Растворяясь

«Я не брошу тебя здесь» - мысль крутилась где-то на затворках опустошенного сознания, бешеным пульсом отдавалась по телу. Цвия не знала, где она, что произошло и происходит до сих пор - пелена тумана накрыла разум, блокируя мысли, не давая даже сформулировать их. Тело словно парило в воздухе: такое невесомое, как все тот же туман, размеренно поглощающий мозг: как будто, просочившись внутрь, он силился заполнить собой все пространство. Но в одном она была уверена точно - осталась жива. И в этом целиком и полностью заслуга Ульвара, который, жертвуя собой, кинулся к ней, порубив тройку чудовищ на пути, чтобы затем ловко закинуть девушку на плечо и податься в бега - к палатке. Захватив сумку, которую Дьяр еще не до конца разобрал, Ульвар помчался в противоположном от лагеря направлении - туда, вглубь леса, огибая область, откуда сам прибежал с Цвией. Он не знал причину такого  яростного инстинкта бежать без оглядки, поджав хвост, как последний слабак. Но если бы остался - не жить на этом свете двоим. Им бы точно никто не помог.  Позади раздавались и ужасающие крики, и неразборчивые заклинания, и нарастающий рев - все смешалось воедино, но Ульвар продолжал бежать по колкому, удушающе-ледяному и не терпящему возражений снегу, пробираясь по величественным сугробам. Тот как бы говорил «Закаляйся, о, бравый воин. Не будь же таким трусом. Ты должен осилить меня», а сам тем временем продолжал выжигать кожу огнем, сводя ноги и пальцы рук судорогами от холода. Для полной картины не хватало только ветра, летящего в лицо, яростно захлестывающего мельчайшими кусочками льда, но, благо, обошлось без этого.  Обогнув склон, Ульвар остановился отдышаться, кажется, отбившись от нападения и окончательно затерявшись среди деревьев: он был безмерно благодарен им за заметание следов и спасение. Цвия все так же аккуратно покоилась на его плече, но её дыхания слышно не было, как показалось Ульвару. Он мягко опустил её, стараясь не совершать лишних движений, чтобы не разбудить, и заранее приготовился к брани, которую услышит после пробуждения. Но этого не последовало - девушка продолжала размеренно-глубоко дышать, а глаза по прежнему были прикрыты.  Вдалеке была видна пещера: черная дыра, выжженная в белоснежном снегу - вот что привлекло его внимание. Вновь мягко тронув девушку, в этот раз воин взял её на руки. Сам не ведая, что делает: не захотел, чтобы «Дьяр» болтался сзади на спине Ульвара, еле придерживая того за шею хлипкими сонными руками. Пройдя достаточное расстояние до пещеры, берсерк остановился, прислушиваясь к звукам внутри. Тишина. Поглощающая и бездонная, как и мрак, сгустившийся в глубине убежища. Вновь опустив Цвию на землю, берсерк открыл её сумку. Содержимое было скромным: веревка, хлипкий нож, орехи, бинты и фляга с водой; несколько ломтиков сухарей, завернутых в платок, кремень… На самом дне сумки он нашел рассыпанный порошок непонятного содержания. Принюхавшись, понял, что, скорее всего - это грибной трут: хорошо подходящий для разжигания костра. «Видимо, Адамина одолжила. А ты, Дьяр, предусмотрительный» - подумал Ульвар.  Воин, войдя в пещеру, огляделся вокруг: стены были влажными, а холод пробирал до самых костей: без костра они долго не протянут. Снега в ней не было, она осталась сухой и нетронутой, лишь только у входа намело сугробы. Пещера была небольшой и невысокой, но довольно продолговатой, чуть уходящей вбок, и к счастью, заканчивалась спустя десяток метров. Это стало понятно, потому как издалека казалось, что она глубокая и потаённая, хранящая в себе невесть что, на деле же являлась скромным уголком, чтобы переждать засаду. По бокам у входа были раскиданы несколько сухих веток, и, видимо, сегодня удача была на их стороне. Ульвар собрал их в маленькую кучку, а затем разорвал немного трута и осторожно положил его на камень. Взяв кремень и лезвие ножа, ударил с силой: искры разлетелись, но трут пока не зажигался.  – Ну же… — пробормотал он сквозь стиснутые зубы.  Берсерк ударил вновь, затем снова и снова, пока маленькая искорка наконец не попала в центр трута. Тот задымился, едва заметно тлея. Заметив это, Ульвар склонился, поднеся ладони к зарождающемуся огню, и осторожно дунул. Красноватый уголек неспешно стал разгораться - пламя перекинулось и на тонкие ветки.  – Есть! - воодушевившись, прошептал он с облегчением. Вскоре пещера стала наполняться слабым, но спасительным теплом, давая обещание согреть. Ульвар вернулся за Цвией, и в очередной раз взяв её на руки, занес внутрь. Повторил те же самые действия: опустил на землю деву, как можно ближе к костру, положив так, чтобы та легла головой на сумку. В голову закралась отчего-то приятная сердцу мысль - стянуть с себя шкуру, заботливо укрыв товарища. Тут же одернул себя, чувствуя презрение. Накидывать ее и не пришлось - Цвия начала медленно приходить в себя, шевельнув и дернув рукой, вдруг открыв глаза так внезапно, что в них застыл ужас, настороживший и Ульвара, пока тот уже размышлял о том, как им пережить эту ночь.