For God's name

Сказитель ликовал. Как давно кукла не был так счастлив. Черная радость заполняла его как сосуд - до краев. И причина его радости стоит перед ним: трясущаяся, сломанная игрушка. Осталось закрепить нити, и дочь Крукабены послушно запляшет марионеткой по его воле. Но все же и в шаге от победы, Шестой не утратил рассудительности. - Я говорил тебе, боги жестоки. Ты ведь просто хотела как лучше. Защитить себя вовсе не грех, ты и сама знаешь. Твоя подруга только защищала тебя и приют, и вот как ее заставила расплачиваться Архонт, - растянувшись на горячем от солнечного света камне, неспешно растягивая фразы, разглагольствовал Скарамучча. Любимая шляпа скрывала его лицо от пронзительных лучей светила и от робких, жалобных взглядов, что бросала на куклу Клерви. Меньше часа прошло с тех пор, как покой Предвестника потревожила встрепанная, запыхавшаяся девчонка. Она едва переводила дух, согнувшись пополам. Готовая слушать его, желающая его совета и руководства. Последний разговор с Перри прошелся как нож по сердцу. Клерви избегала подруги, отворачивалась, потупив взгляд. Ее разум как давшая течь дамба уступал неразрешимым противоречиям. Клерви изнывала от тревог днем, а ночью утопала в желанных грезах. К ней приходил Анжело. Ей улыбалась Крукабена. Перри просила прощения за жестокую шутку. Утро ставило все по своим местам: нет Анжело, мертва Крукабена. Одна лишь Перри осталась, будто бы и рядом, но стала недосягаема, изменилась, укрылась за другим, чуждым слуху Клерви именем. "Я просто хочу жить спокойно. Хочу, чтобы мои близкие, любимые были в порядке." Тягучие дни не спешили сменять друг друга. Ночи пролетали слабым утешением. Одним утром девушка так не кстати столкнулась с подругой, которую теперь именовала не иначе как директором. Их глаза встретились на миг. Бирюзовые очи метнулись в панике, заскользили, стараясь остановиться на чем-то другом. На чем угодно. На белоснежной шее бывшей подруги. Ворот одежды некстати открыл багровеющий след руки. Глаза Клерви невольно ширились. Рука определенно была маленькой, женской, но сомкнула пальцы на шее Арлекино с силой. Ниже оттиска пальцев виднелась россыпь синих следов разного размера. Девушка бледнела, боясь даже подумать, что стало причиной таких отметин. Директор же спешно дернула воротник, укрывая шею. Объясняться Арлекино не стала, прошла мимо застывшей в ступоре Клерви. Последний ручеек внес свой роковой вклад, и пала дамба. Клерви больше не хотела свободы воли. Лишь бы нашелся кто-то разрешит все ее немыслимые сложности. Лишь бы нашелся кто-то, кто скажет ей что делать. Она будет послушна. Сделает что угодно. Только бы больше не решать самой. Ее мир трещал по швам. Анжело бросил ее прикрывшись именем своего отца. Перри виновата. Перри сотворила ужасное, немыслимое. Но кажется и Перри расплачивается сполна. Иначе с чего ей прятать синяки. Неужели великолепная богиня Фонтейна может быть так жестока?! - Прошу, помогите мне... Я совсем запуталась... - задыхаясь умоляла Клерви того единственного, кому хотела довериться. Скарамучче она доверила свои потаенные мысли и тревоги. В нем увидела друга, советника. Ту властную длань, которая сможет направить лучшим образом. - Ты такая добрая, сущий ангел, - ласково говорил Скарамучча. Она и не заметила как Предвестник поравнялся с ней. Ощутила только пальцы заскользившие по щеке. Бесстрастные, холодные глаза Шестого без труда убедили девушку: он не может лгать. Ведь Клерви не читала в кукольном взгляде ни лести, ни волнения. Он не желал понравиться ей, утешить. Каждое слово слетевшее с губ Предвестника звучало неоспоримой истиной. - Прощаешь убийцу матери, а я бы не смог смириться на твоем месте. Не смог бы принять, что моей матери кто-то исподтишка нанес поражение, - мягко продолжал Шестой, не отнимая руки от лица девушки. - Но своим милосердием ты ранишь только себя. Рука Предвестника казалась неестественно холодной, когда сомкнулась на запястье Клерви. Юноша привлекал ее к себе. - Мне так жаль тебя. Такая добрая и такая несчастная, - Скарамучча обнял девушку дружески. Клерви давно искавшая чужой заботы соглашалась, нежилась как котенок, упираясь лбом в чужое плечо. - Ты ведь не хотела ничего дурного, и как все обернулось. Давай исправим это вместе? Вернем все на круги своя. Девушка замерла, затаила дыхание, слушая такие желанные слова. Предвестник угадывал ее мысли, предлагал исполнение самых заветных желаний. Сильная рука скользила по спине, поглаживая раз за разом. В первый раз Клерви напряглась, заволновалась, но Шестой не позволял себе лишнего. Он лишь хотел ее утешить. Клерви не помнила слетело ли с ее губ согласие, а потому повторяла еще и еще. Она согласна. Она во всем поможет Предвестнику. - Тогда освободим сначала твою подругу. Твою Перри, - шептал на ухо Сказитель, кривя рот усмешкой. - Без Архонта она обязательно станет какой и была. Я уверен. - Но как? - растерянно спросила Клерви. - Перри не станет слушать меня. - Ей не нужно слушать, а тебе - говорить. - со смешком отвечал юноша. - Убей бога. Клерви испуганно округляла глаза, не ожидая такого ответа. - Что такое? Я думал, ты хочешь помочь подруге, - заботливо интересовался Шестой. Он отстранился от девушки и поймав ее руку, нежно сплел их пальцы. - Разве ты уже не убивала? Клерви трепыхалась пойманной бабочкой. Разум услужливо напомнил: ты сама хотела следовать чужой воле, поздно идти на попятную. Девушка уронила голову на грудь и шепнула тихо: - У меня не хватит на это сил. У меня нет даже Глаза Бога. Последние слова заставили Скарамуччу скривиться и брезгливо отпрянуть от девушки. И его терпению есть пределы. Клерви же чувствуя себя бесполезной, сжалась, будто ожидая удара. Тихий металлически звук стал ей ответом. Следуя за ним девушка подняла глаза. Прямо перед лицом раскачивался на цепочке Глаз Порчи. Крупный медальон то открывал взору зеленых глаз лицо собеседника, то скрывал. Лицо Сказителя словно менялось укрытое Глазом Порчи лишь на мгновение. Бесстрастное прежде становилось злым. Девушка поздно подмечала перемену. Ее капкан захлопнулся. На запястьях затянулись петли, крепленые к ним нити натянулись, направили. И вот уже руки сами тянутся к заветному источнику силы, принимают его тяжесть. - Убей бога, ради тех, кем дорожишь, - стальными нотками звучал еще недавно мягкий и ласковый голос Сказителя. Больше не будет просьб или предложений. Не будет и выбора.

***

Фурина крутилась на улице. Вечер одарил приятной прохладой. Архонт крутилась на месте в ожидании своего сопровождения. Арлекино не опаздывала, но Фурина освободилась немного раньше намеченного времени. Ей не составит труда подождать любимую. Тем более, что богиню терзали уколы вины: недавно она перестаралась в их забавах и оставила слишком явные следы на теле Арлекино. Фурина недовольно морщила нос. В том есть и заслуга самой Арлекино. Девушка слишком многое позволяет своему покровителю. Она и сама могла остановить Фурину. Собственно последнего и добивалась Архонт. Жаль, что игра закончилась дурно. Пришлось обещать возлюбленной компенсацию. Фокалорс помнила каким интересом и энтузиазмом зажглись темные глаза на ее слова и тяжело вздохнула. Куда больше божеству по душе было смущать милую сироту, чем быть объектом проказ последней. - Ммр-р Отринув поток навязчивых грез, Фокалорс опустила глаза. О ее ногу потерлась черная с белым кошечка. Сердце бога таяло от такой нежности, но рука в белой перчатке так и не успела коснуться пушистой спинки. Изящно вильнув хвостом, остроухая прелестница заспешила по своим наиважнейшим делам. - Подожди! Кис-кис! - воскликнула Фурина, устремляясь в погоню за кошкой. - Постой, пожалуйста. Преследование не увенчалось успехом. Фурина обнаружила себя в квартале от места назначенной встречи. Рассеянно оглядываясь, божество роняло разочарованные вздохи. Она увлеклась. Снова. И скорее всего опоздает к Арлекино. Из тени здания за богиней следили внимательные глаза. От мрака закоулка отделилась часть. Фурина и не заметила движения. Когда фигура закутанная в плащ остановилась в паре метров, она обратила внимание. - Кто вы? - стараясь придать большей уверенности голосу, вопрошала бог. - Я только хочу поступить с вами так же, как и вы поступали с другими, - раздалось тихое бормотание. - Как вы поступили с Перри. Фокалорс моргала растерянно, стараясь отыскать в закоулках памяти человека с обозначенным именем. - Перри? Но я не знаю никого... - прежде чем она договорила, незнакомка пришла в движение. Фурина не успела уклониться, когда в нее влетела девушка в плаще. Резко сократившаяся дистанция и свет фонаря выхвативший из объятий тени лицо, позволили узнать напавшую. То была Клерви. Она тяжело дышала и смотрела на божество в отчаянной решимости человека, совершающего самоубийственную атаку на превосходящего противника. Но превосходства не было. Гидро Архонт пошатнулась, чувствуя как внезапно ослабели, начали подкашиваться ноги. Со странным ощущением дежавю она созерцала как по ее одежде расплывается алое пятно. Когда давно, целую вечность назад она сама точно таким же образом сбила с ног человека. Намеренно измарала тортом свою и чужую одежду. Однако не пропитка торта промочила ее одежду на этот раз. Боль нахлынула гигантской, неотвратимой волной, накрыла с головой, сбила с ног и завертела как безвольную вещь, оглушая. Фурина не поняла как оказалась ничком на мостовой, скуля и завывая в ужасе. Руки сами прижимались к животу, утопая в потоке крови. Она не знала, что делает и зачем. От чего собственные ноги скользят по уличному покрытию и не находя опоры, бьются коленями о камень. Бирюзовые очи лучились непониманием. Клерви не рассчитывала на такой успех. Она планировала только подкараулисть бога. Напасть, когда выпадет лучший шанс. Но не может же в самом деле Гидро Архонт умереть от одного удара ножа?! Разве правитель региона настолько слаба? На ее глазах госпожа Архонт воя от боли, пыталась уползти подальше от обидчика. Она даже не могла подняться, скользила по собственной крови и падала на колени, пока не обессилила. Крики сменились, жалобным хныканьем без причины наказанного дитя. Клерви не верила своим глазам. Разве так должен вести себя почти всесильный бог? Сумасшедшая мысль пронеслась в голове. Она справилась. Она смогла выполнить данное ей поручение. И Перри! Перри теперь будет свободна. - Леди Фурина! - пронзительный крик огласил улицу. Арлекино искала богиню, взволнованная ее опозданием. Арлекино побежала на раздавшийся в отдалении крик. И опоздала. Девушка со всей осторожностью подхватила на руки раненную возлюбленную. Фурина едва узнала своего спасителя. Судорожно вцепившись в лацканы пиджака окровавленными руками, она жалась к девушке. - Помоги мне, пожалуйста... так больно... - умоляла Архонт, заливаясь слезами. Арлекино изучающе скользила взглядом по улице, ища ответы на очевидные вопросы. Темные глаза округлялись в потрясении, когда остановились на стоящей поодаль особе. Капюшон спал. В напавшей на Архонта Отец узнавала свою дорогую подругу. Клерви выглядела безумной. Рот кривился в сумасшедшей улыбке, руки отчаянно сжимали орудие омытое кровью бога. - Перри! Гидро Архонт должна умереть! Позволь мне ее добить. И ты освободишься! Ты ведь и меня освободила, когда победила мою мать, - широко открытые зеленые глаза будто застило странной пеленой. - Никто больше не станет властвовать над нами! Над нашим домом! Воздух рассекли водные клинки. Острейшие лезвия летели, выбрав своей целью Фокалорс. Спустя долю секунды они исчезли в облаке пара. - Не защищай ее! - в отчаянии закричала Клерви. - Не смей! Это она виновата! Из-за Архонта ты предала дом Очага! По мостовой пронеслась волна жара. Ряд ало-черных шипов вырос из ниоткуда и устремился в сторону рыжеволосой. Как не велико было овладевшее девушкой безумие, инстинкта самосохранения оно все же не притупило. Клерви торопливо отступала, отбиваясь то от одного шипа, то от другого. Ножом в руке, элементом ли Гидро, парировать все атаки девушка не смогла. Застыла запутавшейся в сетях рыбешкой. - Перри! - еще один крик огласил улицу. Клерви не могла даже повернуть голову в пламенных тисках. Место, где стояла Перуэр, как на зло оказалось вне поля зрения. И все же пусть и лишенная возможности увидеть и подтвердить свою догадку, девушка была уверена - подруги простыл и след.