Sense

      С самого утра Сону был решительно настроен, поэтому как можно быстрее отправляется в школу с надеждой поймать Чонвона. Наконец набравшись храбрости спустя приличный промежуток времени поговорить с Яном и, что немаловажно, наконец признаться в своих чувствах.       Именно сейчас, когда Сону еще хватает мужества и сил. Он слишком долго решался. Слишком много драгоценного времени уже утеряно. Ведь все эти чувства для него в новинку, они раздирают его грудную клетку. Он боится, что когда-нибудь они сломают ребра, вырвавшись наружу, поэтому хочет самостоятельно показать их Сонхуну. Самонадеянно и явно, так, чтобы каждый понял, насколько его любовь сильна и безгранична.       Сону хватает Чонвона за руку на пороге школы, тащит в сторону спортивной площадки даже несмотря на то, что силы не равны и Ян оказывается чуть сильнее старшего. Даже несмотря на то, что любопытные ученики смотрят им вслед. Чонвон еще какое-то время пытается вырваться, а потом смиренно затихает, более не предпринимая попыток сбежать.       Их предыдущий разговор… Чонвон думал, что он привел их к логическому концу, на деле все оказалось иначе. Они лишь оба терпели, ждали ебанной точки невозврата, и она наконец наступила. Когда Сону останавливается и полный решимости смотрит на Яна, что выдергивает руку из чужой крепкой хватки.       — Давай поговорим, Чонвон. Пожалуйста, — практически шепчет Ким. Он желает услышать вразумительный ответ, хоть и понимает, что это слишком эгоистично.       — Да что ты, блять, хочешь от меня услышать?! А, Ким Сону? Неужели тот разговор ничего тебе не показал?!       Чонвон срывается в пропасть в который раз. Все это время он безумно скучал, каждая его мысль была занята Сону. Казалось, что старший был настолько глубоко впечатан в его жизнь, что в итоге они стали единым целым.       — Я не отпущу тебя. Слышишь, Ян Чонвон?! Не смей так просто бросать своего друга. Я знаю, что это чертовски эгоистично, знаю… Но я безумно скучаю по тебе… Очень.       Кажется, что внутри всё трещит по швам, эмоции бьют в голову, накрывая, словно цунами. Да, Чонвон тоже скучал. Безумно. Он болел всё это время, а сейчас…       Сейчас его лекарство на расстоянии вытянутой руки, но он не имеет на него права, поэтому пытается оттолкнуть. Знает, что причинит им обоим несомненную боль, знает. Он правда хочет оттолкнуть, но при этом безудержно желает быть рядом. Обнять, вдохнуть родной запах, прикрывая глаза. Он бы хотел, чтобы всё было как раньше, до его признания, а возможно, и еще раньше. Тогда, когда он не был до беспамятства влюблен. Но, к сожалению, это было невозможным.       — Знаешь, я думаю о тебе так много, что мне даже странно, откуда берется время на всё остальное. Это потому, что всё остальное — это тоже каким-то образом ты. И даже так, ты думаешь, что мы смогли бы быть друзьями? Это и впрямь эгоистично.       — Дай мне шанс, пожалуйста.        Сону готов бороться за дорогого человека, готов разделить его боль, причиной которой сам и являлся. Да, он был жестоким эгоистом и потому был не готов отпускать Чонвона.       Ян же чувствовал, что вот-вот просто сломается. Не выдержит взгляда шоколадных глаз, на дне которых бездонным озером плескалась тоска.       Да, они были в каком-то роде отражением друг друга, слишком много были вместе как друзья, слишком уж много их связывало. Наверно, поэтому Чонвон не выдерживает, отворачиваясь первым в желании как можно быстрее покинуть площадку, но не решается уйти, ломая себя вновь. Сейчас он впервые думает, что, возможно, слишком сильно ошибся. Да, возможно, то была просто ошибка, и он перепутал любовь с чем-то совершенно иным.       Привязанностью. Жесткой настолько, что выламывала кости и не давала жить, поэтому он и ждет. Прислушиваясь к собственному бешено колотящемуся сердцу.       — Я решил признаться ему. Сегодня. — шепотом, но Чонвон все равно слышит.       Он встает себе на горло, душит себя еще сильнее. Да, он ошибся. И, скорее всего, ошибётся снова. Прямо здесь и сейчас. Ошибка эта будет слишком фатальна. Но тоска настолько выламывает кости, что сил терпеть больше нет. Он нуждается в Сону точно так же, как и старший в нем. Пусть Сону его не любит так, как хочет Ян, но, возможно, и Чонвон ошибается. Он хочет, надеется на это. Очень.       Черт с ним. Они лишь раз живут, и, если уж Чонвону суждено испытать эту боль, он будет готов к ней. Во всяком случае, ничего в этом мире не бывает без боли.       — Я буду бороться за тебя. Со мной все нормально. Я найду способ болтаться рядом и еще долго капать тебе на мозги. Так что не думай, что он так просто получит тебя, Ким Сону, — одними уголками губ улыбается Ян.       Он неуверенно протягивает Сону свою ладонь, сжимая ее слишком крепко, и направляется в сторону школы, ведь они наверняка опоздали на первый урок, но оно того стоило. Определенно.       — Вы опоздали. — холодно звучит за спиной, пуская по телу мурашки.       Сону оборачивается, сталкиваясь взглядом с Сонхуном, следом оборачивается и Ян, сжимая чужую руку сильнее. Он будто пытается доказать, показать, что Сону только его и ничей больше, поэтому сжимает сильнее, до хруста костей, и только когда Сону шипит от боли, отпускает, бросая полный сожаления взгляд на парня.        — Возвращайтесь на уроки.        — Мне нужно с Вами поговорить. Прямо сейчас, учитель Пак.       Сонхун на чужое заявление хмурится точно, как Чонвон рядом с Сону. Отправляя Яна обратно на уроки, на которые тот идет с явной неохотой, напоследок бросая полный ярости взгляд на Сонхуна.       — О чем ты хотел поговорить, Сону?       — Давайте выберем место потише, — Сону окидывает взглядом школьный коридор, после хватая Пака за руку и тащит наверх.       Знает, что даже после того злополучного происшествия крыша априори будет открыта, а значит, там им наверняка никто не помешает. Они идут быстро и в полной тишине, только загнанное от быстрого шага дыхание рикошетит от стен коридоров, бьет по воспаленному рассудку. Сону желает закончить все это как можно быстрее, но еще больше желает оттянуть этот момент как можно дальше.       Пальцы на ногах поджимаются от бурной смеси страха и предвкушения, заставляя и голову идти кругом. И сейчас, когда дверь с гулким стуком закрывается, а они наконец оказываются на крыше, кажется, что весь тот героизм вмиг исчезает вместе со всеми силами, делая Сону безвольной куклой.       — Так, о чем ты хотел поговорить? — Сонхун смотрит внимательно, не моргая.       Холодный ветер взъерошивает черные как смоль волосы, укладывая их в полном беспорядке, и Сону от этого тонет сильнее. Он судорожно вздыхает, пытаясь перевести дух, но получается плохо. Сердце безумно колотится в груди, а избыток чувств кружит голову.       — Знаете, когда я впервые увидел вас, мне показалось, что пришла самая теплая весна в моей жизни, — Ким неуклюже улыбается, пряча за этой улыбкой весь свой страх, после небольшого молчания продолжая, — На самом деле я не знаю… Не знаю, как правильно выразить то, что чувствую, но… Вы нравитесь мне. Нет, кажется, я люблю вас.       — Сону…       Парень не дает Сонхуну договорить, притягивая к себе. Мнет в кулачках ткань чужой рубашки, уверенно и быстро накрывая мягкие, чуть пухловатые губы, жмурит глаза до звезд перед ними, чувствуя, как грудную клетку распирает томительно ожидание ответа.        Сону кажется, что в этот миг все время замерло, и жизнь вовсе прекратилась. Сейчас в его вселенной были только они двое и больше ничего, фейверки счастья взрывались внутри от такого, казалось бы, невинного поцелуя, когда Ким неумело прижался к чужим губам своими.       — Сону, пожалуйста, остановись.       Сонхун останавливает парня, чуть отталкивая его от себя. В чужих глазах плещется страх и непонимание, а в глазах напротив удивление быстро сменяется грустью с примесью легкого раздражения. Сонхун не хотел этого. Он не хотел причинять чужому сердцу боль, но теперь понимал, что это неизбежно. Чужие крылья придется сломать раз и навсегда, лишь бы не позволить подойти близко.       — Это неправильно, Сону. Из…       — Я понимаю, правда, и…       — Нет, Сону. Извини, но тебе лучше вернуться на занятия, — быстро обрывая все попытки парня, холодно произносит Сонхун.        Он отходит от парня лишь бы не видеть, как чужие глаза наполняются солеными слезами. Выуживая тонкими пальцами сигарету, подкуривая и выдыхая клубы дыма в холодный воздух.       — Извините, — быстро выпаливает Сону.       Звук шагов сменяется громким хлопком двери, означающим, что Сонхун наконец остался один на грани собственной боли.       — Какой же ты идиот, Пак Сонхун, — недокуренная сигарета летит вниз.

****

      — Извините за опоздание, — бурчит Сону, залетая в класс только в начале второго урока.       Учитель кивает, раздраженно поджимая сухие губы, и продолжает вести скучный урок корейского языка, в который Ким даже не старается вникнуть, сейчас все его мысли заняты лишь Сонхуном. Тем, как быстро и явно сменялись эмоции на чужом лице: от легкого удивления до плохо скрываемого раздражения.       Сону кажется, что он ошибался все это время, и в чужих глазах никогда и не было этого намека на симпатию. Нежности и беспокойства, что читались в глазах, стоило старшему взглянуть на Сону. Теперь он еще ярче понимал эмоции Чонвона и то, как боль могла раздирать грудную клетку.       Рвать на части беспокойное сердце, пока колючие шипы опутывали тонкую бледную шею. Но даже тогда Сону хотел верить, что его любят в ответ. Что он и его любовь смогут все изменить, нужно лишь дать время. Определенно, всего лишь время. Оно непременно расставит все на свои места.       Кима отвлекает вибрация собственного телефона, заставляя еле заметно дернуться. Он спешит открыть сообщение, видя неизвестный номер и парочку вложений. Внутри него что-то стягивается в противный узел, а перед глазами все плывет, стоит открыть вложения. Вот они с Сонхуном на крыше, и Ким необдуманно целует старшего. Следом идет день, когда их с Чонвоном спасли от избиения, и они сидят за столом у круглосуточного магазина.       Там на фото Сону намного счастливее, чем сейчас, с такой теплотой смотрящий на старшего, что смущенно улыбался, скорее всего, с очередной шутки Ли Хисына, а возможно, и колкости Чонвона, что в тот день практически не переставал язвить в сторону Пака. По коже бегут мурашки от всплывших воспоминаний, но к горлу тут же подкатывает тошнота, стоит прочитать пришедшее следом смс.

«Сегодня после школы, район ХХХ. Не придешь, и эти фотки увидит вся школа»

      Сону оборачивается, встречаясь взглядом с одним из дружков Шинру, тот гадко улыбается, шепчет одними губами: «Повеселимся». Киму от этого тошно, и он тут же отворачивается, коря себя за этот необдуманный поцелуй на крыше сегодня.       Он считает часы до конца дня, чтобы, наконец, положить конец всему этому. Поэтому, когда его жестко хватают за грудки, скидывая его вещи с парты, даже не удивляется, лишь подхватывая практически пустой рюкзак и телефон, смиренно отправляясь следом за обидчиками. Чонвон ловит их совершенно случайно, когда бежит в класс Сону, желая пойти с ним домой вместе, даже если не по пути. Он видит их мельком, раздраженно вскидывая бровь, и идет следом, стараясь быть настолько незаметным, насколько это в принципе может быть возможно, быстро отправляя смс.

«Мне срочно нужна помощь. Сону в опасности».