Праздник Воскрешения

      Когда мы говорим о воспоминаниях, то это вовсе не значит, что они будут хорошими. Но им и необязательно быть плохими. Мы отчаянно цепляемся за них в надежде увидеть что-то большее. Нет. В надежде снова оказаться там, где светит ещё не угасшее солнце. Там, где готовы задержаться на ещё пару вечностей с горстью часов, навсегда забывших о том, что они куда-то спешат.

Flashback.

— Я уже помыл посуду, остальное на тебе! — Джек! А помогать мне кто будет? Завтра тогда сам всё убирать будешь!       Джек с громким смехом убегал от старшего брата, несясь по коридору. Он раскинул руки, словно крылья самолёта, касаясь кончиками пальцев стен.

Конец flashback.

      Подушечки пальцев Джека коснулись стены. Она будто стала для него опорой. Путеводной нитью в комнату, откуда исходил протяжный свист. Каждый шаг казался громче остальных. Половицы скрипели, так и норовя рассказать о возвращении владельца квартиры домой. Всего-то преодолеть коридор. Вроде, нетрудно. Но каждый звук, заставлял что-то внутри него перевернуться. Джек остановился, прислушиваясь к каждому шороху. Он набрал воздух в лёгкие.       Кто знает, может через секунду, когда он заглянет в комнату Рама, на него наставят дуло пистолета. И это окажется его последним вздохом.

Flashback.

— Рам! Ну, ты и говнюк!       Крикнул Джек, ворвавшись в комнату брата, держа в руках свои джинсы. — Надо мной же в школе смеяться будут! Лучше бы я сам их зашил!       Рам сидел за столом, играя на компьютере в очередную аркаду. Но как только к нему прибежал Джек, он сразу же повернул голову, и не выдержав, прыснул со смеху. — Ты чё ржёшь? Ну, правда… Получше заплатки не нашлось? — Нечего было рвать их. Чем смог, помог. — Я же не специально!       Возмутился Джек на обвинение.       На коленке одной из штанин зияла дырка, которую Рам умело зашил заплаткой в виде мультяшного цветка с розовыми лепестками и жёлтой сердцевиной. У них было не так много денег, чтобы покупать новые вещи. Так что они зашивали старые, пока те совсем не износятся.       Рам все ещё заливался смехом, смотря на раздосадованное лицо младшего, который всё ещё стоял в дверном проёме.

Конец flashback.

      Силуэт Джека застыл у входа в комнату. Сердце замерло вместе с ним разливая по всему телу холод. Нужно повернуть голову. Мозг отказывал подавать сигнал в тело, включив режим самосохранения. Джек стиснул зубы и задержал дыхание. Его голова медленно повернулась одним лишь усилием воли.

Хлопок.

      Внезапно послышался хлопок, оглушивший Джека. Страх сковал его в стальные оковы. Заставляя, тело замереть на месте и закрыть глаза.

Я жив?

Тишина.

      Этот хлопок, оставил после себя молчание. Ни приближающихся звуков шагов. Ни тёплой жидкости, вытекающий из его головы, которая бы стекала по его вискам, оставляя кровавые пятна.

Что это было?

      Джек с нечеловеческим усилием разлепил глаза, устремив свой взор на стол, за которым когда-то сидел Рам. Внутри никого не было, лишь разбушевавшийся сквозняк, который хлопал не закрытым настежь окном. Владелец дома выдохнул. Первый этап пройден. Осталось лишь проверить другие комнаты. Джек развернулся, собираясь с новыми силами, чтобы выйти из комнаты. Но его взгляд зацепился за вещи, выпавшие из рюкзака Рама на пол. Он подошёл ближе и присел на корточки.

Что это?..

      Из бумажника Рама торчал билет, кажется, на электричку. Джек вытащил его, до сих пор трясущимися руками. На билете указано имя брата. Значит, это был точно его билет. Карие глаза медленно считывали информацию с билета до того момента, как Джек увидел дату отправления — 29.11.24. — Но как?..       Джека запутался. Рама не было дома неделю. И когда Джек пошёл в участок, чтобы узнать, куда пропал его брат, Вирайа сказал, что тоже не знает. После чего Рам был объявлен пропавшим без вести. Почему он уехал, ничего не сказав? А главное, что он делал в Чиангмае?       Если вещи Рама с той поездки лежат здесь, значит он приходил домой, прежде чем его убили. — Если бы в день, когда ты вернулся, я был дома, то мы бы смогли увидеться ещё раз, …прежде… чем ты умрёшь…       Кроме Рама у Джека не было больше никаких родственников. Тогда зачем он поехал туда?       Джек сидел один в большом доме, где не осталось никого, лишь вещи Рама напоминали о том, что когда-то дом был полон жизни. В такие моменты он больше не знал сможет ли подняться, чтобы идти дальше. Но внезапно перед его лицом возникла улыбка Джока. Джек положил ладонь на сердце, в тишине раздалось его сердцебиение. Он вспомнил.

Flashback.

— Мы обязательно найдём убийцу. — Вместе.       Добавил Джок, с улыбкой заглядывая Джеку в глаза. — Вместе.       Твёрдо согласился Джек.

Конец Flashback.

      Точно. У него есть напарник и люди, которые готовы сражаться вместе с ним. Сейчас ему нужно вернуться и рассказать им о том, что произошло. Джек опёрся об колени и поднялся. Он положил билет в карман джинс и отправился прочь из крепости, которую когда-то давно они построили с семьёй. Крепости, которая развалилась быстрее, чем он успел моргнуть. Он отомстит за брата. Будет искать справедливость в каждом уголке, пока не найдёт её.

***

      Тело покрывшееся синяками с грохотом рухнуло на ковёр. Джок выдавил улыбку из потрескавшихся кровоточащих губ. Ведь совсем недавно, когда он отчитывался перед боссом, точно также лежал его коллега. Но между ними была существенная разница. Джок всё ещё был жив. Только на долго ли это?

Чего они ждут? Почему его до сих пор не убили?

      Зрение расфокусировалось, а глаза застелила кровавая пелена.

Я действительно встречу свой конец здесь?

      Он выдержал не один удар и порезы, очертившие его шею, спину и плечи. Раны жгли и чертовски ныли. Его тело будто горело в огне. Джоку не верилось, что всё-таки он проиграл боссу. Конечно, глупо было надеяться, что он сможет свергнуть криминального главу. И всё же…он хотел в это верить. И верил до самого конца.       Босс так и не сказал, в чём причина этой встречи. А ответ в безэмоциональных глазах Вата до сих не появился. Было страшно спрашивать. Было страшно молчать. Было страшно умирать. Да, он работал в мафии, но всё ещё боялся смерти. — Что…я…       Фраза оборвалась кашлем. — Сделал…? — Ты ещё спрашиваешь?       Джок догадывался. Он предатель. Но никак не был готов, что его раскроют так быстро. Неужели, он и вправду всё знает? Только когда его раскрыли? Когда он, Рам и Хой нашли документы о заказе убийства их родителей? Когда они сделали первый шаг к своей цели? Или его опознали, когда они с Джеком убегали от погони? А может, босс всё ещё злиться из-за сделки с его двоюродным братом? Джок так и не смог получить плату за убийство. Слишком много чего могло привести к такому финалу.       Ват стал ещё более разъярённее. Он с чувством пнул Джока прямо по одной из кровоточащих ран, от чего Джок взвыл, прикусив губу, и схватился за рёбра. Из раны снова начали выступать капли крови. Ват сел на одно колено, а его руки сложились на шее мученика, собираясь придушить Джока. — Ват.       Приказной тон Тхирасака тут же заставил ослабить хватку Вата. Позволив Джоку, сделать ещё один вдох прежде, чем умереть. Глава мафии поднялся из-за стола, заведя руки за спину. Он шёл в сторону Джока, который измученным взглядом сопровождал его путь. — Вчера отделение по сбыту наркотиков во время сделки видели тебя. Ты следил за сделкой с каким-то парнем. Пусть вас не поймали, но ты должен понести ответственность за свой поступок. Какого чёрта ты был там, Джок? *Употребление наркотических веществ вредит вашему здоровью и запрещено в РФ.

Блять. Мне полный пиздец.

      Джок пытался придумать наиболее правдивую ложь. Но на ум ничего толкового не приходило. — Господин Тхирасак, я вчера узнал, что в паре кварталов продают вкусный Пат Капао. Решил сам убедиться в этом и случайно увидел наших…О сделке я не знал.       Со всей уверенностью в голосе произнёс Джок, устремив глаза на босса. Если эта глупость спасёт его жизнь, то он будет приходить молиться в храм каждый день. Лишь бы это сработало. — Поднимись.       Твёрдо приказал Тхирасак.       Ват отошёл в сторону, выжидая, когда сможет прикончить Джока. Он был похож на пса, которому лишь дай команду, и он не задумываясь, ринется в сторону финансиста и разорвёт его.       Джок впился ладонью в чёртов ковёр и постарался поднять своё свинцовое тело. Вторая рука оттолкнулась от пола. Ему наконец удалось сесть на корточки и перенести свой вес на ноги, которые еле держали своего владельца. Вспышка боли неприятно прострелила голову, как только Джок встал. В глазах потемнело, но он старался держаться как можно ровнее.       Босс мафии подошёл ближе. Они стояли друг перед другом на расстоянии вытянутой руки. — Джок, я воспитал тебя.       На этой фразе внутри Джока что-то перевернулось. Страх превратился в кипящую злость. Ведь именно из-за этого человека умерли его родители, а он остался сиротой с бабушкой инвалидом. Именно этот ублюдок испортил его жизнь. Он мог прожить счастливое детство с любящими родителями и здоровой бабушкой. Он мог, как и все дети играть на площадке в догонялки, но человек перед ним лишил его всего. Лишил выбора.       Глаза Джока сравнимы с кусочками льда, а кожа вокруг них покраснела. — Ты рос под этой крышей. Я оставил в живых твою бабушку. Не для того, чтобы ты в конце концов предал нас. Ты знаешь, как мы поступаем с предателями. И ты не станешь исключением. Мне нужны твои навыки. Но если ты действительно предашь меня, то я пущу в твою голову пулю без предупреждения.

Вот же ублюдок.

      От взгляда Тхирасака бросало в холод. И это не сравнится с тем взглядом Джека. Он был полон уверенности и решимости. А в глазах Тхирасака будто поселился сам дьявол, затягивающий своими тёмными глазами прямо в бездну. — Я понимаю босс. Большое вам спасибо.       Финансист старался звучать как можно убедительнее, хотя глубоко внутри хотел убить Тхирасака. И всё же Джок не смог сдержать саркастичную улыбку, не сумевшая ускользнуть из виду Тхи.       Брови Тхираска свелись на переносице. — Ты ведь был там не один.

Блять.

      Джок не хотел впутывать в это Джека. По крайне мере, раскрывать личность Джека точно нельзя. — Кто был с тобой в тот день? — Это…тот знакомый, который рассказал мне про место, где продают Пат Капао! Я его встретил на рынке.       Ват стиснул губы, а его сложенные руки опустились по швам. Он сделал шаг в сторону Джока. И этого шага хватило, чтобы взять Джека за шиворот. Финансист смотрел на босса, в надежде, что тот отдаст приказ не трогать его. Но Тхирасак лишь смотрел, не проявляя никаких эмоций. Ват замахнулся правой окровавленной рукой, сжав кисть в кулак. Его траектория направилась точно в лицо Джока. От удара тело Джока пошатнулось, но он всё же смог удержаться на ногах.

Я хочу защитить тебя, Джек. Если сегодня меня убьют, то ты будешь жить. И сможешь отомстить за Рама вместе с парнями.

— Ещё раз спрашиваю тебя. Кто был с тобой в тот день.       Джок поднял голову на босса. С его губы стекала кровь, а на щеке появлялся синяк. Джок ни издал ни звука, новый удар тут же последовал за молчание. Мафия умеет выбивать информацию. Но у этой информации слишком высока цена. — Всё также будешь молчать?

Если я буду молчать, то убьют нас обоих…

— Со мной был…       Джок выдержал паузу, судорожно перебирая все имена, которые только мог вспомнить. — Банят!       Услышав нужный ответ, Ват взглянул в лицо Джока полное уверенности. И лишь тогда мучитель толкнул Джока вперёд, наконец то отпустив из стальной хватки. Джок упал на колени и еле слышно выдохнул.

Сработало?

— Ват, можешь идти.       Палач покинул комнату, захлопнув за собой дверь. Что же будет теперь? Какое решение вынесет босс? — Надеюсь, такого больше не повторится, Джок.       С укором посмотрел на подчинённого глава мафии. — Поднимись.       Несмотря на адскую боль, которая сразила тело Джока. Он с усилием выпрямился. — Приношу свои извинения.       Руки Джока переплелись в замок. А его голова смиренно опустилась вниз. Сейчас смирение — его единственное оружие против босса. Перетерпеть, двинутся дальше и победить Тхи. Лишь бы протянуть хоть секунду дольше в этих давящих стенах, которые казалось раздавят Джока в порошок и не оставят и следа. — Как продвигается оплата убийства того журналюги? Ты ведь уже получил деньги?       Джок сомкнул губы. В последние дни у него совсем не было времени вновь напомнить двоюродному брату Тхирасака про оплату. — Ваш двоюродный брат так и не заплатил. Его решение не изменилось.       Тхирасак явно вышел из себя, он дал Джоку пощёчину. Кольцо неприятно впилось в рану на лице. Алая полоса проявилась на его коже, растянувшись коротким следом от уха до уголка губ. — Ты разочаровываешь меня снова и снова, Джок! Блять. Так измени его решение! — Господин Тхирасак, я… — Моё терпение не безгранично. И ты сам это знаешь!       Стукнул по столу глава мафии. — Если ты не принесёшь мне деньги завтра. Пеняй на себя. — Хорошо, к завтрашнему дню я принесу вам деньги. — Уходи.       Отрезал босс, ни сказав больше ни слова.       Джок хотел было что-то добавить, но понял, что в таком состояние босса лучше не трогать. Поэтому искалеченное тело, хромая, двинулось в сторону выхода. Как только он вышел из кабинета Тхирасака, ему на миг показалось, что он вот-вот потеряет сознание. Спина Джока прильнула к холодной стене. Ему нужно перевести дыхание, иначе с таким изобилием ран, он отключится прямо по дороге, не проделав и пол пути. По телу неприятно текла кровь. Видимо, одна из ран слишком сильно тёрлась об одежду.

Нужно идти.

***

— Эй, Джок!       Хой, завидев плетущегося друга, ноги которого просто волочились по земле, тут же бросился к нему. — Эй, эй, ты живой?       Хой встал напротив Джока и положил руки на его плечи. Джок остановился и продолжил молчать. Финансист не понимал почему так сложно было выдавить всего пару слов. От шока?       Глаза Хоя увеличились, как только он опустил голову вниз. — Джок!       Хой тряс друга за плечи, чтобы проверить, слышит ли его Джок вообще.       На асфальте образовались капли крови, стекающие в небольшую лужицу. Хой поддался панике, не зная что делать. — Чёрт возьми! Что произошло? Это из-за… — Гараж.       Архивист подхватил Джока с одной стороны и положил его руку себе на плечи, а с другой придерживал его талию. — Тебе нужно обработать раны, давай в больницу. — Нет. — Джок, ты хоть видел себя? Нужно чем-то обработать раны.       Настаивал Хой на своём, будто финансист совсем не понимал в каком состоянии находится. — Я хотел. Рассказать про парней, которые согласились нам помочь. Гараж. Нам нужно туда.       Речь Джока была не связной, но что-то Хой смог уловить, поэтому решил довериться ему. — Ладно, веди. Только. Не умри.       Архивист, возможно преувеличивал. Но после смерти Рама, у него остался лишь Джок. И Хой не готов потерять ещё и его. Так что он покрепче обхватил Джока и был готов пройти столько сколько нужно, даже будет готов понести Джока, если это потребуется.

***

— Так куда мы вообще идём? — Помнишь, я тебе сказал про парней, которые готовы нам помочь?       Хой утвердительно промычал. — Один из них.       Голос Джока стал чуть тише, он почти перешёл на полу шёпот. — Брат. Рама.       Удивление вспыхнуло на лице Хоя. — У него есть…!!! — Потише, идиот. Нас же могут услышать! Если Рам скрывал это даже от нас. Нужно сохранить его тайну. В общем, он хочет найти убийцу. И в поле возможно, что это наш босс убил Рама. В любом случае у нас одна цель. Мы объединились.       Эмоции на лице Хоя сменялись одна за одной. — А кто остальные? — Те, кому мафия тоже подпортила жизнь.       Джок споткнулся об собственную ногу и чуть не упал, из-за чего его рассказ прервался. — Ты как? Ещё можешь идти?       Посмотрел на изнурённое лицо Джока Хой. — Да, я не настолько слаб.       Хой намеренно убрал руку с его талии всего на пару секунд, за которые ноги Джока успели подкоситься, а он сам уже было потерял равновесие. — Ах, ты!       Хой знал, Джок лишь храбрится. — Говоришь, можешь идти сам? — Ну, ты и козлина! Знаешь это?       Завидев улыбку Джока, Хой понял, что тот в порядке. По крайней мере настолько, насколько это возможно.       Впереди виднелась толпа, кучковаввшаяся прямо посреди дороги. Люди в ужасе бегали, панически крича что-то друг другу. А чуть поодаль стояла какая-то женщина, из глаз которой, не прекращая, текли слёзы. Паника накрыла всех, кто был в этом водовороте. Кто-то махал руками, подзывая к себе, кто-то в испуге закрывал детям глаза, уводя их подальше. — Ты видишь, что произошло? — Нет. — Давай подойдём ближе?       Риторический вопрос. Ведь шумиха заинтриговала обоих. Хой и Джок уже прорывались сквозь толпу.

Откуда в их глазах столько ужаса?

      Для большего погружения включите песню «The beginning of the End» — Klergy — Кто-нибудь! Помогите!       Прямо в эпицентре толпы вопила женщина преклонного возраста.       Джок вместе с Хоем смогли пробиться в самое сердце толпы. И как только они оказались у истока, воцарившего здесь хаос, Джок потерял дар речи. Он смотрел, и не мог поверить своим глазам. — Как…       Его сердце упало и разбилось. К горлу подступил ком. Он не готов поверить в то, что только что увидел. Все крики исчезли, кроме одного. Его собственного, воющего прямо в голове.       Reckless behavior.       (Безрассудный поступок.)       Внезапно тело Джока перестало слушаться. Джок упал на колени. Люди вокруг превратились в броуновское движение, его начало и конец стали одним целом — неразличимой тенью.       Is looking at a man,       (Смотреть на человека,)       Like he was a savior.       (Будто он спаситель.)       Перед Джоком лежало окровавленное тело человека, который не раз выручал его.       Blind leading blind.       (Слепой ведёт слепца.)       И сегодня этот человек выручил Джока в последний раз. Банят был его старым знакомым, который иногда делился едой или добрым словом.       Everything looks darker.       (Всё темнеет.)       А теперь он мёртв. Его голова была расколота надвое, лежа в собственной крови.       When you close your eyes…       (Когда закрываешь глаза…)       Джок уверен, что его убил босс. Нет.       When you close your eyes…       (Когда закрываешь глаза…)       Его убил не босс. А он сам. Это его вина. Теперь стало понятно, куда ушёл Ват. Пока босс допрашивал его, он пришёл сюда, чтобы вознести крест над могилой ни в чём неповинного человека.       What were we thinking?       (О чём мы думали?)

Я убийца.

      Джок всегда думал, что так как он занимается финансами, то никак не связан с убийствами.       Back at the beginning.       (Возвращаясь к началу.)       The beginning of the end.       (Началу конца.)       И только сейчас он понял, что всегда был частью этой жизни. Так или иначе влиял на судьбы людей. Пускай не напрямую, но его руки тоже крови. Джока всегда окружала смерть, и только сегодня он понял, что всё это время был точно таким же жнецом.       The beginning of the end.       (Начало конца.)       Джок часто прикрывался тем, что у него просто не было выхода. Но выход всегда был перед его носом. Он просто боялся открыть дверь, за которой практически на пороге стояла горькая правда, сводившая зубы.

Интересно, узнай, Джек правду, он бы тоже посчитал меня убийцей?

Ведь этот парень всегда стремится к правде и отчаянно её ищет.

Но что если убийца стоит прямо перед ним?

Скорее всего, Джек убил бы меня.

И почему я вообще о нём думаю?

      The rise and the fall.       (Взлёты и падения.)

Бан не заслуживал смерти.

Никто не заслуживает такой смерти.

      Descending into madness.       (Погружение в безумие.)       Джок начал сходить с ума.

Я. убийца.

      После этого он просто не может прийти в мафию снова. Джок не готов работать на этого человека. Даже если ему тоже придётся умереть. Джок будет готов принять удар.       The writing's on the wall,       (Письмена на стене,)       Если это был предупреждающий выстрел. То чего стоило это предупреждение?       Starting a fire.       (Разгорается пожар.)       Он тоже рискнёт своей жизнью и не вернётся. Джок не хочет быть убийцей. В его жизни слишком много сожалений. И как бы он не пытался сделать всё как лучше, всегда выходило с точностью да наоборот.       Cause all you really wanted,       (Ведь всё, чего мы действительно хотели,) — Джок! Ты чего? Вставай!       Хой старался достучаться до Джока, который всё также сидел на коленях напротив трупа.       Was just to watch the world burn.       (Смотреть, как мир поглотит огонь.)       Джок наконец повернул голову. Но Хой никак не ожидал встретиться с пустым взглядом Джока. Или же…они были полны отчаянья? — Я.убийца.       So watch it burn!       (Так смотрите же, как он полыхает!)       Джок сам не верил в то, что говорит это. Ведь сказать такое вслух — совсем другое. Но это действительно так. — Джок, ты чего?       Хой оторопел. Он не понимал, как Джок мог быть убийцей.

Что с ним происходит?

Разве могла смерть торговца так впечатлить его?

Мы ведь работаем в мафии с ранних лет. В мафии, которая занимается наёмными убийствами, свойственно убивать, прибирая за собой след из горы трупов.

— Давай, Джок, вставай.       Пока Хой не разобрался, решил поднять Джока и увести его подальше от этого места. У них не так много времени, чтобы останавливаться. Чем быстрее Джоку окажут помощь, тем лучше. Они разберутся с этим позже. Когда ему станет лучше.       The beginning of the end.       (Начало конца.)       Архивист поднял друга и поставил его неподвижное тело на ноги. Джок лишь напоследок взглянул на обезглавленное тело Бана.

Бан, прости меня.

Мне жаль, что так получилось.

Если бы я знал, то никогда бы не позволил тебе умереть.

Прощай, Бан.

Бан.

Если бы ты был жив, то чтобы сказал мне прямо сейчас?

Разозлился бы и стал винить в своей смерти?

Или рассказал бы напоследок очередной анекдот?

Покойся с миром, Банят.

      Парни удалялись прочь от всей шумихи, а возгласы вскоре начали отдаляться.

Почему Джок так отреагировал?

Как он вообще может быть убийцей? Они ведь только что пришли сюда вместе и ещё не знали об этом происшествии.

      Хой пытался предположить, что могло так шокировать Джока, но на ум так ничего и не пришло. К этому времени они ушли достаточно далеко. Джок примерно объяснил, где находится их убежище, по очертаниям они шли в правильном направлении. Но за всю дорогу Джок ни сказал больше ни слова. Он молча перебирал ноги, шагая к гаражу. Решение покинуть мафию. Не так. Сбежать от мафии. Никак не откликалось в душе. Он не чувствовал того, что называют «как гора с плеч». На него будто бы навалился гораздо больший груз, готовый вот-вот опрокинуть его наземь. Джок до сих пор видел перед глазами расколотый череп Бана и его стеклянные глаза, а в ушах всё ещё стояли крики. — Джок? — М? — Это то место?       Джок наконец перевёл взгляд с монотонного асфальта на место, куда указывал палец Хоя. — Да. Мы пришли. Надо постучать.       Джок шагнул ближе к секционной двери, и оперевшись одной рукой о бетон, постучал уцелевшей костяшкой. Было подозрительно тихо, не было и намёка на то, что кто-то роется в вещах в поиске ключей. — Ты уверен, что здесь вообще кто-то есть? — Уверен.       Хой задумчиво осмотрел гараж и жилую пристройку к нему. — Я пойду посмотрю дом с той стороны, узнаю, горит ли свет. — Давай. Я здесь подожду.       Как только Хой оставил Джока и завернул заугл, к его шее тут же приставили гаечный ключ. Он только хотел позвать Джока, одновременно пытаясь высвободиться из хватки, как его рот оказался прикрыт рукой. — ЖОМ!       Хой не оставлял попытки позвать друга, пускай его и попытались заткнуть. Он был всего лишь архивистом, и как таковых навыков боя у него не было. — Ты кто?       Задал вопрос незнакомец, убирая руку от чужого рта, но при этом всё ещё держа металл на таком расстояние, чтобы в случае чего можно было с лёгкостью придушить архивиста. Тату хотел сохранять осторожность. В последнее время к ним слишком часто приходят монополисты. Вдруг он член мафии и хочет убить его? Никто не знает наверняка. — Я с Джоком.       Всё же попытка не пытка, верно? Если бы Хой мог скрестить пальцы, то давно бы сделал это, лишь бы это сработало. Они ведь точно туда пришли? — Джоком? Блять.       Простонал Тату и отпустил парня. В то время как Хой пытался уловить в интонации Тату намёк, который бы дал понять, что им действительно здесь рады. — Я что похож на…       Хотел было возмутиться Тату тем, что к нему вновь пришли будто он благотворительность здесь устроил, но прикусил язык, когда увидел изувеченного Джока. — Кого там ещё принесло, Тату? Ты где застрял?       Возмущённо позвал Тату Аран, но тут же замолчал. Его руки похолодели. Перед лицом будто снова возник репортёр залитый собственной кровью, к которому мафия пришла возможно в первый и точно в последний раз. Что тогда, что сейчас, Аран не знал что делать. Он просто стоял и смотрел. Будто все его конечности онемели. Будто он вообще находился в другом измерении совершенно отдалённом от этого. На Альфе Центавре, куда так поспешно дьявол зазывал Ангела ступить на непорочную землю и остаться там навсегда, забыть про всё, что существовало до сотворения рая.

Flashback.

— Я уверен, вы бы…       Арана будто кто-то ощутимо ударил в солнечное сплетение. Слишком сложно понять явь это или миф? Это было неважно. Потому что воздух перестал поступать в лёгкие, он не мог сделать ни одного вздоха. Его тело само отшатнулось назад, замерев возле входа. Человек в чёрном выпустил пулю в плечо журналиста. Аран не слышал выстрела, но видел как из плеча мужчины, не спеша, вытекала тёмная жидкость. Аран медленно перевёл взгляд с раны, устремив испуганный взгляд в не менее шокированные глаза журналиста. Они молили о пощаде. И оба понимали, что ему уже не выбраться живым. Челюсть журналиста то и дело приоткрывалась, о чём-то шепча. Возможно, он пытался договориться со своим жрецом, а может он лишь посылал сигнал SOS. Аран был настолько шокирован, что не слышал ничего вокруг. Подсознание лишь судорожно кричит «Беги!!!». И Аран бежит. Его ноги разворачивают тело на сто восемьдесят градусов и несут прямо к выходу. И лишь последний выстрел заставляет его остановиться. Аран с ужасом в сердце осознал, что тот выстрел был решающим для репортёра и, конечно же, для него самого. Он стал соучастником этого убийства. Когда пуля безжалостно вонзилась в светлую кожу мужчины, проникая глубже в череп, добираясь до мозга. Именно эта грань провела черту его свободы. Он дал человеку умереть. Но разве мог он что-то сделать против громилы с пистолетом? Это было бы самоубийством и только. Его, несомненно, заметили и он был следующей целью. Нужно бежать, не оглядываясь. Бежать. Бежать.

Конец Flashback.

— Аран!       Выкрикнул чуть громче имя своего друга Тату, который никак не откликался. Тату чувствует, как нервы завязались узлом, но всячески пытается прогнать это чувство, продолжая звать Арана. — Джоку нужна помощь, ты идёшь?

Может он бриться крови?

      На улицу выбежал Джек, никак не ожидавший увидеть сегодня Джока. Его зрачки расширились. — Джок, что случилось? — Я в по…рядке.       На « В порядке» это было совсем не похоже. Джек переживал, пытаясь отдышаться от проделанного из дома пути. Не успел он войти, как только их настигло новое совсем неизвестное бедствие. Мог ли Джок столкнуться по пути с теми, кто только разгромил его с Рамом дом? — Давайте заведём его внутрь.       Скомандовал Джек. Хой и Джек подхватили Джока с обеих сторон и повели в дом. Они быстро преодолели путь от чёрного входа, которым Тату пользовался, если было лень отодвигать секционную дверь, до дивана. Парни начали метаться в поиске аптечки или чего-то, чем можно обработать раны и остановить кровотечение. Кровь на лбу и руках уже запеклась, но вот те, что были под футболкой всё ещё кровоточили. Кровь впитывалась в грязную футболку, въедаясь в ткань. — Эй, Джок, только не спи ладно?       В голосе Джека чувствовалось дрожь. Он не мог потерять Джека. Пускай они и не близки.       Глаза пострадавшего слипались, но тем не менее были всё ещё открыты. Джек присел на корточки рядом с диваном, пока Хой судорожно бегал в поиске бинтов. Он не в первый раз видел кого-то в … подобном состоянии. В мафии это обычное дело. И даже если Джок не был оперативным сотрудником мафии. Он занимал важное место в этой системе. И тем не менее, если люди отказывались платить, были задержки прибыли или итоговая сумма годовых не совпадала с поставленной боссом ценой, Джок получал удар за ударом. Хою уже приходилось лечить Джека. Только в этот раз всё было гораздо серьёзнее. Если те разы можно назвать лёгким ранением, то в этот раз Тхи собирался…убить его? Поток мыслей Хоя приостановился.

Убить.

Но с чего вдруг?

С чего вдруг босс захотел убить свою левую руку?

      Всё это время Хой исследовал просторы гаража, пока искал аптечку, но внезапно вся беготня прекратилась. У Хоя не было момента обдумать всё как следует.

Во что Джок ввязался на этот раз?

И главное…почему он просил прийти сюда. К этим людям. Мало того.

Здесь и брат Рама, который прямо сейчас согнулся над Джоком.

Неужели…

      В этот момент Хоя осенило «Ребята, которые хотят нам помочь».

Он собирает группировку против босса?

Если это был его план, то босс мог всё узнать.

Но как тогда Джоку удалось уйти?

      С каждым вопросом Хой как будто близился к непостижимой истине, которая вот-вот его нагонит. Чёрт возьми. Куда он сам вляпался? Хой давно решился работать с Рамом и Джоком против Тхирасака. Только теперь это было совсем другое. Целая группа людей. Это смахивало на войну. Но выиграют ли они её? У босса целая сеть по всему городу….Хоя настигло исступленнее.

Нет.

      Сейчас нужно помочь Джоку. А после он сам всё расскажет. Сейчас не время… — Ты смог найти чем обработать раны?       Обратился новый знакомый к Хою. — А, да. Сейчас.

***

— Аран, ты слышишь меня?       Уже без капли беспечности и сарказма позвал Тату, тряся того за подрагивающие плечи. Эти двое всё ещё стояли там на пустынной улице. Обычно здесь много прохожих, но сейчас Тату казалось, что вокруг ни единой души. Будто город вымер. Может быть, где-то внутри бы Аран и обрадовался такой внимательности к своей особе. Но сейчас он витал где-то в прострации. Внезапные воспоминания, нахлынувшие вихрем, выбили его из колеи. Тату нахмурился, как делал это тогда, если о чём-то переживал. Лицо Тату было прямо перед Араном. Его зрение потихоньку фокусировалось на знакомых чертах. Это позволяло немного расслабиться. — Я здесь.       Выдавил из себя непривычную интонацию Тату, которая явно не пришлась ему самому по вкусу. — Знаю.       Аран пытался не подавать виду, словно ничего не происходит. Однако он снова оторопел. Они редко бывают в таком коротком расстоянии друг от друга, что стилист растерял все слова. — Идём. Надо найти чем подлатать Джока. А то они разнесут весь гараж.       Пускай Тату больше ничего не спрашивал, что наверное…было к лучшему. Его действия словно были языком жестов, понятные Арану и без слов. Его паника улетучилась, оставив вечный сон репортёра и тот силуэт мужчины в чёрном позади. Будто это был ночной кошмар, постепенно отходивший занавес. Но в глубине души Аран чувствовал, что однажды этот занавес приоткроется. Сколько времени им отмерено? Год? Два года? Есть ли в их руках та вечность о которой так страстно пишут в книгах и клянутся ближние?

***

— Джок, ты как? Получше? — Да, спасибо.       С того момента как Джоку оказали помощь до то того, как Джек сидел на диване возле пострадавшего, они не произнесли ни слова. Между ними витала ощутимая неловкость. — Тебе следует отдохнуть немного.       Джек пытался продлить разговор и развеять эту тишину. Может ему просто кажется? — Я всё ещё не представился.       Хой стоял прямо перед этими двумя. Чего только стоило не подавать виду, что Джок уже, можно сказать, познакомил его с Джеком. Хотя нет. Самым сложным было не сболтнуть лишнего про Рама. У Хоя было много вопросов, но если Рам не хотел говорить про Джека. То Хой будет уважать его мнение. Скорее всего Джек не знал о деятельности Рама в мафии. Если того хотел Рам, то так и быть. — Точно.       Внезапно вспомнил Джок, что так ничего и не объяснил. — Это мой друг Хой.       Джек явно ждал продолжения, но что-то заставило Джока остановиться. Пускай Джок находился за пределами мафии, но всё ещё ощущал давление. Нужно быть осторожным.       Тату и Аран присели на диван напротив. Теперь вся команда в сборе и готова слушать, только вот что говорить? — Мы с Джоком до этого времени вместе придумывали, как добраться до босса мафии. Из-за него мой отец объявил о банкротстве, а сам начал тонуть в долгах. Ес…       Каждая сказанная Хоем фраза, натягивала нервы Джока как струну. — У всех нас…одна цель. Поэтому я привёл сюда Хоя.       Джок решил остановить Хоя, пока он не сказал ничего лишнего. Если бы его не избили в мафии, то они бы смогли всё обсудить, однако сделать этого не удалось. Благо Хой молчал насчёт Рама. — Теперь мы — команда.       Вместо того чтобы дать возможность другим перемолоть кости Хою или ему самому, Джок дал пищу для всеобщего размышления. — У нас будет название? Я могу что-нибудь придумать.       Подхватил идею Аран. — Ты уверен, что это хорошая идея? — Почему нет? Я разбираюсь в красоте получше чем ты.       Искренне удивился Аран. — А я умею водить машину.       Джок резко поперхнулся слюной. — Ты то? Я в последний раз из-за твоего вождения чуть не умер! — Ну, не умер же. Ты вообще водить не умеешь!       Развёл руки Хой якобы не при чём.       Пока парни шумели, Джек осознал, что он соскучился по такой атмосфере. Раньше он с братом часто в шутку о чём-то спорил. Это напомнило о былом. И наверное Джек впервые, вспоминая о брате, не чувствовал душераздирающую пустоту. Поймав себя на этой мысли, он ощутил благодарность судьбе за то, что повстречал этих людей. Всё могло обернуться совсем по-другому. Он мог попасться в тот день мафии и не остаться живых. Он мог свести счёты с жизнью, так и не смирившись с потерей. Но Джек повстречал тех, кто заставляет его сердце биться. Биться в надежде на то, что они добьются справедливости.

***

      Шаг. Ещё один шаг, раздававшийся эхом по бесконечным коридорам. Здание мафии напомнило Намо паучью сеть, в которую он влип, как и все здесь. Да, Намо в отличие от всех присутствующих имел выгоду от сотрудничества с мафией. После смерти Рама и Вирайи он стал получать больший процент от их сделки. Однако это не меняет того факта, что вести дела с мафией всё также опасно. И не потому что об этом может кто-то узнать. Причина была гораздо проще. Это могло стоить ему жизни. Сегодня ты друг главы мафии, а завтра ты окажешься заклятым врагом, чьё имя будет выцарапано в подсознание головорезов с мало приятной приставкой «убить». Наконец коридор оборвался на телохранителе с бесстрастным лицом. Он провёл рукой в сторону двери, жестом показывая, что тот может войти. — Проходите, господин ждёт вас.       Намо не теряя уверенности, дёргает за ручку и входит в кабинет. Босс мафии сидел спиной к гостю, но уже через секунду кресло, в котором сидел босс, прокрутилось. — А ты я смотрю, не побоялся прийти сюда.       Этот тон жутко не понравился Намо. — Вы мне угрожаете?       Шатену даже не приходилось задавать вопроса, чтобы понять, что это была угроза. Но сдерживать себя перед тем, кто даже не считает его равным себе, выводило Намо из себя. Он ведь представитель закона. — Так, дружеский интерес. И раз ты пришёл лично, я надеюсь тебе есть что сказать. — Конечно.       Глава полиции нарочно тянул время, чтобы тоже получить удовольствие от этой встречи. Они оба не так просты. Столь медлительный ответ начал подогревать нервы главы мафии, он хотел было что-то сказать, однако Намо стал говорить первым. Намо отлично понимал, что играет с огнём. — Не знаю, в курсе ли вы. У Рама есть брат. — Разве он не погиб? — Нет. Его зовут Джек. Думаю, вы уже знаете о том, что двое проследили за нашей сделкой. Одним из них был Джек. Ранее он приходил ко мне в участок, чтобы узнать, кто является убийцей его брата. Я сказал, что дело закрыли. Возможно, поэтому он решил действовать сам. Сегодня мои люди обыскали его дом, но ничего не нашли. — А что касаемо вещей Рама? — Я нашёл только билет в Чиангмай. — В Чиангмай.       Задумчиво произнёс Тхирасак, не добавив ни слова после. — Я считаю, что за информацию, которую я предоставил мне полагается что-то больше чем восемь процентов от прибыли организации.       Подвёл итог Намо, ожидая дополнительной платы или вознаграждения от мафиози. Безусловно он шёл на большой риск и понимал это. — А твоей жизни тебе недостаточно?       Ненароком спросил Тхирасак, прокручивая наполовину опустошённый бокал виски. — Когда мы заключали сделку, в условия не входила добыча информации.       Босс мафии хитро улыбнулся. Только вот эта улыбка скорее была похожа на оскал дикого зверя, уловившего свою добычу за хвост. — Я не просил тебя обыскивать дом Джека. А также не просил ничего докладывать. Ты сам добродушно поделился информацией.       Противостояние главы мафии и главы полиции набирало обороты. Они словно стояли на ринге. Каждый их шаг поставлен на кон. Люди ставят ставки, прикрывая голову, в ожидании того, того что эта финансовая пирамида рухнет. Вот только чья сторона весов перевесит? Кто в итоге окажется в выигрыше? — Не зря говорят, не клади палец в рот, а то и по локоть откусят.       Намёк Тхирасака был настолько прозрачен, что Намо даже не приходилось читать между строк. Фраза босса заставила шатена нахмуриться, его челюсть сжалась от злобы, скрипя зубами. — Если это всё. То можешь идти.       Сегодняшний разговор стал походить на объявление личной войны. Но ничего. Босс ещё поплатиться. Он будет долго сожалеть о сегодняшнем дне.