Альтернативные

      Они встретились через пару дней у дверей не самого обычного, но довольно популярного кафе. Тэхён не сразу смог определиться с местом, но когда вспомнил об этом заведении, сразу решил — то что нужно. Широкие низкие диваны и кресла, приветливые сотрудники, вкусные десерты и безалкогольные коктейли, — всё здесь было прекрасно, но главной особенностью этого заведения являлись собаки. В основном — небольшие, ласковые и игривые, но среди них были и грациозный далматинец, и белоснежный самоед.       Заезжать за Юнги Тэхён не стал — он передвигался по городу на своём мотоцикле и не решился смущать омегу предложением сразу же прижаться к нему сзади, обнимая. Но предложил вызвать ему такси до места, посоветовавшись с Намджуном.       Он не рассчитывал на то, что эта встреча будет похожа на свидание, а готовился, как будто рассчитывал. Не знал, чего ожидать, но надеялся, что Юнги не встанет и не уйдёт прямо посреди разговора. И что такого желания не возникнет уже у него самого.       Тэхён постарался над своим внешним видом. Сегодня он совсем не походил на простого автомеханика. И пусть на нём не было дорогого пиджака, рубашка всё же была — просторная, совсем не строгая, но очень ему подходящая — кремового цвета, с цветочным узором.       На всякий случай он уточнил накануне, не боится ли Юнги собак. К счастью, переигрывать место не пришлось — омега ничего не имел против четвероногих друзей.       — Привет, — сказал Тэхён, когда тот подошёл ближе.       — Привет. — Юнги больше смотрел на тут же подошедших познакомиться собак, позволяя себя обнюхать и облизать пальцы. Но взгляд, который он поднял на Тэхёна, был одобрительным. — Симпатичное место.       Он не стал дожидаться, когда альфа отодвинет ему кресло — сел сам, закинув ногу на ногу, и придвинул плоскую коробку. Там, в плотном пакете с застёжкой, была обещанная футболка, но даже так запах розового сада в утренней росе коснулся носа Тэхёна.       — Это тебе. Давай сделаем заказ?       — Спасибо, — мягко сказал альфа, непривычно скромно улыбнувшись. Он устроился на диване, и к нему тут же запрыгнул пушистый шпиц, подставляя бок под почёсывания. Не отвлекаясь от этого простого занятия, Тэхён взял во вторую руку меню и выбрал себе кофе с шоколадным пирожным. — Как ты себя чувствуешь?       — Очень неплохо, — отозвался Юнги. — Идея была потрясающей в своей простоте и эффективности, спасибо тебе.       Омега сделал заказ подошедшему официанту и сконцентрировал внимание на Тэхёне, оглядывая его пристальным оценивающим взглядом.       — Скажи, пожалуйста, сколько тебе лет? — внезапно спросил он.       — Двадцать шесть, — ответил альфа, встречаясь с ним глазами. — А тебе?       — Столько же. — Юнги по-настоящему улыбнулся, видимо, позабавленный этим совпадением. — Но плачу всё равно я, потому что я тебя позвал.       — Как скажешь, — легко согласился Тэхён. — В следующий раз я тебя приглашу и оплачу.       — Если захочешь, — протянул Юнги и опустил взгляд на свои пальцы. — У меня к тебе есть разговор. Сразу скажу, я прошёл кучу стадий принятия и сейчас не буду пытаться тебя уязвить или что-то ещё. Я хочу договориться и как-то выжить в этой ситуации. Если я задену нежное альфье эго, заранее прошу прощения: это не было моей целью.       Начало было… не вдохновляющим. Юнги, видимо, хорошо это осознавал, потому что взгляда не поднимал.       — В конце лета мне нужно будет уехать. В Америку. У меня есть серьёзные опасения, что ближайшего года мы оба можем не пережить, а мне потребуются все силы и внимание для моих дел. Поэтому я прошу тебя поехать со мной. Туристическая виза не даёт права на работу, поэтому я готов оплачивать твоё пребывание рядом. Я не собираюсь контролировать твои дела, достаточно будет жить рядом и видеться. Думаю, этого хватит.       — В Америку? — удивлённо переспросил Тэхён. — С тобой?..       Глаза его всё больше расширялись по мере услышанного. И хорошо, что им быстро подали напитки: нужно было запить это, глотая вместе с холодным кофе первое и неправильное желание отказаться. Его подкинуло именно эго. И Тэхён это понимал.       — А твой… Чонгук? Он тоже поедет с тобой? — уточнил он, бегая взглядом по лицу омеги.       — Чонгук продолжает учёбу в университете, он останется здесь, — тихо сказал Юнги. — Я с ним это ещё не обсуждал, но… мы договоримся.       — Ладно, — кивнул Тэхён, мельком взглянув на шпица, разомлевшего под его лаской. Тот едва не урчал как кошка. — Я за это время язык подтяну. И портфолио подготовлю. Может, получится устроиться куда-нибудь.       Тэхёну нравилась его прежняя жизнь. Его квартира и работа. Узкий круг общения и старые друзья, которые иногда появлялись в его жизни снова. Но ему уже нечего было терять. Он тоже знал, что в разлуке с этим омегой не выживет вовсе. Уже ощутил это на себе и больше так мучиться не хотел.       — Только если твой предполагаемый работодатель будет ходатайствовать о смене статуса твоей визы, — сразу предупредил Юнги. — Я чуть голову не сломал, пытаясь разобраться в этих бюрократических тонкостях. Так что, если ты согласен, назови мне сумму, которую хочешь получать в месяц.       — Перестань, — резко выдохнул Тэхён. — У меня ещё есть время разобраться со своими финансами. Дело даже не в том, что ты — омега, Юнги, а я никогда не позволю омеге себя содержать. У меня есть руки, ноги и голова. Есть опыт в съёмках для рекламы и даже в кино. Давай я сам с этим разберусь?       — Попробуй, но… Я не вижу ничего предосудительного в своём предложении. Мне это нужно больше, чем тебе. И ты должен понимать, что это не несколько месяцев — это надолго. И нет ничего зазорного в том, чтобы получать деньги за оказываемую услугу.       А ещё это позволяло бы Юнги чувствовать, что он всё ещё может как-то контролировать эту ситуацию, но в этом он не мог признаться даже себе самому. Видимо, до этой стадии принятия омега ещё не дошёл.       Тэхён чувствовал, что закипает. И только податливо подставляющий пузико пёсик, чью шерсть он всё ещё гладил, помогал удержаться от взрыва.       — А я вижу, — как можно более ровно отозвался он, но взгляд потяжелел. — И почему ты считаешь, что тебе это нужно больше? Хочешь сказать, что ты больше страдаешь? Что-то я этого не заметил, когда ты лежал с другим альфой на полянке…       — Я не сравниваю, Тэхён, — Юнги наконец поднял взгляд. Спокойный, даже понимающий. — Как я понимаю, мы чувствуем это по-разному. У альфы больше страдает ментальная сфера, у омеги — физическая. Как минимум в первое время, не знаю, как это может развиваться дальше. Я считаю, что мне это нужно больше только по той причине, что в следующем году я должен закончить аспирантуру. Не могу себе позволить отвлекаться на здоровье. И в Штатах правда очень тяжело с получением работы. Это может занять не один месяц.       — Но до конца лета ещё много времени. — Тэхён покачал головой, сделав очередной глоток кофе. — И я могу успеть подготовиться. Если это надолго, сдам здесь свою квартиру, уже будет на что жить. Хотя бы минимум. И я не боюсь самой простой работы, Юнги. Если не будет складываться со съёмками, устроюсь куда-нибудь… в кафе. Голодным точно не останусь. Но я не отказываюсь ехать, потому что… мы не выживем.       — Спасибо, — выдохнул Юнги. Он куда лучше представлял себе миграционные реалии и знал, что самую простую работу найти можно, но она будет нелегальной. Но решил не спорить. — Я отправлю тебе несколько ссылок на законы и документы, которые нужно будет оформить и подать. Голодным ты не останешься в любом случае, потому что я неплохо готовлю, — и это уже была шутка, потому что уголки губ чуть приподнялись, а взгляд стал мягче.       Отпустив собаку, Тэхён вытер ладони салфетками, а потом съел пару ложек десерта. Было вкусно, буря постепенно улеглась.       — А где ты учишься? — спросил он наконец. — И работаешь?       — В Массачусетском институте, биоинженерия. — Юнги тоже ощутимо расслабился, пробуя свой десерт в креманке. И даже ответил более развёрнуто, чем своё обычное «биолог». — И работаю там же лаборантом на кафедре. Я снимаю квартиру в Кембридже, раньше мы снимали её с Сокджином, но после его возвращения домой я не хотел что-то менять. Она довольно просторная и удобная.       — Ты предлагаешь мне жить вместе? — уточнил Тэхён, чувствуя, как от этих перспектив внутри становится уже щекотно. Почти приятно, но он слегка поёрзал.       — Я же тебе сразу об этом сказал, — Юнги удивлённо моргнул. — Мы будем так или иначе видеться дома по вечерам или утром. И будем нормально себя чувствовать. Не беспокойся, я не буду претендовать на твоё время или что-то такое…       — Видимо, я не так понял выражение «жить рядом», — отозвался альфа и внимательнее посмотрел на него. — Это ты не беспокойся. Я не буду… приставать.       — Да, я запомнил, что не в твоём вкусе, — раздражённая гримаса на лице омеги была такой быстрой, словно почудилась. — Но если ты соберёшься с кем-то встречаться, это уже в отеле, пожалуйста.       — Договорились, — буркнул Тэхён и отправил в рот очередную ложку, но это не особо помогло, потому что сразу же после того, как прожевал кусочек десерта, он признался: — Но вряд ли соберусь. Я себе не враг. От секса я привык получать положительные эмоции и впечатления, а не тошноту, головную боль и ощущение, что сейчас меня просто не станет, потому что я расщеплюсь на атомы. Нет уж, спасибо. Проживу как-нибудь без этого.       — Даже так? — Юнги заинтересованно и задумчиво уставился на него. — Я не пробовал. Находиться рядом с Чонгуком комфортно и приятно, но… Да, на какие-то вещи организм и сознание реагируют, не позволяя увлечься.       — Можно прямой вопрос? — Тэхён посмотрел в глаза Юнги и дождался кивка. — Ты его любишь? Чонгука?       — Он мне нравится, — честно сказал Юнги. — Если бы не наше… недоразумение, у нас с ним могло бы получиться что-то очень хорошее. Мне жаль, что не получилось. И я просто рассказываю, всё ещё не помышляя тебя задеть. Уверен, у тебя тоже кто-то… был, если и сейчас нет.       — У меня… был альфа, — признался Тэхён негромко, ковыряя ложкой остатки пирожного. — Ничего серьёзного, но в постели было хорошо. А теперь явно уже не будет. Это не такая уж и проблема, просто весь мир перевернулся с ног на голову. Всё в совокупности не так-то просто пережить. Осознать. Смириться. И понять, как теперь жить дальше.       — Да уж, поменять Ким Намджуна на меня — это точно переворот всего мира, — невесело усмехнулся Юнги. — Прекрасно тебя понимаю. Я вообще… ничего такого в жизни не планировал. Это всё очень разрушительно.       — Откуда ты знаешь? — Тэхён вскинул на него почти испуганный взгляд и добавил шёпотом: — Он тебе рассказал?..       Верить в это не хотелось. Тэхён привык думать о Намджуне, как о более надёжном человеке.       — Нет конечно, — для убедительности Юнги замотал головой в отрицании. — Догадался. Ты сказал, что тебе не нужны омеги. И пришёл с ним. А Намджун… Он был как-то, — он задумался, подбирая верное слово, — ласков с тобой. Не так, как ведут себя просто с друзьями. Смотрел, волновался. Ничего такого, конечно, но всё вместе…       — Он по-прежнему со мной возится, — признался Тэхён, когда осознал, что его опасения беспочвенны. — И он знает, в чём дело, Юнги. Прости, но ему мне пришлось рассказать.       — Чонгук тоже знает, — спокойно сказал омега. — Я был изрядно перепуган твоим появлением у Чонов и прямым текстом попросил его не оставлять нас наедине. Но больше я никому не говорил.       — А вот это неожиданно-о, — протянул Тэхён. — То, что он знает. А не то, что ты перепугался. Я думал, что так будет лучше для нас обоих, если я появлюсь случайно, не преследуя тебя лично, не требуя поговорить, хотя признаю, что это была не самая удачная идея. Можно было просто попросить Намджуна дать тебе мой номер. Или узнать твой. И по-человечески встретиться. Как сейчас.       — Да, так, наверное, было бы лучше, — кивнул Юнги. — Тогда я больше думал о Чонгуке, друзьях, необходимости как-то держать лицо… Какие уж тут нормальные разговоры.       — Если мы соберёмся ещё раз все вместе, уже будет проще, — задумчиво сказал Тэхён, но не погрузился слишком глубоко в свои мысли: его отвлекла собака, которая принесла мячик. — Ты хочешь что-нибудь ещё съесть или поиграем с ними? — предложил он омеге.       — Мне, наверное, уже пора, раз мы всё обсудили, — в голосе Юнги послышалась неуверенность, а подбежавший к нему пёсик, вскинувший лапки на его колени, заставил его сидеть на месте. — Немного поиграем…       Он наклонился, почёсывая мягкие ушки и заглядывая в тёмные умные глаза.       — Хороший мальчик, — проворковал Тэхён, когда шпиц быстро принёс брошенный мячик обратно и положил его прямо в ладонь. — Умница.       Альфа потрепал пушистую голову и снова бросил игрушку, а потом сказал:       — Я часто здесь бываю. В основном один. Просто прихожу и играю с ними, да и кофе здесь вкусный. И в приютах для собак я тоже частый посетитель. — Про пожертвования он скромно промолчал. — У меня в детстве была собака, но я её не уберёг. Она убежала от меня, сорвавшись с поводка, и попала под поезд. Больше животных дома не было.       — Мне жаль, — с сочувствием сказал Юнги. — У меня тоже была собака. Небольшая, забавная, очень умная. Но когда я поехал учиться, пришлось оставить её у родителей. Когда я вернулся на каникулы, она ко мне не подошла. Больше я не думал заводить животных, хотя считаю их прелестными. Матильда так точно прелесть.       — Котёнок Чонгука? — уточнил Тэхён. — Да, она милая. Но собаки мне всегда нравились больше. И не потому что я альфа. Они смотрят на человека иначе. Без высокомерия.       — Я правда очень тебе сочувствую, — в этот раз Юнги издал отчётливое смешливое фырканье, — мои родители с детства называли меня котом.       Он изобразил великолепно-высокомерный взгляд, который обычно приберегал для незнакомцев и портных, а потом рассмеялся, когда пёсик оказался на его коленях и попытался лизнуть в подбородок.       — Котом? А что, тебе подходит, — прищурился Тэхён, в очередной раз отправляя шпица в побег за мячиком. — Может, ты ещё и мурчать умеешь?       — Слишком личный вопрос, но я отвечу: только с друзьями. — Юнги вновь не смотрел на него; улыбался и щекотал бока неугомонному созданию. — Я довольно закрытый. Но с немногими друзьями у меня почти нет барьеров.       — Может быть, у нас однажды получится стать… друзьями, — медленно проговорил Тэхён, разглядывая его улыбку, словно пытался разгадать её секрет, хотя причина вертелась у Юнги на коленях, пытаясь легонько прихватить его пальцы зубами. — Так будет лучше для нас обоих.       — Возможно, — сказал Юнги задумчиво и решительно снял собаку с колен. — Прости, я поеду. Сейчас всё оплачу. Не провожай, не торопись, поиграй с ними. И не рассказывай, пожалуйста, об этом разговоре, ладно? Я Сокджину расскажу в конце лета. Это слишком запутанная история.       — Хорошо, — откликнулся Тэхён, но на его лицо легла тень печали. — Спасибо, что пригласил. И за подарок… спасибо.       — Спасибо, что согласился. Как будто мы оказались на одной стороне баррикад. — Юнги протянул ему ладонь. — И я чувствую не обречённость, а пусть робкую, но надежду на то, что мы как-нибудь справимся.       Тэхён опустил взгляд на его руку, солидарно кивнув. Омега уже не воспринимался как некто, разрушивший его привычную жизнь. И как враг не воспринимался. Намджун был прав — нужно было просто договориться.       Но Тэхён был альфой, у которого действительно отказывал мозг. Казалось, что тот ему не принадлежит, хотя он не привык думать о себе как о глупом создании. И чем ещё объяснить то, что вместо рукопожатия Юнги получил чёткий, тёплый поцелуй прямо в костяшки пальцев, когда светлая голова склонилась к ним? Только тем, что разум Тэхёна покинул.       

***

             На традиционном семейном ужине собралось всё семейство Чон, ожидая только младшего.       — Хосок, дорогой, сходи, пожалуйста, за братом, сколько можно его ждать? — попросил папа.       — Сам спустится, пропустит половину блюд и в следующий раз будет внимательнее, — отозвался тот, но всё же поднялся на ноги. — Схожу.       Он устал, изрядно проголодался, не успев нормально пообедать и очень хотел поесть, позвонить Сокджину и лечь спать. Но пришлось подниматься по лестнице к брату, чтобы застать его явно одетым к выходу.       — Ты куда собрался? У тебя встреча с Юнги?       — Нет, — сразу ответил Чонгук, обернувшись к Хосоку. — Как я выгляжу? Достаточно… хорошо?       Будто у него зеркал в комнате не было — он снова поправил воротник идеально сидящего по фигуре пиджака, ожидая вердикта. И даже волосы сам уложил: научился пользоваться невидимками.       — Стильно, — решил Хосок, оглядывая его с головы до пят. — Сексуально. Это для кого ты так стараешься?       — Ты почти всегда так выглядишь, разве ты стараешься для кого-то конкретного? — обтекаемо отозвался младший. — Но спасибо. Я вернусь поздно. Иду в гости.       Он буквально замучил Намджуна сообщениями за последние пару дней. Всё время спрашивал: как у него дела, как день прошёл, что нового. А в итоге сам и напросился к нему, прямо спросив, могут ли они поужинать у него дома.       — Прикроешь меня перед родителями? — добавил он, просяще глядя на Хосока. — Я буду с Намджуном, не переживай.       — Перед родителями прикрою, — решил тот, едва заметно хмурясь. — И сдам тебя Юнги с потрохами. Пусть знает, что ты можешь явиться на ужин как денди.       Чонгук насупился.       — Вот вас не поймёшь. Хожу в своей обычной одежде — плохо. Прилично одеваюсь — тоже плохо! Вы определитесь уже!       — Да всё хорошо, — Хосок хохотнул и обнял его за плечо. — Просто необычно. Ты для визита к альфе предпринял больше усилий, чем к своему омеге. Иди и не переживай, родителей я успокою.       Чонгук придержал нелепые оправдания и поблагодарил брата, погладил Матильду напоследок, дотянувшись до неё, и убежал. Он уже почти опаздывал, а родители его всегда учили быть пунктуальным.       

***

             — Проходи, пожалуйста, — поприветствовал Намджун, пропуская пришедшего точно к назначенному времени гостя, и не сдержал удивления: — О, у нас не просто ужин? Мне надеть пиджак?       — Я могу просто снять свой, — ляпнул Чонгук раньше того, как подумал о том, как это будет звучать, а потом рассмеялся. — Мне казалось, что ты всегда очень представительно выглядишь. Я просто хотел соответствовать.       Он наклонился, чтобы снять обувь, выпрямился, поставив ботинки на полку.       — Снимай, — Намджун сдерживал улыбку, но ямочки уже проявились на щеках. Подал вешалку и уточнил: — Я могу сервировать стол со свечами и салфетками. Но вообще думал просто устроиться на ковре и уютно пообщаться.       — На ковре? — изумился Чонгук, стягивая с плеч пиджак и забывая о нём сразу же, как отдал вешалку обратно. — Ты всегда так ужинаешь? Если да — готовься: я приду ещё раз.       Он снова легонько посмеивался, пока шёл за хозяином квартиры по коридору, а потом с любопытством огляделся по сторонам.       — Ванная, кухня, гостиная, спальня, — комментировал Намджун двери, мимо которых они проходили. — Можешь вымыть руки и приходи в гостиную. Мне просто всегда казалось, что ты не слишком любишь церемонии, поэтому я хотел создать непринуждённую обстановку. Но я и сам люблю поваляться на ковре — за ужином, перед телевизором или с книгой.       — Действительно не люблю, — подтвердил Чонгук, перед тем как скрылся в ванной. А уже вернувшись из неё, расстегнув пару пуговиц на рубашке и закатав манжеты, добавил, устраиваясь на ковре: — Симпатичная квартира. Ты давно здесь живёшь?       — Года три уже, — Намджун поставил тарелки на небольшой журнальный столик и выкатил его так, чтобы было удобно тянуться. — Подарок от родителей. Сначала было очень непривычно, но я быстро освоился. Можно приглашать гостей и не думать, что мы кому-то помешаем.       — Я бы тоже так хотел, но родители считают, что в нашем доме мне гораздо комфортнее, чем в отдельной квартире. А вот если я надумаю жениться, тогда они поднимут этот вопрос — но и то не обязательно в пользу отдельного жилья. Особняк большой, там не одна семья поместится. — Чонгук потянулся к руке Намджуна, забирая у него тарелку, и словно случайно прикоснулся к его пальцам своими.       — Хотел бы я посмотреть, как Сокджин и твой уважаемый папа делят территорию, — усмехнулся Намджун. — А ты собираешься жениться? У вас с Юнги всё настолько серьёзно?       — Нет, не собираюсь. — Чонгук мотнул головой, самостоятельно взяв со столика палочки. Есть на весу он прекрасно умел и чувствовал себя вполне комфортно. — Мы только начали встречаться, слишком рано о таком думать. К тому же… Юнги уедет в конце лета. Не знаю, что нас тогда ждёт…       — Твой брат с Сокджином пять лет летали друг к другу на каникулах, — мягко сказал Намджун. — Но отношения на расстоянии, конечно, сложная штука. Не каждый выдержит.       — Они очень любят друг друга, — отозвался Чонгук, хоть и знал всю правду об этих отношениях. Конечно, так было куда проще, когда эта любовь была не романтического характера, даже он это понимал. — Налей мне пива, пожалуйста?       Намджун поднялся, чтобы принести из холодильника пару банок и высокие стаканы. Наполнил оба и протянул один Чонгуку, прихлёбывая из второго сам.       — Итак, — он усмехнулся, подцепил палочками кусочек мяса и прожевал его, — ты пришёл ко мне в гости. Теперь ты можешь мне объяснить, чем был вызван этот повышенный интерес?       — О, тут всё просто, — заявил Чонгук, последовав его примеру. — Причин несколько. Во-первых, ты друг моего брата. А я давно хотел влиться в его компанию как свой, пусть и младший. Во-вторых, ты знаком с Тэхёном, который вызывает у меня самые сложные чувства, потому что находит моего омегу красивым и заявляет об этом при мне. В третьих… — он сделал ещё один небольшой глоток, — я бы хотел узнать тебя получше. Без привязки ко всему вышесказанному. Чем ты занимаешься, чем живёшь… Принимается?       — Вполне понятные доводы, — согласился Намджун. — Но обсуждать с тобой Тэхёна и тем более его отношение к твоему омеге я не стану. А об остальном можем пообщаться.       — Но ты считаешь, что это нормально? — прищурился Чонгук, а потом посмотрел уже доверчиво, действительно как младший, не знающий, как поступить. — Что бы ты делал на моём месте?       — Я не буду это обсуждать, — повторил Намджун. — Я пристрастное лицо, Тэхён — мой друг. Я не могу быть объективен в этой ситуации. Но могу напомнить, что выбирает всегда омега. Ты сомневаешься в своём омеге, Чонгук?       Тот вдруг опустил плечи, отставив и тарелку, и бокал.       — Я знаю, что нам… не суждено быть вместе, — осторожно и честно сказал.       — Если ты это знаешь, то и знаешь что делать, — голос Намджуна был почти сочувственным. — В конце концов, Юнги — омега притягательный, но не единственный на свете.       — Не единственный, — согласился Чонгук, опуская взгляд, — но первый, кто мне понравился. Только не смейся, но я думал, что мне… нравятся только альфы. И никому не рассказывай об этом! — запоздало вскинулся он.       — Разумеется, — пообещал Намджун и прищурился. — Когда первый, это всегда… особое чувство. Трепетное. Я понимаю.       — Извини, что я пришёл с этим к тебе, просто дома… об этом говорить неловко. Даже с братом. Он хороший, но мне трудно перед ним раскрыться. — Чонгук снова взял бокал. — И спасибо, что согласился со мной поужинать. Для меня это очень важно.       Намджун легко сжал его плечо в знак поддержки.       — Всё нормально, не извиняйся. Даже жаль, что мы так долго не виделись, пока Хосок учился. Ты очень вырос.       Уголки губ Чонгука чуть приподнялись.       — Да раньше я с тобой даже заговорить боялся, а сейчас вот… сижу и пиво пью. Уже второй раз за неделю. Сам не понимаю, как так получилось! — Он всё же улыбнулся более смело и открыто. — Но давай не будем обо мне и моих отношениях. Расскажешь о себе? Чем ты сейчас занимаешься? У тебя точно никого нет? И как так вышло, ведь ты такой… кхм… образец внушительной сексуальности, вот.       — Откровенно говоря, — Намджун принял перемену темы, — бездельничаю. Понимаю, что образование, которое я получил по настоянию родителей, вообще меня не привлекает. Работать по специальности я не хочу: это не работа, это смех какой-то. Поражаюсь, как твой брат так рьяно взялся за дела компании вашего отца. У меня это вызывает только тоску. Думаю учиться дальше. И у меня сейчас никого нет. Был… кое-кто, но мы… В общем, сейчас никого. И я не тороплюсь, потому что ещё не отболело. Даже не думал, что это окажется так серьёзно. Казалось, мы и встречались-то ради секса, но… Нет, не отболело.       Чонгук почти не дышал, пока слушал его, и незаметно придвинулся ближе.       — Мне жаль, что так получилось, — искренне произнёс он. — А можно… странный вопрос? Кто это был? Омега? Или альфа?.. Я не спрашиваю имени или подробностей, мне просто… важно знать.       — Да неважно это, Чонгук, — очень серьёзно сказал Намджун. — Скучаю-то я по разговорам, поцелуям, близости. Запахи, размер члена или естественная смазка тут вообще никакой роли не играют. Альфа, омега… Человек, к которому я был привязан. И которого пришлось отпустить.       — Но он… не единственный, да? — тихо спросил Чонгук. — Со временем станет легче. Возможно, ты встретишь кого-то другого, кто даст тебе всё, по чему ты сейчас скучаешь. Возможно, даже истинного… Ты веришь в истинность, Намджун?       — Верю, но предпочёл бы что-то более спокойное, — отозвался тот. — Но, конечно, это пройдёт. Будут другие люди, другие чувства. Всё ещё будет.       — Я тоже так думаю, — поддержал Чонгук и сам коснулся его плеча, но не рукой, а головой, осторожно опустив её. Слишком часто он представлял себе это, когда видел плечи Намджуна. А теперь наконец появилась возможность. — У такого, как ты, всё должно сложиться удачно.       — У тебя тоже всё будет хорошо, — пообещал Намджун и слегка шевельнулся, чтобы обнять Чонгука, оставив тому возможность прижиматься к своему плечу. Хотел было ещё что-то добавить, но молчал, просто рассеянно поглаживая по плечу.       — Вот ты говоришь, что запахи — это не так уж и важно, а я не согласен, — заявил Чонгук, чуть улыбаясь. — Мне всегда нравилось, как ты пахнешь. Солью… могуществом… свободой.       В его собственной траве вновь пробивались цветы.       — Вот чего ты добиваешься? — тихо, как-то тоскливо спросил Намджун и развернулся к нему лицом. Провёл ладонью по его шее и поднёс её к лицу, вдыхая запах. — Ты и сам прекрасно пахнешь.       Взгляд в глаза был долгим, Намджун крепко поймал Чонгука за подбородок и удерживал, не позволяя отвернуться.       — Прекрасно пахнешь, красив, обаятелен. Ты сможешь получить любого: и альфу, и омегу.       Чонгук не отводил взгляда и не отвернулся бы, если бы Намджун его не держал. Он не боялся, не смущался, не хотел уйти от этого прямого контакта. Но внутри всё равно что-то дрожало, вибрировало, словно он проглотил мобильный телефон. И не замолчало, пока он не дёрнулся вперёд, чтобы поцеловать Намджуна. Коротко, уверенно, смело.       — Ничего я не добиваюсь, — и отвечал после, смыкая ресницы и препарируя ощущения, послевкусие этого смелого шага. — Ты просто давно мне нравишься. И я ни на что не претендую, не переживай. Но действительно хочу с тобой общаться, видеться, ужинать вместе. Не хочу быть для тебя младшим братом друга. Только им — не хочу.       — Я не знаю, что ты обещал Юнги и что он обещал тебе, — медленно произнёс Намджун, — но ты при мне просил этого омегу довериться тебе. У меня не так уж и много принципов, но то, что ты сейчас делаешь, недопустимо. Мы можем общаться и видеться, Чонгук. Но никаких поцелуев не будет.       — Да, я понимаю, — отозвался Чонгук, осторожно отстраняясь. — Извини, я увлёкся… А ты сам готовишь? — Он поднял взгляд, сморгнув непонятно откуда взявшуюся влагу из глаз.       Намджун сжал его плечо, словно ободряя, и отпустил.       — Когда как, часто пользуюсь доставкой. Но сегодня готовил сам: мясо мне в целом неплохо удаётся. С овощами сложнее — проще заказать или купить.       — Очень вкусно получилось, — похвалил Чонгук, вернувшись к столику и своей тарелке. — Надо тоже научиться не только жарить мясо на гриле, но и ещё что-нибудь. И, кстати, насчёт моего запаха… Юнги тоже говорит, что он приятный. А я так не думаю. Другие альфы пахнут мужественно, а я… как будто я чьё-то лекарство на израненную душу, — фыркнул он.       — Густой, травянистый запах с цветочной сладостью. Очень приятный, — не согласился с ним Намджун. — Должен нравиться в массе своей и альфам, и омегам. А что касается еды… Можешь как-нибудь прийти и приготовим вместе, научу тому, что сам умею. Это, на самом деле, очень забавное времяпровождение. Только я поначалу перевёл напрасно столько продуктов, что вспомнить стыдно. Но если даже я научился чему-то, можно сделать вывод, что это не тайная магия, а вполне познаваемо.       — О, я с удовольствием приду! — просиял Чонгук, с аппетитом доедая ужин. Словно и не случилось ничего, он открыто улыбался. — Я и не думаю, что это магия, но если папа увидит меня на кухне, он поставит на дверь кодовый замок. Наши родители считают, что готовка — не альфье дело. Мясо или рыба на гриле — это всё, что допустимо. А достойный омега умеет это гораздо лучше. Просто у нас в семье так и есть. Папа очень вкусно готовит, хоть и нанял повара.       Намджун усмехнулся и отпил ещё пива.       — Мой отец всегда говорил, что есть одно-единственное не альфье дело — детей рожать. И то, если говорить об альфах-женщинах, это правило сбоит. Но принцип был такой. Твой омега может болеть, заниматься, опять же, ребёнком, устать. И тогда ты берёшь в руки швабру, сортируешь бельё для стирки и готовишь то, что умеешь, чтобы твоя семья была накормлена. Он учил меня, что альфа — это безопасность и защищённость. Мамонты как-то вывелись, так что защищать надо уметь не только в подвигах, но и в повседневных мелочах.       — Мои родители тебе на это ответили бы, что для бытовых дел нужны слуги и я должен работать так, чтобы они у меня тоже были, — фыркнул Чонгук. — Но я согласен с тобой. Не буду рассматривать случаи болезни или усталости сейчас, но элементарно — вдруг моя душа этого просит: вкусно накормить омегу! Сделать ему приятно. Разве это недостойное желание? Но спорить с ними бесполезно. И я уже даже не пытаюсь.       — Доставлять радость — всегда достойное желание. И что может быть слаще, чем принести тому, кого любишь, завтрак в постель после изматывающей страстью ночи? — улыбнулся Намджун. — В общем, захочешь — приходи, приготовим ужин вместе.       — Обязательно приду, — пообещал Чонгук. — Можем и Хосока позвать, и… Нет, извини, что-то я снова увлёкся. Это же твоя квартира, тебе решать, кого приглашать на ужин.       И снова легко, негромко рассмеялся.       — Можем и Хосока, — согласился Намджун. — Он тоже чему-нибудь научит. Самостоятельная жизнь к этому располагает. Принести тебе ещё пива?       — Давай, — кивнул Чонгук, но поднялся с пола следом за ним. — Я тебе помогу отнести пустую посуду, — пояснил он, подхватывая тарелки.       Намджун согласно кивнул. С помощью Чонгука загрузил посуду в посудомойку, достал пиво и внезапно спросил, кивая на балконную дверь:       — Ты куришь?       — Иногда, — отозвался Чонгук. — Угостишь сигаретой?       Намджун пропустил Чонгука вперёд и предложил открытую пачку, протянул зажигалку, а уже потом прикурил сам.       — Трудно быть младшим, да? — неожиданно спросил он, затягиваясь. — Вечно сравниваешь себя со старшим братом, пытаешься соответствовать… Будь легче, Чонгук. Всему своё время, не нужно соревноваться. Ты классный, он тоже, но вы совсем разные.       — Сложно, — честно сказал тот, тоже затянувшись. — Особенно когда родители ставят брата в пример. И омега у него такой прекрасный, и успех всегда и во всём, и манеры, и… всё остальное. — Он стряхнул пепел в предложенную Намджуном пепельницу. — Я знаю, что мы разные, но иногда мне кажется, что всё лучшее досталось ему, а я — так, из того, что осталось.       — Хосок всегда тобой гордился — и в детстве, и сейчас, — мягко сказал Намджун. — Твоими успехами — больше, чем собственными. Не позволяйте родителям это разрушить. Они, как бы прискорбно это ни звучало, уйдут первыми, а вы друг у друга останетесь до конца. А брат — это даже важнее, чем омега. Это родная кровь.       — Мне нравится, что мы стали больше общаться, когда он вернулся, — поделился Чонгук. — Раньше было иначе. А теперь он смотрит на меня как на взрослого, даже «малышом» перестал называть. И даёт дельные советы…       Чонгук не успел договорить: балконная дверь открылась так неожиданно, что он вздрогнул. На пороге стоял Тэхён и непонимающе смотрел на них обоих.       — Интересно, — туманно сказал он. — Я думал, почему Намджун мне не отвечает, а он тут… курит.       Тэхён, конечно, знал код от квартиры Намджуна, поэтому без проблем в неё попал. Заглянул во все комнаты, но нашёл его только на балконе. С Чонгуком — внезапно. Хотя если бы он появился немного раньше, то остался бы в шоке.       — Я опять забыл телефон в спальне? — Намджун с виноватой улыбкой похлопал себя по карманам. — Прости. Ужинать будешь? Мы уже поели, но еда ещё осталась.       — Вот давай мы только из-за друга ругаться не будем, — неожиданно попросил Чонгук. — Хватит с нас одного омеги.       Тэхён картинно изогнул идеальную бровь, а потом усмехнулся в сторону.       — Ужинать буду. Ругаться не буду. Голод есть, сил нет.       — Умницы, — похвалил Намджун, обняв обоих за плечи и выводя с балкона на кухню. — Сейчас подогрею, подожди немного. Возьми пиво и посидите в гостиной.       Они послушно вышли из кухни, устроились на ковре, но в ожидании Намджуна не разговаривали, только обменивались короткими взглядами, оценивая друг друга.       Вскоре столик был накрыт заново: Тэхёну досталось блюдо без мяса, а к пиву Намджун принёс ещё лёгких закусок.       — Мы тут с Чонгуком обсуждали, что можно встретиться и вместе приготовить ужин, — легко сказал он, тоже устроившись на мягком ковре. — Поучиться друг у друга. Присоединишься к нам? Птицу в маринаде ты делаешь божественно.       — Вот умеешь ты уговаривать, Намджун, — хмыкнул Тэхён, — поразительное качество. Но лучше скажите, когда это будет, заранее. У меня сейчас будет очень много дел, я тебе потом расскажу.       — Мы ещё не определились, когда это будет, — сказал Чонгук, отхлебнув прохладного пива. — Но это должно быть интересно. Четвёрка альф на одной кухне. Мне кажется, если мы пригласим омег, они должны быть счастливы.       — Дегустировать и оценивать? — тут же подхватил Тэхён. — Превосходная идея!       — Главное, чтобы они не наблюдали за процессом, — хохотнул Намджун. — У меня всё из рук валиться будет.       — Никакого доступа на кухню. Только непредвзятое, объективное судейство. — Намджун должен был заметить, что Тэхёну сегодня гораздо лучше, раз он такое говорил. Но он знал, что тот виделся с Юнги. — Ещё круче — с завязанными глазами, но это уже шутки у меня такие своеобразные, не обращайте внимания.       — Готовить с завязанными глазами? — не понял Чонгук.       — Кормить омегу, — мягко подсказал Намджун. — Он с завязанными глазами, его по очереди кормят, и он решает, что ему нравится больше. Чёрт, почему это так эротично звучит?       — Потому что завязанные глаза — эротично само по себе, даже без еды, — отозвался Тэхён, усмехнувшись. — Но, пожалуй, этого мы делать не будем. Сокджин, кажется, любит поесть?       — Совершенно верно, — кивнул Чонгук. — Я думаю, он оценит подобное развлечение.       — Тогда я тебе позвоню, как мы определимся с датой, — пообещал Тэхёну Намджун. — Лучше в выходные, чтобы Хосок был свободен. И он ещё говорил, вы хотели собраться поиграть в теннис? Не знаешь когда, Чонгук?       — Вроде бы в эту субботу, но я у него спрошу, когда домой вернусь, — ответил тот.

***

      Когда Чонгук, распрощавшись, уехал, Намджун достал из холодильника ещё пару бутылок пива, но не открыл, а поставил на столик, обнимая Тэхёна со спины и зарываясь носом в волосы на затылке.       — Сладостный, — пробормотал он. — В хорошем настроении. Встреча прошла удачно?       — Ну… это было лучше, чем я ожидал, — признался Тэхён, откидываясь назад всем телом. — Несмотря ни на что. Я не могу рассказать тебе, о чём мы говорили, потому что Юнги просил сохранить это в секрете. Но мы друг друга не оскорбляли, не кусали — это уже победа. А с каких пор вы с Чонгуком так дружны? — он с любопытством повернул голову, пытаясь увидеть Намджуна.       — Веришь ли, я и сам не знаю, — признался тот с очаровательной улыбкой. — Но он очень хотел в гости. Младший братишка Хосока вырос, возмужал и хочет во взрослый круг. Хочет подружиться. Обсудить с кем-то первые взрослые проблемы. Почему нет, он хороший парень. Обсуждать с ним тебя и твои дела я отказался, а в остальном…       Он коротко коснулся губами нежного местечка, где шея переходила в плечо, и спросил:       — А что за дела у тебя возникли?       — Нужно позаниматься английским, — отозвался Тэхён, прекрасно понимая, что Намджун построит логическую цепочку и догадается, зачем ему это. — И с документами разобраться…       — С этого момента переходим на английский, — пообещал Намджун, тут же сопоставив факты. — Это надолго?       — Не знаю, — вздохнул Тэхён, откидывая голову на его плечо. Ему, как и Чонгуку, тоже нравился запах Намджуна. — Надеюсь, что не навсегда…       — Поздравляю, — глухо шепнул Намджун в его волосы. — Если ты едешь с ним, остальное — дело времени. Этот омега твой.