Nine 2. Halloween and new troubles

На улице уже стемнело. Вокруг не было почти ничего, кроме редко попадавшихся зданий и зелёной травы. Много травы. Значит, рядом ферма Даффорта, и они скоро приедут, думал Боб, как самый умный в их маленькой компании. За всё время никто не произнёс ничего стоящего. То ли все были напряжены, то ли не находили слов. «А что тут можно сказать? Слова утешения? И чем они помогут, если мы уже близко к цели?» — Мы... на месте? — неуверенно произнесла вдруг Джойс, то и дело оглядываясь и постукивая пальцем по рулю. Непонятно, это вопрос или утверждение. Всю дорогу она беспокоилась, что Боб ошибся и они едут не в ту сторону или вообще не в тот район. Её напряжение передалось и сидящей прямо позади Деви, всё время смотрящей в окно и иногда на будто отстукивающие секунды руки Джойс на руле. Секунды до чего? До выигрыша? Или провала? Уилл косо пытался наблюдать за подругой, в глубине души искренне желая, чтобы она в такой момент обратилась к нему, поддержала. Или наоборот. Но оба молчали, словно поссорились. Но это же не так? Та совсем мелкая перепалка в гостиной ничего не значит? После всех преодолённых мелких проблем вот так разойтись? Его юному разуму в смешанных чувствах казалось, что это навсегда. Либо на очень долгое время. «Девчонки ведь такие... обиженки. Даже если вспомнить Макс. Или... или Нэнси. Ди отличается от них (и не только силами), но... она тоже девочка». — В окрестностях, — кратко ответил Боб, не отрывая глаз от карты в руках, ранее отобранной Джойс, которая была вынуждена вернуть незаменимую в их пути вещь. За подслушиванием их диалога Уилл на время отпустил мысли о так же краем глаза смотрящей на него Ди, чтобы никто не заметил. Однако она пыталась понять, что сейчас творится в его голове, и о чём размышляет, судя по задумчивому выражению лица. — Что значит «в окрестностях»? — немного настороженно переспросила женщина, желая посмотреть на выражение лица Боба, но боясь упустить что-либо на дороге. Тревога поднялась в груди. Холодок по спине заставил оторвать взгляд, ставший напряжённым, от затылков взволнованных взрослых. Уилл уставился вникуда вмиг остекленевшими глазами. Благодаря этому, перед ними появились картинки. Но они были реальными, происходящими наяву... ...тоннели, земляные... темнота... что-то чёрное... Ему это знакомо. Глаза словно сами закрылись. Приятный белый шум настиг уши. Однако голову охватил холод... — Значит, что мы близко, — пробормотал Боб, сам не слишком уверенный и, кажется, раздражённый. — Я не знаю... — словно обессилено выдохнул он, наконец опуская карту. — Это не точно! Деви насмешливо покосилась на Боба, снова вернув своё мнение о нём как об угрозе. Она-то думала, что Джойс знает дорогу. Зачем тогда схватила карту? Понеслась куда-то? Подождали бы его и... Ди моргнула, словно пытаясь почётче воспроизвести ту мысль, что вспыхнула в её голове на секунду. А лучше бы воспользовались твоими способностями, не так ли? Деви чуть ли не кивнула сама себе. Сейчас лучший случай и вариант. Она сместила взгляд на не двигавшегося Уилла, пререкающихся взрослых, и спокойно прикрыла глаза, поёрзав на месте и как можно подробнее представляя очертания Джима Хоппера. Суровые, но в моментах тёплые глаза; напускную серьёзность (но без неё в полиции никуда); бороду; форму... В теле появилось ощущение, будто она засыпает, но перед глазами появился едва различимый силуэт, очертания, как если бы очень сильно давили на глаза руками. Но боли не было, только тёплая кровь скользнула вниз, к губам. И вдруг из ниоткуда... ...тоннели, земляные... темнота... что-то чёрное... Но Ди такое не представляла! Значит, получилось? А если получилось, то они близко? — Но мы столько считали! — Я же говорил, что масштаб ни один к одному и нужно... — Направо! Два детских голоса сзади заставили Джойс вздрогнуть, а Боба напрячься. Она чуть не отпустила руль, но успела совладать с эмоциями. В отличие от детей на задних сидениях. — Что? — Я видел его! — Я нашла его! Снова одновременно взорвались два голоса. Как и чувство надежды и счастья в Джойс, которая даже не обратила внимания на скрытый контекст слов Деви и аккуратно обернулась. По крайней мере, с девочкой всё было нормально (кровь не считается). — Где? — отрывисто выдохнула женщина, готовясь сию секунду повернуть куда скажут. — Не там! В зрении монстра! — отчаянно выкрикнул Уилл быстрее подруги, уставившейся на него с неясным выражением лица. Он старался не смотреть на Ди, которая лихорадочно соображала, почему Уилл увидел то же, что и она. — Чем? — нахмурился Боб, вскинув голову и явно подумав, что ему послышалось. — Направо! — перебила его Деви угрожающим тоном, словно была готова сама повернуть машину. Меньше знает... Автомобиль сначала притормозил, а потом сразу же круто развернулся. Однако из-за этого манёвра он влетел в стог сена и затем перемахнул небольшое бревно под крики пассажиров. Джойс даже на мгновение выпустила руль, а Боб уставился на неё с выражением неподдельного страха. Они заслонились руками в случае серьезной опасности спереди, так как лобовое стекло уже покрылось парой внушительных трещин. Дети позади склонились друг к другу прикрывая головы руками. Совершенно не думая, Уилл положил руку Деви на плечо, как бы приобнимая, обороняя и утверждаясь, что подруга на месте и защитит ~~его~~ их. Правда?.. Благо, свет фар осветил в нескольких метрах впереди светло-бежевый, очень знакомый кузов. Джойс вовремя вдавила педаль тормоза в пол, еле успев остановить машину в паре сантиметрах от полицейского автомобиля. Всех ощутимо встряхнуло. Боб чуть не приложился макушкой об потолок, а Деви ударилась виском об его спинку сидения. Зашипев, она принялась усиленно тереть голову, крайне смущённо выпутавшись из рук застывшего Уилла, в чьём снова затуманившемся взгляде проскользнул оттенок беспокойства одновременно за подругу и взрослых. — Ты... вы целы? — обернулась Джойс. Её голос сипел с нотой страха. Оба дёргано кивнули, и Деви незаметно покосилась на друга. — Что тут делает Джим? — спросил Боб, прищурив глаза и разглядев автомобиль напротив. У него наверняка (уже давно) появились сомнения. — Джойс! — Ребята, сидите там, — выдохнула она с надеждой в голосе, проигнорировав ждущего объяснений Боба и вылезая из машины. — Нет! Нет! Мам! — вдруг завопил Уилл, наклонившись вперёд, к водительскому месту. — Это опасно! — Поэтому я и прошу вас не ходить. Сидите там! — пригрозила Джойс и захлопнула дверь. Деви нахмуренно наблюдала, как следом выползает успокоившийся наверняка на время Боб, без слов поняв намёк женщины, бывшей уже на пределе. — Хоппер! — отчаянно послышалось ровно через пару секунд. — Эй, осторожно! — подключился Боб. Уилл привстал, уперевшись головой в потолок между передними сидениями, и во все глаза наблюдал за взрослыми: как они вышли на центр, Джойс взяла лопату, явно оставленную Хоппером, ткнула в землю и... Оба отшатнулись, так как им в лицо брызнуло что-то чёрное. Кислота? И такого цвета? Деви последовала примеру друга, уместившись почти во весь рост, открыто поглядывала на выражение его лица, оценивая реакцию. Уилл был удивлён и обеспокоен одновременно. Как и она. В отличие от Боба, Джойс не стала сильно задумываться о природе странного явления, снова и снова принявшись вонзать железо в землю почти со злостью. Точнее, в чёрные отростки, похожие либо на змей, либо на огромных червей. Внутри всё всколыхнулось от этой догадки. Руки дрогнули. Всё прошедшее время с пропажи Хоп был не просто в опасности, а в ОГРОМНОЙ опасности! Всё намного хуже, чем могло показаться. Скорость движений увеличилась, но не принесла никакого результата. Джойс обессилено откинула лопату, обернувшись. — Помоги... мне туда спуститься, — тяжело дыша, проговорила она, стараясь работать с холодной головой и бросив взгляд на свою машину. — Джойс, что ты такое несёшь?! — воскликнул Боб, всплеснув руками, и дети внутри вздрогнули. Не ожидали, но, видимо, он устал от недомолвок. — Боб!!! — Женщина не стала оставаться в стороне. Однако взгляд смягчился, а ладонь уже была протянута. — ЖИВО! *** Джойс спрыгнула на землю, пропитанную тьмой, сразу открыв рот в удивлении от разглядывания окружающей обстановки. — Хоппер!!! — заорала она, стараясь кричать как можно громче. Насколько тут большое пространство? Женщина аккуратно шагнула вперёд, перешагивая через один из чёрных червей и морща нос. — Хоппер!!! ХОППЕР! Голос сорвался на хрип, а в тоне появилась безнадёжность. Позади громко приземлился Боб, откровенно напугав подругу. — Джойс! В чём дело? — подбежал он, задавая только один интересующий его вопрос на данный момент. — Где мы? — Ты цел? — не изменяя своим принципам, поинтересовалась Джойс не менее взволнованно. — Это туннели... — проговорил Боб сам себе, почти не обратив внимания, как она вытащила из его кармана фонарик. — Это карта Уилла?.. Но вопрос так и повис в пропитанном затхлостью и белыми хлопьями воздухе. — ХОППЕР!!! — Мы в карте Уилла? — продолжил Боб с каким-то торжествующим интересом, особо не надеясь получить отклик. Но Джойс снова не услышала, направившись в одну из сторон, возобновляя попытку докричаться до Хопа. Она желала не терять надежду, однако повторяющийся раз за разом «неответ» заставлял начать сомневаться. Ещё и атмосфера этого места... как и оно само. *** — Как тебе идея, чтобы пойти за ними? Уилл моргнул и кое-как повернул голову на подругу, продолжающую смотреть вперёд, словно вот-вот ожидая, что сейчас же все взрослые появяться в прямом смысле из-под земли. — Только не говори «за кем?», — Деви не удержалась от смешка, наконец в ответ взглянув на хлопающего серыми, как и у неё, глазами друга. Такими холодными на первый взгляд, но в то же время и успокаивающими. Интересно, а у неё какие? Он задумывается об этом? — И не собирался, — на удивление, быстро нашелся Уилл, так же не сдержав полуулыбки. Деви первой вылезла из машины, затем Уилл. Они не сразу осмелились подойти ближе, но Ди решилась быстрее, медленно делая осторожные шаги к проделанной Джойс яме. Уилл последовал за ней, решая не оставаться в стороне. — Что-нибудь видишь? Всмысле глазами монстра, — спросила Деви, не отводя взгляда от ямы. Уилл только покачал головой. Он был немного растерян и одновременно обеспокоен. Как долго мама и Боб будут внутри? Все чувства прервал громкий звук мотора позади. Фары ослепили шоссе, по которому команда только что ехала. Друзья быстро развернулись, разглядывая в полумраке три белых фургона, как по команде сворачивающих в их сторону. Деви застыла, а глаза расширились. До жути знакомая надпись на боку автомобилей пугала, вызывая теперь триггер. Уилл пока что был в замешательстве, молча наблюдая за изменившемся настроением Ди, которая тут же переглянулась с другом напряжёнными глазами. Она начинала понимать... *** Джойс крепко сжимала в руке найденную несколько минут назад полицейскую карточку Хоппера, не прекращая звать. Боб шёл следом молча, как сопровождение. Оба порядком устали, постоянно перешагивая через лозы, бывшие повсюду. Боб до сих пор находился в замешательстве, в голове накопился с десяток самых разных вопросов. Когда луч фонарика Джойс упал на что-то странное, она затормозила. — Его рука! — почти облегчённо вскрикнула женщина, кинувшись к кучке черных корней, собравшихся в одном месте не просто так. Боб молча последовал её примеру, и оба упали на колени, схватившись за лозы, покрытые слизью. Вскоре показалось слишком бледное лицо Хоппера. Походило на лицо Уилла, когда они вдвоём нашли мальчика в Изнанке. Только это не она! — Оно его душит, — констатировал Боб, когда корни перестали поддаваться. Хоть Джойс и волновалась, она здраво оценила ситуацию и беглым взглядом нашла в стороне маленький ножик, видимо, выпавший у Хопа из кармана при падении. Рядом так же валялся его фонарик и шляпа. Быстро перерезанным лозам пришлось отстраниться, уползая кто куда, а некоторым оставаться лежать на месте неподвижно. Когда они перестали сдавливать его шею, руки и ноги, Хоппер открыл глаза, его лицо приобрело живой оттенок. Он закашлялся из-за поступившего воздуха и закряхтел от затёкшего тела. Джойс и Боб подняли его, отбиваясь от других, пришедших на помощь своим собратьям корней. — Хоппер, — зашептала Джойс, взяв его лицо в свои ладони, и заглядывая точно в ожившие глаза, — ты цел... Ты в порядке... Он только ответил что-то вроде «да» и пошатнулся, тяжело дыша. — Привет, Боб, — только и сказал Хоп и попытался пожать мужчине руку, пока Джойс принималась к нему, до сих пор до конца не веря в происходящее. — Привет, Джим, — ответил тот, проводя лучом фонаря в сторону, чтобы найти выход. Джойс вскрикнула, когда свет выхватил из полумрака силуэт в серебряном костюме защиты. — Пошли, пошли, пошли! — встревоженной крикнул незнакомец им. И добавил подбегающии сзади таким же работникам. — Очистить участок! Хоппер подхватил свою шляпу и подтолкнул Джойс следовать примеру уже убежавшего вперёд Боба. Встретивший их работник открыл огонь по стене тоннеля. *** Многочисленные люди из лаборатории столпились около ямы в земле. Деви перестала бояться, когда осознала, что её главой на данный момент являлся Сэм Оуэнс, не причиняющий ей вреда все те годы. Ведь «папы» больше нет, а прибывшие даже не обращали на неё и Уилла внимания. Всё было нормально, пока он вдруг не схватился за плечи и упал на землю, задёргавшись, будто в припадке. — Уилл! — не раздумывая ни секунды, Деви следом опустилась на колени, жёстко взяв его за плечо. — Что с тобой? — взволнованно крикнула она. Ди не то что не понимала происходящее с другом, но и не могла ничем помочь. Ещё и рядом не было Джойс и других взрослых, помимо учёных, вообще не имеющих к Уиллу никакого отношения. Его тело резко перевернулось на спину, а из горла вырвался пронзительный крик, больше похожий на ультразвук. Глаза закатились в жуткой гримасе. Деви инстинктивно отшатнулась, плашмя упав на траву и выпустив непрошенные слёзы из глаз от беспомощности и страха... однако не за себя — за него. «Ну где же Джойс!? Господи...» Со всех сторон стали подходить быстро заинтересовавшиеся учёные. Может, кто-то из них испытывал реальное сочувствие, но в глазах многих было чисто исследовательское любопытство. Всхлипывающая Деви не обращала не на кого внимания. Она не могла и представить, что поездка на ферму за Хоппером станет настолько напряжённой. Ди попыталась взять себя в руки и тяжело перекатилась обратно на колени, пошатываясь, и приблизилась к другу, извивающемуся в непонятной, но не менее страшной агонии. Прикоснувшись к нему снова, она чуть второй раз не одёрнула руку: тело, казалось, одеревенело и больше не принадлежало Уиллу. — Уилл! — снова закричала она (скорее от бессилия, чем для дела). — Очнись! Пожалуйста! Её отчаянный, полный невысказанной боли крик потонул в нараставшем бормотании учёных. Круг начал угрожающе смыкаться, сразу несколько теней накрыли обоих за считанные минуты... *** Под повторяющиеся то и дело слова Оди открыла глаза, сразу увидев напротив свою маму в том же кресле, в той же одежде, с тем же бледным лицом и иссохшимися губами. Даже в здесь, в разуме, она говорила то же, что и в реальности. Оди не спешила, медленно ступая по воде вперёд. — Мама... — Она снова попробовала позвать, ведь Терри подавала знаки именно отсюда. Значит, тут она сможет ответить — такова была логика Одиннадцать. — Мама, это я, Джейн, — более уверенно повторила она, не обращая внимание на игнорирование. Уже было слишком много попыток, скоро должно получиться, — что-то кричало внутри. — Я здесь, — опять отдалось эхом. Оди остановилась совсем рядом, пристально наблюдая за мамой и ожидая, что она вот-вот что-нибудь скажет. Одиннадцать вздохнула и предприняла последнюю попытку, не зная, что ещё можно сделать: — Я дома. Воздух разрезала вспышка. Но не света, а звука. Оди вздрогнула, когда Терри, словно робот, повернула к дочери голову и, бросив единственное, но чёткое и такое ужасающее слово: «Нет», протянула руку, идентично броску змеи, и схватила девочку за руку, рывком притянув к себе, будто хотела заставить смотреть себе в сам зрачок. Оди не успела ничего сделать, как опять открыла глаза и не заметила уже ни мамы, ни кресла, ничего. Она опять упустила? Оди болезненно закричала: — Мама!!! Однако девочку заставил обернуться голос, пронёсшийся сзади, но не произнёсший ни слова. Оди поддалась и увидела женщину в бледно-розовом платье со светлыми волосами. Она стояла спиной к Одиннадцать, согнувшись и держась за живот, и стонала от боли вместе со страхом. Девочка не понимала, что происходит, но точно знала... — Мама! — выдавила Оди, когда женщина окончательно упала на пол, и понеслась вперёд, совершенно не раздумывая. Как в такой ситуации можно выбирать? К удивлению, ещё молодая Терри не растворилась в воздухе, когда Оди осела рядом на колени, прикасаясь к такому живому лицу матери. Она даже не заметила кровь на её платье в области живота, растекающуюся всё ниже. — Ох! Мой ребенок! — Терри пыталась вдохнуть очередную порцию воздуха. — Что мне сделать? — Оди находилась в не меньшей панике, не зная, что можно трогать, а что — нельзя. — Мама, что сделать!? — Дыши, дыши, просто дыши... — послышалось со всех сторон уже другим, более спокойным голосом, и Оди почувствовала, как погружается глубже и глубже в разум своей мамы, в темноту. Оди потребовалось меньше минуты, чтобы понять: говорила Бекки. — Они уже едут! — Она пыталась успокоить сестру, присаживаясь рядом на пол и совершенно аккуратно придерживая. Оди не была там, в каком-то кабинете, не стояла рядом с ними, а наблюдала только глазами, словно смотрела кино на любимом телевизоре Хоппера. Только качество получше. Картинка в считанную секунду сменилась, Оди даже не успела среагировать. Это мама переключила? Что она хочет рассказать? Почему просто не может сделать это словами?! Вот Терри уже на койке в операционной. Вокруг мельтешили врачи в масках и перчатках. Она почти потеряла сознание, но кислородная маска спасла её на время. Спустя минуты послышался крик малышки. Крик совсем маленькой Оди Джейн. Это было так волнительно видеть себя в таком возрасте, в начале жизни; видеть, как мама облегчённо выдыхает, на долю секунды видя свою дочку живой перед тем, как всё ещё стоящий над ней врач отдаёт девочку медсёстрам. На совсем короткий миг Оди со скрытым ужасом наблюдает, как он снимает маску, открывая свою хитрую улыбку. Не составит труда узнать его, «папу» доктора Бреннера. Теперь Оди решает навсегда вычеркнуть его лживый псевдоним из своей жизни. Сознание Терри окончательно погружается во тьму вместе со сторонней наблюдательницей. Они понеслись дальше. Оди шокировано смотрела, как Бекки нагло врёт очнувшейся Терри о смерти её дочки. Та отрицает, однако сестра настаивает. Оди наблюдает, как мама начинает вырываться из капельнцы, вспоминая ухмыляющееся лицо Бреннера. «Это он забрал её!». «Нет, Терри! Она не дышала!» Оди так хотелось вмешаться, оттолкнуть такую же, как и все, тётю-предательницу. После этого она не останется в её доме. Ни за что. Если бы Одиннадцать была постарше, то забрала маму с собой и ухаживала не хуже лживой Бекки. Дальше следует какофония событий, которые Оди предпочла бы забыть. Вышедшая из роддома Терри стреляет в охранника лаборатории, бежит по её коридорам, одновременно оглушительно кричит сирена... Айвз зовёт свою дочь, как та звала маму в своём разуме совсем недавно. Взгляд Терри натыкается на комнату с изображённой на ней радугой. Такая красочная и безобидная, но... всё-таки фальшивая. Никакого счастья за дверью нет и не будет. А те игрушки в руках светловолосой девочки и её подруги с тёмными волосами и кожей не имеют смысла. Оди часто моргает и сильно присматривается к её запястью, так как не может приблизиться. К счастью, маленькая девочка поднимает руку, заправляя пока что длинные волосы за ухо, и Одиннадцать замечает... Собственная кудрявая причёска медленно встала дыбом. На запястье была совсем свежая цифра 008. На мгновение Оди забыла о маме, о Бекки, о всём, что увидела за последние минуты. Перевела взгляд на другую девочку, с искренним и таким детским любопытством смотрящую на неизвестную женщину, которая ступила в комнату и чье лицо расцвело материнским счастьем при виде её глаз. Такая же, совсем недавно нанесённая татуировка украшала и тонкую ручку светловолосой малышки, только с другой цифрой — 011. Лицо Оди окаменело. В голове почему-то всплыли прошлогодние события в школе и устрашающие, лживые слова такого ненавистного Бреннера: «Я заберу тебя домой, где ты поправишься. Мы всё это исправим, Одиннадцать, и никто больше не пострадает. Я даже заберу с тобой твою подругу Девять. Вы будете вместе играть, как раньше...» Но они бы не играли. Они бы страдали. Раньше Оди казалось, что жизнь в лаборатории была нормальной, какой и должна быть. Но после жизни в обычном мире поняла: это далеко не так. Как же всё то время она ошибалась... Терри, подобравшуюся совсем близко к явно заинтересовавшейся девочке, грубо взяли под руки запоздало подоспевшие охранники. Как и ожидалось, она изо всех сил вырывалась. Изо всей материнской боли. Оди не могла ничего даже думать. Она хотела выйти, но то ли Терри не пускала, то ли собственное глубокое желание узнать правду спустя тринадцать лет своей жизни сдерживало как оковами. — Тогда дайте забрать Джин! Алиса хотела этого! Я обещала! Кто такая Джин? Ответ (скорее догадка) всплыл на подкорке мозга, но Оди просто не могла в неё поверить. А Алиса? Боже мой... Что с ней стало? Оди не могла дальше смотреть, как учёные пытали Терри раз за разом за её проступок. Она увидела многое. Её нельзя было отпускать. Она может вернуться. Раз за разом. Раз за разом. Всё больше и больше. Больше и больше. Больше и жёстче. *** Уши заполнила ужасная какофония: одновременно два крика — испуганный Джойс и полный боли Уилла; топот множества ног по белому кафелю; собственное сбитое дыхание; еле слышимый скрип колёс. Из-за собрания чувств в груди тело реагировало слишком остро. Деви едва поспевала за группой людей, одна половина из которых была ей знакома, однако вторая — нет, бывшая простыми учёными, везущими призывавшего в агонии Уилла на каталке. Он не переставал обхватывать себя руками, словно пытаясь ухватиться за что-то в пространстве, однако лицо теперь было просто полным боли, а не искажённым ужасной, нереальной гримасой; тело вернуло прежнюю, обычную человеческую «форму». Однако внутри всё наверняка оставалось не таким. Весь народ ворвался в одну из палат. Не меньше перепуганная Деви не успела заметить, как Уилла уложили на койку, идентичную той, на которой его обследовали раннее. Ди отодвинули к самой двери, так что она не могла из-за спин взрослых посмотреть, что происходит за ними. Деви слышала только писк неизвестного ей прибора (а может, она просто забыла его название из-за паники), крик Уилла, ставший сиплым из-за охрипшего голоса, торопливые вопросы женщины-врача и стоящего рядом с ней доктора Оуэнса. Девочка будто потерялась в этом скоплении людей, облокотившись на стену напротив кровати, вокруг которой сплотились доктора или учёные (Деви было всё равно, кто из них кто: для неё они одинаковы). Со стороны Джойс, которую поддерживал Боб, послышался надрывный плач, и её ноги обессилено подкосились. Деви за пару шагов приблизилась к ней, молча подхватывая под руку и начиная бормотать успокоения скорее для себя. Что Джойс, что Ди должны были отвлечься, ведь Уилл в руках надёжных людей, а плачем ему не поможешь. Девочка доверяла Оуэнсу намного больше, чем... . Деви не произносила ничего, так как знала — всё будет пустой звук, лучше сделать что-нибудь существенное. Но что она может? Никто даже не знает, что происходит с Уиллом, из-за чего ему больно. Деви не знала, сколько прошло времени прежде чем он уснул с множеством прикрепленных к груди трубок считывающего показатели прибора. Она и Боб сидели рядом с кроватью на стульях, пока Джойс и другие учёные расположились за большим овальным столом, словно работники офиса на конференции. — Эта штука... Она... что-то с ним сделала, — пробормотала Джойс, сидя во главе стола, будто босс. — Так... и это зрение монстра, как вы говорите, давно у него? — спросил один из учёных. — С четверга, когда я нашла его в поле... Её перебили. Прозвучало как требовательное обвинение: — Почему вы не привезли его? — Я возила его сюда! — отчеканила Джойс, вскидывая голову в сторону одного из них. Её голос приобретал озлобленные ноты. — И что вы сделали? Ничего! — Это... новые симптомы, Джойс... — попытался объяснить Оуэнс по левую руку от неё с явной неуверенностью. — Нет, нет! — Она со всей серьёзностью ткнула в него пальцем. — Он твердил снова и снова, что ему плохо, а вы говорили: «Воображение! Потерпи!». Это ваши слова! — Я понимаю, что вы расстроены, и я бы огорчился на вашем месте, но мы в одной лодке, и я хочу, чтобы вы успокоились! — Успокоилась? Значит доверилась? Нет! Ему нужно в нормальную больницу! — отчеканила Джойс и откинулась на спинку стула. — Вы знаете, что это невозможно? — еле слышно произнёс Сэм, будто вздохнул. — Он получит здесь лучший уход, миссис Байерс, — совершенно спокойно сказал другой доктор, сидящий слева. Джойс насторожилась. — Самый лучший. Деви тоже повернула на него голову и по обычаю нахмурила брови, сжав жёсткую ткань халата в ладошке. — И... от чего вы его лечить собираетесь? — решила вступить в разговор Ди с беспокойством и осторожностью в голосе. Неважно, что ей всего тринадцать, она имеет права знать, Уилл для неё очень хороший друг и почти семья, как и Джойс. — Вы... вы можете сказать, что с ним? Наступила глубокая и вместе с тем напряжённая тишина. То ли оттого, что Деви высказалась, то ли потому что они не решались сказать или не знали ответа. Джойс перебегала с глаз одного на другого, переглянулась с мигом осунувшейся Ди и вдруг медленно встала, продолжая твёрдо говорить: — Хоть кто-нибудь из вас знает, что не так с моим сыном!? — Она одновременно рассерженно и расстроенно хлопнула ладонью по столу. — Чем мой сын болен!? Все снова промолчали, а Деви не отрывала от Уилла печальных глаз. Она не плакала, а только смотрела, пристально так, будто без слов заставляла его проснуться, потому что вслух сделать это было бы коварством. Он заслужил поспать нормально, без кошмаров. Хотя кто знает, может, они преследуют его и сейчас. Тогда ей ещё больше жаль. Деви не совсем понимала, что так тянет в животе при взгляде на грустное лицо Уилла; что заставляет сейчас наблюдать за ним, будто за самым близким человеком на свете; что окрашивает лицо в красный при нежных, защитных прикосновениях к плечу... Ди ненароком вспомнила, как Уилл хотел уберечь её от травм в случае с машиной на ферме. Как поглядывал чуть раньше до этой ситуации, наверняка ожидая какого-либо диалога после перепалки на кухне. А она настолько была погружена в себя и мысли о своих способностях, что не заметила. Сейчас Ди отдала бы всё, чтобы поговорить так же, как и раньше. — Все сейчас взволнованы, так что не вини себя. Ты всё равно молодец. И не только спасение, но и поддержка. Ты так много говорила с Уиллом... — Он рассказывал? — Да.