Моменты

Время от времени в кровати Тэёна спит кто-нибудь ещё. Чаще всего это Чону, готовый рассказывать всем подряд про свои кошмары, от которых его якобы спасает только возможность поспать в чьей-нибудь постели. Впрочем, иногда это вечно мёрзнущий Доён, или Марк, для которого «это типа как я оставался в детстве с ночёвками, ну, знаешь, у друзей», или «наши дела тебя не касаются» Хэчан. Джонни давно не обращает на них внимания — главное, чтобы ему спать не мешали. Но потом он видит в постели Тэёна Юту. — Что, тебе теперь тоже кошмары снятся? — спрашивает Джонни, помимо воли изменившись в лице. Тэён старательно отводит глаза и кусает зацелованные губы, пряча нервную, смущённую улыбку. Юта, наоборот, смотрит с вызовом. Ему плевать, что под одеялом на них обоих не хватает одежды, и на чувства Джонни, вероятно, плевать тоже. — Знаешь, предыдущие были одеты, — говорит Джонни, обращаясь теперь только к Тэёну. Уткнувшись в подушку, тот решает на всякий случай притвориться мёртвым, и Джонни приходится снова разговаривать с Ютой. — А от тебя я такого не ожидал. Они обмениваются долгим, одинаково недобрым у обоих, взглядом. Юта всегда знал, что Джонни испытывает к Тэёну. Собственно, только он и знал — и ещё другом назывался. Юта садится в кровати — одежды на нём нет совсем — и пожимает плечами. Мол, такова жизнь. Джонни рассеянно смотрит на его татуировку, на смуглый изгиб голого бедра. Юта весь такой бесстыдно красивый, что неудивительно, что Тэён выбрал его. — Мудак, — подытоживает Джонни. Внезапным быстрым движением Юта хватает его за руку. Джонни вздрагивает, непонимающе уставившись на него. Ладонь Юты мокрая и липкая, и он прекрасно понимает, почему. От этого понимания его вдруг прошибает таким сильным желанием, что член вот-вот проткнёт штаны и сердце выпрыгнет из груди. Юта тянет его в постель, и Тэён, наконец-то отлепившись от подушки, отодвигается на край, освобождая место между ними. От них обоих веет жаром. — А я не ожидал, что ты будешь ныть, — усмехается Юта, и вдвоём с Тэёном они затаскивают его в постель.