Don't be so stubborn.

The Dinner — Billie Eilish

      Бомгю было всего пять лет, когда он оказался в Тэгу. У него была самая обыкновенная семья: мама занималась дизайном одежды, а папа служил майором полиции. Пока они ехали, за окном мелькали деревья, а Бомгю, сидя на заднем сиденье, увлечённо играл с бумажной птичкой, сделанной своими руками. Солнце медленно уходило за горизонт, окрашивая небо в нежные розовые и оранжевые оттенки. Машина остановилась на маленькой улочке. Из-за сумерек трудно было что-то разглядеть вокруг. Выглянув в приоткрытое окошко, тёмные глаза Бомгю тут же заметили на одном из двухэтажных домов огромный балкон, похожий на настоящую обустроенную крышу.       «Ой, какой крутой балкон! Хочу, чтобы и у нас такой был!» — подумал Бомгю, восторженно глядя на эту удивительную конструкцию.       — Бомгю, солнышко, мы приехали, можешь выходить, — мягко произнесла мама, поворачиваясь к нему и слегка наклоняясь вперёд.       Бомгю радостно выпрыгнул из машины и принялся осматривать новую для него местность. Всё вокруг казалось таким необычным: узенькие дорожки, ведущие к главной дороге, маленькие домики, словно игрушки, с такими же игрушечными балконами и крышами.       — Мамочка, а какой из этих домиков наш?       Бомгю крепко ухватился за лёгкое мамино платье, сминая ткань пальцами.       — Мы прямо возле него, обернись, — тихо сказала она, тепло улыбаясь.       Бомгю отпустил материю платья и, обернувшись, замер от восхищения. Перед ним стоял дом, точно такой, каким он всегда представлял: два этажа, а сверху — балкон-крыша, о котором он давно мечтал. Выход на неё был прямо с чердака, где вскоре должна была разместиться комната Бомгю. Переезд превзошёл все его самые смелые ожидания.       Следующие два дня мама и Бомгю трудились над тем, чтобы превратить чердак в уютную детскую комнату. Она получилась простой, но очень милой: аккуратная кроватка, рабочий стол, который ещё предстоит освоить через пару лет, вместительный платяной шкаф и маленькая тумбочка у изголовья.       — Бомгю, может, прогуляемся и познакомимся с соседями? — спросила мама, весело подмигивая ему.       Бомгю радостно выбежал из своего нового дома, напевая мелодию, услышанную по радио. Улица встретила его тишиной — ни души вокруг, кроме одного мальчика, стоящего у соседнего дома. Бомгю медленно приблизился, не решаясь заговорить первым с этим красивым соседом.       — Привет, меня зовут Бомгю, а тебя?       Улыбка раскрыла его молочные зубы, делая лицо ещё более открытым и дружелюбным.       — Ёнджун, — ответил он; его пухлые губы слегка надулись, добавляя ему серьёзности.       — Будем друзьями?       Не переставая улыбаться, Бомгю протянул свою ладонь, ожидая ответного жеста.       Но вместо рукопожатия его рука получила лёгкий шлепок.       — Я не собираюсь с тобой дружить, — холодно произнёс Ёнджун и, резко развернувшись, исчез за дверью своего дома, громко хлопнув ею.       Ёнджун был единственным ребёнком в семье, окружённым любовью и заботой всех, кто его знал. Тёмные, как смоль, волосы красиво спадали на глаза, форма которых напоминала лисьи. Даже для своего возраста он был удивительно красив. Девочки с соседних улиц часто приходили посмотреть на прекрасного «Джун-и» из пятьдесят пятого дома.       Для других детей дружба с Ёнджуном была заветной мечтой, а взрослые с нетерпением ждали того момента, когда этот игривый мальчонка превратится в статного молодого человека.       Вечер в компании телевизора был для Ёнджуна самым любимым временем дня. Цветные картинки мультфильмов завораживали его внимание, отвлекал лишь запах свежей выпечки, наполнявший весь дом. Этот аромат был настолько сильным, что едва Ёнджун успевал подняться с дивана, как его тело уже стремилось на кухню. Там он сразу бросился обнимать маму за ноги.       — Мамочка, что ты печёшь? — Мягкий, почти бархатистый для его возраста голос Ёнджуна заполнил полутёмную кухню.       — Твоё любимое печенье, дорогой, — отозвалась мама, оборачиваясь и нежно обнимая Ёнджуна одной рукой.       Свет фар иномарки мелькнул в окне, и мама, отрываясь от своих дел, направила взгляд в сторону улицы. Протерев руки кухонным полотенцем, она подошла к окну, внимательно рассматривая новых соседей.       — Джун-и, кажется, у тебя может появиться новый друг, — сказала она, улыбаясь и поглядывая на собственного сына.       Ёнджун подбежал к окну, схватился за подоконник и посмотрел наружу. Первое, что бросилось в его тёмные глаза, — тот самый мальчик, которому он недавно отказал в дружбе. Улыбка мгновенно исчезла с лица Ёнджуна.       — Я не буду с ним дружить, — с возмущением заявил он, топая ногой. — Он мне не нравится.       — Ёнджун, так нельзя, — строго заметила мама. — Посмотри, какой он славный!       — Нет, можно! — продолжил капризничать он.       Внутри него проснулось нечто вроде детской ревности. Теперь соседский мальчик стал для него главным врагом. Ведь если тот начнёт искать друзей, всё внимание окружающих будет направлено на него, а не на Ёнджуна. И прямо на его глазах это произошло.       Ёнджун заметил, как Бомгю обернулся на мальчика позади. Светловолосый парень переминался с ноги на ногу, не решаясь заговорить с Бомгю. От злости Ёнджун крепче сжимал подоконник, слушая их разговор:       — Привет? — с осторожностью прошептал Бомгю, медленно приближаясь.       — Привет… — тоже шёпотом сказал незнакомец.       Как только мальчик поднял голову, его глаза засияли детской невинностью.       — Меня зовут Хюнин Кай! Но Субин-хён зовёт меня Хюка, — сказал он, складывая руки на груди и надувая губы.       — Меня зовут Бомгю.        Бомгю решил попробовать снова пожать руку новому знакомому после первого отвержения. Но Кай не собирался жать руку и вместо этого накинулся на Бомгю с объятиями, словно встретил старого друга. Спустя некоторое время ещё один мальчик вышел из своего дома на прогулку с приятелями. Кай резво подбежал к одному из них, прыгая на высокого парня с объятиями.       — Субин-хён! — прокричал он и повис на нём.       — Хюка, будь осторожнее, ты можешь споткнуться в следующий раз, — предостерёг его Субин.       Ёнджун, полный злости, отошёл от окна, не желая больше наблюдать за этими сладкими знакомствами. Этот Бомгю испортил ему буквально всё своим появлением. Но, несмотря на это, обрывки фраз продолжали достигать его уха:       — Я раньше не видел тебя, ты недавно переехал? — раздался голос Субина.       — Только вчера переехал, меня зовут Чхве Бомгю, — последовал ответ Бомгю, чей голос Ёнджун неожиданно запомнил.       — Я тоже Чхве, значит, нас теперь трое? — посмеялся Субин.       — Кто третий?       — Чхве Ёнджун.

***

      Годы стремительно пролетели, и вот Бомгю исполнилось девять лет. Инцидент с Ёнджуном давно забылся, однако встречи с ним по-прежнему вызывали у Бомгю неприятные чувства. Каждое утро, выходя из дома, окружённый толпой своих «друзей», он не упускал возможности бросить косой взгляд на «медведя» и выкрикнуть что-нибудь обидное.       Эти четыре года Бомгю провёл в тесной дружбе с Субином и Каем, и этого ему вполне хватало. Часто после уроков друзья собирались у Бомгю дома, где могли спокойно провести вечер, погружённые в мир любимых мультфильмов. Мама Бомгю всегда старалась создать для ребят уютную атмосферу: готовила вкуснейшие закуски, которыми угощала мальчиков, а затем, когда часы показывали поздний вечер, заботливо провожала каждого домой.       Два года назад Бомгю пошёл в начальную школу. Родители радовались успехам сына в учёбе, но единственное, что омрачало радость от школы, — это присутствие Ёнджуна. Он оказался одноклассником Бомгю и каждый день доставлял ему неприятности. Для Ёнджуна издевательства над «медведем» стали своеобразным развлечением, ведь Бомгю не оставался равнодушным к его действиям.       Ещё через год на улице появился новый мальчишка — Кан Тэхён. Он быстро нашёл общий язык с Каем, Бомгю и Субином, став частью их дружной компании. Вместе ребята проводили время, гуляя по окрестностям и наслаждаясь беззаботным детством.       Однако для Ёнджуна жизнь была далеко не такой безоблачной, хотя он и находил способы выплеснуть свою злость. Главной проблемой стала чрезмерная близость между его матерью и мамой Бомгю. Эти женщины подружились, и теперь Ёнджун был вынужден терпеть частые визиты в дом Бомгю, куда мать нередко приводила его против воли. Каждая такая встреча становилась для Ёнджуна настоящим испытанием, ведь он никак не мог смириться с присутствием Бомгю в своей жизни.       — Джун-и, мой лисёнок, мы сегодня идём в гости к соседям! — произнесла мама, аккуратно вынимая из духовки свежеиспечённые печенья, которые моментально наполнили кухню приятным ароматом.       Сердце Ёнджуна забилось быстрее от предвкушения визита. Хотя он не любил ходить в гости, особенно к соседям, мысль о новом месте и неизвестных людях пробуждала в нём любопытство. Однако, когда они оказались у двери дома, сердце Ёнджуна сжалось от неприятного предчувствия. Он сразу узнал этот дом: именно сюда переехал тот самый мальчик, которого он отверг несколько лет назад.       Мама уверенно постучала в дверь, и вскоре она распахнулась, открывая взору красивую женщину с мягкими чертами лица и тёплыми глазами. Её внешность напомнила Ёнджуну Бомгю, и он понял, что его худшие опасения подтвердились.       — Дорогая, проходи, ты сегодня с сыном? — проворковала женщина; улыбка на её лице была такой же тёплой, как и голос. Она присела рядом с Ёнджуном, стараясь быть на уровне его глаз. — Как тебя зовут?       — Ёнджун, аджумма, — ответил он, едва заметно поклонившись.       Он чувствовал себя неловко, находясь на пороге этого дома, но старался держать себя в руках.       — Джиён, твой сын весь в тебя, такой же красивый и вежливый, — похвалила хозяйка дома, обращаясь к маме Ёнджуна.       — Юмико-онни, не преувеличивай, — проворковала мама и мгновенно смутилась, пытаясь скрыть румянец, появившийся на её щеках.       — Проходите, пожалуйста.        Юмико сделала шаг назад, освобождая проход и приглашая гостей войти.       Ёнджун молча прошёл вслед за мамой, чувствуя, как внутри него нарастает напряжение. Он знал, что скоро увидит Бомгю, и эта мысль вызвала у него странное чувство — смесь раздражения и любопытства. Ему было интересно, что будет, если Бомгю увидит его в своём доме, но в то же время он надеялся, что сможет избежать общения с ним.       Гостиная была достаточно просторной и уютной. Тёплые оттенки краски на стенах, изящная люстра и мебель, выдержанная в одном стиле, создавали ощущение домашнего тепла и комфорта. Пройдя немного дальше, Ёнджун сразу заметил до боли знакомую макушку, возвышавшуюся над спинкой светлого дивана. Бомгю сидел неподвижно, полностью поглощённый яркими кадрами на экране телевизора.       Не сказав ни слова, Ёнджун плюхнулся рядом. Оба мальчика продолжали сидеть молча, избегая взгляда друг на друга. Атмосфера между ними оставалась напряжённой, и никто не пытался начать разговор.       С тех пор женщины начали устраивать регулярные посиделки каждую неделю, встречаясь на кухне за чашкой китайского чая и свежим печеньем, приготовленным Джиён. Однако их сыновья не разделяли этих дружеских чувств и продолжали держаться на расстоянии, ограничиваясь редкими фразами: «Передай газировку», «Можешь подвинуть печенье?» и неизменным «Спасибо».       Каждые выходные повторялась одна и та же картина: мамы болтали на кухне, обсуждая новости и делясь рецептами, а мальчики оставались в гостиной, стараясь избегать друг друга. Несмотря на усилия мам сблизить их, между Ёнджуном и Бомгю сохранялось невидимое расстояние, наполненное недосказанностями и скрытым напряжением.       Время действительно летело незаметно, и они оказались в одной средней школе. Ничего удивительного не произошло с наступлением нового этапа в жизни: Ёнджун стал его одноклассником, продолжал задирать на переменах и перекрикиваться с ним на уроках. В этот раз Тэхён попал в класс Бомгю, скрасив его школьную жизнь и постоянно следуя за ним как верный спутник.       Совсем скоро должен был наступить день рождения Бомгю, и ему исполнится четырнадцать лет. Этот возраст знаменовал собой переходный период, когда энергия била ключом, а будущее казалось полным возможностей и загадок.       Мартовские дни мало чем отличались от предыдущих месяцев, разве что солнечные лучи становились теплее, проникая сквозь одежду и согревая кожу. Тэхён, как обычно, терпеливо ждал Бомгю у ворот школы.       — Бомгю-я, опять ты опоздал. — Тэхён тяжело вздохнул, оторвавшись от забора.       — Ну Тэхён-и, я кормил котёнка, — пролепетал Бомгю и виновато наморщил лоб, пытаясь оправдаться.       Хотя Тэхён переехал в их район сравнительно недавно, он быстро стал одним из самых близких друзей Бомгю. Разница в возрасте составляла всего полгода, но это ничуть не мешало их дружбе. Они легко нашли общий язык, и между ними никогда не возникало формальностей.       Друзья делились друг с другом всем, что происходило в их жизни, не утаивая ни одного секрета. Бомгю рассказывал Тэхёну о своих переживаниях, связанных с учёбой и натянутыми взаимоотношениями с Ёнджуном, а Тэхён, в свою очередь, делился своими мыслями и планами на будущее. Тэхён был тем человеком, на которого Бомгю мог положиться в любой ситуации, зная, что друг поддержит его и даст нужный совет.       — Как планируешь отпраздновать свой день рождения? — спросил Тэхён, направляясь к зданию школы.       — Как всегда, позову вас троих, — ответил Бомгю, слегка пожимая плечами. — И, скорее всего, мама пригласит маму Ёнджун-хёна, а он придёт с ней за ручку.       — Значит, он снова будет нас задирать? — с придыханием спросил Тэхён и задумчиво провёл пятернёй по своим платиновым волосам.       — Обычно он молчит, сидя на диване рядом, знаешь же, каждое воскресенье одно и то же.       Уроки проходили в привычном ритме. Ёнджун, как всегда, задирал ребят с задней парты, особенно Бомгю и Тэхёна, называя их редкостными зубрилами. Причины его показной ненависти оставались непонятны, но Ёнджун продолжал фыркать всякий раз, когда недовольство отражалось на лицах Бомгю и его верного друга. Лисьи глаза Ёнджуна хитро прищуривались, стоило кому-то из них выразить раздражение.       После уроков Тэхён попрощался с Бомгю, поскольку у него были свои дела. Бомгю отправился домой по своему обычному маршруту. Узкая асфальтированная дорожка, протянувшаяся через всё поле, была для него привычным путём. Весенний ветер приятно трепал его длинные волосы, почти достигающие шеи. Бомгю прикрыл глаза, прислушиваясь к шелесту травы с обеих сторон. Дорога не казалась длинной — всего пятнадцать минут ходьбы, и вот он уже стоял у дверей своего дома, держась за тонкий ремень сумки.       — Бомгю-хён, — взвыл Кай, повисая на шее Бомгю со спины. — Я совершенно ничего не понимаю в биологии.       — Ты мог прийти ко мне раньше, тогда я смог бы помочь, — напомнил Бомгю, заведя руку за голову и касаясь тёплой ладонью светлых прядей Кая. — Субин-хён придёт сегодня?       — Он сказал, что сначала поможет отцу в гараже, а потом зайдёт к нам на балкон.       Бомгю пришлось возвращаться домой с Каем на собственной спине, ведь он «соскучился по хёну». Подойдя к дому, Бомгю постучал в дверь, и мама с улыбкой на лице открыла её.       — Бомгю, не думаешь подстричься? У тебя так отросли волосы, — заметила мама, заботливо поставив две чашки чая на журнальный столик.       — Нет, мама, мне нравится моя длина, — сбросив Кая на диван, заявил Бомгю. — Ты будешь звать соседей на мой день рождения?       — Ты имеешь в виду Джиён-а и Ёнджуна? Конечно, что за глупый вопрос, сынок? — Она улыбнулась, но, к сожалению, Бомгю не испытывал большого желания видеть Ёнджуна.       Но через два дня, как всегда, к ним присоединится Чхве Ёнджун, прозванный «занозой» среди друзей Бомгю, чтобы провести вечер за просмотром аниме.

***

      Почему Ёнджуна так сильно раздражал Бомгю?

      Он сам не мог объяснить причину, но каждый раз, когда видел Бомгю, у него возникало непреодолимое желание поддразнить этого наивного и хрупкого на вид мальчика. В школе Бомгю выглядел куда спокойнее, чем на балконе напротив, где смеялся и веселился с друзьями. Но по вечерам в выходные он ни разу не улыбнулся Ёнджуну, что раздражало того ещё сильнее.       — Эй, медведь, сегодня опять будешь хихикать на балконе над старыми шутками со своими друзьями? — раздался громкий голос Ёнджуна, эхом разнёсшийся по всему классу.       Прищуренные глаза были устремлены прямо на Бомгю, а рука Тэхёна лежала на его плече, пытаясь успокоить. Весь класс начал перешёптываться, полагая, что Ёнджун снова решил потрепать нервы бедному Бомгю.       — Ёнджун, тебе уже четырнадцать лет, а ты до сих пор не можешь нормально общаться со своими друзьями? — проворчал Тэхён, его взгляд пылал гневом.       Но Ёнджун проигнорировал его, лишь усмехнулся и закатил глаза, демонстрируя полное пренебрежение. Его уважали и обожали многие сверстники, особенно девочки, которые тайно мечтали об отношениях с ним. Но его это не интересовало. Он не уделял внимания свиданиям и прочим аспектам школьной романтики, в отличие от многих друзей, которые предпочитали такие вещи.       Тем не менее каждый вечер, выглянув в окно своей комнаты, Ёнджун не мог удержаться от наблюдения за Бомгю, который сидел на своём балконе и читал мангу. Лёгкий ночной ветер лениво шевелил его длинные чёрные волосы, а ореховые глаза сосредоточенно скользили по страницам. Невозможно было отрицать, что Бомгю обладал привлекательной внешностью, но Ёнджун упорно игнорировал это, продолжая считать его своим вечным соперником.       Отрицание красоты Бомгю для Ёнджуна было равносильно признанию собственной уязвимости перед его очарованием, что было недопустимо для гордого и самолюбивого юноши.