one for two

      Быстрые и звонкие шаги каблуков разлетались по пустому коридору, достаточно миниатюрная, но полная женщина бежала чуть ли не вприпрыжку. Её лицо было озлобленным, а губы словно то и делали, что заучивали вслух текст в голове. Или же она просто готовилась к очередному монологу, ведь статус социального педагога, или по-другому психолог, в школьном учреждении весьма непрост. Разговоры с психологом, и тем более с психотерапевтом, это что-то новенькое для системы образования, а тем более для весьма шаткого и не сформированного подросткового менталитета.       Женщина в старом поношенном и явно повидавшие, наверное, Джорджа Вашингтона или Рузвельта отлично подходил старым туфлям лодочкам и очень целомудренной причёске — высокой култышке — идеальный способ спрятать немытую голову. На бейджике было написано «Мисс Резник», что явно говорил о том, что женщина была не замужем или разведена.Хотите прожить в одиночестве всю свою оставшуюся жизнь? Поступайте на психолога и работайте в школе.       Брюнетка добегает до определённого кабинета и чуть ли не скользит прежде, чем зайти в кабинет и хлопнуть дверью. На табличке большими буквами было написано:«Мистер Купер. Директор».       Мисс Резник старалась держать себя в руках, поправив пиджак, рукава и убрать невидимую пыль. Хотя… скорее всего, пыль впиталась и стала частью ткани юбки, а новая пыль ложилась дополнительным слоем. Женщина пыхтела, краснела перед мужчиной, который говорил по телефону и медленно её пыл стихал.       Как только мужчина ближе к старческому возрасту повесил трубку и сложил руки на груди, что выглядело как конкретный знак. Эту женщину было невозможно остановить: — Мистер Купер, сделайте уже что-нибудь с этой неугомонной девицей, — психолог ходила по кабинету от одного угла к другому из-за чего у мужчины начинала болеть голова. Он сжал виски, скорая проверка не делала его настроение хорошим, ещё и проблемы учеников, которые всегда ведут к разрушению школы, — Вчера она сорвала урок Мисс Келли, сегодня она разгромила бассейн, а завтра что? Подвесит чучело у ворот школы? Это уже ни в какие ворота, это сверххамство… Сегодня она заявила… —Стоп.       Мистер Купер ударил по столу, заставляя монолог, а скорее это выглядело, как шум телевизора, когда нет сигнала, Мисс Резник испуганно уставилась на директора, прижав ладонь к груди. — Помедленнее, Мисс Резник… — мужчина аккуратно положил локти на стол, упирая тяжёлую голову, которая словно весила несколько тон, — О ком вообще идёт речь? — Мисс Вуд конечно же, сэр… — директор застонал, а всё шло так хорошо. Ни один человек не говорил и не упоминал эту фамилию и вот опять эта весьма «историческая» личность присутствует в его жизни. Мистер Купер упёрся спиной о спинку кресла и прикрыл глаза руками, — Она… Неуправляемая… Я как психолог делала всё возможное и мои методы помогли многим, но она… — Оставьте её, Мисс Резник… — мужчина стучал карандашом по столу, серьёзный, даже напряжённый взгляд был направлен куда-то в сторону. Слова начальника удивили женщину, заставляя раскрыть рот. — То есть… Как это оставить? — Вот так, Мисс Резник… Пока это больше выглядит как подростковое бунтарство, мы все через это проходили и не нужно…       Директор остановился и глядел на такую же шокированную женщину, когда раздался… Взрыв? По школьным коридорам прогремел взрыв, а затем раздалась пожарная сигнализация, заставляя обратить внимание на дверь в кабинете. Взгляды психолога и директора встретились, а затем они побежали на выход, направляясь прямо по коридору, который так быстро наполнился паникующими людьми.       Шаги директора были широкими, взгляд немного потерянный, но он был готов к последствиям. Он стал идти против толпы, направляясь, словно по интуиции, словно он был уверен, что причина случившейся катастрофы здесь.       Люди выходили из кабинетов и единственный кабинет, который был весьма наполнен, дверь была открыта, но оттуда никто так и не выбежал. Директор замер, так и остановившись в проёме, а психологиня бежала следом. Она влетела в директора, но удержалась на ногах, широко раскрыв глаза и прикрыв рот рукой они оба видели одну и ту же картину.       Класс химии. Дети, у которых здесь был урок забился по стенам, словно создавая молекулу, у которой было ядро, а этим ядром могла, точнее она и есть, только одна девушка. Блондинка сидела за одни из центральных столов и наблюдала, как горит её стол, а затем достала пачку сигарет и прикурила одну из них этим же огнём. Она, словно управляла, овладевала этим огнём и была готова направить на любого, кто приблизится ближе, чем на полметра.       Мистер Купер сжал кулаки, Мисс Резник явно была готова поклясться, что его костяшки прохрустели, а челюсти заскрипели. Глаза директора наливались гневом, яркими вспышками, а затем словно рык вырвался из его уст: — Мисс Вуд.       Остальные дети в классе испуганно глядели на директора Купера, боясь, что его гнев перейдёт от неё к ним. Девушка даже не удосужилась поднять на него взгляд, словно и не слышала этого тона или была готова к нему. — В мой кабинет, живо!

***

      Мистер Купер попросил психолога присутствовать во время разговора. Помимо того, что это были формальные правила школы, чтобы никто из взрослых не смог давить на детей, её присутствие было необходимо как свидетеля данной ситуации и весьма давящие. Вот такие реалии: улучшаешь школьные условия, но взрослые находят способ испортить всё, чтобы подростки ненавидели школу, взрослых, а особенно родителям.       Блондинка прошла в кабинет, словно это был её «второй дом». Она в прямом смысле «плюхнулась» в кресле перед директором и сложила ногу на ногу, помещая руки на подлокотники. — Да, Мистер Купер, вы вызывали? — девушка жевала жвачку и улыбалась своими белоснежными зубами. Мисс Резник держала руки на груди и пыхтела, бубня оскорбления о распущенном поведении когда-то «хорошей» девочки. — Да, Элизабет, я вызывал тебя. Мы должны прояснить и выяснить, что произошло в классе химии.       Девушка пожала плечами, надув нижнюю губу, строя из себя невинную девочку: — Да, ничего и не произошло, Мистер Купер, просто… Чистая случайность. — Чистая случайность? Ты мелкая… — Мисс Резник.       Директор пресёк внезапный выпад психолога, на которого Вуд даже не взглянула, разглядывая свои ногти с чёрным лаком и убедившись, что нет заусенца или отслоённого ногтя я цыкнула, скучающе посмотрев куда-то в стену. — Ты не оставляешь мне выбора, Элизабет… — Да-да, я помню 15 кабинет на отработку…       Девушка собиралась встать с кресла, как немного уставший, но победный женский голос заставил девушку сесть обратно: — Вообще-то нет, Мисс Вуд, директор сказал, что ты не оставляешь ему выбора как вызвать твоих официальных опекунов и мы уже будем разговаривать с ними.       Элизабет хмыкнула, растягиваясь на кресле в довольной и расслабленной улыбке. Она думала, что эта не до шарлатанка просто-напросто блефует, ведь знала, что родители Элизабет находились уже в очень долгой командировке и ещё не собирались домой. — И что смогли поймать сигнал или вы звонили со стационарного? — Вуд нагло насмехалась над Мисс Резник, повернув голову и наблюдая за женщиной через спинку кресла, а затем увидев необходимую реакцию, раскрасневшееся и немного полное лицо Мисс Резник, блондинка вернула свой взгляд на директора. — Не совсем верно, Элизабет, мы связывались с твоими родителями по емейлу и получали ответы на протяжении долгого времени. Не так оперативно, конечно, учитывая все обстоятельства. Но твои родители в курсе всех твоих дел… — Ну и что? Они не бросят все ради меня и не прилетят сюда ради какого-то пятиминутного разговора с псевдо…       Блондинка ловит себя на приступе ярости. Она всегда была такой, когда разговор заходил о родителях. По какой причине? Возможно, ужасное прошлое, когда маленькая Лиз оставалась в большом доме одна? Дом был небольшим, и родители делали ремонт, строя собственный дом почти с фундамента. Родители не дарили девочке внимание и не заботились о ней? Они отдали Лиз в четыре года на гимнастику и на фигурное катание, в шесть она уже читала взрослые книги, в десять каталась на машине дедушки. Они дарили внимание и любовь своей дочери намного больше, чем любой другой родитель. Так в чем была проблема Элизабет? Она не знала. — Совет администрации, включая меня, Элизабет, и Мисс Резник, мы думали исключить тебя из школы…       Девушка глянула на директора, а затем хмыкнула, зная, что он блефует. Мистер Купер никогда не распрощается с основным финансовым помощником для школы – Мистер и Миссис Вуд помогали этой школе со времён, когда сами были детьми. Это был их альма-матер, которые они не хотели, чтобы это разрушалось. — Но...? — девушка продолжила, сложив ногу на ногу и качая ею, «мечтала» услышать продолжение. Ведь это было ясно, что идею с исключением трудного подростка предложила женщина, которая просто сама не знает, что такое воспитание детей. — Но… посоветовавшись с твоими родителями мы приняли решение о твоём переводе, — директор упёрся бёдрами о край стола и смотрел на Элизабет, ожидая хоть какой-то пусть и не бурной, но реакции. — Переводе? — девушка переспросила, словно хотела убедиться, что правильно услышала слова Мистера Купера и опустив голову задумалась. Это был хороший шанс – сбежать из этой «детской колонии, замаскированную под интеллигентное общество и жить более-менее свободно от нападок со стороны психолога и родители не будут в курсе каждого её шага.       «Если это сон, пусть он не заканчивается», — подумала про себя девушка и провела языком по верхней части зубного ряда, улыбка расплылась по её лицо в уверенности, что она услышит название какой-то старой, где учителям также наплевать, как и ученикам. — Ну, и куда вы меня переводите?       Желание услышать новое место учёбы, или точнее то, где блондинка будет числиться, но ходить она точно не будет, ну или появиться хотя бы пару раз, все эти мысли заставляли её желудок трепетать. — Средняя школа «Падуя».       Девушка смотрела на директора, а затем опустила взгляд в пол. Немного сбитая с толку Элизабет подняла взгляд. — Что, простите? «Падуя»? Это где вообще? – девушка надеялась, что это были обычные галлюцинации и ей просто померещилась, ведь она ещё не обедала сегодня. — Средняя школа «Падуя» находится в Вашингтоне в Такоме…       Девушку словно кувалдой бьют по лицу, как в мультфильме «Том и Джерри» и осознание медленно приближается к ней, что никакой «свободы» и быть не может. — Нет! Вы должно быть шутите? — Нет, Мисс Вуд,вы отправляетесь к вашему дяде Уолтеру Стрэтфорду.

***

POV Elizabeth

      Моя сумка с вещами чуть ли не спадала с моего плеча, а моя маленькая сумочка весела на моем другом плече. Я стояла на дорожке лицом к белоснежному двухэтажному дому, он выглядел неплохо, весьма просторно и я стала подходить к крыльцу, когда оттуда вышел мужчина средних лет с залысиной на затылке. — Лизи, детка! — Мистер Стрэтфорд или, как я звала его в девстве, дядя Уолт спустился с крыльца и стал подходить ко мне быстрыми шагами, разводя руки в сторону, а затем ловит меня и держит в своих крепких объятиях. — И вам привет, дядя Уолт… — я поджимаю губы и не знаю, что мне делать. У меня в руках тяжёлые сумки, так ещё и дядя сжимает так, что у меня не хвата тает воздуха. Наконец-то отпустив меня, я могла взглянуть на уже постаревшего дядю Уолта чуть ближе, — А вы… изменились… — Я все ещё бегаю быстрее твоего отца… — мужчина рассмеялся, толкая меня к дому, а я лишь ухмыльнулась уголком губ. Дядя Уолт стал расспрашивать меня о моей жизни, о каких-то правилах, но я не слушала и отвечала лишь коротко и обобщённо. Не то, чтобы мне не нравился дядя — глава семейства Стрэтфорд, просто мы так давно не виделись, что у меня оставались лишь смутные воспоминания с ним. Я могу вспомнить лишь Катарину, которая выглядывала из окна, схмурив брови и скрестив руки на груди, она словно не могла вспомнить кто я такая, рядом с ней стояла Бьянка выглядывали из окна, разглядывая нас и только когда я подошла к крыльцу Кэт узнала меня. — Кого я вижу… — девушка упёрлась худыми руками о подоконник и широко улыбнулась. Она разглядывала меня словно я была новая книжка её любимой писательницы. — Смотри не ослепни, сестренка.       Я хихикнула, и Мистер Стрэтфорд завел меня в свой дом.

***

      В тот же вечер мы оказались в ванной, я умывала лицо, готовясь ко сну. На мне была моя любимая пижама — та самая, что я носила, когда жила в Атланте. Аккуратными движениями я наносила сыворотку с помощью пипетки, распределяя её по лбу, щекам, подбородку и носу. Поскольку мне нужно было подождать, чтобы сыворотка подействовала, я взяла книгу со столика у раковины и устроилась, упёршись бёдрами у края. Когда прошло немного времени, Кэт вышла из душа и встала рядом, внимательно разглядывая своё отражение. — Я погляжу, ты не утонула... А то я думала уже звать пожарных и доставать тебя из канализации.       Кэт повернулась ко мне лицом и раскрыла рот от удивления, а затем хмыкнула. — Что это на твоём лице? — она берёт моё средство и читает, — Чёрт, а я думала это кровь девственниц. — То есть, Бьянки... — Кэт усмехается, прикрыв глаза ладонью, — Ваш отец всё ещё работает в больнице? — К несчастью, работает, хотя мне всё равно, в последнее время страдает только Бьянка.       Я наблюдаю за Кэт, как она ставит мою баночку обратно на стол и скрещивает руки на груди, упираясь бедром в край стола. В её позе чувствуется, будто «она знает о моём самом страшном и сокровенном секрете». На самом деле, это отчасти правда: я знала, что у Кэт, благодаря её возрасту и бунтарскому духу — что совершенно отличает наше семейство Стрэтфорд-Вуд от других наших родственников, — был не самый удачный первый половой опыт с каким-то парнем. Кажется, его звали Джоуи или Джек. Честно говоря, я точно не помню, но она просто говорила, что это было ужасно и у него маленький член.       «Мистер маленький член» именно такое междометие мы использовали, чтобы говорить об этом парне. Когда я впервые его так назвала Кэт впервые за такое количество времени улыбнулась и наверное, забыла ту ночь как страшный сон. Но теперь она была другой, и я об этом роде прекрасно знаю. — Что тебе нужно, мисс «я больше не та Кэт»? — я копирую её позу и наклоняю голову в сторону. — Ты пойдёшь в нашу школу, и я просто хочу тебя предупредить…       Мои глаза рефлекторно закатываются на её реплику. Кэт всегда вела себя так, словно самая старшая в семье, но я родилась раньше неё на пару месяцев, и она скорее как самая ответственная и успевающая в школе девочка-отличница имела полное право диктовать нам эти законы жизни. — Я понимаю, Кэт, не вчера родилась. Рот на замке, делаем вид, что нам неинтересно друг с другом и мы ничего друг о друге не знаем, но вечером мы обязательно поговорим и обсудим это. Глупости не совершать. — Ты… это не совсем то, что я хотела сказать, но… в целом, да…       Я хмыкаю и разворачиваюсь к раковине, чтобы включить воду и начать смывать засохшую маску с лица. С мокрым лицом и закрытыми глазами я произношу: — Ты тоже можешь попробовать, она для любого типа кожи, помогает коже дышать, учитывая ваш морской климат.       В этот момент увидеть, что делает Кэт я не могла, но я услышала, как она хмыкнула и услышала стук стекла пипетки о края банки.