Праздник Воскрешения

      Знаете, как бывает. Перемены настегают нас даже тогда, когда мы сами того не замечаем. Это касается и того, что только предстоит пережить Джоку очередным сегодня, и того, как быстро накалился воздух в гараже. А может, он был таким всегда.       Джок набирает воздух в лёгкие, чтобы наконец дать ответ на вопрос, который он собирал по крупицам еле уцелевшей нервной системы. — Видел тех парней в чёрном?       Финансист облокотился на столешницу, взявшись за её край. Ему нужна была опора, чтобы почувствовать уверенность в затянувшемся ответе. — Так вот я хотел проследить за ними. — Но зачем? — Они разрушили мою жизнь. Из-за них…       Джок запнулся, понимая, что не готов поделиться подробностями. И не потому, что это могло раскрыть его. Это было для него слишком личным.       Джек всматривался в глаза собеседника, надеясь прочитать ответ в карих глазах. — Они разрушили мою семью.       Он не соврал, просто выдал лишь то, чем смог поделиться сейчас. Позже Джок расскажет Джеку всю правду. Но не сейчас.       Мафия оставила его на краю бедности. Всё что Джок теперь мог — покрепче уцепиться за её острые края. Балансируя между тем, чтобы упасть и продержаться ещё долю секунды, прежде чем окончательно опустить руки и сдаться.       Лёгкая улыбка Джека в миг растаяла. Теперь его губы сложились в ровную линию, а после разомкнулись, чтобы что-то произнести. Он хорошо понимал, что значит «разрушить семью». Слишком хорошо. Видимо, теперь ему требовалось больше времени, чтобы правильно подобрать слова. Джок облегчил его попытки продолжить диалог, задав встречный вопрос. — А ты почему там прятался? — Я хотел поговорить с Намо и случайно увидел его недалеко от участка. Намо был напарником Рама до того, как стал капитаном. Когда я первый раз пришёл к Намо с просьбой найти убийцу брата, он сказал, что дело попросили закрыть. Неужели, он сам не хочет найти убийцу?

Так они были там по одной причине? Совпадение?

      Главное, чтобы Джек не заподозрил, что Джок уже в курсе всего. — Он…умер?..       Вопрос когтями впился в еле живые сердца обоих. Слишком сложно давалось понимание, что Рам мёртв. Каждый человек осознаёт свою смертность. Что однажды жнец, вселяющий в людские души страх, придёт и за ними. И тем не менее, никто до последнего не верит, что в действительности может погибнуть. Люди рискуют, проверяя себя на прочность. Ведь: «Это не может случиться и со мной!». Как оказалось, может. — Да…       И вот в ушах снова стоит телефонный шум, короткое молчание, а за ним равнодушное: — Вы брат Рама? Ваш номер был указан в базе данных как член семьи. С прискорбием сообщаем вам, что ваш брат умер. Его тело доставили в морг этим утром. Тело было найдено на побережье реки Миэнан.       Вряд ли мужчина в тот момент действительно сочувствовал его утрате. Его голос даже не шелохнулся, произнося слова на одном дыхании. Будто он делал заказ в кафе, а не сообщал Джеку о гибели его самого близкого человека. Возможно, для полицейского это было обычной процедурой, ведь это его работа. И всё же, в тот момент Джеку бы не помешала капелька сочувствия? — Я собирался уехать на учёбу заграницу как раз за день до смерти Рама. Утром…мне позвонили и сказали, что его нашли мёртвым.       Джек никогда не забудет то злосчастное утро. Оно незыблемо отпечаталось в его памяти. Всего один звонок смог перевернуть жизнь раз и навсегда. Тогда Джек доже представить не мог на сколько. — Джек. Я…соболезную твоей утрате.       Рука Джока пером легла на плечо Джека. Но для Джека это прикосновение ощущалось таким весомым. Ему не хватало поддержки, которой всегда был Рам. Но теперь его не стало.       Упоминание о смерти друга не могло остаться бесследным и на лице Джока. Джек скорее списал это на сочувствие. Так как он и понятия не имел, что Джок и Рам работали когда-то вместе. — Джок? — М? — А, что за люди стояли рядом с капитаном?       Джок медлил. Он понимал, что слишком рискованно говорить Джеку про мафию. Слишком опасно впутывать обычного человека в эти дела. Но как только Джек выследил сделку Намо с «бандитами», он уже впутался. Джек уже стал частью этой истории. И судя по его решимости. Он не собирается отступать. И Даже если Джок оставит Джека в неведение, то позже он выяснит это сам. Значит, столкновения Джека и мафии не избежать. Лучше Джок будет рядом, чтобы уберечь брата Рама. — Мафия. — Мафия…?       Джек изменился в лице. Он подозревал, что это могла быть мафия или бандиты. Тогда почему Намо был с ними? Неужели… — Получается…       Джек остановился прежде чем закончить предложение. Ему не верилось, что он действительно скажет это. — Намо ведёт дела с мафией. И мы не можем исключать непричастность Намо к делу. — От них. Можно ожидать что угодно. И точно ничего хорошего.       В этой фразе был отголосок прошлого Джока. Они подстроили смерть его родителей. Тринадцать лет назад Джок ещё не знал, что тот добрый человек, предложивший бабушке помощь в больнице, попросит взамен работать в мафии. А добродетель окажется жестоким главой мафии. В результате чего, Джок провалился в яму должников.       Джек взял открытые пачки лапши и принялся высыпать их в кастрюлю. — Если Намо действительно связан с мафией, то рассчитывать на его помощь нельзя.       Джек с досадой вздохнул, наблюдая, как лапша постепенно погружается в воду. — Вот же ш. Намо был так добр к нам с братом. Я бы никогда не подумал, что он тот, кто будет работать с плохими людьми. И уж тем более окажется подозреваемым в убийстве.       Джок тоже не знал, что Тхирасак окажется его личной станцией в кромешный ад. После того случая он перестал доверять людям. Ведь никогда не знаешь, в какой момент лезвие ножа окажется воткнутым в спину. Джек ещё многого не знает. И как только он увидит обратную сторону медали, точно разочаруется. Жизнь никогда не была лёгкой, беззаботной и неприступной. Возможно, прямо сейчас люди босса избивают ни в чём неповинного должника, а может быть чьё-то тело уже как пять минут покорно остывает на холодной земле. — Даже зная, что это дело может быть связано с мафией. Ты всё равно хочешь найти человека, убившего твоего брата? — Да. Я добьюсь справедливости для брата. Он меня вырастил. И я хочу отплатить ему.       Джок решил аккуратно подкрасться к Джеку с предложением. Они могли бы работать вместе. Найти убийцу Рама и убрать босса мафии втроём, будет гораздо проще. Джек вышел из круга подозреваемых, поэтому ему можно попробовать довериться?

Стоит ли?

      Шаг был рискованным. Джок и Хой не планировали втягивать в это дело ещё кого-то. Но всё же Джок попробует, рискнёт. — Если Намо и мафия работают вместе, то может мы идём против одного и того же человека. Хочешь быть моим напарником и выяснить, кто убил твоего брата?       Сердце Джека ликовало. Предложение отдалось теплом на душе. Сейчас Джек почувствовал, что он не один. Впервые после смерти Рама. Если у него будет напарник, то шансы найти убийцу увеличатся в разы. — Тогда за дело, напарник.       Уголки губ Джека приподнялись. Джок вытянул руку вперёд, чтобы заключить их партнёрство рукопожатием. Карие глаза устремились прямо на Джока. И этот взгляд пробрал до костей, а по коже ощутимо пробежал холодок. Джек крепко сжал руку напарника. — Я хочу посмотреть в глаза тому, кто убил моего брата.       В эту секунду Джок забыл как дышать. Будто на самом деле это он убийца. Тогда он понял, что если Джек прознает о том, кто на самом деле Джок… то он мгновенно прикончит его. Джок ни за что бы не выбрал такую жизнь, будь у него выбор. И тем не менее он часть мафии. И тот кому рано или поздно придётся расплатиться за грехи организации. — Вы собирайтесь выступать против мафии?       Появился, откуда не возьмись, Тату, по всей видимости подслушавший их разговор. — Придурки, вас чуть не убили сегодня. И что собираетесь делать? Вы хоть оружием пользоваться умеете или драться голыми руками собрались? — У Джека отлично это получается.       Подшутил над новоиспечённым напарником Джок. Джек в свою очередь ударил Джока локтем в бок. От чего тот согнулся пополам. — Мудила.       Прохрипел Джок, пытаясь выпрямиться. — Мы не собираемся идти напролом. Для начала нужно получше разобраться с тем, что происходит вокруг. И придумать план. — Тату, ты с нами?       Тату не был «чистым» человеком. Но угон машин не сравнится с тем, чтобы выступать против преступной организации и капитана полиции.

Точно.

В этом деле замешена полиция.

      Тату услышал диалог обрывками, но смог уловить общую суть. Ему всегда удавалось выходить сухим из воды, однако идти против полиции, которая только и ждёт, чтобы нарыть на него дело… Тату словно собирался самолично начертить на себе жирную красную мишень. Но почему-то он ощущал долю ответственности за Джека. Всё же Рам был его другом. И так просто отпустить Джека на растерзание мафии, казалось чем-то неправильным. Тату старался не думать об этом, но грёбаное чувство вины взяло верх. — Так что? — Чёрт!       Выругался Тату, взъерошив волосы. Тем временем Джек будто и не задавал никакого вопроса, буднично сливал воду из кастрюли с лапшой, а потом принялся раскладывать еду по тарелкам. — Ладно. Я помогу.       Всё же согласился вор. Тату запустил руку в тёмные волосы и почесал затылок. Ему не верилось в то, на что он только что подписался. Точнее, он не верил в то, что согласился, зная что позже поплатится за свой опрометчивый поступок. — Но всё что я могу сделать — дать вам место для укрытия и помочь подготовиться. — Этого будет достаточно.       Благодарно посмотрел Джек на Тату с такой улыбкой, какую не часто увидишь на его лице после того, что произошло. Это ввело Тату в ступор. Поэтому он сделал торопливый шаг навстречу столешнице, чтобы забрать еду и скрыться в глубинах своего укрытия. — На меня не смотрите.       Подал голос из-за спины Тату Аран, перекрестив руки на груди. Явно показывая, что принимать участие в этом деле не собирается. Ему хватило общения с мафией. Больше он в это не полезет. — Тогда поешь в другом месте. Ты итак умял все мои закуски. У меня кошелёк вообще-то не резиновый.       Аран закатил глаза. А Тату взял две тарелки с лапшой и понёс их прочь от него. Джек и Джок схватили оставшиеся тарелки и направились за хозяином гаража в сторону вытянутого стола. — Аран, так ты идёшь?       Эта фраза, естественно, даже не подразумевала отказ Арана.       Парень модельной внешности недовольно вздохнул и поплёлся за остальными. Скорее это было не возмущение или негодование… За этим вздохом скрывалось безнадёжное разочарование. Он чудом избежал смерти. А теперь сам делает шаг к ней навстречу. Какой идиот станет так делать?       Тату прекрасно знал, как именно Аран встретился с мафией. И всё равно решил втянуть его в это дело, которое даже не касалось стилиста. Будучи уверенным, что Аран пойдёт за ним, потому что любит. Конечно, о последнем Тату не догадывался, но был уверен, что Аран будет рядом, чтобы то ни было.       Иногда это выбешивало Арана. Со дня их знакомства он всегда был в поле зрения Тату. Только раньше всё было совсем иначе. Можно даже сказать, Тату заботился об Аране в какой-то мере. Но это было тогда, давно. Сейчас Тату шёл к своей цели, не задумываясь о его чувствах. Это чертовски ранило. Возможно, Аран бы не реагировал так остро, если бы не был влюблён в этого идиота.       Но вот чего Аран так и не смог понять — почему Тату решил помочь Джеку? Не в его духе рисковать ради кого-то. Раньше он мог сделать исключение. Как это было с Араном. Но что заставило его согласиться в этот раз?       Аран поник. Сколько ещё Тату не будет обращать на него внимание? И на сколько хватит Арана, чтобы продолжать идти за Тату следом. Вот он погружённый в свои мысли, уселся к остальным на кожаный диван. И всё вновь идёт по кругу. Конечно же Тату не заметил перемену в настроение Арана. Яркая одежда, брильянты, переливающиеся на его шее. Всё это не имело значения. Не для Тату. Этот трюк не работал на нём. Как бы он не старался привлечь его внимание, ничего не получалось. Стилист горько улыбнулся. Эта улыбка часто появлялась на его лице, когда он вспоминал день их знакомства. Тогда всё было до боли нелепо. Тот день стал отсчётом до того, как Аран слепо влюбится в Тату и пожалеет об этом.       Судьба толкает нас друг к другу.       Словно наша встреча была предначертана ещё до нашего появления.       Но тогда почему, когда наши взгляды встречаются вновь, моё сердце разбивается?

Бог, ты слышишь нас?

Если мы были избраны, то почему, находясь рядом, не можем дотянуться друг до друга?

Ты слышишь нас?

Скажи, тогда почему каждую ночь сердце болит так сильно?

Ты слышишь?

Когда мы больше не можем вынести эту тишину, но готовы терпеть снова и снова.

Бог, ты слышишь…?

Flashback

— Ловите его! Он украл мои драгоценности!       Завопила кхун Пэм, указывая пальцем, в сторону сбегающего Арана. Брюнет летел по мраморной лестнице, касаясь перил. Он был уверен в своём плане до конца. Но сегодня что-то пошло не так. — Вот же блять. — Парни! Идите к другому выходу!       Крикнул мужчина, пытаясь отдышаться.       Аран схватился за поручень и резко свернул вправо, чтобы уклониться от преследователей. Один из них уже почти было схватился за кусок пиджака Арана, но поскользнулся на повороте и влетел в стену. Стилист с силой толкнул дверь аварийного выхода. Его взгляд панически бросился к машине, припаркованной возле выхода. Автомобиль был заведён, что насторожило Арана, так как он точно помнил, что закрыл его. А ключи лежали…в кармане брюк. Аран решил проверить ещё раз. Он провёл рукой по карманам, надеясь нащупать ключи. И их там не оказалось. — Какого…?       Водительское сидение занял какой-то незнакомец. Аран открыл дверь и потянул его за шиворот вон из машины. — Какого хера ты делаешь в моей машине? — Я…       Слова незнакомца заглушил вой сирены, стремительно приближающийся к зданию. — Это ты вызвал копов? — Нет. Пиздец. Садись! Быстрее!       Аран замешкался, он не предвидел, что кто-то мог угнать его машину. — Ну, же не тормози!       Крикнул чужак, который явно не вписывался в общество утончённого Арана. По крайней мере, как ему показалось. Но некогда было спорить, поэтому он оббежал автомобиль сзади и сел на переднее пассажирское сидение. Как только дверца захлопнулась, машина тут же рванула, набирая скорость, оставляя за собой клуб пыли в перемешку с выхлопными газами. — Чёрт! Они у нас на хвосте!       Адреналин закипал в крови. Казалось, что автомобиль летел, превышая все мыслимые и немыслимые пределы скорости. — Что ты забыл в моей машине? — Ты выбрал не то…       На мгновение парень за рулём замолчал, выкручивая руль, чтобы развернуться и двинуть дальше в обратном направление. — …время, чтобы выяснять отношения.       Полицейская машина следом развернулась и продолжила преследовать этих двоих. В зеркале заднего вида пульсировали сине-красные вспышки — будто хищный зверь, выпустивший когти, машина позади неумолимо сокращала дистанцию. Резина визжала на каждом повороте, оставляя за собой чёрные следы на асфальте. Каждая секунда растягивалась в вечность, каждый метр дороги давался с большим трудом. А визг сирены впивался в мозг, барабаня по черепной коробке, желая разнести её в щепки. — Давай налево! — Да вижу я!       Парень вновь крутанул руль, уходя влево, уводя машину в сторону от преследователей. Полицейский автомобиль пропустил поворот, это дало им фору. Аран сомкнул руки, надеясь, что им удалось оторваться. Знакомые улицы сменились неизвестными переулками. Пускай, они избавились от хвоста, но страх не отпускал Арана. Его нервы завязались узлом. Куда его везёт этот незнакомец? Он хочет похить не только машину, но и его? Губы Арана нервно поджались. Теперь он даже не знал, что было лучше: быть пойманным полицией или похищенным подозрительным парнем. — Я не собираюсь тебя похищать. Не надумай себе ничего.       Ответил на вопрос водитель, будто зная, что творилось в голове Арана. — И тогда куда ты нас везёшь? — Туда где нас не найдут.

Он хоть в курсе, что именно так бы звучала фраза настоящего убийцы?

— Не сильно обнадёживает. — А у нас есть выбор?       Возмутился водитель, крадясь меж домов.

У «нас».

      Едко в мыслях подметил Аран. — Останови машину, я поведу.       Приказным тоном твёрдо произнёс стилист. — Да не трону я тебя, думаешь, мне нравится сидеть здесь с тобой? И ведь именно из-за тебя мы в полной заднице. — Из-за меня?       Возмутился Аран. Если бы этот чужак не влез в его машину, то сейчас ему бы пришлось бегать от полиции. Он сам виноват. Аран бы отлично справился и без его помощи. — А из-за кого ещё? Не я решил ограбить ту дамочку. Ты бы хоть запасной план придумал! — Это ты решил угнать мою машину!       Указал пальцем на провинившегося Аран. — А, не я. — Ну, да.       Саркастично заключил Тату. — Ещё скажи спасибо, что я не оставил тебя там разбираться с полицией. Они могли подумать, что ты мой сообщник. — Большоое спасибо.       В той же манере ответил Тату, явно не собираясь признавать свою вину. — Это моя машина, так что мы поедем туда, куда скажу я.       Аран сложил руки, характерно вскинув голову. — Ну, давай. И где же мы тогда укроемся? Есть идеи? Аран задумался, но не смог прикинуть ни одного места, где бы им удалось надолго скрыться. — Ладно.       Показательно закатил глаза стилист. — Веди.       Не хотя согласился пассажир, и всё же ему пришлось признать поражать поражение. Машина тут же сорвалась дальше по улице. Для большего погружения включите песню «Dream on» — Aerosmith.       Автомобиль, блеснув напоследок красными огнями, стал растворяться в пейзаже. Громкое гудение мотора, ещё недавно резкое и настойчивое, стихало, переходя на шёпот, эхом отталкиваясь от бетонных зданий. Секунды, минуты, часы, километры — всё это стало призраком прошлого, который молча махал рукой, провожая машину взглядом.       В тот момент они ещё не думали, что эта встреча положит начало их совместной истории. Никто не знал к чему это приведёт. И всё-таки они мчались вдаль по дороге навстречу будущему.

Будущему, у которого в руках не оказалось так много времени.

      И пока Аран старался собрать время по крупицам, чтобы подарить его Тату. Даже сейчас, когда многое поменялось, и все улыбки остались в прошлом.       Every time when I look in the mirror,       (В отражение глядя украдкой,)       Время не станет благосклоннее. Оно будет течь так быстро. Что он не сможет за ним угнаться.       All these lines on my face getting clearer.       (Замечаю на лице отметины времени.)       Аран бы хотел задержаться в этом дне.       The past is gone,       (Прошлое остаётся позади,)       Пускай, он будет жить в прошлом, совсем забыв о реальности. Разве это плохо?       And it went by, like dusk to dawn       (Словно закат, за которым наступил рассвет.)       Пока время несётся с бешеной скоростью, он обездвижен.

***

— Может вернёшь мои ключи?       Когда Аран поднял глаза. Он увидел не сравнимую ни с чем улыбку.       Isn't that the way?       (Не так ли?) — Поверить не могу.       Прыснул со смеху Тату, вспоминая то, что они только что пережили. — И как меня только угораздило влипнуть в это. Тогда и ты верни мои вещи.       Everybody's got their dues in life to pay…       (Каждый платит по счетам…)       В этих карих глазах сверкнуло что-то иное.       Yeah, I know nobody knows       (Никто не знает здесь о том,)       Из-за чего сердце Арана в миг замерло.       Where it comes and where it goes       (Где всё начинается и заканчивается,)       Оно словно совершило перезапуск. Слишком сложно оторваться от этих глаз.

***

      I know it's everybody's sin       (Пойми, у всех свои грехи,)

Узнай бы Аран заранее об их судьбе.

      You got to lose to know how to win       (Ты должен потерять, чтоб понять, что приобрёл)

О том, чем закончится эта история.

Стал бы избегать их встречи?

Нет, он бы не смог.

      Парни оставили машину в мастерской Тату, а сами зашли в магазин. Им понадобилось не так много времени, поэтому уже скоро они вышли и побрели прогулочным шагом в сторону моста. По левую сторону расстелись жилые двухэтажные дома, но судя по их виду многие уже были заброшены. — Я никогда раньше не был в этом районе.       Подметил Аран, открывая банку пива. Алкоголь брызнул, пеной выливаясь из банки. — Вот чёрт! — Вот же…! Меня только не намочи!       Тату старался держаться подальше от этого фонтана, стараясь не уляпаться. Аран засмеялся, приближаясь к Тату.       You know it’s true,       (Правда в том,) — Что? Что?       All the things come back to you       (Что всё однажды вернётся.)       Пару капель всё же упали на белоснежную майку. — Козлина.       Шум, проезжающих под мостом машин, слился с общими звуками и отошёл на задний фон.       Sing with me, sing for the years,       (Спой со мной, чтобы всё запомнилось на века,)       Пока закатное солнце лучами оседало на их волосах.

***

— Я давно так не веселился.       Sing for the laughter and sing for the tears…       (Спой, чтобы все смеялись и плакали…)       Аран повернул голову в сторону Тату. В ту минуту он казался счастливым. Настолько насколько это было возможно.       Sing with me, if it's just for today.       (Спой со мной, хотя бы сегодня, ведь жизнь коротка) — Только сопли мне тут не распускай. Ты пьян что ли? — Мне уже порадоваться нельзя? Буду я ещё пить за знакомство с, таким как ты.       Наигранно фыркнул вор, отвернувшись.

Стоил ли этот день того, чтобы не спать оставшиеся ночи?

      Maybe tomorrow, the good Lord will take you away…)       (Может быть, завтра Господь заберёт тебя…)

***

      Тату по привычке достал из кармана ключи. Всего одна секунда отделяла их от того, чтобы оказаться внутри мастерской.       Dream on,       (Мечтай,) — Полиция! Поднимите руки за голову, чтобы я их видел!       Сердце Арана пропустило удар. Он уже забыл, что сегодня утром кого-то ограбил. С появлением Тату, всё казалось нереальным.

Неужели, всё так и закончится?

      Dream on,       (Мечтай,) — Вы, наверное, спутали меня с кем-то!       Dream, yourself a dream come true!       (Мечтай, и мечта сбудется!) — Медленно повернитесь.       Нервы накалились до предела. Стоит ли ему сейчас бежать? Мысли хором загудели в его голове, сбивая с толку. Но щелчок закрывающихся наручников на тонких запястьях Арана опустошил голову. Последним, что он успел увидеть — безэмоциональное выражение лица Тату.       Dream on       (Мечтай,)

Ты так и будешь стоять?

      Полицейский схватил Арана за руки и повёл в машину, стоявшую за углом дома всего в паре метров. И как они не заметили её? Когда Аран впервые сегодня увидел Тату. Он даже не мог предположить, что время с ним будет похоже на забвение. На чувство, которое теплом заполнит пробел где-то внутри. Тату провожал их взглядом, но всё ещё ничего не делал. Оно и понятно, не будет же он рисковать своей шкурой ради человека, с которым знаком всего-то пол дня. И всё же, Аран хотел верить, что Тату не бросит его.       Sing it with me, if it's just for today       (Пой сегодня, ведь жизнь коротка,)       Аран сделал глубокий вдох и резко рванул в сторону. На секунду ему показалось, что есть шанс на побег. Арестованный поддался вперёд, но стальная хватка притянула его обратно. — Не дёргайся.       Где-то позади Арана, послышался снятый с предохранителя пистолет. Аран знал, что рано или поздно, его могут поймать. Но всё же оказался не готов. Не сейчас.       Maybe tomorrow, the good Lord will take you away…       (Может быть, завтра Господь заберёт тебя…)       Несмотря на то, что Арану грозил тюремный срок, его пугала лишь невозможность увидеть Тату. Пускай, они знакомы всего семь часов. Да, он ведёт отсчёт. Так ведь делают люди, которые влюб…       Dream on,       (Мечтай,)       Тату первый, кто позаботился о нём.       Dream on,       (Мечтай,)       И теперь, Аран не знал, встретятся ли они ещё когда-нибудь.       Dream until the dream come true…       (Пока мечта не сбудется)       Пока полицейская машина уносила Арана прочь от Тату, его мастерской и того неповторимого чувства, он хотел задержаться в тех семи часах навечно. И кто бы подумал, что после он будет жалеть о своём желании.       Среди всех этих бесконечных домов, людей и ветра, насвистывающего беспечную песню, мы сходимся и расходимся. Будто солнце и луна в вечной погоне друг за другом в одном полярном круге.

Мы ведь встретимся?

      Maybe tomorrow the good Lord will take you away…       (Может быть, завтра Господь заберёт тебя…)

***

      Пальцы офицера с пристрастием скользили по клавишам на компьютере. Полицейский участок Протокол доставления Дело №1649 Дата доставления: 02.07.2023 Камера №4 Код вида заключения под стражу: 2 Фамилия: Та… *Все данные, числа, ситуации, цифры вымышлены и не имеют отношения к реальным событиям, людям или организациям. — Вор, значит. А твоя мать та ещё шишка. Удивительно, как у неё вырос такой неблагодарный сын. Наверняка она будет расстроена, узнав о сегодняшнем инциденте. — Это не ваше дело. И не её тоже.       Лицо Арана исказилось в злобной гримасе. Он не хотел иметь ничего общего с этой женщиной. Стилист поднял руку, но наручники чётко обозначили границы его свободы. Рука бессильно упала. Цепь, прикованная к стулу, взвизгнула. На что он вообще рассчитывал?       Аран издал короткий вздох. Если сегодня был его последний выход на воздух за следующие пять лет, то, пожалуй, он был лучшим. Это всяко лучше, чем прожигать дни в одиночку, обводя вокруг пальца богатеев.

Глухой стук.

      Кажется… об стену? Аран напряг слух, насколько это было возможно.

Ещё один удар.

      В этот раз звук отскочил от стен, доходя до комнаты, где находились двое — полицейский и задержанный. Надолго ли они останутся вдвоём? Перед тем, как на них обрушилась тишина, послышался крик.       Служащий свёл брови к переносице. — Да, что у них там снова!       Возмутился полицейский нарушенным спокойствием и прерванном методичном маринованием Арана. Мужчина поднялся и направился к источнику шума. Шаги оборвались также быстро, как начинались. Возможно, Арану уже стоит начать волноваться. Вор сглотнул и опустил голову вниз. Слегка волнистые волосы спали на лицо, закрывая его глаза.       В коридоре послышались равномерные шаги, настукивающие спокойный ритм. Зубы Арана сомкнулись сильнее. Ждёт ли его та же учесть что и полицейских? — Чего нос повесил? Уже представил, как будешь в тюряге гнить?       В дверном проёме появился Тату. По всей видимости, решивший не бросать Арана одного. На лице механика проскользнула мягкая улыбка.       Услышав за спиной чужой голос, с еле слышимой хрипотцой, Аран нахмурился. Но когда узнал в нём Тату, сразу расслабился. Его плечи плавно опустились вниз.

Он пришёл.

— Я думал, ты уже не придёшь.       Хмыкнул Аран, стараясь скрыть радость за безразличием. Сначала он хотел сказать что-то язвительное, но вовремя прикусил язык.       Тату выудил из кармана связку ключей, которую он «одолжил» у служащих. Выбрав наугад один из них, механик попробовал расстегнуть наручники. На удивление, ключ с лёгкостью проник в скважину. Наручники рухнули на пол, а покрасневшие и затёкшие запястья Арана высвободились. Вор потёр руки и стал разминать их. — Спасибо. — Нам лучше поторопиться, пока кто-нибудь сюда не приехал.       Тату было развернулся в сторону выхода, но его остановил застывший Аран. Он всё ещё сидел на стуле, лишь немного поменяв положение. — Постой. Меня занесли в базу. Тот полицейский составил на меня дело, и скорее всего меня будут искать. Не думаю, что получится надолго скрыться.       Глаза Арана опустились вниз. Он был готов рисковать, но не был готов попасться. Вот в чём была его ошибка. — Ах, это. Подожди.       Тату задумчиво подошёл к столу, за которым сидел полицейский. На мониторе светился протокол, составленный шестью минутами раннее. Тату бросил заинтересованный взгляд, надеясь узнать немного больше об Аране. Но, к сожалению, кроме бестолковых цифр, ничего интересного не было. Поэтому Тату занялся стиранием дела из системы. Он ранее уже работал с системой безопасности полиции, так что это не было для него проблемой.       «Аран Та…» Тату снова и снова пробегал глазами по строчке с именем компаньона. Кажется, он где-то его уже слышал, только вот где? Вряд ли Аран был популярным стилистом. Возможно, он бы смог узнать, допиши полицейский его имя полностью. — Ты знаешь, как это делать?       С удивлением уставился на экран Аран, наблюдая за действиями Тату. — Что?       Переспросил Тату, выпавший из своих мыслей. — Ты можешь удалить моё дело из базы данных? — А. Да, он пока что не добавил его никуда.       Тату ввёл символы, и на экране компьютера высветилась загрузка. После которой все данные должны быть стёрты. — Спасибо.       Вновь поблагодарил вор. В это «Спасибо» Аран вложил не только благодарность за то, что Тату вызволяет его из передряги. Но и за то, что вообще вернулся, поделился едой, домом, провёл с ним день, хоть они и знакомы лишь один день. За то, что был рядом. — Да не за что.       Больно удивлённо проговорил Тату, спрятавшись за монитором компьютера. — Вообще, я не для тебя стараюсь. Я попал на камеры вместе с тобой. Не хочу, чтобы из-за твоей тупости закрыли мою мастерскую. — Вот же ты…       Аран разозлился, и вся благодарность мигом развеялась. — Придурок!       Пробубнил вор и сложил руки на груди. — Кто из нас ещё придурок, ты…       Если вы спросите, злился ли Аран по настоящему, то он бы ответил «нет». В тот день он был до безумия счастлив. Кроме Тату для него бы такого никто не сделал. Никто бы не стал напролом врываться в полицейский участок. Никто бы не стал возвращаться. В тот день Аран понял, что Тату отличается от всех. В тот день… Аран влюбился.

Конец Flashback.

— Приятного аппетита!       Выкрикнули хором парни, сложив за тем ладони в жесте вай.       От лапши шёл горячий пар, так что компания не сразу притронулась к еде. — Тату, ты в курсе, что к тебе снова приходили те монополисты? — Блять.       Тату понимал, что после этой фразы стоит готовиться к худшему. В прошлый раз это ничем хорошим не закончилось. — Я надеюсь, ты им не открыл?       Тату оторвался от еды, уставившись на Арана, с нетерпением ожидая ответа. — Смеёшься? Если бы я им открыл, то меня бы тут уже не было. Но их «облава» выглядела угрожающе. Сделай что-нибудь с этим, иначе следующего раза я не переживу. — Монополисты?       Вклинился в разговор Джок, стараясь вникнуть в разговор. — Ты разве не обговаривал это с Рамом? Он сказал, что попробует помочь.       Рам частенько предлагал свою помощь, если это было в его силах, конечно. Вот таким добрым человеком был Рам. — А толку то? Надеяться на полицию бесполезно. Юридически они делают всё законно.       Тату потёр виски. Лишь одно упоминание об этих грёбаных монополистах порождало хаос. Механик не был глуп. Он понимал, что у монополистов больше власти. Рано или поздно, он останется не только без мастерской, но и без дома.       Аран никак не ожидал услышать такой ответ. В его груди справедливость отчаянно сражалась с безысходностью. Он понимает, что они практически не нарушают закон или хотя бы делают это по-умному. — Взлом и порча имущества?       Возразил Аран, тщательно старавшийся скрыть беспокойство в своём голосе. — Тогда в следующий раз не называй меня вандалом, если я буду сидеть у тебя.       Тем не менее Аран не согласен мириться с этими утырками. — Думаешь, я бы не хотел избавиться от них? У меня нет денег на адвоката. А идти в суд, заранее зная, что проиграешь — лишь наживать себе проблем. — Ело оваме полиыця тове прикыла.       Добавил еле различимо Джек, пережёвывая остатки еды и запивая её водой. — Джек, блин. Прожуй сначала.       Обратился Тату к жующему другу, заведя руку за голову Джека, изображая, будто намеревается дать ему подзатыльник. — Дело о Раме полиция тоже прикрыла. — Чем они вообще занимаются?       Аран устремил свой взгляд в потолок в немом вопле, подперев рукой щёку. — Постой. Джок ведь сказал, что Намо связан с…? — Мафией.       Закончил Джек предложение вместо Тату. — Монополисты и есть…мафия.       Выдал Джок через силу, крепче сжимая деревянные палочки в руке. — Вот же срань.       Механик за мгновение осознал, что сам оказался жертвой мафии. Ещё до прихода Джека или смерти Рама.       В считанные секунды Джоку показалось, что в помещение закончился воздух. Джок с опаской делился тем, что знал сам, стараясь при этом, не выдать себя. Всё же, для них он «просто ищет информацию», и что-то да знает. Но спокойнее от этого не становилось. Он видел, как лица парней постепенно мрачнели, осознавая, в каком дерьме они находятся. Этот диалог с трудом давался всем присутствующим. Никто не предполагал, что через неделю они будут сидеть здесь, поднимая факел свободы. Раньше Джек жил обычной жизнью, сдавал экзамены и собирался поступать в университет, даже не задумываясь про существование мафии. — Получается… мафия отвоёвывает территории, тем самым расширяя свой бизнес, и подминает под себя целый район. Сколько тогда осталось не тронутых домов? — Я не готов потерять дом из-за этих ублюдков.       Вслух произнёс Тату, крутившиеся в голове мысли. Всё что у него было — этот дом. Он вор в той или иной мере. И своего добра у него было мало. Но эти стены достались ему от отца. Они были единственным, что досталось ему в наследство.       Джок притих, закусив нижнюю губу. В горле стоял ком. А на душе скопилось мерзкое, отвратительное чувство, которое хотелось вырвать из груди. Разорвать в клочья. Он сразу понял, кто те самые «монополисты», которым не писан закон. Тхирасак присваивал себе территорию за территорией, чтобы было проще вести бизнес. Мысль, что он был частью всего этого, душила Джока. Ведь он помогал чинить хаос, проворачивая финансовые сделки с целью выкупа домов. Теперь фраза «у него нет выбора» казалась лишь жалким оправданием. Так ли это на самом деле? Люди вокруг него страдают из-за проделок мафии, на которую он работает. Они теряют свои дома. Кто-то после этого так и остаётся на улице, не имея возможности накопить сбережения на новое жильё. Пускай, он не по своей воле работает на Тхиросака. Но находиться в этом гараже с этим клеймом чертовски сложно. Груз на его плечах ощущался слишком невыносимым. — Джок, ты давно следишь за ними? У тебя есть план? — С момента, как я узнал, что именно мафия виновна в гибели моих родителей. Я решил собрать побольше информации. А после…       Отблеск в глазах Джока стал похожим на пламя. Языки которого готовы сжечь всё вокруг. Лишь бы достичь желаемого. — Убить главу чёртовой мафии.       В его голосе звучала чистая ненависть. И он не врал. — Постой. Ты нацелился на босса мафии?       Поперхнулся Аран, понимая, что его затянуло в самый эпицентр событий. Только вот такие события не происходят каждый день. Он совсем забыл о разговоре Джека и Джока на кухне. Арана словно ударило током. — Да.       Без колебаний ответил Джок. — Он отнял у меня слишком много близких людей. И я не собираюсь спустить ему это с рук. — Тогда. Нужно скорее собрать как можно больше информации! И придумать план.       Воскликнул Джек, поднимая кружку с пивом. Другие бокалы тоже не долго стояли в стороне, уже стукаясь друг о друга в центре стола. — Выпьем!       Все парни оживились, произнося короткие тосты, но только Аран остался в стороне, опустив глаза в стол. — Джок, ты уже много успел узнать?       Прозвучавший вопрос, был сравним с выстрелом, после которого наступила едкая тишина. Она проедала его плоть и кости. Как много он может рассказать? Джок судорожно перебирал мысли, пытаясь вспомнить, что он уже успел рассказать. — Парни.       Наконец прервал гнетущую, как казалось Джоку, тишину. Но никто не ожидал услышать именно это. — Я…был свидетелем убийства.       Аран сделал судорожный вздох. И прежде чем продолжить, наконец осмелился поднять глаза, чтобы посмотреть на реакцию окружающих. Стилист не хотел вспоминать этот день, но и молчать, он тоже не мог. Это могло поставить всех под угрозу. Это могло поставить под угрозу его. Он не сможет. Дать отпор, когда это будет нужно. Аран уже видел, на что способна мафия. — Я видел, как мафия застрелила моего клиента.       Лица всех, за исключением Тату, переменились. — В тот день я работал стилистом у известного журналиста. На него напали и застрелили. Всё что мне оставалось — бежать. Возможно, они разыскивают меня, ведь я стал свидетелем. И не должен был уйти оттуда живым. От меня…будет больше вреда, чем…пользы. — Если бы они хотели тебя убить. Сделали бы это давно.       Бросил Тату, продолжая запивать лапшу пивом. Верно, чего же ещё Аран ожидал услышать от Тату. Он не из тех, кто будет заботиться о чувствах кого-то. Губы Арана поджались, а в глазах защипало. — Не переживай, мы рядом. И если на то пошло, то мы одна команда.       Попытался как-то приободрить Арана Джек. — Согласен, если мы вместе решились на такое, значит пройдём вместе до конца! Для большего погружения включите песню « A New Beginning » — Wolfie`s Just Fine (отсылка к фильму Пятница 13-е)       Джок поднял бокал для нового тоста. В это раз уже все бокалы нависли в центре стола. — Кстати, Джек. Как вы познакомились с Джоком?       У Рама и Джека было не так много знакомых, и Джока среди них Тату точно не припоминал. — Этот гений решил попрактиковаться в боксе со статуей в парке. Я проходил мимо и решил подойти.       Ответил вместо Джека Джок. — Кто бы подумал, что эта встреча превратиться в группировку против мафии. — Это уж точно.       Согласился Тату.       Тарелки и бокалы опустели, а значит обед закончен. Поэтому каждый мог выйти из-за стола и размять ноги. — Я помою посуду.       Кинул Джок, собирая со стола грязную посуду. Ему редко приходилось убираться. Жизнь мафии протекала как по часам: подъём, работа и конец рабочего дня, когда он приходил домой, заваливаясь спать. Если получалось перекусить в дешёвых закусочных, уже было здорово. Не говоря о домашней пищи, которую попросту было некогда готовить. Но сейчас эти люди дали ему еду, укрытие и даже согласились идти на рисковое дело.       Гора посуды свалилась в раковину, у которой уже стоял Джок. Это меньшее, что он может сделать.

***

      As you lay there in the forest I pictured       (Пока ты лежала там, в лесу, я представил)       Myself lying right next to you.       (Себя, лежащего рядом с тобой.)

Ты слышишь?

Слышишь, как мы молча проливаем слёзы. Когда тучи собираются, проливной дождь слезами выходит из наших глаз.

      You fell asleep someone approached       (Ты задремала, кто-то подошел.)

Божества собираются в круг, чтобы танцевать на наших костях.

      I figured,       (Я предположил,)       It was your friend returning to you.       (Что вернулся твой друг.)

Ты слышишь нас?

Когда в последней надежде мы молимся за наших близких.

      You didn't have any time to move.       (У тебя не было времени пошевелиться.)

Бог, ты слышишь нас?

Когда крик пронзает небеса, что вот-вот разверзнутся и выплюнут молнию.

      We sat and watched as he murdered you.       (Мы сидели и смотрели, как он убивал тебя.)

Вот же я стою прямо перед тобой.

Но куда направлен твой взор?

      I thought it was safe.       (Я думал, это безопасно.)       We wanted to play.       (Мы просто хотели поиграть.)

Ты слепо ведёшь нас за собой.

И к чему это всё привело?

      Oh brother we should leave now.       (О, брат, нам лучше сваливать.)

Мы всё ближе к тому, чтобы поднять топор войны, проливая чужую кровь.

      We were led astray.       (Мы были сбиты с толку.)       The pastor would say:       (Пастор сказал бы:)       «Oh, your sins shall find you out»…       («О, ваши грехи настигнут вас»…)

Бог, ты слышишь наш протяжный вой?

Когда мы несём тела умерших на своих руках.

Ты свесил ноги с воздушного облака и смотришь на построенный тобой амфитеатр.

К чему молитвы над могилой?

Чьи грехи мы так усердно отмаливаем?

      Stood frozen desperately,       (Я в отчаянии застыл,)       Trying to make sense of it all.       (Пытаясь понять смысл всего этого.)       Джек застыл без возможности пошевелиться. Он молча стоял на улице у входа в гараж, смотря на затянутое облаками серое небо. Он старался жить дальше после смерти брата.       Your body laid motionless.       (Твоё тело лежало, недвижимое.)       Джек всё ещё не мог выкинуть из головы мёртвое тело брата.       And your face       (А твоё лицо)       Was covered in blood.       (Было залито кровью.)       Он не мог стереть из памяти его побелевшие губы, на которых застыла кровь. В тот миг Джек не мог поверить, что обескровленное тело брата больше никогда оживёт.       I started shaking cause I knew.       (Меня начало трясти, ведь я знал.)       Мелкая дрожь пробила тело Джека, а дыра в его сердце стала ощутимо ныть.       We tried to warn him but he couldn't hear us.       (Мы пытались предупредить его, но он не мог слышать нас.)       Through the screen oh what could we do?       (По другую сторону экрана. О, что мы могли сделать?)       Для Рама это был конец, но не для Джека. Которого Рам оставил справляться со всем в одиночку.       He didn't have any time to move.       (У него не было времени пошевелиться.)       Джек никогда не забудет стеклянные глаза брата. И как бы он не всматривался в них, его глаза по-прежнему безжизненно уставились в вязкую пустоту.       His blood was dark       (Его кровь была тёмной)       It was almost blue.       (Почти иссиня-черной.)       Тогда всё казалось не настоящим. Но вот он стоит здесь, в тщетных попытках найти убийцу.       Oh brother we should leave now.       (О, брат, нам лучше сваливать.)       Теперь смыслом жизни Джека стали поиски того, кто оборвал жизнь его брата.       We were led astray.       (Мы были сбиты с толку.)       The pastor would say:       (Пастор сказал бы:)       «Oh your sins shall find you out»       («О, ваши грехи настигнут вас»)       Джек думал, что у него впереди вечность. И он успеет расспросить брата о многом. Но однажды вечером, он вернулся в пустую квартиру.       And as we made our way back home,       (И когда мы возвращались домой,)

Если ты меня слышишь, то ответь.

Почему же ты отнял единственного близкого для меня человека?

      I felt a shame I'd never known.       (Я почувствовал стыд, которого не знал прежде.)

Рам, я скучаю по тебе. Всю мою жизнь ты был рядом, но вдруг тебя не стало. Мне так тебя не хватает.

      Oh as we made our way back home,       (О, когда мы возвращались домой,)

Если ты смотришь на меня с небес, то прошепчи, подай знак. Расскажи, кто убил тебя.

      Felt a pain I knew would grow.       (Я почувствовал боль, которая, я знал, станет лишь сильнее) — Джек? Ты чего стоишь тут один? Будто в драматичном клипе снимаешься.       And as we made our way back home,       (И когда мы возвращались домой,)       Постарался подшутить над новым знакомым Джок, но Джек видимо был не в настроение. Рука Джока нырнула в карман, вытянув оттуда потрёпанную пачку сигарет и зажигалку. — Будешь? — Нет, спасибо. Я не курю.       Джек не привык делить свои переживания с кем-либо. С кем-то кроме брата. И каждый раз его мысли шли по кругу. Вновь возвращаясь к одному человеку.

Станешь ли ты причиной, по которой стена даст трещину?

      В глазах Джока отразился блик от фонарного столба.

Почему твои глаза так и манят открыться тебе?

      Джек не любил давать слабину на глазах у других. Только сейчас он просто не мог собраться. Ноша была слишком непосильной.

Могу ли я довериться тебе?

      Он не был готов ко всему, что случилось. И вряд ли бы кто-то на его месте был бы. Но разве его кто-то спрашивал? За эти дни он чертовски вымотался. Последнее время Джек пытался не выпадать из строя, ищя убийцу. И теперь его силы попросту иссякли. Ему казалось, что он смог заглушить, так и рвущиеся наружу эмоции бесконечными поисками.       Зажигалка с характерным звуком щёлкнула. Джок делает затяжку. Конец сигареты медленно начинает тлеть, соприкасаясь с огнём. Табак прочно въедается в прокуренные лёгкие. Все противопоказания о вреде курения, выглядели не такими уж и страшными. Когда твоя жизнь каждый день поставлена на кон в мафии. Джок не знал, случится ли ему пережить сегодня, не то чтобы завтра. Так чего ему робеть перед фразой «Курение убивает»? — Джок, а что…       То, что сейчас хотел произнести Джек, казалось неправильным. Он никогда и мысли допустить не мог, что Рам может оказаться плохим человеком. Слова застряли в горле. — Если Рам как-то связан с мафией? Он ведь…всегда был добрым, служил в полиции. И всегда помогал людям. Разве может он…       Каждое слово давалось Джеку с большим усилием. Противоречия заполнили его голову. Он будто не верил в то, что говорит. — Быть кем-то вроде мафии… Он не убийца.       Джок знает кем был Рам. Как бы Джоку не хотелось разочаровывать Джека. Но Рам состоял в мафии, был частью её системы. Убивал людей, заключал сделки. Безусловно он был добрым. И не желал никому зла. Однако ему не приходилось выбирать, когда судьба бросила его на поле боя. Либо убьёшь ты, либо убьют тебя.       Джок делает очередную затяжку, впуская дым в легкие. — Послушай, пока что мы ничего не знаем на сто процентов. Не ставь на нём крест раньше времени.       Позже, когда Джек обо всём узнает, то сможет понять брата. Поймёт его выбор. Время ещё не пришло, так что пока что нужно дать шанс Джеку поверить, что Рам не связан с мафией. — Если ты говоришь, что он хороший человек. Значит, так и есть. Твоё сердце точно знает ответ.       Джок кладёт руку Джека на его грудную клетку. — Послушай.       Джек закрывает глаза, прислушиваясь к ритму своего сердца. Он прислушался, в надежде, что оно оживёт и расскажет всю правду. Однако сердце лишь беспокойно бьётся об ребра. Джек открывает глаза, сразу же замечая, как всё вокруг оживает. Зелёные листья на деревьях всё так же колышутся на ветру. Птицы продолжают петь свою песню о свободе. А дорога простирается вдаль, где за её горизонтом скрываются машины, унося за собой свою историю.

Это и есть ответ?

— Ты прав. Пока ещё рано делать выводы.       Джек оживился, и его лицо вновь приобрело спокойное выражение. В его глазах снова появились огоньки-спутники, притягательно манящие следовать за собой. Отчего Джоку наконец стало легче дышать. — Мы обязательно найдём убийцу. — Вместе.       Добавил Джок, с улыбкой заглядывая Джеку в глаза. — Вместе.       Уголки губ Джека дёрнулись, приподнимаясь в глупой ухмылке. На душе стало гораздо теплее. Теперь он чувствовал поддержку, которой ему так не хватало. — Спасибо, Джок. — Брось, мы же напарники. Дашь мне свой номер? Надо будет связаться, чтобы потом обговорить дальнейшие действия. — А, да. Точно. Сейчас.       Джок торопливо стал нащупывать телефон в заднем кармане джинс. Отыскав устройство, разблокировал его и протянул его Джеку. Тот, в свою очередь, набрал и сохранил свой номер. — Подожди секунду.       Джок забрал свой телефон и переименовал Джека в «Боксёр». — Так-то лучше.       Джок повернул экран мобильника в сторону Джека, чтобы он смог разглядеть название контакта. — Смеёшься что-ли? Вот же говнюк!       Засмеялся Джек, делая вид, будто всерьёз намеревается дать Джоку хороший поджопник. Джок уклонился и набрал «Боксёра», чтобы его номер определился у Джека. — Мне уже пора идти. Так что свяжемся позже! — Вали уже! От тебя сигаретами за километр несёт!       Толкнул Джек на прощание Джока.       Джок затушил окурок об мусорный бак позади и помахал на прощание. С Араном и Тату он уже попрощался, и теперь, когда Джок увидел улыбку на лице Джека, мог спокойно отправиться по делам.

***

      Вам знакомо чувство, когда кажется, что в определённый момент вы можете всё? Уголки губ Джока растянулись в широкой улыбке, которая никак не хотела сходить с лица. А его глаза устремились вдаль. Он желал скорее добраться до здания, где раскинула свои корни мафия. И нет, не потому, что он хотел поскорее встретить свой конец. Скорее встретить начало чего-то грандиозного. Джок спешил, чтобы увидеться с Хоем и поделиться новостями. Теперь у них была своя группировка. Люди, готовые идти против мафии вместе с ними. Услышав это, Хой точно обрадуется. С каждым пройденным шагом Джок всё больше ощущал, что готов сорваться на бег.       Фасад здания показался за одной из новостроек. И вот перед глазами Джока выросло вселяющее ужас логово Тхирасака. Дверь в помещение уже не казалась такой тяжёлой. Гнетущая атмосфера растворилась. Джок просто не замечал извилистых коридоров и замученных взглядов. Он будто существовал отдельно от этой вселенной. Его глаза быстро вычислили нужного человека в толпе. Она тут же отошла на задний план. Их глаза встретились, и Хой будто уловил его настрой. Архивист развернулся в сторону друга, собираясь что-то сказать, но вдруг он остановился, застыв на месте. Все слова куда-то исчезли, не преодолев и пол пути. Запястья Джока внезапно оказались скованы. И от призрака былой лёгкости и свободы не осталось и следа. Незнакомец завёл его руки за спину. Джок обернулся в попытке понять, кто помешал ему пройти всего лишь пару метров, до того, чтобы осуществить задуманное. Улыбка с его лица в мгновение спала. Нет. — Что происходит, Ват?       Ему всё-таки удалось посмотреть на того, кто его схватил. Джок не смог подавить волнение в голосе. Он инстинктивно дёрнулся, пытаясь вырваться, но попытка не увенчалась успехом. Появление Вата всегда было плохой приметой. Он был словно чёрная кошка, перебежавшая дорогу. Ват занимался в мафии чёрной работой, помогал боссу запугивать людей и выбивать из них информацию. И раз Ват пришёл по его душу, значит сегодня он его палач. — Босс приказал привести тебя.       Отрезал Ват, не добавив больше ни единого слова.

А вот оно что! Тогда всё стало понятно. Как же он сразу не понял.

      Получить от него хоть какой-то ответ — уже достижение, но этих слов мало, чтобы понять, почему понадобилось применять силу. Неизвестность разрослась в клубок оголённых нервов.       Джок в последний раз бросил взгляд на Хоя. Его глаза горели решимостью броситься на помощь. Он не мог стоять в стороне. Не мог позволить причинить боль единственному другу. Джок уже раньше видел этот блеск в глазах и знал, что это не сулит ничего хорошего. Потому что, если Хой сейчас кинется ему помогать, то их связь будет очевидна. И если окажется, что Джока повязали за то, что он пошёл против мафии. То босс может узнать об их союзе, за чем последует смертная казнь. Джок отрицательно мотнул головой, показывая, чтобы тот даже не вздумал приближаться. Теперь возникающие проблемы могут поставить под угрозу всю группировку.       Ват небрежно дёрнул Джока за собой. Всё что оставалось Хою — смотреть. Вновь он бессилен. И это бессилие легло грузом на его плечи. Он просто смотрел, как силуэт Джока отдаляется. Хой молился, чтобы Джок остался жив. Почему он снова не в силах помочь близкому человеку?

Бог ты чувствуешь, как наши сердца поджимаются в страхе перед будущим?

      Джок отдалялся всё дальше по коридору. Пока Хой молился, чтобы его друг пережил этот визит. Он не готов хоронить ещё одного друга.

Бог, ты слышишь нас?

Когда мы проливаем горькие слёзы на могилах.

      Дверь в кабинет босса открылась и быстро захлопнулась.

***

      Рука касается холодного металла. Ключи ловко проникают в дверную скважину до щелчка. Поворот ржавой расшатанной ручки. И дверь со скрипом открылась. Джек делал эти движения на автомате, так как провёл в этом доме всю жизнь.       Из квартиры повеяло незнакомым холодом. И этот холод пробирал до костей. Наверное, к нему давно нужно было привыкнуть. — Я дома.       Слова с пустой надеждой канули в другом конце квартиры. Конечно же ответа не последовало. Чего Джек вообще ожидал? Что сонный Рам, как обычно, высунется из дверного проёма и поздоровается? Или спрятавшись, решит подшутить? Джек надеялся до конца, заведомо зная, что как только пальцы упадут на выключатель. Зажжётся свет. И вместе с ним потухнет его надежда.       Запустив в дом тусклый свет, Джек растерял, казалось, последние слова. Весь дом был перевёрнут. На полу лежала их с Рамом одежда. А в углу распотрошённый ежедневник брата. Джек до сих пор хранит его вещи, так как не хватало смелости расстаться с последним, что осталось от брата. Джек повернул голову и увидел, что дверь, обычно скрипящая под рукой Рама, повисла на вывернутых петлях, зияя черной дырой.       Джек медленно переступил порог дома, вооружившись железной ложкой для обуви.

Здесь кто-то был. И возможно чужак до сих пор в доме.

      Джек старался не издавать ни звука, прокрадываясь вглубь квартиры. Он прислушивался к каждому шороху. Его дыхание стало прерывистом, а руки похолодели.

Могли ли это быть убийцы Рама, которые теперь пришли и по его душу?

Скрип.

      На секунду Джеку показалось, что его сердце остановилось. Он замер.

Скрип.

Неужели, он не один?

      Рука крепче сжала металл.Стоит ли ему притаиться или наоборот идти на пролом? Если в доме кто-то есть, они непременно слышали, как Джек вернулся домой. Тогда его специально поджидали?