25 days to you

Почти все цифры уже были золотыми, что означало лишь одно — адвент-календарь подходил к концу. У Оливера было стойкое ощущение, что на заданиях последних дней близнецы Уизли решили сэкономить свою фантазию. Сегодня бумажная зверушка вновь не требовала от него ничего сверхъестественного: нужно было лишь отправить получателям заранее купленные и уже упакованные подарки. Косой переулок был особенно оживлён — улица украшена мерцающими гирляндами, в витринах магазинов сверкали снежинки, а в воздухе витал аромат жареных каштанов и горячего шоколада. Вуд, закутанный в тёплый тёмно-синий шарф, с решительным видом шагал к зданию совиной почты. В руках он нёс увесистую сумку, набитую аккуратно упакованными подарками. Его личная сова явно заслуживала отдыха, а не летать сегодня весь день в разные уголки Лондона и не только. Потому Оливер решил воспользоваться почтовыми совами — так ни одна птица не пострадает от перегруза. Дверь почты с мелодичным звоном распахнулась, и на Оливера обрушился гвалт: десятки сов ухали, перелетали с жёрдочки на жёрдочку, а почтовый служащий — пожилой волшебник в очках с толстыми линзами — что-то кричал им вслед, размахивая пергаментом. — Мне нужно отправить подарки! — громко объявил Оливер, перекрывая шум. — Очередь! — рявкнул служащий, указывая на короткую вереницу волшебников с посылками. Оливер терпеливо ждал, попутно размышляя, не забыл ли он чей-то подарок дома: Перси и Одри (второй такой набор он уже вряд ли найдёт), братьям-близнецам (будет весьма неловко оставить их без подарка), запаковал ли мягкую игрушку для малышки Роксаны? Наконец подошла его очередь. — Куда и как срочно? — устало спросил почтовик. — По всей Британии, лучше до Рождества! — бодро ответил Оливер, высыпая на прилавок свертки. — Этот во Францию. Служащий вздохнул, взвесил посылки и начал привязывать их к лапкам сов разного размера — от крошечных сычиков до величественных филинов. — И последнее, — Оливер достал свёрток с яркой пометкой. — Это для директора Хогвартса, лично ей в руки. Почтовик поднял бровь, но кивнул и выбрал самую серьёзную на вид сову. Через несколько минут все подарки были отправлены, и Оливер, довольный, вышел на улицу. Теперь можно было сходить в «Дырявый котёл» — выпить горячего сливочного пива, которое повсюду рекламировалось, и перекусить. Для рождественских встреч оставалось ещё время: Вуду необходимо было докупить какие-нибудь подарки. Паб был полон предпраздничной суеты. Волшебники и ведьмы всех возрастов грелись у каминов, смеялись, обменивались подарками. Оливер протиснулся к стойке, заказал пиво и пирог с олениной, оглядываясь в поисках свободного места. И тут его взгляд упал на знакомую мощную фигуру за дальним столиком. Маркус Флинт. Бывший капитан слизеринской команды сидел один, мрачно уставившись в кружку. Его когда-то грозный вид слегка потускнел — волосы были небрежно зачёсаны назад, а на лице читалась усталость. Оливер нахмурился. Они не виделись с тех пор, как оба покинули Хогвартс. Флинт играл за какую-то второсортную команду, а потом его имя и вовсе пропало из газет. Вуд прошёл к барной стойке, чтобы взять меню и хотел занять свободный столик в противоположном углу зала, но Маркус поднял голову и заметил его. Тёмные глаза сузились, губы искривились в усмешке. — Ну конечно, Вуд. Как же без тебя. Оливер хотел было отшутиться и пройти мимо, но Флинт неожиданно махнул рукой: — Садись, если не боишься. Оливер на секунду заколебался, но любопытство перевело. Они уже не дети, может быть, школьный топор войны получится зарыть? Он подошёл и опустился на стул напротив. — Ты выглядишь не так ужасно, как обычно, — сказал Оливер, отхлебнув пива. — А ты всё такой же зануда, — фыркнул Флинт. Наступила неловкая пауза. — Так что ты тут делаешь? — наконец спросил Оливер. — Пью, — лаконично ответил бывший слизеринец — А где твоя команда? Флинт мрачно сжал кулаки. — Расформировали. После того как я, — он запнулся. — Неважно. Оливер сделал глоток сливочного пива и откинулся на спинку стула, разглядывая потрескивающие в камине дрова. — Помнишь наш матч на третьем курсе? — неожиданно сказал он. — Когда ты врезался в Гриффиндорские кольца, пытаясь перехватить у меня квоффл? Флинт хмыкнул, крутя почти пустую кружку в руках. — Помню. Ты тогда так орал на судью, что МакГонагалл сняла с Гриффиндора пятьдесят очков. — Это потому что судья был слепой! — Оливер возмущённо ткнул пальцем в стол. — Ты же меня по лбу бладжером зацепил! Флинт неожиданно рассмеялся — грубо, хрипло, но без злобы. — Да ладно, Вуд, я же не специально. Хотя... — он усмехнулся. — Может, чуть-чуть специально. Оливер покачал головой, но тоже ухмыльнулся. — Ты был невыносим, Флинт. Надменный, заносчивый. — А ты упёртый зазнайка, — парировал Флинт. — Это называется «преданность игре»! Флинт задумался, потом неохотно признал: — Ладно. Может, я и правда иногда перегибал. Оливер поднял бровь. — Иногда? Ты грозился расплющить всех гриффиндорцев в лепёшку перед каждым матчем! — А ты обещал «размазать Слизерин по полю», — напомнил Флинт. — Ну, — Оливер покраснел. — Это была тактическая мотивация. Флинт фыркнул и допил пиво. — Знаешь что? Мы оба были идиотами. Оливер звонко засмеялся. — Согласен. Но зато какими талантливыми. Флинт неожиданно смягчился. — Да. Тогда всё казалось проще. Просто летишь на метле, ловишь снитч, бьёшься за кубок. — А теперь? — А теперь, — Флинт мрачно постучал пальцами по столу. — Теперь ты на высоте, а я ищу, куда бы приткнуться. Оливер задумался. — Может, мы просто слишком серьёзно всё воспринимаем теперь? Флинт посмотрел на него, потом неохотно кивнул. — Возможно. — он вдруг оскалился. — Если бы сейчас сыграли против Гриффиндора, я бы тебя всё равно снёс. Оливер рассмеялся и поднял кружку. — Мечтай, Флинт. Мечтай. И они чокнулись — уже не как враги, а как два старых соперника, которые наконец-то поняли, что в мире есть вещи поважнее школьного квиддича. Флинт разлил по кружкам ещё по порции сливочного пива — уже третью или четвёртую, Оливер сбился со счёта. За окном «Дырявого котла» темнело, снег валил гуще, но внутри было тепло, а разговор неожиданно тек легко, будто годы вражды растаяли, как иней на витринах Косого переулка. — Знаешь, что смешно? — Оливер отхлебнул пива, размазывая пену по верхней губе. — Я вот сейчас в «Падлмир Юнайтед» играю, и, чёрт возьми, Флинт, я так горжусь этой командой. Флинт приподнял густую бровь. — Это те, что в прошлом сезоне проиграли «Холихедским Гарпиям» со счётом 470:30? — Эй! — Оливер стукнул кулаком по столу, но без злости. — Мы тогда без двух ключевых игроков выходили! И всё равно заняли первое место в лиге. Флинт хмыкнул, но в его взгляде мелькнуло что-то вроде уважения. — Ну ладно, не кипятись. Хотя бы не «Каннонс», да? — Ты всё ещё за них болеешь? — Оливер скривился. — Нет. С тех пор, как их купил Лучано Росьери, они продались, как последние... — Так вот! — Оливер перебил, внезапно оживляясь. — Поэтому я и задумал кое-что. Не просто играть — учить других. Флинт наклонился вперед, локти на стол. — Учить? Ты? — Да, я! — Оливер сверкнул глазами. — Академия квиддича. Для детей, для подростков — для тех, кто хочет играть по-настоящему, а не просто гонять мячики во дворе. Флинт замер, потом медленно выдохнул: — Ты серьёзно. — Абсолютно. За стойкой Ханна покачала головой, наблюдая, как два бывших заклятых врага почти мирно общаются друг с другом. — Конечно, до реализации ещё далеко, но инвестор и подробный план действий уже имеются, — Вуд собрался с духом. — Если не сопьёшься к осени и всё ещё будешь бездельчать... Я не откажусь от опытного человека в штате. Ну и если пообещаешь, что не будешь срываться на учениках как в Хогвартсе. — Как много если, — хохотнул Флинт. Пусть Оливер не успел сегодня пройтись по магазинам, но сегодня для него произошло настоящее рождественское чудо. Маркус Флинт открылся для Оливера Вуда с другой стороны. Повзрослевший выпускник Слизерина был приятен в общении.