Кровь и пепел

      Легко сказать разбираться. Пообещать. Наэрин выходил из поместья полный решимости, но когда сел в экипаж, решимость начала таять, а сомнения — одолевать.       Если предположить, что его симбиоз с Вигом другой природы, то есть только два варианта почему так. Либо из-за них двоих или кого-то из них, либо же… А вот об этом думать было не то что страшно, а просто невыносимо. Разум как будто тут же возжелал отползти в тёмный угол и спрятаться.       Но Виг, разумеется, подозревал заговор, обман, злые умыслы. Где-то не понимая того, что такое вот подозрение — это обвинение всей Системы Единства в обмане. Разве это возможно? Система стояла столетиями. Уж наверняка что-то бы просочилось, если бы были сбои на таком уровне.       Однако, Наэрин не был готов отказать своему феллику. Во-первых, потому, что отказать Вигу ему вообще было трудновато, а во-вторых — чудовищно, но вампир может быть и прав. Если не во всём, то в каких-то моментах. Ведь как иначе объяснить то, что накануне вексий перетекал к Наэрину так, словно он терзал вампира кнутом или калёным железом? Раньше ведь ничего подобного ни с кем не было.       Осталось только предположить, что любовь способна на такие чудеса. Не лишённый смысла аргумент, но тогда можно ненароком решить, что в других союзах любви не было. Ага, вот только у них с Вигом любовь. А если бы другие пары заметили подобное, разве не задались бы вопросами? За столько-то веков. Что, может, и вовсе не надо держать подле себя на цепи и в ошейнике любимых, а можно просто ласкать друг друга в постели? Опасные вопросы. И точно не остались бы незамеченными.       Тогда… может быть, их случай действительно уникален? Ну, бывает же в природе что-то редкое. Аномалия. Сбой. Может, всё дело в магии демона-инкуба или в особенностях вампира. Или в чём-то, что между ними. В чём-то неправильном. Стоп. Неправильном? Почему «неправильном»? Потому что не по учебнику? Потому что не через кнут и ошейник? Он поморщился. Ну и пусть. Правильно, не правильно. Всё равно надо проверить. Просто чтобы… убедиться.       Только проверить.       И самому. Пришлось даже сурово и жёстко приказать Вигу оставаться дома, несмотря на все манипуляции и откровенный шантаж со стороны вампира. Феллик кипел энергией и желал немедленно перевернуть весь Ксанарий в поисках ответов. Для того ли, чтобы вскрыть обман и обойти условия своего контракта? Или причина в другом?       Но так или иначе, тащить в Службу вексий-контроля вампира было бы неразумно. Господин Тен’Тарис максимально лоялен к будущему Первому архонту, но и он не пойдёт на должностное нарушение при свидетелях. Один на один. И только так.       Ларксен Тен’Тарис принял Наэрина очень быстро. Поспешно поднялся из-за своего массивного полированного стола, поклонился почтительно и засверкал любезной улыбкой.       — Неужели я могу вам чем-то помочь, Наэрин? — спросил Тен’Тарис таким довольным голосом, словно этот визит несказанно обрадовал его.       Ничего, сейчас он радоваться перестанет.       — Да. Мне нужен доступ к архивам «аномалии симбиозов».       Только на миг во взгляде Тен’Тариса мелькнуло замешательство, но он собрался мгновенно. Ну, никто и не сомневался, что чиновник его уровня приучен держать удар.       — О, похвальное любопытство. Полагаю, это связано с вашим новым фелликом, и я всецело одобряю ваше стремление изучить, так сказать, предмет со всех сторон. И, заметьте, даже не спрашиваю, откуда вам вообще известно о существовании этого… не слишком важного в нашей работе архива. Однако, доступ к нему ограничен по распоряжению Совета Единства. Но вы это и так знаете, правда ведь?       — Знаю, — кивнул Наэрин. — Иначе запросил бы документы официально, а не пришёл бы к вам лично. Что касается того, откуда мне известно о существовании этого архива, скажу так — видел документы с этой пометкой на столе Каэльдиса. Давно.       — Вот как, — глава Службы вексий-контроля забарабанил пальцами по столешнице. — Но господин второй архонт уполномочен просматривать любые документы до уровня секретности «альтор», что как вам известно, доступно только Хранителям и Первому архонту. Но вы пока…       — Пока, — согласился Наэрин. — И то при условии, что наш с Вигом симбиоз будет предельно успешен. Я прошу вас помочь мне довести контракт до моей инициации максимально эффективно.       — Вы создаёте весьма щекотливую ситуацию для меня, Наэрин.       Тен’Тарис задумчиво разглядывал полированную поверхность стола, будто хотел разглядеть там что-то важное.       — Полагаю, что мне не стоит спрашивать, ни из чего, собственно, возникло ваше сомнение в эффективности симбиоза, ни то, отчего вы не обратились к вашему опекуну.       — Не стоит, — улыбнулся Наэрин. — Я прошу помощи, Ларксен. Вы можете просто указать мне на дверь. Или же открыть для меня другую. Ваше право и ваше решение.       — И последствия тоже мои, — вздохнул Тен’Тарис. — В конце концов, эти старые архивы вряд ли уж так секретны. Скорее, это формальность и перестраховка. Мы тут занимаемся, в общем-то, скучным делом, страшные тайны в другом ведомстве. Хорошо, Наэрин. Вас проводят в архив. Но! Даже не пробуйте что-то вынести оттуда. Даже клочок бумаги, договорились?       — Само собой. Если я что-то и найду полезное, то вынесу это исключительно в своей голове. Так… Домыслы, выводы юного фернита, вполне возможно ошибочные — правильно?       — Абсолютно, — Тен’Тарис уже снова улыбался. — Вы далеко пойдёте, Наэрин.       — О, мой маршрут вам известен. В архив, да?       Глава службы рассмеялся. С изрядной долей облегчения.

***

      Запах в архиве был таким, каким и должен быть в подобном месте: пыльным, старым, и чем-то… медным. Может, это просто перегретый металл оковки дверей, может — воспоминания, которые здесь хранились. Наэрин всегда чувствовал запах воспоминаний. Все они имели свой, особенный. Наследие Ферниса, уникальная магия мира, где воспоминания людей были живыми сущностями.       Архивариус этого отдела — пожилой, высокий и очень худой феллик встретил демона с опаской во взгляде и почтением в поклоне.       — Может быть, если вы мне скажете, что вы ищете конкретно…       — Увы, — развёл руками Наэрин и улыбнулся. — Если бы я знал. Как вас зовут?       — Лигир, господин Мор’Фаэн.       — Лигир. Вы ведь магус?       — Конечно. Архивы Службы вексий-контроля обслуживают только магусы.       Наэрин склонил голову набок и доверительно понизил голос:       — Скажите, Лигир… Если бы вам надо было найти что-то такое, которое всего лишь ваше смутное ощущение, какой совет вы бы дали ищущему? Как магус.       Архивариус пожевал губами и чуть усмехнулся.       — Ответ в вопросе, господин аскант. Доверьтесь вашему… смутному ощущению. Ферниты зачастую не хотят помнить, что несут в себе магию своего изначального мира. Но она есть, никуда не делась. Доверьтесь ей. Тем более, что вы инкуб.       — Это имеет какое-то особое значение? — насторожился Наэрин.       — Ох, господин, если позволите — небольшой совет на будущее… Изучите историю своего рода. Глубоко изучите. Ваша карьера будет вам признательна. Инкубы - самый чувствительный вид демонов Ферниса. Вы способны считывать информацию от других существ и явлений, почти не прилагая усилий. Холодное знание не для вас. Оно вам лишь мешает. Просто откройте двери своей истинной природе. Прошу прощения.       Он замялся и глянул виновато и настороженно. Наэрин ободряюще улыбнулся ему и направился вглубь архива.       Стеллажи уходили вверх почти до самого свода. Ряды полок, прикрытые тенями, тянулись, казалось, бесконечно. Бумага — тёплая, шершавая, пахнущая временем. Метки на папках были стёрты наполовину, а кое-где и вовсе нечитаемы.       И как тут искать что-то? Особенно, когда не знаешь, что именно.       Наэрин прошёл вдоль стеллажей, прикасаясь к корешкам, как будто нащупывал нужную вибрацию. Просто бездумно шёл туда, где сердце билось немного не в такт. Прислушивался, принюхивался. Ощущал.       Папка с красным шнурком не выделялась ничем, кроме… шнурка. Он был оборван с одного края — неаккуратно, как будто кто-то открывал её в спешке. И что-то внутри дёрнулось, заставило раздуться ноздрям, словно запах добычи колыхнул обоняние зверя.       Наэрин осторожно вытянул папку и пошел вместе с ней к узкой лавке, стоящей в простенке. Развернул её. Запах стал резче. Старая бумага, пыль, ржавчина? И ещё что-то горькое, едкое. Страх? Отчаяние?       Внутри — несколько стандартных форм, бланки закрытых случаев, пара исписанных густо страниц. Он начал листать. Пальцы двигались быстро, почти нервно, а глаза выхватывали куски текстов мгновенно и тут же теряли их — не то. Не то. И другой рукой написанный отчёт о союзе аскант-феллик. Наблюдения, формулы расчёта обмена. Отчёт скупой и уж точно неполный. Как будто начало было утеряно, а конец не успели или не сочли нужным дописать. То есть такой, где не было возможности ни узнать имена, ни увидеть результаты.       Один лист из этого отчёта был почти пустым. Только внизу — малопонятная фраза: «Реакция В1.94 — вне модуса. Активация неполная. Связь устойчива. Эмоциональный резонанс. Контроль невозможен. (пометка: в дальнейшем списке наблюдений объект обозначался как ф.Л.)»       И всё.       Без имени. Без даты. Без подписи.       Наэрин перечитал ещё трижды. Он даже не понял сразу, как поднёс бумагу ближе к лицу — будто хотел вдохнуть след смысла. Разыскать его и пройти по этому следу.       Объект ф.Л.       Контроль невозможен.       Он опустил лист, аккуратно вернул его в папку, снова завязал шнурок.       А потом сложил руки на закрытую папку и несколько секунд просто смотрел в пустоту, вслушиваясь в себя, в свои ощущения.       Ничего. Только слова.       Но они царапались в голове так, будто кто-то вшил их прямо в мозг. Кривыми небрежными стежками.       Вне модуса. Подотчётная пара была вне модуса? Или этот загадочный ф.Л. — феллик? — был вне модуса.       Наэрин с тоской огляделся. Возможно, в толщах этих залежей бумаг и есть что-то, что связано с его находкой, но жизни не хватит, чтобы перекидать горы пустой породы и добраться до жилы со знанием. Это, в конце концов, весь отдел, который называется «аномалиями».       Но почему чутьё демона выхватило именно эту?       Вопросов стало ещё больше. Надо постараться запомнить всю фразу точно, и может, покрутить её вместе с Вигом? А потом найти ещё какого-нибудь учёного магуса и… сдаться на милость Каэльдиса, который точно узнает о расследовании своего воспитанника. Наэрин поднялся и быстрым шагом пошёл к выходу. Кивнул коротко Лигиру, вышел из архива и замер на месте.       Потому что взгляд выхватил удаляющуюся по коридору очень знакомую фигуру.       Танцующая лёгкая походка, грива белокурых волос. Сель. А вот это уже крайне интересно. Но догонять его Наэрин не спешил. Всему своё время.

***

      Виг определённо дулся. Вот именно так — нехарактерно для заносчивого вампира, вообще не похоже на него. Дулся.       Уже у порога дворецкий Габор предупредил Наэрина, что его феллик в дурном расположении духа, сразу после отъезда асканта улёгся в постель, от обеда отказался и наорал на служанку, сунувшуюся поменять бельё. Вышел только отчитать садовников, которые «слишком много и громко разговаривают под окнами».       Наэрин пожал плечами и, не слушая дальнейших причитаний дворецкого, поднялся по лестнице и немного постоял у дверей в их покои.       Собраться с мыслями. Уж слишком странно выглядит то, что Виг вдруг ведёт себя как капризный ребёнок после того, как его показательно оставили дома и не взяли на ярмарку. Ну не похоже это на него. Всё своё обаяние, угрозы и шантаж вампир вылил на Наэрина ещё перед тем, как демон покинул дом.       Но так или иначе, новости придётся попридержать, пока неизвестно, отчего вдруг Виг стал похож на Селя, нарывающегося на наказание. Уж не заразно ли это? Вампир только приоткрыл глаз на появление своего асканта и снова зарылся лицом в подушки.       Наэрин приласкал взглядом его обнажённую мускулистую спину и тихо сказал:       — Встань.       Только раздражённо дёрнулось плечо. Так, значит. Демонстрация? Или же желание… игры?       Если последнее, то случай наиредчайший. Не сильно-то балует этот феллик своего господина играми. И если это то самое, то дела точно подождут. Тем более, что кроме странной фразы и рассказывать нечего. А вот про Селя Наэрин вообще предпочёл бы умолчать до разговора с ним наедине.       — Я сказал — встань, Виг.       Нехотя вампир поднялся. Встал напротив, смотрел хмуро и с лёгким вызовом. В одних тонких штанах, босой, с разметавшимися по плечам растрёпанными волосами, он был сам по себе вызовом и испытанием для всех чувств Наэрина.       — На колени, Виг. Руки за спину.       Глаза вампира недобро сощурились, но он подчинился.       — Глаза на меня.       Наэрин не отказал себе в удовольствии коснуться его волос, погладить по щеке, но потом отстранился и спросил:       — Что за показательные протесты? Я, кажется, сказал тебе с утра, что тебе нечего делать в архивах. И привёл аргументы. Ты из-за этого тут устраиваешь недопустимые безобразия?       — Это какие? — хмыкнул Виг. — Не поприветствовал тебя по протоколу, так ты вроде не настаивал никогда.       — Да, — сладко улыбнулся Наэрин. — Мой недосмотр. Значит, с этого дня — будешь. По протоколу. Всегда. Продолжаем? Мне уже нравится эта игра. Ты был невежлив со слугами. Это следующее.       — Да. Я был невежлив с идиоткой, которой было отчего-то наплевать на то, что я сплю, и был не сильно вежлив с идиотами, которые обсуждали девиц под моими окнами.       — В доме Мор’Фаэн, Виг, мы всегда вежливы со слугами. Если ты недоволен, ты можешь высказать свои претензии Габору, он примет меры как старший дворецкий. Ты извинишься перед всеми, кого обругал.       — Ещё чего, — фыркнул вампир. — Нет.       — Да, Виг. Это приказ, а согласно нашему договору и твоим обещаниям, ты обязан выполнять все мои приказы. Далее. Ты разгуливал по дому полуголый. У нас так не принято.       Виг закатил глаза.       — Селю это скажи. Он вообще, бывает, голышом разгуливает. На мне были штаны.       — У Селя свой аскант. И, к тому же, это происходит по приказу Лаэтриана. И только так. Но если тебя возбуждает подобная игра, я вполне могу пойти тебе навстречу. Хочешь?       — А тебя? — вдруг спросил вампир. — Тебя это возбуждает?       Наэрин с трудом скрыл улыбку. Понемногу проясняется.       — Нет, Виг, для такого я слишком ревнив. Но ради тебя и твоего удовольствия могу и пострадать.       — Ну что вы, господин, страдать тут должен я. Переутомились в своих архивах? Путаетесь.       — И ещё дерзишь. Намеренно, — Наэрин вздохнул и покачал головой. — Теперь поднимись и спусти штаны.       Вампир сверкнул глазами и, криво ухмыляясь, исполнил распоряжение.       Ну, в общем, что и ожидалось. Возбуждение Вига было вполне очевидным, не оставляющим простора для дальнейших сомнений в истинном смысле всех его выходок. Странно, но этой игры Наэрин от него не ожидал. Не надеялся.       Демон протянул руку и сжал его член. Притянул к себе, заставив охнуть. Сжал сильнее.       — Скверное поведение, Виг, — прошептал Наэрин в острое ухо. — Будешь наказан.       — Протокола приветствия и извинений перед идиотами недостаточно? — язвительно бросил вампир, но рука Наэрина сжалась ещё немного, и следующие слова поменяли тональность. — Как угодно.       — Хорошо, Виг. Правильный ответ, наконец-то. Сейчас я тебя отпущу. Ты полностью избавишься от штанов и мы пойдём в игровую.       Вампир издал короткий, чуть нервный смешок.       — Неосмотрительно, — заметил Наэрин. — Раз так, я поведу тебя туда сам.       И повёл. По-прежнему сжимая член Вига. Вампир путался в штанах, и то ли постанывал от боли, то ли подрыкивал от возмущения. Но энергия его возбуждения обволакивала Наэрина, дразнила, очаровывала, и идти стало трудновато уже самому.       В игровой демон велел избавиться, наконец, от штанов, закрепил руки и ноги феллика в станок для порки и постоял, любуясь открывающимся видом роскошной задницы Вига, выставленной напоказ. Отрада для глаз и удобство для воздействий.       — Плеть, Виг. Двадцать ударов по заднице. С обратным отсчётом. Понял?       — Да.       — Повтори.       — Двадцать ударов по заднице. С обратным отсчётом, — проворчал вампир.       — Ещё пять за тон. Начинаем.       Свистнуло, рассекая воздух, кручёное плетиво. Первый удар лёг идеально, красиво пересёк обе ягодицы. След заалел, а внутри у Наэрина разлилось такое же алое тепло. Вексий. Энергия текла без сопротивления, легко и радостно.              — Двадцать пять, — глухо сказал Виг и шумно втянул носом воздух.       На четырнадцатом Наэрин не удержался. Лапнул ладонью припухшие рубцы, понаслаждался шипением вампира и даже поцеловал один особенно привлекательный след, чем вызвал уже совсем непохожий на стон от боли звук.       И уже не стал себя сдерживать, накладывая удары равномерно и ритмично. Дожидался счёта, и новый удар. И ещё.       Рука была верной, точной, а в разуме и душе плясали всполохи наслаждения. Страсть смешивалась с экстазом от текучего тёплого вексия, стоны Вига были полны и боли, и удовольствия — он отдавал себя без сомнений, по своему желанию. И это было великолепно. Это было правильно. Не жертва, не палач. Не аскант, не феллик. Обмен. Симбиоз. Слияние тел и душ, соединённых змеистыми росчерками плети и огненными нитями страсти.       — Один, — простонал Виг. — Возьми меня, Наэ. Так возьми.       Наэрин склонился над ним, потом прижался всем телом, дышал в затылок вампира.       — Взять? Хочешь? Вот так, в станке? Беспомощного, растянутого, выпоротого?       — Да… Я сейчас спячу, если ты не сделаешь…       Он ворвался в тело Вига жёстко, без подготовки, едва смазав вход. Чуял, что именно этого сейчас желал его любимый вампир. Хотел быть терзаемым, хотел быть беспомощным и биться в прочных кожаных ремнях под каждым толчком. И чтобы ладони демона сжимали исполосованные плетью ягодицы, добавляя ещё больше боли и ещё больше наслаждения от того, что эта боль желанна.       Наэрин считывал его чувства и желания легко. Нет, скорее, выпивал их, пробуя на вкус весь букет и каждый ингредиент по отдельности. И такой напиток демон готов был смаковать бесконечно.       Уже на кровати в спальне Наэрин целовал и по-звериному зализывал ссадины на запястьях Вига, урча от удовольствия, а вампир довольно и расслабленно выдыхал.       — Ты удивил меня сегодня, — сказал демон. — Не ожидал от тебя таких фантазий. Думал, тебя Сель покусал втайне от меня.       Вампир чуть замялся, нахмурился, потом положил руку на загривок Наэрина и легонько сжал.       — Обещай, что не отправишь меня спать в клетку, — сказал он слегка напряжённо.       — Хм, — Наэрин приподнял голову. — Звучит страшновато, но хорошо, обещаю.       — Это тоже был эксперимент, — выдохнул Виг. — Погоди страдать только… Я объясню. Я хочу проверить все варианты, как именно передаётся вексий у нас с тобой. Ну вот и… такое тоже. Да. И так тоже передаётся.       Наэрин закрыл руками лицо, перекатился на спину и зашёлся смехом.       — Ви-иг, — простонал он. — Ты невероятен. Проверять, да? Будем эксперименты проводить?       — И что ты так развеселился? — мрачно и чуть смущённо спросил вампир. — Тебя не поймёшь. То страдает как юная принцесса от случайного слова, то хохочет дурниной.       Наэрин вытер глаза и сделал серьёзное лицо.       — Виг, для создания, которое имело сколько то там сотен любовников, ты очень наивен иногда. Если бы тебе не нравилось то, что мы делали, думаешь, я бы не заметил? Экспериментатор, тоже мне. Тебе нравилось, это было взимодействие контроля и подчинения, а значит, ты добровольно отдавал вексий. Потому что, разорви тебя вместе с Ядром, тебе это нравится! Ты — феллик. Это нормально.       Виг скорчил ему ехидную гримасу и проговорил:       — Конечно, господин аскант, я настолько туп, чтобы отрицать очевидное. То, что мне это нравится, ничуть не отменяет того факта, что мы по-прежнему не знаем, что в нашем случае запускает обмен вексием. Насколько сильно. Есть ли разница в количестве. Качестве. Вот я и предлагаю…       Наэрин сел в кровати, скрестил руки на груди и сказал со всей серьёзностью, на которую был способен:       — Хорошо, Виг. Я обещаю тебе, что мы будем проводить эксперименты постоянно. Исключительно для того, чтобы выяснить истину. Не ради же удовольствия, в конце-то концов? Ради тебя, любимый, я готов удовлетворять все твои самые немыслимые и грязные фантазии… Ой, прости, проводить с тобой опыты. Хоть мне это и нелегко. Так пойдёт?       — Я сейчас сам тебя выпорю, — проворчал Виг. — И отымею. Два раза.       Наэрин ухмыльнулся и разгладил пальцем складочку между нахмуренными бровями вампира.       Нет, он не станет говорить с Вигом о делах сегодня. Да пусть провалятся все эти дела…