не справляюсь, — булькает он влажно, ощущая скопление слёз в глазах. — Том, я вижу её. Не Дельфи. Том, я не справляюсь.       — Гарри, мы можем…       — Нет! — кричит он. — Нет, ни за что, — переходя на шёпот, продолжает Гарри. — Мы не отдадим её. Не им. Пожалуйста, Том.       Реддл хмурится, не согласный с супругом, но и сам понимая, что они не смогут отдать ребенка ни в приют, ни магглам.       — Я знаю, — нервно облизывает аврор губы. — Заставь меня забыть. Наложи на меня заклинание.       — Гарри! Нет!       — Том, да, это единственный выход, — сжимает Поттер рубашку супруга.       — Ты не хотел этого даже после того, как тогда всё закончилось! А теперь, что? Ребёнок? Ради этого ребёнка? Гарри, мы можем…       — Нет, нет, нет, — Гарри дрожит от эмоций. — Пожалуйста, Том. Пожалуйста…       Том хмурится так, словно ему больно, протягивая руку к волшебной палочке.

***

      — Папочка, — смеётся Дельфи, бегая по кромке воды, создавая множество брызг вокруг.       Гарри смеётся, оборачиваясь к Тому и зовя его к ним.       Странно. Когда Том начал курить? И почему сигарета дрожит в его руках?