Дорогой, Сатана!

      Габриэль заканчивает читать вслух свое письмо и шкодливо улыбается родителю, являя взору свои очаровательные ямочки на щеках.       — Значит, конструктор, фотоаппарат и футболка с Юпитером? — уточняет Тэхён, запоминая список про себя. — Уверен, малыш?       Габи кивает и вкладывает письмо в конверт, который разукрашивал, пока Тэхён занимался булочками на кухне. Он тщательно запечатывает его и подписывает кривоватым почерком свое имя и адрес, не давая прочитать папе. Внутри него все лопается и искрится от предвкушения сделать ему сюрприз.       — Отнесем сейчас, папа?       — Дождемся дядю Юнги и тогда отнесем. — Тэхён перенимает радужный конверт и чмокает в щеку сына. — Хочешь порисовать пока его нет?       Дядя Юнги влетает в кофейню ровно за одну минуту до открытия и получает грозный взгляд от своего босса. Пробки перед праздниками способны застопорить артерии дорог на несколько часов, но это безусловно не является оправданием. Юнги на ходу снимает с себя дутую куртку и идет мыть руки, чтобы приступить к смене. Габриэль уже дожидается его около витрины с выпечкой, которой все утро занимался Тэхён и протягивает ему рабочий фартук с изображением имбирных пряников.       — Спасибо, напарник. — Юнги треплет малыша за кудрявые волосы и дает пять. — Твой папа сильно злится?       Габи задумчиво смотрит на Тэхёна, воспринимая вопрос слишком серьезно, а затем отрицательно качает головой.       — Нет, дядя Юнги. Он просто сказал, что лишит тебя премии вот и все.       Юнги тихо посмеивается с того, как серьезно и успокаивающе пытается звучать маленький ребенок, который даже не понимает смысл слова “премия”, а затем сразу же встает за прилавок.       — Готовы начать еще один день? — спрашивает всех Тэхён и под их кивки меняет табличку на “открыто”. — Тогда, добро пожаловать в “Эдем”!       Первые гости начинают прибывать в столь ранее время за порцией утреннего кофеина. Некоторых из них Тэхён узнает, вежливо улыбаясь постоянным клиентам. Запах свежего кофе заполняет помещение, проникая до самых дальних уголков и Тэхён глубоко дышит, наслаждаясь ароматом зерен, корицы и имбирных пряников. Сегодня у Тэхёна заслуженный выходной, и он проводит его вместе с Габи. Вместе они отправляются на почту и оставляют в специальном боксе письмо для Санты, а затем наслаждаются неспешной прогулкой в парке возле дома. Погода в середине декабря стоит поистине волшебная: большие хлопья снега кружат в медленном вальсе и оседают на ресницах, а земля вокруг одно сплошное одеяло из белоснежных перин, искрящееся тысячью рассыпанных алмазов при солнечном свете.       Они запланировали устроить марафон рождественских мультфильмов поедая сахарные печенья с глазурью из белого шоколада в виде снежинок прямо на диване. Ингредиенты уже разложены на кухонном столе, а из колонок играют классические новогодние хиты, заставляя отца и сына подпевать знакомым мелодиям. Купленные в прошлом году одинаковые пижамы с рисунками красноносых оленей уже немного застирались, но по-прежнему поднимали праздничное настроение.       В итоге они провозились на кухне ещё пару часов. Тэхён случайно опрокинул миску с мукой, и весь пол оказался усеян маленькими следами ножек Габи, который изо всех сил пытался помочь устранить беспорядок. Они измазались в муке, пачкая носы и щеки и громко смеялись с собственного вида, пока Тэхён не вспомнил о своем стареньком фотоаппарате. Он нащелкал около дюжины снимков Габи с венчиком в руках и именном детском фартуке, умиляясь сосредоточенному виду своего ребенка, который старательно размешивал тесто, слегка прикусив кончик языка, как это делает сам Тэхён.       Пока печенья румянились в духовке, Тэхён помог Габи искупаться и сменить испачканную пижаму на теплый свитер со смешным изображением Супер Марио в новогодней шапочке. В семье Ким серьезно относились к празднованию главного праздника в году.       — Начнем с “Полярного экспресса” или “Холодного сердца”? — спрашивает Тэхён, удобно устраиваясь на диване под толстым пледом.       — “Холодное сердце”! — он не удивляется, что первым сын всегда выбирает свой любимый мультфильм и включает пуск на телевизоре.       Горячий шоколад греет руки и согревает изнутри, прокладывая путь до самой души, растекаясь настоящим блаженством, а сахарные печенья получились рассыпчатыми и мягкими, сладкая глазурь растекалась по языку и нёбу. Тэхён загипнотизированно следит за отражением желтых гирлянд в телевизоре и теряется в своих мыслях, даже не следя за приключениями Эльзы и Анны. Он столько раз пересматривал этот фильм с сыном, что может наизусть продекламировать любую сцену. Продолжая гладить кудрявые волосы Габи, он погружается в дрему, где его укачивают на снежных волнах милые оленята. Его сопровождают до зимнего дворца к самому Санта Клаусу, рассевшегося у огромного камина перед заснеженной панорамой Лапландии. Тэхён давится слюнями, когда видит поджарого, мускулистого мужчину в одних штанах красного цвета с белой пушистой каймой на штанине вместо доброго старичка с длинной бородой и пузом.       — Ты был хорошим мальчиком в этом году? — от соблазнительного голоса бегут мурашки. Тэхёну хочется закивать и ответить утвердительно, но его тело парализовало, а голос пропал. Плечи и руки затряслись как при судороге, а грудь сдавило от чего-то тяжелого.       Наблюдая за тщетными попытками Тэхёна, горячий Санта разочарованно качает головой и поворачивается к ним спиной, безжалостно удаляясь все дальше и дальше.       — Папа! Папа! У тебя кошмар?       Тэхён в ужасе распахивает глаза и смотрит в лицо Габи, который устроился у него на его груди, тревожно разглядывая проснувшегося родителя. Щеки моментально вспыхивают алым.       — Я не помню, что мне снилось, милый, — врет он, принимая сидячее положение. — Когда я заснул?       Габи тоже слезает с папы на диван и поджимает под себя ноги.       — Анна спасла Эльзу и превратилась в ледяную статую. Я не хотел тебя беспокоить. Но потом ты начал кричать “Санта, не уходи!” и тогда я понял, что тебе снова снится страшный сон…       Тэхён закусывает губы и переводит взгляд на экран, где бегут финальные титры. Внутри него царапается давно поселившиеся чувство вины перед сыном, противное существо отравляющее жизнь своим потайным голоском, постоянно шепчущее о том, что Тэхён делает недостаточно, чтобы называться достойным отцом.       Его кошмары начались ровно в тот день, когда трехмесячный младенец оказался у него на руках. Тэхён был в таком ужасе от навалившейся ответственности, что довел себя до нервного истощения за каких-то пару месяцев бессонницы. Стоило ему закрыть глаза, как страшные картинки крутились калейдоскопом вновь и вновь, порождая все новые страхи у новоиспеченного отца. Проблемы со сном не проходили еще долго, пугая уже самого Габи. Тогда пришлось снимать крошечную комнатушку, в которую еле помещалась узкая раскладушка, и они вдвоем ютились на ней, потому что мечтать о детской кроватке Тэхён даже не осмеливался.       Он часто мог разбудить Габи своими кошмарами, дергаясь и ворочаясь на кровати. Тэхён переживал, что нанесет травму ребенку или напугает его, поэтому принял решение обратиться к психотерапевту. Проделав большую работу над собой, он смог наладить отношения со сном, больше не пробуждая Габи своими криками посреди ночи. Но Габриэль помнил моменты, когда ему приходилось трясти своими крохотными ручками Тэхёна, чтобы прекратить страшные сны и звуки, издаваемые при этом.       — Теперь вспомнил, — улыбается Тэхён, стряхивая остатки сна. — Санта решил вручить мне не тот подарок, о котором я просил.       Габи заинтересованно вскидывает брови и пододвигается ближе.       — А что ты у него просил?       — Ну как же? — Тэхён садит на себя сына и принимается щекотать. — Целую гору колумбийских зерен, чтобы подавать самый вкусный кофе в городе!       Габи заливисто смеется.       — Это скучно! — он морщит свой нос. — Что еще?       — А все остальное у меня уже есть. — Тэхён чмокает сына в лоб и поднимается. — Проголодался? Давай сделаем пибимпап?       За готовкой они смотрят “Полярный экспресс” на ноутбуке и умудряются ничего не запачкать. После плотного ужина они устраиваются за просмотр третьего мультфильма, но Габриэль начинает клевать носом практически сразу. Тэхён поднимает его на руки и ведет в ванную почистить зубы, а затем укладывает спать. Теперь у его сына есть своя собственная комната, обставленная по вкусам и интересам Габриэля.       Он уносился по всему, что связано с космосом и астрономией, поэтому на потолке были приклеены светящиеся звезды и кружочки планет. На стенах — светло-синие обои с изображениями человечков в скафандрах и ракет. Полки и стол завалены частями конструкторов разных моделей и энциклопедиями на тему животных, ботаники и космологии.       Тэхён недолго читает новую книгу про Юпитер, но Габи слишком утомился насыщенным днем и быстро провалился в царство сновидений. Тихонечко поцеловав его в лоб, Тэхён выключает основной свет, оставляя только ночной светильник.       Впереди его ждет бессонная ночка. Тэхён идет на кухню и наступает его любимая часть дня. Он остается предоставлен самому себе; не владелец набирающей популярность кофейни, не друг, не бариста. Здесь, в подсвеченной одними настенными лампами кухне, он просто Тэхён. Заваривая себе фильтр-кофе, накладывая пару печенек на красивое блюдце, он чувствует себя живым и на правильном месте. Мысли выстраиваются стройной шеренгой в ряд и больше не разбегаются в разные стороны, панически не понимая на чем концентрировать внимание.       Его место — стол у окна. Ночной город, как на ладони и если включить воображение, то можно заметить сверкающую вывеску “Эдема”. Пора новогодних праздников — настоящая зимняя сказка — любимый период Тэхёна. Ему по душе суета в городе, рождественские обертки на коробках с подарками и запах свежей выпечки в заведениях, ярко украшенных гирляндами. Он любит наблюдать за Габриэлем, крепко зажмуривающим свои глаза, когда он стоит перед переодетым Сантой в торговом центре и загадывает желания. Искренняя вера в то, что Санта сможет исполнить наивные детские мечты плещется в глубине его глаз, таится в искренности его лучезарной улыбки.       Тэхён включает свой ноутбук и готовится исполнить роль Санты для сына в этом году. Ради Габриэля он свернет горы, переживет еще сотню ночей без сна, преодолеет каждое испытание, которое подбросит ему жизнь. Он будет работать до изнеможения, искать любые возможности, теряя счет времени и жертвуя личным покоем, лишь бы все сложилось так, как нужно.       Он привык к трудностям и не ждет легкого пути. Тэхён готов справляться с неудачами, начинать заново столько раз, сколько потребуется. Все это кажется не таким уж страшным, когда на кону счастье Габриэля. Ради него можно отложить собственные слабости и страхи.       Ему не важно, сколько времени потребуется или сколько себя он должен отдать взамен. Он не считает потери и не ищет благодарности. Просто потому, что это — Габриэль. Если судьба потребует от него невозможного, он, не задумываясь, согласится и сделает всё ради своего сына, самого родного человечка на земле.       Заказав в онлайн магазине все из новогоднего списка для Санты и оформив доставку в кофейню, чтобы Габи не нашел подарки раньше времени, Тэхён трет глаза. Благодаря недолгой дреме на диване и огромной чашке кофе он еще держится, но зевота то и дело нападает на него, требуя положить тело на горизонтальную поверхность.       Только вот дела кофейни сами себя не решат. Он давно хочет повысить Юнги с баристы до управляющего “Эдемом”, чтобы уделять больше времени общению с сыном. Сам Юнги брыкается и наотрез отказывается брать на себя любую форму ответственности, даже несмотря на значительное увеличение заработной платы, а доверять дело всей своей жизни незнакомому человеку не хочет уже Тэхён.       Поэтому до сих пор абсолютно каждый процесс проходит через него, требуя кучу энергии и времени. Ему еще повезло, что Габи очаровательный комочек социализации и с радостью общается с посетителями кофейни, проводя время на работе своего отца. Думать о том, что Тэхён мог застрять на офисной работе до конца своей жизни, совсем не хочется.       Ему нужно разобраться с поставщиками зерен, всерьез задуматься о покупке нового аппарата для обжарки, перепроверить счета и отложить на новогоднюю премию для Юнги. Еще Габи всю неделю просился на каток, поэтому нужно будет выделить еще один день выходного, перепоручив заботы тому же Юнги, который работает у него с самого первого дня открытия “Эдема”.       Тэхён уже прикинул, что ему подарит — теплый шарф с крупной вязки, он вечно мерзнет на сменах, несмотря на отопление.       Список дел на ближайшую неделю разросся на глазах. Отложив блокнот, Тэхён подавляет зевок. Завтра у раннего утра он должен быть на работе. Юнги взял выходной, а значит они будут с Габи вдвоем. Учитывая, что с ним утренние сборы занимают вдвое больше времени, вставать Тэхёну через три часа.       Он зевает в очередной раз и сдается, отправляясь спать. Забираясь под теплое пуховое одеяло, Тэхён со смешком вспоминает свой дневной сон с горячим Сантой. Сказывается полное отсутствие личной жизни и просмотр романтических фильмов перед сном. Прошло так много времени с его последней близости. На самом деле, он давно перестал лелеять надежду завести долгосрочного партнера в крепких, надежных отношениях. Даже будучи бисексуалом, Тэхён снова и снова натыкался на партнеров, неспособных принять наличие у него ребенка. Несмотря на их активные заверения в самом начале о том, что все в порядке, Тэхён никогда не торопился знакомить своих партнеров с Габи, понимая какой непоправимый вред это может нанести по его психике. Потому что они все уходили, не справляясь с идеей потенциального родительства чужого ребенка.       Наличие Габриэля ставило Тэхёна в положение, где чаще всего его пытались поставить перед выбором: ребенок или отношения. Такие ультиматумы казались ему смехотворными и бессмысленными, ведь его выбор кристально очевиден — Тэхён всегда будет выбирать своего сына.       Поэтому его самый лучший любовник — вибратор на нижней полке, закрывающийся на ключ, но даже им удавалось пользоваться нечасто. Тэхён все время уставал как псина, а если появлялось время, то предпочитал тратить его на Габи. Он давно смирился, что они будут вдвоем, пока Габриэль не решит ступить на самостоятельную тропу жизни. Возможно тогда Тэхён и задумается о себе, своем собственном комфорте, но пока он ставит нужды и потребности Габи на первое место. Ему нравится быть ответственным родителем, нравится угождать своему ребенку во всем и баловать его, вкладываться в его будущее образование и развитие.       Тэхён старается за двоих, показывая Габи, что и с одним только папой можно быть полноценной, счастливой семьей.       Следующим утром он, ожидаемо просыпается разбитым и помятым, но предвкушая первую чашечку кофе за день, Тэхён поднимается и плетется в душ. Обжигающие капли приводят в себя, а банные процедуры поднимают настроение. Все так, он был прав, скупая шампуни и гели для душа с ароматом сандала и темного шоколада.       За готовкой завтрака, Тэхён слышит как Габи шлепает босыми ногами по коридору. Улыбка сама лезет на лицо при виде сонного сына. Его кудри в беспорядке торчат в разные стороны, примятые подушкой, а глаза еще не до конца привыкли к свету, сонно щурясь в ответ.       — Доброе утро, малыш. Как спалось?       — Хорошо. Мне снился Санта, — сходу признается Габи и самостоятельно тянется к своему стулу. — Как думаешь, он уже получил мое письмо?       Тэхён усмехается, надеясь, что его сына посетил не тот же самый Санта, что побывал в его сне.       — Не сомневаюсь в этом. Должно быть, он уже готовит тебе твои подарки. А теперь садись за стол и завтракай. Сегодня ты будешь помогать мне вместо Юнги.       Габи радостно захлопал в ладоши. Он любит Юнги, но еще больше он любит смены, когда они только вдвоем с папой. В такие дни, Габи ощущает себя полезным расставляя выпечку на витрину или развлекая посетителей своей детской болтовней. Естественно, Тэхён не грузит своего ребенка работой, предпочитая когда сын сидит на видном месте и рисует, а не носится между горячей духовкой или чайником с кипятком.       Ровно в шесть тридцать утра “Эдем” включает свои гирлянды и наполняется ароматом обжаренного зерна. Тэхён подготавливает зал к приходу посетителей, расставляя стулья и протирая столы.       — Готов? — по привычке спрашивает он Габриэля, завязывающего свой именной фартук. И после его кивка переворачивает табличку. — Добро пожаловать в “Эдем”!       Небольшой хлопок колеблет воздух, тревожа елочные игрушки. Тихий перезвон хрусталя теряется в шелесте белоснежных крыльев.       Прямо в центре “Эдема” появляется высокий мужчина, грозным взглядом оглядывая хозяина и сына. Его величественные крылья раскинулись, создавая ощущение, будто само пространство стало теснее. Свет, пробивающийся сквозь окна, зацепился за белоснежные перья, заставляя их переливаться холодным блеском.       — Кого здесь зовут Габриэль?       От его голоса волоски на руках встают дыбом, а внутренности ухают вниз. Тэхён ловит пронзительный взгляд черных, слово оникс, глаз и ничего не может поделать мурашками, сорвавшимися вниз по лопаткам.       — Это я, — голос Габриэля звучит ровно, и Тэхён резко оборачивается к сыну. Мальчик стоит прямо, плечи расправлены, а в широко распахнутых глазах — не страх, а чистое любопытство. — А вы кто?       На мгновение воцаряется тишина.       — Я Сатана, — отвечает мужчина медленно, его слова звучат почти мягко, но каждое из них проникает в кости, словно холодный ветер. — И я пришел, потому что ты, земное дитя, попросил меня об одолжении.