Мой путь через время

***

Такемичи стал приходить в мастерскую почти каждый день. Он не торопился сближаться с Шиничиро и старался не быть навязчивым. Сначала он просто заходил и здоровался, смотрел, как тот работает, слушал краткие рассказы о байках и их устройстве. Шиничиро был человеком, который излучал собой свою искренность. Ему было около 20 лет, но в его глазах светилась юношеская страсть к жизни. Его темные волосы, слегка растрепанные, всегда выглядели так, будто он только что снял шлем. Чёрные глаза, как бездонные колодцы, могли быть одновременно добрыми и строгими. Нос прямой, губы с тонкой насмешливой тканью, которая часто перерастала в мягкую, располагающуюся улыбку. Его фигура была худощавой, но крепкой — заметно, что он привык к тяжёлой физической работе. Он всегда был в простой одежде: потёртые джинсы, рабочая футболка и куртка с засаленными рукавами, на которых виднелись следы масла. Но даже в этом видео он выглядел так, будто мог вести за собой толпу. — Ты прямо как из рекламы, — однажды заметил Шиничиро, бросив на него взгляд, пока работал над очередным байком. — Что? — удивился Такемичи. — Ну, типа парень, который улыбается на фоне дорогих машин. Промо не для улиц. Такемичи рассмеялся, но слова Шиничиро задели его. Он думал о том, что, наконец, выглядел сильнее для этого мира.

***

Несколько дней спустя Такемичи решился спросить: — Почему ты разрешаешь мне приходить? Шиничиро, который работал с карбюратором, поднял голову. — А что, нельзя? — Нет, просто… Ты меня не знаешь. — Знаю. Ты парень, который приходит каждый день и сидит тут, будто ищет, где спрятаться, — усмехнулся Шиничиро. Такемичи покраснел. — Я не прячусь! Шиничиро лишь покачал головой. — Ладно, ладно. Просто ты напоминаешь мне одного моего младшего. Такой же упрямый и загадочный. — У тебя есть младший брат? — Да, — коротко ответил он, снова погружаясь в работу. Такемичи чувствовал, что это критический момент. Он хотел узнать больше, но решил не торопиться. Вместо этого он остался в мастерской, как обычно, наблюдая, как Шиничиро с невероятной заботой протирает каждую деталь. — Ты реально любишь всё это, да? — спросил Такемичи, нарушив тишину. — Конечно, — ответил Шиничиро, не отрываясь. — Это не просто машины. Это то, что делает людей свободными.

***

Когда Такемичи вошёл в мастерскую, через служебный выход, он сразу почувствовал напряжение. Шиничиро стоял у входа, опираясь плечом на косяк, и, прищурив глаза, глубоко затягивался сигаретой. На полу, рядом с его ногой, валялся шлем с треснувшим стеклом. — Что-то не так? — осторожно спросил Такемичи, подходя поближе. Шиничиро обернулся, выпустив облако дыма. В его глазах читалась усталость, смешанная с раздражением. — Эти идиоты снова пришли, — буркнул он, затушив сигарету о металлическую полку и бросив окурок в старую банку. — Кто? — Пара местных хулиганов. Думают, что если в кармане нож и друзья, то весь мир у них в ногах, — усмехнулся Шиничиро, но в его голосе не было ни тени юмора. Такемичи опустил взгляд на разбитый шлем. — Они что, вломились сюда? — Ага, — произнес Шиничиро. — Один из байков повредили и шлем вот… Обидно. Я на него месяц отлаживал. Он схватил тряпку со стола и вытер руки, хотя они и были чисты. Это был жест больше для успокоения, чем из необходимости. — Почему ты ничего не сделал? — спросил Такемичи, глядя в лицо Шиничиро. Тот поднял бровь и хмыкнул: — Думаешь, я стал бы терпеть? Я их прогнал, но связываться с ними больше смысла нет. Они мелкие шавки. Но если ещё раз придут — другое дело. Шиничиро говорил спокойно, но его пальцы нервно барабанили по стулу. — Ты что, волнуешься? — с лёгкой насмешкой спросил он, глядя на Такемичи. — Ну… Немного. «Это же твоя мастерская», — ответил тот, чувствуя, как в груди поднимается легкое возмущение. Шиничиро усмехнулся и достал из кармана новую сигарету. Закурив, он поднял взгляд на Такемичи. — Забавный ты парень. Обычно такие, как ты, вообще не суют нос в чужие дела. — Я не такой. — Уже вижу, — сказал он, выпуская дымовые кольца. — Ну, раз уж ты так беспокоишься, можешь просто заходить почаще. Вдруг понадобишься. Такемичи не ответил, но твёрдо решил, что не позволит этим хулиганам снова нанести вред мастерской.

***

После этого разговора их отношения стали теплее. Такемичи еще больше подметил, каким был этот человек: несмотря на свой насмешливый тон, он искренне заботился о тех, кто был ему дорог. — Ты всё ещё приходишь? — однажды спросил Шиничиро, наблюдая, как Такемичи задумчиво изучает плакаты на стене. — Нравится мне тут. — Да ну? — усмехнулся он, стряхивая пепел в банку. — Или тебе просто скучно, парень? — Может, и так, — ответил Такемичи, чувствуя, как уголки его губы дрогнули в улыбке. Шиничиро вдруг стал серьёзным. — Слушай, я не знаю, что у тебя за дела, но если хочешь, могу показать, как чинить байки. Так хоть польза от твоего времени здесь будет. Это предложение удивило Такемичи, но он быстро согласился. — Правда? — Ну а что? Всё равно крутишься тут. Да и парень, ты, вроде, смышлёный. Такемичи начал учиться: как держать инструменты, разбирать двигатель, использовать инструменты. Шиничиро, несмотря на свой слегка ленивый вид, оказался строгим учителем. — Да не так держи ключ, соскользнёшь и пальцы покалечишь, — говорил он, перехватывая руку Такемичи. — Извини. — Извинения байку не помогут. Давай ещё раз. Но за этой строгостью чувствовалась и забота. Если у Такемичи что-то не получалось, Шиничиро спокойно объяснил снова. — А ты даже очень не бестолковый, — заметил он как-то, глядя, как Такемичи ловко прикручивает винт. — Это комплимент? — Ага, считай так. Такемичи улыбнулся, чувствуя, как между ними строится доверие. Их первый урок был прерван, когда к мастерской снова подошли те самые парни. В этот раз они не стали врываться внутрь, а просто стояли у входа, переговариваясь между собой и бросая вызов своими насмешливыми взглядами. — Это они? — тихо спросил Такемичи, заметив напряжённое выражение лица Шиничиро. — Ага, — коротко ответил тот, не отрывая взгляда от двери. — Что будем делать? Шиничиро затушил сигарету и выпрямился, устало потянувшись. — Ничего. Они любят привлекать к себе внимание, но дальше этого редко заходят. — А если зайдут? Шиничиро посмотрел на него и улыбнулся, но эта улыбка была пустой. — Тогда мы покажем им, кто тут главный. Такемичи смотрел на группу парней, их громкий смех, резкие жесты и ленивые движения раздражали, но в то же время все они были оправданы. Один из них, высокий, с обесцвеченными волосами и серьгой в ухе, прислонился к стене, громко насвистывая что-то фальшивое. — Они что, просто стоят и ждут? — прошептал Такемичи, чуть приподнявшись, чтобы лучше рассмотреть незваных гостей. Шиничиро, не поднимая голову от двигателя, лениво махнул рукой. — Игнорируй их. Они думают, что я запаникую, раз в прошлый раз их выгнал. — Но они же могут снова что-то сломать. Шиничиро промолчал, медленно поднялся, вынул сигарету из пачки, что лежала на столе, и закурил, облокотившись о дверной косяк. — Главное, чего они хотят? Чтобы я начал на них смотреть. А я им этого удовольствия не дам. Но Такемичи чувствовал, что в словах Шиничиро была частичка правды, часть. — Ладно, ты оставайся здесь, — сказал Шиничиро, стряхивая пепел на пол. — Я сейчас разберусь. Он толкнул дверь и вышел на улицу. — О, смотрите-ка, сам Шиничиро Сано, — усмехнулся один из парней, сделав шаг вперед. Это был тот самый высокий парень с обесцвеченными волосами. Его голос звучал нагло, но на лице не было серьёзного выражения — только игра. — Опять ты, Рё, — лениво сказал Шиничиро, затягиваясь. — А что, скучал? — ухмыльнулся Рё, а его дружки засмеялись. — Ты что, правда пришёл сюда, чтобы потрепаться? — Шиничиро выдохнул дым прямо в лицо нагляку, отчего тот слегка дёрнулся, но быстро вернул свой смешной вид. — Да нет, мы просто хотим кое-что спросить, Сано. Видишь ли, мы тут подумали… Твоя мастерская слишком хорошо для тебя выглядит. Может, тебе нужна защита? Шиничиро прищурился. — Защита? От кого? От таких, как вы? Рё улыбнулся, показывая зубы и размахнул руками. — Ну, вдруг с тобой что-нибудь случилось. Тебе же не хочется, чтобы твоим байкам кто-то поцарапал краску? Шиничиро не ответил сразу. Он просто стоял, спокойно глядя на Рё, а затем резко сбросил окурок и наступил на него ботинком. — Убирайтесь, пока я вас сам не выкинул. На миг между ними повисла тишина. Такемичи, наблюдавший из мастерской, почувствовал, как у него пересохло во рту. Но Рё только пожал плечами, сделал вид, что сдаётся, и махнул друзьм рукой. — Ладно, Сано. Мы просто предложили. Если передумаешь — дай знать. Они ушли, хихикая, растворяясь в вечернем мраке. Шиничиро вернулся в помещение, бросил ключи на стол и сел, потирая лицо руками. — Чёртовы идиоты. Думаю, что всё можно решить, угрожая людям, — пробормотал он. — А что, если они вернутся? — тихо спросил Такемичи, всё ещё стоящий у окна. — Вернутся, тогда и посмотрим. Слушай, ты-то чего так переживаешь? Тебе-то какая разница? — Шиничиро посмотрел на него на через пальцы, прикрывая глаза. Такемичи почувствовал, как у него сжалось сердце. Он не мог объяснить, почему это было для него так важно. Но, глядя на Шиничиро, который всегда старался сохранять спокойствие, несмотря на все трудности, он знал одно: этот человек заслужил защиту. — Просто… Мне не всё равно, — тихо сказал он. Шиничиро на мгновение замолчал, изучая лицо Такемичи. — Ну, спасибо, — наконец сказал он, чуть улыбнувшись. — Но ты не обязан в это лезть. — Я знаю. — Вот и хорошо, — сказал он, вставая. — Всё, идём работать. Байки сами себя не соберут. В ту ночь Такемичи не мог уснуть. Он сидел у окна своей комнаты, смотрел на небо и обдумывал все, что произошло. "Почему я всегда стою на стороне? Почему я снова и снова позволяю таким людям разрушать то, что важно для других?" Он вспомнил, как в прошлом не мог защитить Хинату, как терпел поражение, раз за разом подводя своих друзей. — Я больше не буду слабым, — прошептал он в темноту. С тех пор его тренировки стали ещё интенсивнее. Он стал отжиматься, пока руки не начинали гореть и изучать книги в старой библиотеке. Каждое утро он проходил мимо мастерской, проверяя, всё ли в порядке. И каждый раз, заходя внутрь, он чувствовал себя чуть увереннее, чуть сильнее.