Как приручить вампира

— Молодой господин! Подождите! — в панике завопил Иво. — Не беги за мной! — Джером торопливо достал из сумки жестяной коробок и осмотрелся. В попытках уединиться он, по всей видимости, забрёл в какой-то сад. Тут даже стало как-то живее, что ли: снежок лежал, розы цвели. Одним словом — ухожено. Джей вошел в большую, готическую беседку с небольшим шпилем на крыше, скинул на лавку сумку и расстегнул ремень. — Господин! — Иво забежал следом. — Подождите, не ухо… что вы делаете? — Иво, закрой глаза, — скомандовал Джером, спуская штаны вместе с трусами. Мужчина охнул и торопливо закрыл лицо ладонями. — Я не убегаю. Я перевариваю. Ну, в смысле, рефлексирую. Пытаюсь осознать. — Для этого Владыка и приставил меня к вам, — в ужасе прошептал Иво, — для поддержки. — Охрененно, — Джером вздохнул и оперся локтем на перила беседки. — Ай, черт… — Господин, все в порядке? — Да-да, подожди еще две минуты… Джей сплюнул на пальцы, снова завел их назад и растер слюну по анусу. Осторожно надавил, проталкивая средний внутрь, и нащупал пальцами скользкий латекс. Он прижал его край к стенке слизистой и потащил на выход. — Господи, — шумно выдохнул Джером, наконец, извлекая презерватив полностью. Он брезгливо поморщился, развязал его и высыпал травку в жестяной коробок. Использованный кондом полетел в кусты роз. Джей надел штаны с бельем обратно и затянул ремень. — Можешь открывать. Иво с недоверием растопырил пальцы и взглянул на него. Джей сел на лавочку и порылся в кармане, в поисках сигареты. Он, конечно, предпочитал айкос, но и те с собой всегда таскал — сворачивать самокрутки неудобно и запарно, а затолкать травку вместо табака — дело трех минут. Вот и сейчас он с ловкостью хирурга потер пальцами сигарету, вытряхивая табак, затолкал перетертую шишку, и подкурил. Сладковатый дым наполнил легкие. Не то, чтобы Джером уж слишком баловался травкой: так, по праздникам и в качестве успокоительного, на случай, если с ним вдруг начнут говорить летучие мыши или что-то такое. Иво скромно присел рядом, складывая ладони на коленях. Джей прикрыл глаза, откидывая голову назад и упираясь затылком в холодную колонну. — Теперь я готов воспринимать информацию, — серьезно сказал Джером, облизывая губы. Дым начинал горчить. — Че там со мной должно случиться в двадцать один? — Господин, — велеречиво произнес Иво, — как полукровка, в двадцать один год вы переродитесь. — И стану мышью? — Опционально. — И буду пить кровь? — Желательно хотя бы раз в неделю. — Так, — Джей оперся локтями над коленями и сложил пальцы. Сознание понемногу затуманивалось и успокаивалось — теперь всё воспринималось, словно через дымку, будто это происходило и не с ним вовсе. — Ладно. Мой папуля вампир. — Чистокровный, — закивал Иво. — Вам очень повезло с отцом. — И я тоже вампир, получается. И забрали вы меня, чтобы, очевидно, я не сошел с ума, если бы овампирился в одиночку. — Так и есть. Молодой господин очень сообразительный. — А наследство-то в итоге будет? — опомнился Джером. — Естественно. — А что по бессмертию? Ой-ой, прибило-то как… — Джей вдруг почувствовал, как закружилась голова. Он снова откинулся назад и закрыл глаза. — Конечно, вы станете бессмертным, — голос Иво начал звучать обеспокоенно. — Господин, вы в порядке? — Дай мне десять минут, — промычал Джером, — и пойдем внутрь. Воцарилось молчание. А затем вдруг тишину прервал третий, незнакомый Джею голос. — Прошу прощения, Иво, не мог бы ты меня просветить относительно текущего статуса запланированного обеда? Быть может, его перенесли? — Лорд Ренар! Джером готов был поклясться, что не слышал никаких шагов. И либо этот лорд Ренар изначально прятался в кустах, либо подкрался так бесшумно, что Джей не услышал. В любом случае, оба варианта вызывали мурашки. — Прошу простить мою неосмотрительность! Обед действительно перенесен, мне следовало известить вас ранее. Он будет сервирован в столовой через полчаса, — ответил Иво. — Ясно, — в голосе незнакомца чувствовался лед: настолько он был отстраненным и холодным. Джей задницей чуял его тяжелый, долгий взгляд. Открывать глаза он не собирался — знал, что если так поступит, то его начнет тошнить. А вот упоминания о еде заставили его желудок заурчать. — Хватит на меня пялиться, — не выдержав, сказал Джером, — или я так тебе понравился? Ладно, если понравился, то пялься. Воздух вокруг словно накалился. Напряжение стало таким плотным, что, казалось, протяни Джей руку — и сможет его пощупать. — Иво, — теперь в его тоне послышалось недовольство, — объясни мне, кто этот самонадеянный юнец, посмевший явиться в поместье с таким бесстыдством? — Лорд Ренар, прошу прощения за недоразумение. Это сын владыки, полукровка, только что прибывший в поместье, — голос Иво был учтивым и тихим, словно этого человека он опасался или даже боялся. — Его манеры, увы, оставляют желать лучшего… — Чё сказал? — Я не собираюсь вести беседу со столь невоспитанным щенком, — отрезал мужчина. — Пф, — Джей поморщился. — Иво, скажешь, когда это хамло уйдет. — Молодой господин… — пискнул Иво. — Я думаю, — снова заговорил лорд Ренар с тщательно выверенной интонацией, — что нашему юному другу стоит насладиться уединением и размышлениями о своем поведении. Как сказал один мудрец, “вежливость — это цветок, который даже в самых суровых условиях способен расти и благоухать”. Всего доброго, Иво. Лавка вновь прогнулась под чужим весом. Иво шумно выдохнул. Вот теперь, прислушавшись, Джером действительно различил его шаги: тихие, как шелест опадающих листьев. — Пиздец он душный, — отозвался Джей, приоткрывая глаза, — и занудный. — Лорд Ренар очень уважаемый вампир, — голос у Иво подрагивал, — и очень влиятельный. Однако, его редко можно увидеть: ужасный трудоголик, из морга почти не вылазит. — Жуть какая, — Джерома даже передернуло. — Вы уже готовы идти? — уточнил Иво. Джей задумчиво проморгался, погладил себя по щекам. Сознание было легким, как и тело. — Ладно, — собравшись, сказал Джей, — думаю, я справлюсь. Когда они вернулись обратно в особняк, чувство сюрреалистичности происходящего никуда не делось, но теперь было чуточку легче воспринимать реальность. Джером неторопливо снял куртку, оглядывая портего. На стенах здесь висели гравюры и эстампы, сложная лепнина под потолком и сводами арок делало интерьер величественным и даже вычурным. Иво повел его через центральный холл. Он сам катил его чемодан по мраморному, изрезанному прожилками, полу. Они прошли, кажется, гостиную, стены которой были обиты дорогой красной тканью; даже встретили несколько слуг — те убирались в мертвецки скучной тишине. Затем поднялись по лестнице на второй этаж, где Иво, наконец, пропустил Джея в комнату. — Теперь это ваши покои, господин, — сказал он. Джером молча подошёл к окнам и распахнул тяжелые, бордовые портьеры. Вид отсюда открывался прямо на тот самый сад, в котором они недавно сидели. Джей провел пальцем по широкому подоконнику — было, на удивление, очень чисто. Он сел на него, повернулся, и едва не заорал: перед лицом снова вспорхнула белая мышь. — Господин! — Ахуеть, — прошептал Джей, медленно прижимая ладонь к груди. Сердце у него стучало так сильно и быстро, что его ритм отдавался даже в горле. — Ладно, теперь я тебя не боюсь. — Уж его-то! — вдруг всплеснул руками Иво. — Владыка специально призвал этих фамильяров, чтобы защищать вас. Они служат роду де Ривьер уже больше трех сотен лет. Правда, эти совсем молодые… несколько тяжело найти фамильяров для новообращенного полукровки, понимаете?... — Позвольте представиться, господин! — снова заговорила белая мышь. Голос был мужской, но достаточно звонкий и энергичный. — Я Камио! А это… дьявол, где же… — Я здесь. Джером вскинул голову. На деревянном карнизе висела ещё одна летучая мышь, только эта, разве что, была черной. — А это Вепар, — Камио показал крошечные клычки, будто улыбнулся, — он немного недалёкий, но я позабочусь, чтобы он вас не беспокоил своим… — Слышишь, белобрысый… — В конце концов, я здесь единственный, кто закончил академию фамильяров, а он так — бродяжка, понимаете? — Это кто бродяжка? — свирепым, хриплым голосом уточнил Вепар. Секунда — и фамильяры сцепились между собой, взмыли, ударившись о потолок, затем упали на кровать и покатились по ней разноцветным клубком. — Как я и говорил… — Иво кашлянул, — они будут защищать вас и во всем помогать. Мыши шлепнулись на пол. Джей упал на кровать, свесился с другой стороны и уставился на пытающихся уничтожить друг друга фамильяров. Однако, заметив пристальный взгляд, они остановились. Джером улыбнулся. — А я Джей, — сказал он, — а вы ничего так, милашки. — Правда? — Камио пошевелил крошечными ушками и его голубые глазки заблестели. — Господин тоже милашка! — Во дурак, — фыркнул Вепар, расползаясь по полу: кажется, Камио все же побеждал. — Молодой господин, мне нужно подготовить все к обеду. Могу я оставить вас одного? — вкрадчиво поинтересовался Иво, вкатывая чемодан в комнату. — Камио и Вепар находятся в поместье уже почти неделю, они помогут вам освоиться. — Конечно, — Джей повернул голову и Иво коротко поклонился, после чего вышел и закрыл дверь. Джером усмехнулся и вдруг схватил обоих мышей в руки, после чего упал на спину и вытянул их перед собой. Камио и Вепар уставились на него огромными глазами. — Рассказывайте. Сколько всего человек... или нелюдей, в доме? — Д-двадцать пять, — пискнул Камио. — Ага. Сколько лет моему отцу? — В этом году юбилей, исполняется пятьсот… — Кто живет на этаже со мной? — Джером прищурился. — Графиня Ванесса Скарлетт, — осторожно продолжил Камио — Вепар, в отличие от него, молчал, — Виконтесса Лилит Монтрё… Граф Мариус фон Шталь и Лорд Лилиан Монтелье. — Вы за ними следили? — понизив голос до полушепота, спросил Джей. Мыши переглянулись. — Ну… н-нет… как мы можем… мы смиренно ждали своего господина… — Графиня и виконтесса иногда флиртуют, — спокойно ответил Вепар. — И весьма… грязно. — О-о-о… — Джером отпустил фамильяров на свой живот, и закинул руки за голову. — А еще? — Все сложно, — продолжил Вепар, — потому что в виконтессу влюблен барон, что живет на четвертом этаже. Но от него так дурно пахнет, что в его обществе никто не может находиться дольше пяти минут. — А мужа графини, — осмелился поддержать Камио, — давеча закололи. Она хотела овдовиться, но маменька графа так любила покойного сына, что провела ритуал. Так что призрак графа скитается по поместью, порой преследует графиню. — Так ритуал же мать проводила, — не понял Джей. — Она живет на первом этаже. Весьма капризная дама. — Точно! — Камио хлопнул крыльями. — Пару дней назад пыталась прихлопнуть меня, словно муху! — Да вы прирожденные сплетники, — улыбнулся Джером. — Ну что вы, господин… — зарделся Камио, прижимая друг к другу лапки. — Идиот, — обреченно застонал Вепар. — Это не комплимент. — Нет-нет, — Джей хмыкнул, — как раз-таки комплимент. А что там с графом и лордом? — Граф… — мыши переглянулись, — развращенный мужчина. В поместье его сторонятся: он поглядывает на горничных, часто отпускает непозволительно-похабные комментарии. Я даже подслушал, что Владыка обсуждал с Иво то, что его пора выгнать… — прошептал Камио. Джей в голове пометку сделал и осторожно погладил белого мыша пальцем по макушке. Тот воодушевленно зафыркал. — А лорд? — Лорд прибыл в поместье совсем недавно и держится особняком. Он весьма молчалив и холоден, — Вепар расползся на его животе и растопырил крылья. — И красив… — мечтательно произнес Камио. — Несколько леди с первого и третьего этажей без ума от лорда… — Даже так, — хмыкнул Джей. — Ладненько. Вы сможете принести мне сумку? — Господин, мы можем даже вас поднять! — похвалился Камио. Он взмыл вверх, подлетел к сумке и схватил лямку цепкими лапками. Вепар же, кажется, начал засыпать — по крайней мере, морду он засунул прямо в карман толстовки Джерома. — Охрененно, — Джей принял сумку и раскрыл, доставая ноутбук, приставку и пару джойстиков. — Розетка есть? Откуда можно запитаться электричеством? — Под тумбочкой, — промычал Вепар из кармана. Джером приподнялся и воткнул зарядку, ставя ноутбук на поверхность тумбы. — Тут бы как-то облагородить все, а то стремно, — Джей почесал за ухом. Мощный гул колокола заставил его подпрыгнуть на кровати. — Обед, — сказал Камио. Джером охнул и приподнялся. — Не переживайте, господин, я разберу ваши вещи. А Вепар покажет, куда идти. Вепар. Вепар! — Не переходи на ультразвук, — фыркнул Вепар, — это невежливо. Джей подтолкнул мышь пальцем в зад и та полностью провалилась в толстовку. Вепар высунул мордочку и вздохнул. — Нам нужно на первый этаж. Столовая рядом с гостиной. — Что-то мне не по себе, — вздохнул Джей, засовывая телефон в карман джинс. — ну, зубов бояться — в рот не давать? — риторически спросил он. — Вперед. «Вперед» — громко сказано. Оказавшись в огромной столовой, Джером почувствовал себя экзотической зверушкой в клетке зоопарка. Двадцать пять пар глаз оценивающе уставились на него. — Всем привет, — скромно сказал Джей, махнув рукой. Своего отца он узнал сразу: они действительно оказались похожи внешне. К тому же, тот сидел во главе стола едва ли не на троне: такой весь высокий, величественный, с длинными и черными, как смоль, волосами. Выглядел он молодо — от силы лет на тридцать; так сразу и не скажешь, что скоро будет справлять пятисотлетие. — Чего пялитесь-то?... — неуверенно протянул он. Место возле отца было свободно, поэтому Джером направился сразу к нему. В гробовой тишине столовой звук его шагов казался просто оглушительным. А когда Джей сел, то вдруг понял, что даже не знает имени своего отца. — Приветик, — прошептал он, — папуля. Владыка посмотрел на него ледяными, серыми глазами. Выражение лица у него было нечитаемым. — Здравствуй, Джером. Голос у него был такой же, как и глаза. Джей моргнул, а затем подался вперед. — А где мои обнимашки? — снова тихо спросил он. — Мы обсудим все после обеда, — спокойно ответил отец. Джей фыркнул и откинулся на высоченную спинку кресла, а затем достал из кармана телефон и поставил на стол, оперев на ножку хрустального бокала. — "ЧТО НРАВИТСЯ ВСЕМ, НО У ВАС В ТАЙНЕ ВЫЗЫВАЕТ НЕНАВИСТЬ?" — Ай-яй, — Джером быстро убавил звук, — пардон, — и тут же опустил взгляд вниз, на тарелку. На обед ему подали картофельное пюре и какую-то красиво-нарезанную утку в гранатовом соусе… рядом стояла пиала с овощами, а чуть поодаль стакан воды. Джей взял в руку вилку и наколол мясо. — Молодой человек, — недовольный, скрипучий голос заставил его отвлечься и поднять голову. — ваши манеры не соответствуют обеденным традициям. — Я не могу есть без ютуба, — Джером скорчил страдальческую рожицу. — Да и выпуск интересный, чего сразу жаловаться? — Простите, что? — Говорю, что выпуск интересный, — немного раздраженно повторил Джей, прожевывая мясо. А затем его лицо удивленно вытянулось. — Какого хрена? Оно же совершенно безвкусное. — "Бежевые мамочки", — раздалось с телефона, — "терпеть не могу мамочек, которые сходят с ума по бежевой эстетике. Сплошные эко-игрушки из дерева, никакого разнообразия цвета…" — Оно же выглядит так красиво, — нахмурился Джером, пробуя пюре, — почему его даже не посолили? Его отец выдохнул. — Мы давно утратили способность ощущать вкус пищи, и такая еда для нас не имеет смысла, — терпеливо объяснил он. — Тогда зачем вы собираетесь здесь и едите? — Джей отложил приборы. — Вы ведь даже не общаетесь. Или это я вас смутил своим присутствием? Тогда, эм, давайте я начну? — Джером взял в руки бокал с вином. — Мой день протекал очень странно. Я думал, что еду к отцу-шизофренику, за которым должен буду ухаживать в течении года. Потом я прокатился на катафалке, узнал, что мой отец не шизофреник, думающий, что он вампир, а настоящий вампир. А еще я перевез травку в своей заднице, — ляпнул он и сделал глоток вина, — так что если кто-нибудь хочет угоститься… — Джером. Голос отца звучал опасно. — К слову, мой отец меня даже не обнял, — фыркнул Джей, — и даже не подумал, что у меня от всей этой ситуации может быть психологическая травма. К слову, не хочу забегать вперед, но ты не думал установить в поместье вай-фай? — Никаких манер… — послышалось с другого конца. — Пожалуй, он обладает исключительным даром к непрерывной болтовне… — Я всё слышу, — уведомил Джей. — Джером. Мы все обсудим после обеда. — Ладно, — сжалился Джей, а потом уставился перед собой. И потерял дар речи. Наверное, это был тот самый Лилиан, о котором говорили Камио и Вепар. Потому что, увидев его, первое, о чем подумал Джером — это то, какой тот красивый. Джей таких раньше и не видел, пожалуй. Он был смазлив и одновременно высок и широкоплеч. Длинные, белые волосы обрамляли его лицо и спадали вниз; а пронзительные голубые глаза обрамлены такими густыми, белыми ресницами, что невольно подчеркивали всю его миловидность. Вот он, его настоящий обед. Джером пялился на него целую вечность. А затем медленно съехал вниз и вытянул ногу, чтобы коснуться ей ноги вампира. Тот едва ли отреагировал — только дернул густой светлой бровью и незаметно сдвинулся. Джей провалился еще глубже в кресло. — Джером. — Да господи, — Джей сокрушенно вздохнул и сел ровно, но взгляда от Лилиан все равно не отвел. Впрочем, едва ли того это волновало: он совершенно равнодушно продолжал трапезу, не отводя безучастного взгляда от тарелки. У Джерома в животе свело от того, как здесь было тухло. Обедать вампиры закончили через двадцать минут. Прощались они до отвратительного вежливо, все еще бросая на Джея осуждающие взгляды, но стоило отцу подойти к нему, как все поотворачивались. Отец был на голову его выше и всем своим видом излучал опасность, грацию и красоту. Было в нем что-то такое завораживающее, что не позволяло отвести взгляд. А еще чувствовалась его статность, благодаря которой ощущался и его ранг — и то, почему все зовут его Владыкой. В кабинете отца было темно. В лучших традициях жутких сказок, тот был с панелями из темного дуба, с огромным столом и книжными шкафами. И, безусловно, креслами, обшитыми бархатной, алой тканью. — Садись, — сказал отец, опускаясь в кресло. Джей плюхнулся в него и чинно сложил руки на коленях. — Я поручил Иво разъяснить тебе все, но, похоже, ситуация все еще вызывает у тебя замешательство. — Замешательство? — Джером хохотнул. — Ну типа того. Наверное, я еще не до конца проникся масштабами свалившегося говна. Отец хмуро свёл брови. — Пожалуй, — сказал он, — узнай я раньше, что у меня есть сын, то все бы сложилось по-другому. Я сожалею, что тебе довелось узнать об этом таким образом. В любом случае, твой день рождения через несколько дней, и нам нужно подготовиться к нему. — Как мило, — Джером улыбнулся, — мы позовем гостей? — Мы подготовим ритуальный зал и принесем жертву, чья кровь даст тебе жизнь. Выражение лица Джея стало унылым. — А хотя бы торт будет? Отец устало потер виски и вздохнул. — Иво, — сказал он. — Конечно, молодой господин, я распоряжусь, чтобы вам приготовили большой праздничный торт. — Шоколадный, — подсказал Джей. — Конечно. Шоколадный. — Тогда ладно, — Джером откинулся в кресле. — Но у меня еще несколько условий. — Условий? — отец недоуменно вскинул бровь. — Да. Я хочу провести здесь интернет. И купить телевизор. И еще мне не нравится шелковое постельное белье, я хочу купить себе человеческое, из хлопка или льна. В общем, просто дай мне денег. Отец выдвинул шкафчик из стола и достал аккуратный конверт. — Я предполагал, что ты попросишь, — ответил он на вопросительный взгляд Джея, и положил деньги на середину стола. — И попрошу тебя об одном, Джером: поумерь свой пыл. Слушай своих фамильяров и Иво, если хочешь, чтобы твоя жизнь здесь была спокойной. — Ты мне угрожаешь? — нахмурился Джей. — Я предостерегаю, — ответил отец, — местный контингент весьма закостенел и привередлив. Джей хмыкнул и протянул руку, хватая деньги. — Я подумаю, — соврал он, открывая конверт и пытаясь навскидку определить сумму, — а, и кстати. Как тебя зовут? Тяжелый взгляд отца, пожалуй, пытался либо просверлить в нем дырку, либо вдавить в пол. Впрочем, на Джерома такое не работало: учитель фортепиано в их школе мог и не такое. — Мадлен де Ривьер, — спустя долгую паузу, ответил отец. — Охренеть. Мадлен поморщился. — Ладно, — Джей поднялся с кресла и оперся руками на стол. А затем, перегнувшись, он неожиданно чмокнул Мадлен в кончик носа. Тот настолько опешил, что на пару мгновений его застывшая маска треснула, оголяя совершенно растерянный взгляд. — До встречи, папуля. Выйдя в коридор, Джером вытряхнул из кармана толстовки Вепара. — Ты чё, уснул там, говнюк? — он встряхнул мышь за крыло. — Ты почему не сказал, что там такая скукотища будет? Я бы не пошел тогда. — А ты… вы и не спрашивали, господин, — недовольно отозвался Вепар, — чего вы нервничаете? Хотите, я вам ванну наберу? С пеной. Джей приободрился. — Подхалим, — фыркнул он, отпуская мышь. Тот захлопал крыльями и сел ему на плечо, — хочу.