Между голами и чувствами

Тренировка началась с раннего утра. На поле было холодно, а воздух напоминал стылое лезвие, режущее кожу. Рин всегда любил такие дни, когда холод помогал ему сосредоточиться, а мир сужался до мяча и цели. Но сегодня всё было иначе. Он чувствовал на себе взгляд Исаги. Исаги, который пытался понять его. Исаги, который улыбался Саэ так, будто тот заслужил его внимание. — Рин! — голос тренера вырвал его из мыслей. — Соберись! Что за пассивность? Ты не на прогулке! — Понял, — коротко бросил Рин и вернулся в игру. Но даже на поле ему не удавалось уйти от мыслей. Мяч, словно отражение его разорванного разума, катился не туда, куда надо, а Исаги подхватывал его и уносился вперёд — туда, где уже ждал Саэ. — Исаги! — Саэ крикнул и отправил точный пас. Исаги поймал его в воздухе и пробил по воротам. Гол. Рин сжал кулаки. Внутри всё кипело, но он молчал. — Исаги, хорошая работа, — Саэ потрепал его по плечу, и тот снова улыбнулся своей непрошибаемой улыбкой. — Спасибо, Саэ-сан! — Исаги светился от счастья. Этого оказалось достаточно. Рин почувствовал, как что-то внутри сломалось. Он подошёл к Исаги и резко схватил его за руку. — Рин? — Исаги удивлённо посмотрел на него. — Пошли поговорим, — выдохнул Рин, его голос был холоден, но в глазах полыхал огонь. — Сейчас? Но… — Пошли, — процедил он сквозь зубы и потянул Исаги прочь с поля. — Эй! — Саэ окликнул его, но Рин не обернулся. --- Рин довёл Исаги до пустой площадки за стадионом и наконец отпустил его руку. Исаги посмотрел на него с недоумением. — Рин, что с тобой? — спросил он, тяжело дыша. — Почему ты вёл себя так странно на тренировке? — Ты действительно ничего не понимаешь? — голос Рина дрожал от сдерживаемых эмоций. — В чём проблема? Саэ помогает мне! Он хороший игрок, и ты сам это знаешь. Почему тебя это так злит? — Потому что ты ведёшь себя так, будто он твой герой! — Рин рявкнул громче, чем хотел. Исаги замер, растерянно глядя на него. — Саэ не герой, Исаги. Он просто… — Рин запнулся. Слова застряли в горле, как комья льда. Он не мог сказать правду, не мог открыть то, что действительно грызло его изнутри. — Он просто использует тебя. — Что? — Исаги нахмурился. — О чём ты вообще говоришь? — Забудь, — Рин развернулся, пытаясь уйти. — Нет, не забуду! — Исаги шагнул вперёд и схватил его за плечо. — Ты всегда так делаешь! Молчишь и убегаешь! Чего ты боишься, Рин? — Я не боюсь, — голос Рина сорвался на хриплый шёпот. Он снова обернулся, их взгляды встретились. Пауза повисла между ними, такая густая и тяжёлая, что, казалось, она вот-вот разорвёт воздух пополам. — Тогда скажи мне правду, — Исаги смотрел прямо в его глаза. — Что происходит? Рин молчал. Его сердце колотилось, в ушах шумела кровь. Он хотел сказать, что Саэ не просто мешает ему, а что он ревнует Исаги. Что он боится потерять его. Но язык не повиновался. — Забудь, — пробормотал он и вырвался из хватки Исаги. — Рин! — Исаги крикнул ему вслед, но Рин уже уходил прочь, не оборачиваясь. Внутри себя Рин проклинал собственную слабость. Почему он не мог сказать правду? Почему каждый раз, когда он оказывался перед Исаги, его слова застревали в горле? Он почти добрался до раздевалки, как вдруг услышал позади себя быстрые шаги. Исаги догнал его, схватил за рукав и развернул к себе. — Не смей уходить вот так! — Исаги был злым и решительным. — Если есть что сказать, говори прямо. — А если я не хочу? — огрызнулся Рин, избегая его взгляда. — Тогда зачем ты всё это устраиваешь? Твоя злость, твои слова — всё это ни к чему, если ты молчишь! — Исаги сделал шаг ближе. — Ты не тот человек, который сбегает, Рин. Рин хотел ответить колкостью, как обычно. Хотел оттолкнуть его снова и уйти, но внезапно Исаги поймал его взгляд. Впервые за долгое время Рин не мог отвернуться. — Почему тебе так важен Саэ? — спросил Исаги тише. — В чём дело? Рин сжал кулаки, его грудь вздымалась от тяжёлого дыхания. Слова застревали внутри, но теперь Исаги не давал ему убежать. — Дело не в Саэ, — вырвалось у Рина наконец. — Дело в тебе. Исаги вздрогнул, его глаза расширились. — В… во мне? — Забудь, — снова сказал Рин, но теперь его голос звучал неуверенно. Он развернулся и ушёл, оставляя Исаги одного среди пустого поля и стекающих с неба капель моросящего дождя.