Моменты

Тэён стоит на краю тротуара, в белой пижаме, такой бледный, что кажется, будто его кожа светится, как у призрака, и такой же непричастный миру вокруг. Остановившись перед ним, Джонни с минуту смотрит в его пустые невидящие глаза, не в силах справиться с ощущением жути. Ему вспоминаются все истории о призраках, после смерти пришедших проведать тех, кто был им дорог при жизни, и что-то внутри него уже начинает задаваться вопросом, как он сможет жить без Тэёна. Над головой Тэёна, покрашенной в рыжий всего пару дней назад, бело светит полная луна. Ночь вокруг кажется безмерной и вязкой, как бывает во сне, где, сделав шаг за пределы освещённого пространства, проваливаешься в темноту без сновидений. Заставив себя встряхнуться, Джонни кладёт руку Тэёну на плечо. Под тонкой тканью он ощущает тепло живой кожи и острую твёрдость кости. — Тэён, — осторожно зовёт он. — Тэён, проснись. Тэён вздрагивает под его рукой, смотрит вокруг растерянным, испуганным взглядом. — Всё хорошо. Ты снова ходишь во сне, — говорит Джонни. Ему хочется обнять Тэёна — из-за только что пережитого страха или из-за того, каким хрупким он выглядит в этот момент, — но это было бы странно и, наверное, напугало бы Тэёна ещё больше. — Где я? — Возле моего дома. Боже, как ты вообще здесь оказался? — запоздало поражается Джонни. Они живут в получасе ходьбы друг от друга, но Джонни не может представить, как Тэён преодолел всё это расстояние во сне, босиком, не осознавая мира вокруг. С ним ведь могло случиться что угодно — он мог попасть под машину, или упасть с лестницы, или заблудиться и уйти бог знает куда, в какую-нибудь страну снов, из которой не возвращаются. — Мне кажется, я думал о тебе перед тем как заснуть, — тихо произносит Тэён. — Со мной случалось такое в детстве. Когда я думал о каком-то человеке перед сном, я мог пойти к нему во сне. Но я никогда не уходил так далеко. На них налетает порыв ночного, совсем не по-летнему холодного ветра, и Джонни снимает с себя куртку и надевает её на Тэёна. Медленно, к нему возвращается ощущение реальности— у всего есть разумное объяснение: Тэён лунатик, он сам об этом рассказывал. Лунатики иногда могут сделать такое, что потом не поверят в это сами… Только одна деталь продолжает царапать мозг — что именно имел в виду Тэён, когда сказал, что думал о нём перед сном? — Надо отвести тебя домой, — говорит Джонни. Тэён кивает. — Ко мне домой, — уточняет Джонни, и Тэён снова кивает. — Похоже, мне придётся взять тебя на руки. Тэён непонимающе смотрит на него, потом — на свои ноги. Покачнувшись, он хватается за Джонни, только сейчас поняв, что стоит босиком на асфальте, и Джонни тут же подхватывает его на руки. Тэён лёгкий, как птица. Всё его тело — кости, кожа и шрамы на ней — кажется безумно хрупким и сотканным из материи более тонкой, чем обычная человеческая плоть. Но сам он этого не знает и не понимает, какое странное впечатление производит на тех, кто оказывается рядом. Смутившись, Тэён смеётся, уткнувшись носом Джонни в шею. — Боже. Что подумают люди, которые нас увидят? — Что я помогаю пьяному в дрова приятелю добраться до дома? Ну или что мы счастливая гей-парочка, и я несу тебя в свою постель. Тэён снова смеётся и прижимается к Джонни плотнее. По дороге они сталкиваются всего с одним человеком, с соседом Джонни, и они вместе едут в лифте. Джонни здоровается с ним, как ни в чём не бывало, и даже говорит что-то про погоду, пока сосед сосредоточенно смотрит в точку перед собой и притворяется, что его здесь нет. Тэён прячет голову на плече Джонни и беззвучно хихикает, и почему-то это так здорово, что Джонни готов вот так кататься в лифте хоть до самого утра, в этом неловком молчании, до которого ему нет дела, потому что он держит на руках Тэёна, ожившее сновидение, и его жёсткие волосы смешно — и потрясающе реально — щекочут шею. Зайдя в квартиру, Джонни действительно относит Тэёна в постель. Уложив его, он садится рядом, гладит Тэёна по волосам. Тэён смотрит на него вопросительно, прижимает к себе подушку и почему-то молчит. — Теперь рассказывай, о чём ты там думал перед тем как заснуть, — говорит Джонни и забирается рядом с ним в постель. Глаза Тэёна на мгновение расширяются от удивления — а потом затуманиваются дымкой желания, ещё до того, как Джонни склоняется к его губам и проводит ладонью по его груди под пижамой.