Не самый плохой подарок

— Не самый плохой подарок, — полувопросительно сказал Марк и осторожно, едва касаясь, огладил кончиком пальца набухший рубец. Ян отрывисто вдохнул, отпрянул было — и приподнялся, потянулся навстречу прикосновению. — Мне никто никогда не дарил адвент-календарей. Тем более — таких. — Я боялся переборщить, — неожиданно смущённо признал Марк. — Порка каждый день — это всё-таки… — Здорово? — подсказал Ян. Марк задумчиво водил пальцем по багровым петелькам, которые уже успокаивались, укладывались, темнели, превращаясь в синяки. — Сложно. Никогда ещё так надолго вперёд не планировал. Тебя это не напрягает? — Предопределённость? Неумолимость? Неизбежность? Ожидание в неведении? — Ян шкодливо глянул на Марка и приподнялся, подставляясь под выпрошенный шлепок. — Именно. Это же подарок, а не наказание… — Марк бережно огладил вспыхнувшую от шлепка кожу. — Мне всё нравится. Очень, — заверил его Ян. — Я теперь каждый день в предвкушении. — Я тоже. — Марк помолчал, потом добавил: — Мне сегодня не хотелось заканчивать. Ты так красиво вздрагиваешь, дёргаешься — и всё, уже десять. — Дисциплинирует, правда? — рассмеялся Ян. — Если очень хочется, мог бы и добавить. — Тогда смысл потеряется. — Значит, будем ждать завтрашнего вечера. — Да. — Да. Они замолчали. Ян свернулся калачиком, положив голову Марку на колени и придвинув зад поближе к камину. — Не жарко? — спросил Марк. — Нет. Хорошо. — Ян сыто улыбнулся и прикрыл глаза. — И это определённо не самый плохой подарок. — А тебе, я смотрю, есть с чем сравнить, — усмехнулся Марк и зарылся пальцами в его волосы. — Ну, вообще-то да. — Я весь внимание. — Однажды мне подарили бэушный паддл, — сказал Ян. — Это было странно. — Согласен, — кивнул Марк. — Учитывая, что я у тебя вроде как первый в этом плане. — Первый, — кивнул Ян. — Просто до тебя я порол себя сам… — Бедняжка, — вздохнул Марк. — Не перебивай, — откликнулся Ян и тут же получил крепкий шлепок. — Ну ай! — Это тебе компенсация за долгие годы прозябания в одиночестве. — Спасибо. Я говорю, в тот период у меня были знакомые с форума, вот один меня и порадовал посылкой. — И ты порадовался? — заинтересованно спросил Марк. — Знаешь, тебя бы тоже не мешало выпороть, — серьёзно сказал Ян. — Интересное предложение, я над этим подумаю. А как на вкус этот твой бэушный паддл? — Не знаю, я так его и не попробовал. Лежит в тумбочке. Мне было странно, что он касался чужой жопы. — Кстати о форумах, — сказал Марк. Его рука продолжала блуждать в кудрях Яна. — Я помню одну темку купли-продажи, там чел торговал своими поношенными дилдаками. Вот где чужие жопы-то. — Да ну! — Ян от удивления приподнялся и вытаращился на Марка. — Да. Ну, там, ясное дело, не китайский ширпотреб, а всякий эксклюзив вроде когтя дракона и лапы динозавра… Вроде бы прокипятишь в кастрюльке — и как новенькие. — Коготь дракона из чьей-то жопы, — с содроганием сказал Ян. — В кастрюльке, — подхватил Марк. — Ладно, мой бэушный паддл по сравнению с этим в пролёте, — вздохнул Ян. — Но дилдак-то не подарок, — утешил его Марк. — Если именно о подарках говорить, то мне вроде бы ничего такого и не дарили. Ну, носки-трусы всякие, гель для душа, свечи… — Ректальные? — оживился Ян, и Марк с готовностью его шлёпнул: — Любая свеча при желании может стать ректальной. И не перебивай, пожалуйста. — А в твоём календаре будет такое окошко? — с надеждой спросил Ян и приподнялся, указывая на декоративную свечку неприличной формы на подоконнике. — У неё фитиль не с той стороны, — рассудительно сказал Марк. — Если хочешь поиграть с воском, у меня есть специальная. — Бэушная? Марк решительно уложил Яна к себе на колени и принялся шлёпать. — Если хочешь знать… — Ай! — …я сейчас думаю не о плохих подарках, а о хороших. — Ай! Например? — Например? — Шлепки сменились поглаживаниями. — Например, однажды… в позапрошлом году, если быть совсем точным… Марк закашлялся, и Ян вопросительно оглянулся. — Ещё на квартире, — сказал Марк, и лицо его залилось краской то ли от каминного жара, то ли само по себе. — Когда мы были просто соседями, когда я себе говорил, что мне всё мерещится… Он замолчал, и Ян тихо сказал: — И я тоже. — Я… Обещаешь не сердиться? — Обещаю. — Это случайно вышло, я искал платёжку за свет, думал, ты её положил в свои конспекты. И бумажка со стихами сама выпала. — С какими стихами? — насторожился Ян. Марк прикрыл глаза: — Там было как-то… Погоди, сейчас. «Я приду к тебе весь в репьях, тощий, и ты меня обогреешь, не бросишь». Вот тогда я понял, что мне не кажется. Я не стал всё читать, положил бумажку обратно, но с тех пор я знал. Марк умолк. Ян слез с его колен, сел рядом, ткнулся лбом в плечо. — Значит, поэтому всё сложилось? Из-за этих дурацких стихов? — Они не дурацкие, — сказал Марк. — Они очень искренние — и тематические. Сразу ясно, что ты нижний. Ян ещё глубже зарылся лицом в его свитер и сообщил: — Я эти стихи для самодеятельности писал. Мы делали утренник, там было про бродячего кота, который мечтает о доме, ну и… — Ёлки. — Но я рад, что ты меня разглядел, а то так бы мне и пороться всю жизнь бэушным паддлом.