Обыкновенное Счастье.

      Юнги кусал губы, сидя на диване, и подергивал коленкой. Весь его шкаф был вытряхнут на пол, и ничего из его одежды не подходило для похода в гости. Оставался час до назначенного времени, Юнги посматривал на упаковку с подарком, а затем безнадежно переводил взгляд на свои растянутые невзрачные футболки. Ну почему его мама права? Вздохнув, он зацепился краем глаза за какой-то сверток в прозрачной упаковке. Подойдя и подняв тот, он вспомнил, что как-то раз мама, приехав к нему, отдала ему этот сверток и сказала, что купила на распродаже и что ему должно понравиться. Юнги тогда запихал это далеко в шкаф и забыл. Он быстро распаковал подарок. Это была черная футболка с белой надписью «Now or Never» («Сейчас или никогда»). Юнги ухмыльнулся. Ну почему его мама такая классная? Он надел футболку, нашел серые спортивные штаны и подошел к зеркалу. Это было то что надо, хоть футболка и нуждалась в глажке. Юнги повесил ее на спинку стула. За полчаса отвисится.       Чимин носился по маленькой однокомнатной квартире как белка в колесе. Праздничные салфетки, свечи, еловые веточки, глинтвейн, стаканы, остывающее имбирное печенье и готовящаяся в духовке индейка. Вроде бы он ничего не забыл. Или забыл? С ужасом поняв, что он так и не принял душ, Чимин сбросил с себя всю одежду и залез под струи воды. В ход пошли шампуни, гель для душа и даже бритва. Закончив с водными процедурами, он намазал тело лосьоном, после чего нанес парфюм с таким же ароматом, а потом принялся сушить волосы. Все было готово, когда Чимин улыбнулся своему отражению в зеркале, надев на голову красный новогодний колпак.       В дверь позвонили.       — Юнги, заходи, — улыбнулся парень.       Он почему-то залился краской и опустил глаза вниз.       — Привет, — ошарашено смотря на хозяина квартиры, сказал Юнги.       Чимин стоял в коротких красных шортиках, которые едва торчали из-под длинной белой футболки с надписью «Happy New Year» («Счастливого Нового Года»). Ему на секунду показалось, что он попал в рай, но когда Чимин повернулся к нему спиной и наклонился, расставляя подушки на диване и приглашая присесть, Юнги понял, что находится в аду, где он, если срочно не коснется этих аппетитных округлостей, точно сгорит дотла.       — Я решил сделать тебе подарок, — Юнги протянул большой пакет парню и пожал плечами.       Чимин улыбнулся и протянул руки. Он сразу же вытащил шарф и, вытянув губы в беззвучное «О», намотал его вокруг шеи.       — Он такой мягкий! Спасибо, Юнги! И он так мне идет! Мне правда идет?       — Ну да. Я под твои волосы подбирал.       Когда же Чимин вытащил медвежонка, то крепко прижал его к груди.       — Он похож на тебя, — сказал Юнги, — такой же розовый.       — Это очень мило. Спасибо. У меня тоже есть подарок, — Чимин отвернулся в сторону кухни и взял пакетик. — Это тебе.       Юнги поблагодарил его и стал открывать коробочку. Когда он увидел стеклянный снежный шар, то долго смотрел на фигурки двух мальчиков, катающихся на коньках и на блестящие хлопья снега, медленно опускающиеся сверху вниз.       — Я бы хотел, чтобы что-то напоминало тебе обо мне, — сказал Чимин. — Мы были вместе на катке, и я подумал, что этот шар будет отличным напоминанием о тех прекрасных моментах.       Чимин стоял напротив. Такой красивый и нежный в этой белой футболке и новогоднем колпаке. Рядом с ним был небольшой диванчик и накрытый столик, а чуть дальше большая кровать. Пахло мандаринами, имбирным печеньем и приготовленной индейкой.       — М… еще я сделал тебе имбирное печенье, но не стал его упаковывать, оно вот, остывает на противне. Нужно переложить в тарелочку.       Чимин подошел к кухонному столу, взял тарелочку и протянул руку к печенью.       — Пахнет божественно, — сказал Юнги, плотно прижавшись сзади.       Он провел рукой вдоль талии Чимина и уперся кистью в стол.       — Ты сказал, ты мне их приготовил? — шепнул он рядом с ухом.       — Да, — у Чимина почти пропал голос от неожиданности и интимности момента.       Юнги наклонился ближе и провел носом по шее парня, на что услышал глубокий вдох.       — Можно поцеловать тебя? — хрипло спросил Юнги.       Чимин кивнул.       — Да, — он развернулся к Юнги лицом, — да, можно, — и опустил глаза.       Первое, что почувствовал Чимин, это то, как Юнги положил руку на его талию, а затем нежно коснулся губами его губ. Чимин ответил рывком, он схватил лицо Юнги в свои ладони и начал целовать его с таким напором, словно ждал этого момента миллионы лет. Лишь когда он прервался, чтобы вдохнуть и отдышаться, он услышал такое нежное:       — Ты так очарователен.       Чимин снова набросился на Юнги. Юнги прижал его к кухонному столу и, слегка приподняв под бедра, усадил на плоскую поверхность. Они целовались, Чимин зарывался пальцами в темные волосы, блуждал руками под футболкой. Юнги же снял с парня красный новогодний колпак и отбросил его в сторону. Он навис над ним тогда, когда Чимин опустился спиной на столешницу, обвил его талию ногами и прижимал к себе.       — Черт, Чимин, нам стоило бы сходить на свидание для начала.       — Каток, — целуя того в губы, прошептал парень, — ресторан.       — Так это были свидания?       — Это были наши встречи, какая разница, как их называть? Мне так хорошо с тобой, — с этими словами Чимин сдернул с Юнги футболку, задрал свою и, сняв, кинул на пол.       Юнги осматривал парня на столе, на котором были неприлично узкие красные шортики, пошло обтягивающие его вставший член. Недолго думая, он сжал рукой пах Чимина и, массируя, впился в его губы. Юнги окончил поцелуй и, собрав ноги Чимина вместе, снял с него шорты и развел бедра в стороны. Он медленно опустился к его члену и коснулся его губами, на что получил громкий томный стон и увидел, как Чимин раздвинул ноги шире. Небольшой силиконовый розовый наконечник от анальной пробки удобно располагался между ягодиц, повторяя естественную форму тела. Вот почему Юнги не увидел его, когда Чимин нагнулся.       — Если я сейчас повторю, что ты очарователен, это будет слишком ванильно? — спросил Юнги.       — Нет.       — Ты очарователен с этой розовой пробкой внутри. Она вся такого цвета?       — Вытащи, — прошептал Чимин, — и узнаешь.       Юнги рывком припал к члену парня и начал агрессивно его ласкать. Он проходился языком по всей длине, щекотал головку, сжимал губы, пытаясь оставить засос, и просто целовал его.       — Черт, я сейчас кончу себе в штаны, — прервавшись, сказал Юнги.       — Презики вон на тумбе. Лубрикант там же.       Юнги обернулся. И как он это все не заметил?       — Ты специально оставил это на видном месте?       — Забыл убрать, а увидел только что.       Юнги отстранился, взял все необходимое и снова подошел. Он спустил штаны вместе с бельем, раскатал презерватив по члену и взялся рукой за наконечник пробки. Вытащив ее с характерным звуком, он выдавил лубрикант, осторожно смазал Чимина, затем свой член и приставил головку ко входу.       — Я могу быть резким, — прошептал Юнги и медленно вошел.       Чимин закатил глаза, а его пухлые губы приоткрылись.       — Как я долго ждал этого, — простонал парень. — Не сдерживайся. Пожалуйста, не сдерживайся.       Юнги сделал всего несколько фрикций и кончил.       — Прости, ты так очарователен, — пытался отдышаться Юнги, — черт возьми. Дай мне минутку.       Он вышел, снял презерватив и выкинул его в мусор.       — Пойду на кроватку, — улыбнулся Чимин. — Там помягче.       Он поднялся со стола, подошел к кровати и залез на нее, выставляя свою попку вверх.       — Пак Чимин, у тебя потрясная задница.       — Наконец-то ты это сказал. Я задолбался ходить в узких брюках.       — Я обращал внимание и собирал слюни с пола, когда видел тебя в школе.       — Почему бы просто было не завалить меня на фортепиано?       — Ты издеваешься? Это же школа!       — Там никого и камер нет.       Юнги подошел ближе и поцеловал парня в ягодицу.       — Такой сексуальный… Такой горячий. Хочу взять тебя сзади.       — А я хочу оседлать тебя. Что выберешь?       — Определенно, твой вариант.       В самых обычных квартирах самых обычных домов, в самых обычных городах люди готовились отмечать главный праздник года. У кого-то подходил праздничный ужин, кто-то наряжал ель или сосну, а кто-то провожал уходящий год совсем другим способом. В самом обычном городе, в самом обычном доме, в самой обычной квартире на пятом этаже тихо поскрипывали ножки кровати, скользя по старому паркету. Чимин сидел у Юнги на бедрах. Он поднимался и опускался в такт движениям, закатывая глаза от наслаждения, когда Юнги скользил влажной от лубриканта рукой по его члену.       — Юнги, я сейчас…       — Я тоже, мальчик мой красивый… Ты такой чудесный.       — Юнги, еще…       — Детка моя сладкая, булочка моя медовая…       — Боже…       Чимин резко вскрикнул и дернулся, на живот Юнги полилась горячая сперма, и от этой картины, от всех этих эмоций Юнги кончил второй раз.              Они глубоко дышали, целовали друг друга, улыбались. Чимин долго не слезал с Юнги. Он уперся лбом в его плечо и тяжело сопел, нежно целуя.       — Пак Чимин, — сказал Юнги, когда Чимин поднял голову.       — Что, Мин Юнги?       — Ты будешь со мной встречаться?       Чимин расплылся в теплой улыбке и смущенно опустил взгляд.       — Послушай, соглашайся, — промурлыкал Юнги. — Потому что если ты не согласишься, моя мать меня придушит.       — Что? — рассмеялся Чимин. — Мама?       — Да. Ты очень ей понравился. Поэтому у тебя нет выбора, Пак Чимин. Тебе придется стать моим парнем.       — Ха-ха-ха.       Чимин смеялся заливисто и ярко, а его глаза блестели накатившимися слезинками.       — Я согласен быть твоим парнем, — улыбнулся Чимин, — но при одном условии.       — Каком?       — Я хочу блинчики в постель каждое утро.       — Что? Но… но я думал, наоборот, эй!       — Ничего не знаю, Мин Юнги. Блинчики и точка.       Оба рассмеялись.       Через несколько дней Чимин и Юнги отправились погостить к родителям Юнги. Они жили в загородном доме и с радостью приняли молодых людей. Обсудив много интересных тем, молодые люди решили, что нужно будет как-нибудь навестить и родителей Чимина, правда, это будет чуть сложнее, но они твердо решили, что сделают это.       Юнги и Чимин ночевали в гостевой спальне. Они долго сидели на террасе, закутавшись в пледы, пили вино и смотрели за горением свечей.       — Я не знаю, что будет завтра, — сказал Чимин, — но я счастлив, что я с тобой сейчас.       — Я тоже счастлив находиться сейчас именно здесь и держать тебя за руку.       — Знаешь, — сказал Чимин, — эта волшебная зима закончится, а на смену ей придет весна, а потом будет жаркое лето. Я хочу бегать с тобой по пляжу, держась за руки, хочу наслаждаться каждым днем рядом с тобой.       — А я хочу подарить тебе первые весенние цветы и увидеть веснушки на твоем лице. У тебя бывают веснушки?       — Немного, — улыбнулся Чимин.       — Я поцелую каждую их них.       — Эй, Мин Юнги, хватит так ванильно флиртовать!       — Но я хочу делать это именно так…       — Ладно, тогда я… ммм… что бы такого придумать?       — Приготовь мне блинчики.       — Не беси меня, Мин Юнги!       — Обожаю, когда ты такой. Это так заводит.       — Юнги, я серьезно.       — Я тоже. Поцелуй меня, булочка.       — Сам целуй, — Чимин надул губы.       — Такой упрямый. Пойдем в кроватку, я сделаю тебе массаж.       — Ты забыл, что мы у родителей? Я едва сдерживаюсь, чтобы не кричать.       — Можешь кричать в подушку, а я все равно буду делать тебе приятно. Ну что, идем в кроватку?       — Идем, — сделал безразличное лицо Чимин и встал с кресла.       — Пак Чимин, я тебя обожаю! — сказал Юнги и направился следом. — Ты мое счастье.       — А ты — мое, — развернулся Чимин.       — Счастье в том, что есть между нами, — прошептал на ухо Юнги. — Так давай будем хранить и оберегать его максимально долго.       — Давай, — прошептал Чимин.

…

Спасибо, что были со мной.

ZhannaNuur,

2024г.