Changing Winds

Снег окружал их, издавая ужасный вой, от которого Мулан пришлось закрыть уши. Когда метель начала утихать, она больше не могла видеть трех мужчин; перед ней осталась только клетка с Кри-Ки. Она подбежала и схватила клетку. – Хорошо, что я побежала за тобой! – сказала Мулан, прикрепляя клетку к себе, на этот раз надежнее. Она начала идти по своим следам обратно, но только тогда заметила, что, хотя снег успокоился, вой не прекратился. Мулан обратилась к Хану: – Нам лучше поторопиться в деревню впереди, этот ветер мне совсем не нравится. Мушу пристально посмотрел на Кри-Ки: – Не смей больше так делать! В следующий раз я позабочусь, чтобы она за тобой не гналась. Мулан слышала его упреки, пока перекладывала клетку с Кри-Ки в сумки Хана. Однако Хан отказывался двигаться вперед. Мулан тянула за поводья, но он стоял на месте. – Что с тобой? Нам нужно найти укрытие на ночь, мы не можем оставаться на открытом воздухе, – упрекнула она, поставив руки на бедра. Мулан попыталась успокоить его, погладив по носу, но когда собиралась попробовать снова, увидела приближающуюся имперскую лошадь. – Прекрасно, – пробормотала она. – Наверное, думают, что я в опасности, и зря тратят время. Она набиралась смелости попросить помощи у солдата, так как было ясно, что он направлялся к ней. Однако он двигался быстрее, чем нужно для оказания помощи. – Я ведь не какая-то девица в беде, – пробормотала она про себя. Но имперская лошадь не замедлялась, спускаясь с холма, и это начало пугать ее. – Э-э, Мулан, он не собирается останавливаться, – сказал испуганный Мушу, дергая ее за рукав. – Я вижу это... Может, он направляется не ко мне? – попыталась оправдаться она, но в глубине души понимала, что это не так. Лошадь неуклонно приближалась, и Мулан решила отойти в сторону, чтобы дать ему пройти. Но он продолжал двигаться прямо на нее. – Мулан, у меня плохое предчувствие... – Да, что-то не так, – ответила она, собираясь сесть на Хана, чтобы уйти. Но тут она смогла разобрать вой, который слышала все это время. Ее сердце замерло. Она застыла на месте. – Стой! Прошу, остановись! – кричала она. Слова, которые она не могла разобрать, теперь звучали четко: «Отпустите ее! Она ребенок!»«Просто сорви...». Когда всадник оказался совсем близко, Мулан почувствовала себя оленем на охоте. В его глазах она увидела: «Ты моя добыча». Прежде чем она успела закричать, всадник со всей силой сбил ее с ног, заставив упасть на землю. Затем он вернулся, спешился и закинул ее на спину своей лошади. Сознание Мулан начинало угасать, как бы она ни старалась остаться в сознании. Крики из деревни становились все громче, пока ее туда увозили. Мушу ничего не мог сделать, когда Мулан упала, а затем была увезена. Его страх за ее безопасность был невыносим. – Что мне делать? ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ? Я не великий хранитель, как мне вернуть ее с одним сверчком и коровой?! – вопил он, пытаясь заставить Хана последовать за похитителем. Но Хан не двигался. – Что ты делаешь, глупая корова? Нам нужно вернуть ее, пока не случилось что-то ужасное! – молил Мушу, но его мольбы игнорировались. Вместо этого Хан развернулся и побежал в направлении, куда унесло Кри-Ки. – Это не туда! Мы теряем время, нам нужно спасти Мулан! – Мушу умолял Хана вернуться к правильному пути, но тот не слушал. Кри-Ки дрожал, думая, что Мулан не была бы похищена, если бы он не был украден птицей. Хан мчался на полной скорости через заснеженные деревья. Мушу не мог позволить этому продолжаться; он должен был помочь Мулан. Он схватил Кри-Ки, готовясь спрыгнуть с Хана, чтобы отправиться спасать ее, но тут Хан резко остановился. – Этот день становится все страннее, – пробормотал Мушу, прячась в сумках Хана. – А, снова этот сверчок. Девушка совсем плохо управляется со своими животными, – раздался голос мужчины. Мушу попытался рассмотреть человека, но это было сложно из-за закрытого клапана сумки. Но вскоре клапан был открыт, и Мушу, пытаясь скрыться, сжался. Однако это было бесполезно, так как его быстро схватили. – Еще и ящерица? – Мужчина держал Мушу слишком крепко, чтобы тот мог дышать, но теперь у него был четкий вид на незнакомца. – Гунн! – закричал Мушу. Мужчина усилил хватку. – Ты умеешь говорить? Как необычно, – сказал он, почесывая подбородок. – Как ты умеешь говорить? – Лучше спроси, как ты здесь оказался, – попытался увернуться Мушу, но понимал, что времени мало. Мужчина улыбнулся, но эта улыбка была больше похожа на угрозу. Он явно что-то задумал. – Отвечай, ящерица, пока девушка не вернулась. Или она получит только твое тело, – сказал он, вытащив нож. Под нос Мушу пробормотал: – Она не придет, если сама станет мертвой... Мужчина выглядел шокированным. – Что случилось с девушкой? Она была с тобой минуту назад. Мушу сверкнул взглядом: – Как будто ты не знаешь! Это один из ваших же, переодетый в имперского офицера, похитил ее! Он пытался изо всех сил освободиться, но безуспешно. Мужчина взял поводья Хана и повел их глубже в лес. Мушу начал паниковать, когда понял, что его ведут в лагерь гуннов. Мулан почувствовала, как кто-то трясет ее тело, заставляя очнуться. Ее живот болел настолько сильно, что она думала, что могла получить серьезную травму. Она попыталась дотянуться до живота руками, но почувствовала, что они связаны. Открыв глаза, она увидела комнату, в которой находились еще две женщины: одна взрослая и одна девочка. Обе плакали. Одежда женщины была порвана в нескольких местах. Мулан заметила, что ее собственные руки прикованы к металлическому кольцу на стене. – Если вы будете тихой, они дольше будут спать. Пожалуйста, не будите их, – шепотом, всхлипывая, сказала женщина. Мулан была озадачена: – Что происходит? Я просто шла в... Но женщина быстро закрыла ей рот рукой. – Тише. Они проснутся, – прошептала она, убирая руку. Обе женщины выглядели свободными, без цепей, но их взгляды выдавали полное отчаяние. Через какое-то время Мулан снова уснула, изнеможенная болью и усталостью. Проснулась она от сильного пинка по ногам. В комнате стояли два солдата в имперских доспехах. Мулан обрадовалась, думая, что они пришли освободить их, но быстро поняла, что ошиблась. Улыбки на их лицах были омерзительными. Это были те самые безумные глаза, которые она видела у всадника. Они начали приближаться к женщине и девочке. – Пожалуйста, не трогайте ее! Я снова могу предложить ту же сделку, – взмолилась женщина, заливаясь слезами. Мулан не понимала, о чем идет речь, пока солдаты не увели женщину из комнаты. Девочка спряталась в углу, закрыв уши руками. За дверью послышались крики и звуки ударов. Мулан осознала, что должна выбраться отсюда, пока не стало слишком поздно.