Огонь-голова

Прошу прощение за долгое отсутствие, я переезжал в другую страну. До битвы при храме оставалось каких-то два дня. Тень Пантеры решила позвать Опалённого на охоту. Это лучший способ отвлечься и проветрить голову, так же им предстоял серьёзный разговор. Её друг был сам не свой последнее время. Девушка видела его перед битвами, видела, когда он вспоминал о том пожаре, и видела его пьяным. Лишь раз, но этого одного раза было достаточно, что бы дочь вождя догадалась в чём дело. — Как ты себя чувствуешь? — Тень Пантеры старалась придать своей интонации самый искренний и беспечный тон. — Великолепно. Всего лишь кучка европейцев хотят нас уничтожить, — фыркнул Опалённый. — Это всё, что тебя тревожит? — они пробирались сквозь густые ветки экзотических деревьев, так что возможности увидеть лицо друга не представлялось. Опалённый молчал, чем действовал на нервы. — Единственное что меня раздражает, это твоё неумелое враньё. Ты никогда не был хорошим лжецом, и я это ценю, но сейчас это играет против тебя. Ты думаешь, ты умный, скрываешься от нас. Но все всё понимают, и ты выглядишь как глупая обезьяна. — Тень Пантеры, конечно, ты всегда самая умная, один Опалённый горелая тупая обезьяна. Как ты догадалась? Где я ошибся? — мужчина закатил глаза. — Я была рядом как только ты первый раз появился на острове. Я лечила тебя. Я учила тебя. Я знаю тебя как родного брата. Я была рядом когда ты познакомился с Рекой Ягуарсоном. Я была рядом когда ты страдал по нему. А так же, именно со мной ты ходил в разведку, и каждый раз почти незаметно уговаривал проверить как там Огонь-голова. Он ведь так опасен. Ты так внимательно следил, что чуть слюной не капал. Я уважаю тебя, Опалённый. Поэтому я знаю, что ты не всегда был таким дураком, а только по определённой причине тебе голову сносит так, что держать надо, чтоб ты из лужи не пил. Ты нужен племени сейчас. В трезвом рассудке и добром здравии. Прошу, будь со мной, — последнюю фразу она произнесла одними губами. Тень Пантеры просто хотела быть услышанной. У Опалённого духа не хватило перебить её. В конце концов она была права, во всём права. Он тщательно подбирал слова, чтобы, наконец, высказаться, но тут они заметили пробегающего мимо козла. Значит, диалог надо отложить на потом, в первую очередь надо занять позиции. Раздался свист тетивы и ногу Опалённого обожгла острая боль. Опалённый опустил взгляд и обнаружил, что тень Пантеры промахнулась, и попала не в того козла. Оставалось лишь надеяться, что действительно так случайно, как она говорит от этом. Козёл, обрадованный, но не на долго, сбежал. Девушка подхватила воина под руки, и вместе они направились в деревню. Нужно было скорее добраться до лекаря. По пути снова встретился злополучный козёл. В этот раз Тень Пантеры попала точно в цель. Но так же раздался громкий выстрел. К убитому животному подошёл Огонь-Голова. Опалённому захотелось выть от несправедливости. — Огонь-Голова! Нигде нет от твоих братьев покоя - даже здесь ты хочешь лишить нас добычи! Убирайся прочь! — Опалённый поморщился от боли, наступив на больную ногу. — Говориться. Огонь-Голова! Ты не друг колония. А Опалённый - молчать! Не слушать Опалённый. Я говорить Огонь-Голова помогать идти берег, мы давать Огонь-Голова козёл. Половина! Огонь-Голова благодарно заулыбался, кивнул, и перевёл взгляд на ногу раненого война. Тень Пантеры захихикала. — Знаешь, у меня есть инструменты, я могу помочь тебе, - он стал что-то искать в своей сумке. — Я не настолько беспомощен, чтобы доверяться какому-то смазливому демону! А твоим предложениям веры нет, тем более что... — Молчать! - Тень Пантеры прервала очередную бессмысленную тираду, — Лечить Огонь-Голова, Опалённый не возникать. Огонь-Голова достал какой-то странный треногий инструмент, схватил им стрелу. Аккуратно, как мог, сделал надрезы у раны, что Опалённый стоически выдержал. Извлёк стрелу. Европейская медицина действительно была более продвинута. Слова благодарности встали поперёк горла. Стало намного легче, но ходить всё равно пришлось хромая. Огонь-Голова не сказав ничего подхватил воина, которому на плечи водрузили козла, под руку с другой стороны, не обращая внимания на смущение, они втроём пошли вниз, к деревне. Тень Пантеры оправдывала своё имя любопытством, расспрашивая о жизни в Европе, особенностях "мен-та-ли-тента" и порохе. Огонь-Голова же спрашивал о выживании в лесу и хотел узнать новых слов на их языке. *** Вечер был идеальным. Действительно идеальным. Никто даже не вспомнил, что рыжий привел колонистов к Серебряному Ручью. Огонь-Голова, Опалённый и Тень Пантеры расположились на берегу бескрайнего океана, развели костёр и приготовили на нём тушу совместно-убиенного козла, приправив островными травами. Мясо жарилось на огне, волны тихо разбивались о скалы, прохладный вечерний воздух ложился на плечи усталой компании. Тень Пантеры делала успехи в освоении английского, Огонь-Голова выучил фразу "ты красивый" на языке племени и периодически поддразнивал ей Опалённого, который смущённо отмахивался от рыжего товарища по несчастью. Закатное солнце завершало свой ход по небосводу, сумерки сгущались. Ближе к полуночи они разошлись. Тень Пантеры изучала лицо Опалённого, ехидно улыбаясь. — Ты сам слышал, что он сказал! Не смей от меня отворачиваться, я не договорила! — она рассмеялась. До деревни они добрались не встретив проблем. Старейшина лишь усмехнулся узнав о том, как было получено ранение. Опалённый смущённо рассказал о том, как Огонь-Голова помог ему, в воздуха повисла немая мысль "Может быть мир всё таки возможен? Может этот рыжий безумец сможет уговорить колонистов?" Старейшина всегда, на протяжении всего своего правления был на стороне мира. Но так же всегда был готов к войне. Опалённому же гуманистические и пацифистские идеи давались с трудом, но в силу то ли молодости, то ли некоторых личностных особенностей он был готов поверить. Доверие, конечно, было хрупким, как лепесток орхидеи.