Love Done Right

Если и было что-то, чему Хаширама научился за последний месяц, так это тому, что шпионить за его младшим братом не было и вполовину так весело, когда его шпионаж оставался совершенно незамеченным. Откуда он должен был черпать своё развлечение, если Тобирама не собирался волноваться, смущаться и кричать на него за вторжение в их личную жизнь? Он даже не приложил усилий, чтобы влить достаточно чакры, чтобы ощущать пространство вокруг себя, слишком отвлечённый своими новыми отношениями, чтобы особенно заботиться о своём окружении, видимо. Как скучно. Хотя они были довольно милы вместе. Хаширама снова выглянул из-за дерева, за которым прятался, игнорируя разочарование от того, что ни один из двух мужчин, за которыми он шпионил, не заметил его ни разу за последний час. Он не понимал, почему они просто не сдадутся и не обнимутся. Раскинувшись на одеяле с плетёной корзиной с закусками у ног, они сидели так близко друг к другу, что уже почти были на коленях друг друга; что может случиться такого страшного, если один из них приобнимет другого? Мадара пытался сказать что-то о приличиях, когда он спросил, но они, казалось, верили, что они здесь совсем одни, поэтому он задавался вопросом, каково их оправдание сейчас. Не то чтобы отсутствие настоящих объятий мешало всей сцене быть почти тошнотворно сладкой - по их меркам. Хаширама заметил, что они, по крайней мере, согласились держаться за руки, хотя он бы предпочёл, чтобы они, возможно, какое-то время любовно смотрели друг другу в глаза. Вместо этого они препирались по одной из тем, которые обсуждались на вчерашнем собрании с недавно сформированным Советом по надзору за образованием. Почему они не могли просто говорить друг другу приятные милые вещи или читать стихи или сравнивать друг друга с красивыми цветами, как любые нормальные романтические люди? Если это сработало для него, то, конечно, сработает и для них двоих, любил думать Хаширама, но каждый раз, когда он предлагал что-то подобное, над ним насмехались, как будто он сказал что-то нелепое и смешное. Покачав головой, Хаширама задался вопросом, не стоит ли ему прервать их свидание и сообщить им, что они делают это неправильно. Его маленький Тоби никогда не казался особенно расстроенным, когда возвращался домой со свиданий, несмотря на тот факт, что они обычно проводили большую часть времени, препираясь друг с другом. На самом деле он всегда выглядел отчасти невесомым, плывущим. Это было похоже на то, что чувствовал Хаширама после своих первых нескольких свиданий с Мито, за исключением того, что они никогда не делали ничего достаточно романтичного, чтобы оправдать такие влюблённые лица. Он всё ещё колебался взад и вперёд, когда Мадара, казалось, без предупреждения сделал выпад вперёд, прижимая Тобираму к траве. Как раз когда Хаширама двинулся, чтобы вырвать и защитить своего брата, он услышал, как один из них стонет, и понял, что произошло. Вспыхнув, он повернулся и как можно тише ускользнул сквозь деревья. Очевидно, прямо сейчас они не нуждались ни в какой помощи.

---

Изуна вздохнул, переплывая из одной комнаты дома в другую, скучая больше, чем он считал возможным, и невыносимо нетерпеливо ожидая возвращения брата домой. Его всё ещё завораживало, что после целого месяца, в течение которого они оба - на этот раз - осознавали тот факт, что состоят в отношениях, они всё ещё не были женаты. Будь они оба Учиха, они были бы помолвлены в течение недели и поженились в течение следующей. И это поощрялось! Как только Учиха нацеливались на человека, их было не отговорить и не сдержать. Вот как было всегда и как, он думал, всегда будет. Чего он никогда не ожидал, так это того, что обычаи других кланов будут настолько отличаться от традиций его собственного. Конечно, он ожидал несколько тонких различий здесь и там, возможно, разных традиционных рецептов или, может быть, разных цветов, которыми обмениваются во время весенних фестивалей, но он никогда не мог предположить, что в их знаниях друг о друге будут такие большие пробелы. Это дало ему гораздо лучшее понимание того, насколько хорошо его брат справляется со всем этим. Словно вызванный мыслями о себе, Мадара, спотыкаясь, ввалился в дверь в рассеянной манере, которая стала слишком привычной в последнее время. Изуна был на нём в считанные секунды. - Вам двоим было весело? - спросил он. - Подробности, брат; я живу через тебя, помнишь? - Конечно, нам было весело, - отрезал Мадара, заметно раздражённый тем, что его голову стащили с облаков. Изуна неодобрительно фыркнул на него; и последовала за ним, когда он попытался сбежать на кухню. - Это не очень подробно. - Ну, Тоби говорит, что неуместно обсуждать подобные вещи с другими людьми. Когда старший мужчина спрятал лицо в шкафу, Изуна покосился на него. - О, теперь он наконец-то позволяет тебе называть его Тоби, а? Пикантно. - Это не «пикантно». - Как скажешь. Но ты можешь рассказать мне что-нибудь незначительное о вашем свидании, верно? Мне не нужны все кровавые подробности, но дай мне что-нибудь! Что угодно! Пока я не найду того, кто сможет ударить меня по лицу так же, как Тобирама может ударить тебя, вы, ребята, самое близкое к настоящей любви, что я могу получить. Его подхалимство было вознаграждено, когда лицо Мадары вознеслось обратно к тому мечтательному состоянию, в котором оно было, когда он впервые пришёл домой, а его руки бессознательно сжали вытащенную им кружку. - Этот человек спорит так, будто был рождён для этого, - нежно вздохнул Мадара. - У него был контраргумент для каждого пункта, который я поднял о специализированном образовании для детей разных кланов. Его невозможно было загнать в угол. Он был создан для меня. - Чёрт. Должен сказать, я немного завидую. - Как и должно быть. Ты никогда не найдёшь никого столь же удивительного, как мой Тоби. - Ну, я бы не стал заходить так далеко, - Изуна ухмыльнулся, увидев оскорблённый взгляд Мадары. Решив хоть раз в жизни дать брату немного покоя, Изуна откинулся на стуле и несколько мгновений просто улыбался мужчине, наблюдая за тем, как тот проходит через движения приготовления чая с неосознанной улыбкой на лице. Казалось, весь стресс, который Мадара носил в себе годами, просто исчезал, крупица за крупицей, чем больше времени он проводил со своим возлюбленным. Изуна мог находить странным, что они так долго тянут время - особенно учитывая, насколько очевидно, что они идеальны друг для друга - но это было не совсем его место, чтобы говорить что-либо, пока они оба были счастливы. А они были счастливы, очевидно. Изуна усмехнулся, когда его брат полностью пропустил свою чашку и разлил чай по всей стойке, пока был слишком занят, мечтательно глядя в окно. Они могли быть идиотами, но они были влюблёнными идиотами. Всё сложилось просто замечательно.

|End|