Обретая себя

"Иногда, чтобы найти свой путь, нужно потеряться на мгновение и

пуститься в неизведанное

Сатору сидел за своим столом в офисе, и в конкретный момент он ненавидел всё и всех. В особенности себя за то работал в этой ужасной фирме, в комнате со стареньким ремонтом с шумным кондиционером, который больше раздражал, чем охлаждал. Он вспоминал своих родителей. Отец, вечно занятой делами, всегда находил время, чтобы в очередный раз напомнить сыну о том, что он ничтожество. "Никто не построит твою жизнь за тебя", — Говорил Такеши. Створу ненавидел когда ему об этом напоминали, особенно отец. Мать, напротив, всегда была мягче. Грейс говорила о мечтах, о том, что жизнь — это не только работа, но и поиск себя. "Ты можешь быть кем угодно, Сатору. Главное, чтобы ты был счастлив" — часто повторяла она. Эти слова всегда согревали его, но сейчас казались укором. Он представлял её лицо, немного уставшее, с едва заметной, сеткой морщим указывающими на скорость времени, его неумолимую хладнокровность, но с такими же добрыми и проницательными глазами. Сатору был работником маленького офиса, расположившегося, практически, в центре Киото, где он проводил свои будни, был тесным и перегруженный бумагами, с ужасно шумными ноутбуками которые безумно раздражали. Его зарплаты хватало лишь на оплату коммунальных услуг и покупку еды. Благо, квартира ему перешла по наследству от бабушки , так что платить за проживание не приходилось. В офисе пахло дешёвым кофе из автоматов и бумагой. А ещё тут пахло, а вернее сказать воняло, какими-то противными, сладкими духами, которыми постоянно пользовалась секретарша, которая прямо сейчас прожигала его спину взглядом. Как же бесит. Сатору сидел за своим столом, спина болела из-за ужасно неудобного стула и постоянно сидячего положения. Он всегда мечтал работать в престижной компании — в месте, где его талант и амбиции могли бы проявиться во всей своей силе. Например в Нью-Йорке, родном городе его матери. Этот город манил его, как огни ночного мегаполиса, что мерцали вдали, маня в себя, словно живое существо, зовущее за собой. Он обещал свободу, перемены, осуществление мечт— всё то, чего так не хватало Сатору в этом однообразном Киото. В его глазах Нью-Йорк был местом, где возможности не просто встречаются, а пересекаются, где каждый день может стать началом чего-то великого. В этом шумном, нескончаемом потоке людей, среди небоскрёбов и огней, Сатору чувствовал, что его место именно там. Город, где мечты обретают форму. Но сейчас он был здесь, и это ощущение убивало его. Каждый день казался потерянным, каждый час — тянулся вечностью. Киото, некогда уютный и тёплый, теперь ощущался клеткой, из которой он не мог выбраться. Он смотрел на свою жизнь, как на книгу с бесконечно повторяющимися страницами с самым скучным в мире сюжетом. Он был так поглощён своими мыслями, что не заметил, как коллега подошёл и поставил перед ним очередную кипу бумаг. Этот парень — Канэмото, всегда слишком "правильный" во всём, прямолинейный, с постоянным выражением, будто он находит удовольствие в том, чтобы делать жизнь коллег невыносимой. Канэмото перевёлся к ним около полу года назад и из-за интрижки между ним и дочкой их детектора, то не трудно догадаться почему ему всё так легко сходит с рук. — Это тебе, — сказал Канэмото со своей мерзкой полу ухмылкой на губах, буквально всунув в руки пачку документов, не утруждая себя ни словами извинения, ни даже малейшим намёком на вежливость. Это парень нагло пользовался своим преимуществом в виде протекции директора и ему было ни капельки не стыдно. Отброс. Он мог бы высказать всё, что думал о Канэмото — об этой постоянной самоуверенности, будто весь этот офис принадлежит ему, о том, как ему всё сходит с рук благодаря протекции директора. Но это пустая трата времени, всё равно ничего не изменится. Сатору стиснул зубы, но не сказал ни слова. Весь день был испорчен. Сатору чувствовал, как его раздражение растёт с каждым часом, а мысли о Канэмото не давали покоя. Он хотел бы просто выкинуть этот день из головы, но не мог. Слишком много накопившихся неудовлетворённых ожиданий, а здесь, в этом офисе, они всё время сталкивались с реальностью, которую он не мог изменить. Он почувствовал, как напряжение в теле усилилось. Ужасное настроение не отпускало, а перспектива провести ещё несколько часов в этом здании с этим вонючим кондиционером и бесконечными бумагами казалась настоящей пыткой. Но он не мог уйти. Как бы ему этого не хотелось. Вечером, когда Сатору наконец собрался покидать офис, его телефон вибрировал. На экране высветилось имя - Сёко. Он ловко подхватил пальцами телефон и ответил на вызов. И вот, он стоял перед входом в местный бар. В спешке, едва успев вернуться домой, он переоделся в свои любимые широкие джинсы и, его любимую, черную толстовку с принтом кота показывающим средний палец. Сатору медленно подошёл к двери, ощущая, как напряжение, накопившееся за весь день, постепенно отступает. Он толкнул её и вошёл в тёмный, уютный зал. Атмосфера была приятной: приглушённый свет, музыка где-то на фоне и запах, алкоголя вперемешку в различной едой. Отчётливо Сатору слышал запах жаренного мяса . Всё казалось спокойным и уютным, совершенно противоположным атмосфере на работе Когда его взгляд встретился с Сёко, она подняла бокал с коктейлем и бросила ему лукавую улыбку. — Ты поздно, — произнесла она. — Я думала, ты забыл о нас. Сатору кивнул и направился к их столу в углу, замечая, как все негативные мысли вмиг развеялись. Он уселся, отпустив тяжесть, словно вся работа осталась за дверью. Сёко внимательно следила за ним, пока он не откинулся на спинку диванчика. — Ну что, рассказывай, — произнесла она, передавая ему стакан с пивом. — Ты выглядишь так, будто вернулся с фронта Он взял стакан и сделал первый глоток. — Канэмото… Этот тип меня просто невыносим, — сказал Сатору, пальцем обводя край стакана— Всю работу валит на меня, и ещё спрашивает, почему не успеваю. Устал. Серьезно. Вся жизнь, как однообразная рутина. Заебало всё. Сёко сидела молча, внимательно слушая Годжо. Когда он закончил говорить Сёко обойдя стол села рядом с ним и прижала его к себе, успокаивающе поглаживая его по волосам. — Тшш.. Сатору. Твоя жизнь в твоих руках и никто не вправе решать её за тебя. Прекрати воспринимать всё как должное, начни действовать. Она не просто утешала, её слова как-то прямо попадали в самое сердце, как напоминание, что его жизнь всё ещё в его руках, и даже в этом круговороте он может выбрать другой путь. Он обнял её в ответ и невнятно пробормотал -Сёко, спасибо тебе большое.. Тут к ним начали подтягиваться остальные. Первым пришёл Рю с улыбкой на лице, но по его мешкам под глазами было видно что он, явно, плохо спит. Он бросил сумку на стол и без лишних слов плюхнулся на диванчик напротив и потянулся за своим стаканом с алкоголем. К этому моменту Сёко отстранилась от Сатору и неспешно пила свой коктейль — Ну что, Сатору, как ты там?— спросил он, откидываясь на спинку стула Следом за ним подошёл Идзака — высокий и подтянутый, с милым, небольшим родимым пятном тянувшимся от левого глаза до переносицы. Он слегка наклонился к Сатору. — Держись, приятель, ты не один, — произнёс он, кидая взгляд на Сёко. — Опять этот придурок Такуми опаздывает. Такуми вошёл с громким смехом, его синие волосы выделялись в толпе. Он хлопнул Сатору по плечу: — Ну, хватит тосковать, жизнь слишком коротка для этого! И хватит просто сидеть жевать сопли. Сатору рассмеялся, он смотрел на своих друзей, ощущая, бесконечное чувство благодарности к ним. — Спасибо, ребята, — сказал Сатору, улыбаясь. В тот вечер они пили, смеялись и делились историями. Иногда, достаточно просто быть рядом с теми, кто тебя понимает.