В объятиях Тени

***

Ледяной холод обжигал мою кожу, пока я пробирался по глубокому снегу после осмотра постов. Я всегда делал это лично. Моё дыхание превращалось в пар на морозном воздухе. Над головой возвышались горные вершины, их острые края пронзали серое небо. Я поплотнее закутался в меховой плащ, пытаясь согреться, но холод пробирал меня до костей. Я направлялся в нашу крепость, вызванный моим хозяином, соблазнившим меня и сотворившим из меня то, что я теперь есть. После падения Моргота мы, все верные слуги, потерявшие своих командиров, собрались здесь, потому что остался только он. Хоть он и раскаялся перед Валар, но в суматохе возвращаться на родину не собирался. И даже больше того, решил принять дело Моргота на себя, заручившись моей поддержкой, как своего верного любовника. Я верно служил и Морготу и теперь Саурону на протяжении всего времени, сражаясь бок о бок с его армиями и сокрушая силы добра. И я всегда получал от возлюбленного награду за свою преданность. Когда я приблизился ко входу в крепость, меня встретили два высоких орка, их глаза сверкали злобой. Они кивнули мне в знак приветствия, их шипастые доспехи поблёскивали в тусклом свете. Я прошёл через тяжёлые железные ворота и направился внутрь, меня окутали тепло огня и аромат жареного мяса. Большой зал уже был полон орков Саурона. Они пировали и пили, их смех эхом разносился по каменным стенам. Я заметил свободное место за столом и направился туда, кивнув другим обедающим, когда садился. Подошла служанка-эльф, вероятно пленённая нами в последней схватке, её соблазнительную грудь едва сдерживало платье с глубоким вырезом. Она наклонилась, предоставив мне прекрасный вид на свою ложбинку, и наполнила мою чашу тёмным, густым вином. Я улыбнулся ей, и моя рука коснулась её бедра, когда она наливала вино. Она покраснела и поспешила прочь, соблазнительно покачивая бёдрами. Я переключил внимание на еду, разрывая зубами кусок мяса. Оно было сочным и ароматным, сок стекал по моему подбородку. Пока я ел, я прислушивался к разговорам вокруг, к рассказам о прошлых битвах и побеждённых врагах. В воздухе витало чувство неудовлетворения от падения замыслов Моргота. Но наш хозяин явно праздновал свой триумф узурпатора. Внезапно в зале воцарилась тишина, когда он вошёл, его шлейф от тёмные-красной туники развевались за спиной. Он сел во главе стола, оглядывая собравшихся. остановив взгляд на мне, он надменно улыбнулся. — Ах, мой верный слуга, — промурлыкал он своим "шелковистым" голосом. — Ты хорошо мне послужил. Иди сюда, сядь рядом со мной. Я встал и последовала за ним к его креслу, чувствуя, как колотится сердце. Он жестом пригласил меня сесть, и я подчинился, не сводя глаз с его лица. Саурон поднял свою чашу, и драгоценный камень в его кольце сверкнул в свете факелов. — За победу! — провозгласил он, и зал разразился аплодисментами. Мы сделали большой глоток, и вино обожгло горло. По мере того, как ночь продолжалась, пир становился всё более и более разнузданным. Служанок сажали на колени, задирали им юбки, лапали и тискали. Орки сбрасывали одежду, их тела блестели от пота, пока они совокуплялись на виду у всех. Воздух был наполнен запахом секса, стонами и хрюканьем. Саурон наблюдал за всем этим с довольной ухмылкой, положив руку мне на бедро. Я чувствовала жар его прикосновения сквозь штаны и неловко поёрзал на стуле. Он наклонился ближе, и его горячее дыхание коснулось моего уха. — Ты очень меня порадовал, — прошептал он, и от его голоса у меня по спине побежали мурашки. — А теперь я тебя вознагражу. Он встал, его мантия развевалась вокруг него, и жестом пригласил меня следовать за ним. Я поднялся на дрожащих ногах, сердце бешено колотилось в груди, пока я шёл за ним из зала по длинному тёмному коридору. Мы вошли в комнату, воздух в которой был наполнен ароматом благовоний и дыма. В центре комнаты стояла большая богато украшенная кровать, задрапированная дорогими шелками и мехами. Саурон повернулся ко мне, его глаза сверкали жёлтым в тусклом свете свечей. — Раздевайся, — скомандовал он, и в его голосе не было места для возражений. Я подчинился, неловко возясь пальцами со шнуровкой камзола и позволил ему упасть на пол, а за ним последовали бриджи и сапоги. Я стоял перед ним обнажённый и беззащитный, и мой член уже твердел при виде его. Саурон медленно обошел меня, его глаза блуждали по моему телу. — Ты прекрасен как всегда, — пробормотал он, его рука скользнула по моей груди и вниз по животу. — Сильная и мужественная. Именно такая, какие мне нравятся. Он толкнул меня на кровать, придавив своим весом к мехам. Я ахнул, когда он поцеловал меня, его язык вторгся в мой рот, заявляя на меня права. Его руки блуждали по моему телу, сжимая и разминая мою плоть, оставляя за собой огненные следы. Я застонал ему в губы, прижимаясь к нему бёдрами. Он усмехнулся, издав мрачный, опасный звук, и просунул руку между нами, чтобы схватить мой член. Я вскрикнул, когда он стал ласкать меня, крепко и уверенно сжимая. — Терпение, — прошептал он, касаясь губами моего уха. — У нас впереди вся ночь, и я намерен использовать её по максимуму. Он целовал меня, спускаясь поцелуями по моему телу, его язык кружил вокруг моих сосков, а зубы покусывали мою кожу. Я выгнулся под ним, сжимая в руках меха, пока он спускался ниже, его горячее дыхание обжигало мой ноющий член. Он взял меня в рот, его губы обхватили мой член, а язык закружил вокруг головки. Я застонал, мои бёдра задрожали, когда он начал сосать, его голова ритмично двигалась вверх-вниз. Я потерялся в ощущениях, мои глаза закатились, пока он обрабатывал меня. Я чувствовал, как нарастает мой оргазм, как напрягаются мои яйца, когда он входил в меня глубже, прижимаясь носом к моему паху. Как только я былаготова кончить, он отстранился, оставив меня задыхающимся и отчаявшимся. Он снова усмехнулся, и провёл языком вверх по моему телу. — Попроси об этом, — приказал он мягким, но твёрдым голосом. — Попроси меня позволить тебе кончить. Я на мгновение замешкался, моя гордость боролась с желанием. Но потребность была слишком велика, и я прошептал: — Пожалуйста, мой господин. Пожалуйста, позвольте мне кончить. Мне так сильно этого хочется. Он улыбнулся, и в его глазах появился хищный блеск. — Очень хорошо, — промурлыкал он и снова взял мой член в рот, зажав влажным языком к нёбу, и поглотив меня полностью. Я вскрикнул, моё тело содрогнулось, и я излился ему в горло. Он всё выпил, его кадык вздрагивал, пока он глотал всё до последней капли. Когда я кончил, он снова приблизился ко мне, его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. — Ты божественен на вкус, — пробормотал он, облизывая губы. — Но мы ещё не закончили. Он перевернул меня на живот и стал разминать мышцы моей спины и ягодиц. Я застонал, уткнувшись в мех, моё тело всё ещё было чувствительным после оргазма. Он раздвинул мои ягодицы, дразня пальцами чувствительную кожу моей дырочки. Я напрягся, не зная, чего ожидать. Но затем он вошёл в меня, его пальцы, смазанные маслом, растягивали меня. Я ахнул от этого ощущения, моё тело сжалось вокруг него. Он медленно растягивал меня, сгибая и разгибая пальцы, подготавливая к тому, что должно было произойти. Я снова почувствовал, как нарастает возбуждение, а мой член твердеет, прижавшись к мехам. Когда он решил, что я готов, он встал позади меня, прижимаясь членом к моему анусу. Я напрягся, вцепившись руками в мех, когда он вошёл в меня, растягивая своим членом. Я вскрикнул от этого ощущения, моё тело пыталось приспособиться к нему. Но он был терпелив, давая мне время привыкнуть, прежде чем начал двигаться, ритмично покачивая бёдрами. Я потерялся в ощущениях, мой разум помутился, пока он трахал меня, его член с каждым толчком попадал в ту самую сладкую точку внутри меня. Я чувствовал, как снова нарастает оргазм, как напрягаются мои яички, пока он вбивался в меня. — Кончи для меня, — прорычал он, протягивая руку, чтобы схватить мой член. — Кончи на мой член, как верный, маленький слуга. Его слова подтолкнули меня к краю, и я закричал, кончая, моё тело содрогалось, пока я изливал своё семя на меха. Вскоре он последовал за мной, его член пульсировал внутри меня, наполняя своим горячим семенем. Мы рухнули на кровать, наши тела переплелись, мы тяжело дышали, пытаясь прийти в себя. Саурон притянул меня к себе, собственнически обнимая. — Сегодня ты доставил мне огромное удовольствие, — прошептал он, касаясь губами моего уха. — И я этого не забуду. Я улыбнулся, ощущая восхитительную боль во всём теле. Я хорошо послужил ему и буду продолжать служить, пока он будет желать меня. А пока я с удовольствием лежу в его объятиях, наслаждаясь послевкусием нашей близости. Но даже засыпая, я знал, что это только начало. Саурон был жестоким и требовательным хозяином, и он будет ожидать, что я снова и снова буду доказывать свою преданность. Я бы с радостью это сделал, потому что возможность находиться рядом с ним, чувствовать его прикосновение стоило того. И вот, когда ночь подходила к концу, а пир в большом зале продолжался, я уснул в объятиях Майа, моё тело болело и было удовлетворено, а сердце переполняла мрачная радость. Я принадлежал ему, теперь и навсегда, и я последовал бы за ним в самые глубины ада, если бы он приказал. Ибо я был его слугой, его игрушкой, его собственностью, и я никогда больше не познал бы жизнь вне его тени.