Бессмертный король (⁠づ⁠｡⁠◕⁠‿⁠‿⁠◕⁠｡⁠)⁠づ

Когда тяжелая дубовая дверь за Саусом наконец захлопнулась, звук засова прозвучал в тишине дома как финальный аккорд долгой и напряженной симфонии. Такемичи замер в прихожей. Он стоял неподвижно несколько секунд, вслушиваясь в тишину. Ему казалось, что стены дома всё еще хранят эхо тяжелых шагов и властного голоса Сауса. Убедившись, что они действительно остались одни, Такемичи медленно, почти нехотя, обернулся. В гостиной, залитой мягким вечерним светом, его ждали двое. Шиничиро Сано.Он сидел, откинувшись на спинку дивана, и в его взгляде читалась странная смесь усталости и нескрываемого интереса. Вакаса Имауши. Он стоял чуть поодаль, прислонившись к дверному косяку с привычным отсутствующим видом, но его полуприкрытые глаза следили за каждым движением Такемичи, словно хищник за добычей. Воздух в комнате стал плотным, почти осязаемым. Такемичи почувствовал, как по спине пробежал холодок, но он заставил себя сохранять спокойствие. — Вы… голодные? — голос Такемичи прозвучал ровно, хотя внутри у него всё сжималось от странного предвкушения. Шиничиро и Вакаса переглянулись. Между ними произошел безмолвный диалог, понятный только им двоим. Затем они синхронно, словно по команде, кивнули. На кухне закипела жизнь. Такемичи двигался уверенно, его руки помнили каждое движение. Шум зажигающейся конфорки, звон посуды и аромат пряностей начали постепенно вытеснять то напряжение, которое оставил после себя Саус. Он достал тяжелую кастрюлю, в которой еще оставалось домашнее карри. Пока еда разогревалась, Такемичи чувствовал на себе их взгляды. Они не разговаривали, просто сидели за столом, заполняя собой всё пространство маленькой кухни. Когда он поставил перед ними дымящиеся тарелки, Шиничиро не удержался от легкой, восхищенной усмешки. — Ты нас балуешь, Такемичи, — тихо произнес он, и в его голосе прозвучали теплые нотки. — После такого дня это именно то, что нужно. Вакаса ничего не ответил. Он просто взял ложку и начал есть, но то, как расслабились его плечи после первого же кусочка, сказало Такемичи больше любых слов. Они ели в тишине. Но это не была неловкая тишина незнакомцев. Это было томительное ожидание чего-то неизбежного. Такемичи стоял у окна, глядя на темнеющую улицу, и кожей чувствовал, как за его спиной нарастает электричество. Закончив с едой, Такемичи молча собрал тарелки. Шум воды в раковине должен был стать его защитой, его личным пространством, но он понимал, что это лишь отсрочка. Позади послышались шаги. Сначала мягкие, почти бесшумные — это Вакаса. Затем более уверенные — Шиничиро. Такемичи не оборачивался. Он продолжал мыть тарелку, хотя его пальцы слегка дрожали под струей теплой воды. — Вы чего хотите? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. Он смотрел на их отражение в темном кухонном окне. Ответа не последовало. Вместо слов он почувствовал их близость. Шиничиро подошел так близко, что Такемичи ощутил тепло его тела, а Вакаса замер с другой стороны, отрезая любой путь к отступлению. Такемичи глубоко вздохнул и выключил воду. Тишина стала абсолютной. Он аккуратно вытер руки полотенцем, положил его на край стола и наконец повернулся к ним. — Ладно, — выдохнул он, глядя им прямо в глаза. — Тогда… подождите меня. Он прошел мимо них, едва не задевая плечом Шиничиро, и скрылся в ванной. Оставшись одни, двое мужчин переглянулись. В их глазах больше не было усталости — только азарт и предвкушение. Спустя десять минут они поднялись на второй этаж. Дверь в комнату Такемичи была приоткрыта. Когда они вошли, их встретил мягкий, приглушенный свет ночника, который окрашивал стены в теплые янтарные тона. Такемичи сидел на краю кровати. На нем был легкий халат, который он едва успел накинуть, и его волосы были еще влажными после душа. — Чего стоите у порога? Заходите, — сказал он, поднимаясь. Его голос стал ниже, в нем появилась уверенность, которая заставила сердца Шиничиро и Вакасы биться чаще. Шиничиро первым сократил расстояние. Он оказался за спиной Такемичи, его руки осторожно легли на плечи парня, а губы коснулись чувствительной кожи на шее. Такемичи вздрогнул, по его телу пробежала волна мурашек. В этот же момент Вакаса оказался перед ним. Он мягко взял Такемичи за подбородок, заставляя смотреть на себя. Его взгляд был затуманен желанием. Не говоря ни слова, он накрыл губы Такемичи своими, вовлекая его в глубокий, требовательный поцелуй. Время словно перестало существовать. В комнате стало невыносимо жарко. Воздух был пропитан ароматом мыла, мужского парфюма и нарастающей страсти. Руки Шиничиро блуждали по телу Такемичи, изучая каждый изгиб, каждую линию, словно он пытался запомнить его наизусть. Вакаса же не отпускал его губ, дразня и заставляя парня стонать в поцелуй. — Ты так сладко стонешь, Такемичи... — прошептал Шиничиро, обжигая дыханием ухо юноши. — Согласен, — хрипло отозвался Вакаса, на мгновение отрываясь от его губ. — Невозможно остановиться, когда ты такой... Ласки становились всё более смелыми. Такемичи чувствовал, как теряет связь с реальностью, растворяясь в их руках. Казалось, еще мгновение — и они перейдут ту черту, за которой нет возврата... ДЗЫНЬ! Резкий, дребезжащий звук дверного звонка ворвался в комнату, разбивая атмосферу вдребезги. Все трое замерли. Такемичи резко распахнул глаза, приходя в себя. Реальность обрушилась на него ледяным душем. — Я... я должен проверить, — выдохнул он, отстраняясь от них. Его руки лихорадочно искали одежду. Шиничиро и Вакаса остались стоять у кровати. На их лицах читалось такое разочарование, смешанное с яростью, что любому, кто стоял за дверью, стоило бы бежать без оглядки. Они мысленно проклинали того, кто посмел прервать их в самый ответственный момент. Такемичи, на ходу застегивая пуговицы кофты и пытаясь привести в порядок растрепанные волосы, почти бегом спустился по лестнице. Сердце в груди колотилось так сильно, что, казалось, его слышно во всем доме. Он подошел к двери, набрал в легкие воздуха и резко дернул ручку на себя. — Кто там?.. — начал он, но голос оборвался. На пороге, освещенный тусклым светом уличного фонаря, стоял человек, которого Такемичи ожидал увидеть меньше всего. Его лицо было скрыто тенью, но аура, исходящая от него, заставила Такемичи сделать шаг назад. — Ты?.. — только и смог вымолвить он. А кто именно пришел и зачем — вы узнаете в следующей главе!