Признание.
29 декабря 2024 г., 11:46
14 февраля всегда был большим событием в школе. Девушки готовили шоколад, записки, а парни с нетерпением ждали, кому выпадет счастье получить подарок. Уроки в этот день проходили в атмосфере легкого волнения, особенно среди тех, кто планировал признаться в своих чувствах. Чонин, как всегда, не придавал этому празднику большого значения. Для него это был всего лишь ещё один повод видеть, как его стол заваливают коробками шоколада от многочисленных поклонниц.
Но в этот год всё было иначе.
Когда Юна, краснея и улыбаясь, подошла к Сынмину с небольшой коробкой шоколада и запиской, в классе повисла напряжённая тишина. Все с интересом следили за этой сценой, затаив дыхание. Даже те, кто обычно не обращал внимания на чужие отношения,уставились на них. Чонин, сидящий у окна, бросил взгляд на Сынмина. Тот сидел за своей задней партой, как всегда с хладнокровным выражением лица, но его глаза, казалось, на мгновение расширились от удивления, когда Юна подошла к нему. — Сынмин, — начала она, её голос был немного дрожащим, но в то же время полным решимости. — Я давно хотела тебе это сказать...Ты мне нравишься. Она протянула ему коробку с шоколадом, сжимая её так, будто от этого зависела её жизнь. Чонин почувствовал, как его сердце сжалось. Это чувство было неожиданным и странным. Он привык к тому, что девушки признавались в любви парням, привык к тому, что его самого постоянно окружало внимание. Но сейчас, наблюдая за этим, он ощутил в груди нечто новое — неприятное, болезненное. Сынмин, как всегда, оставался холодным. Он поднял на Юну свой пронизывающий взгляд, как будто анализировал её слова. Затем протянул руку и осторожно взял коробку. — Спасибо, — сказал он коротко, но его голос звучал спокойно и бесстрастно. Класс начал шептаться, одноклассники переглядывались, кто-то тихо посмеивался, кто-то просто с интересом наблюдал за происходящим. Но вместо того, чтобы развить ситуацию дальше, Сынмин посмотрел на Юну и добавил: — Но я не могу принять твоих чувств. Прости. Его слова прозвучали резко и решительно. Юна замерла, её лицо на мгновение исказилось от обиды, но она быстро взяла себя в руки и изобразила улыбку. — Поняла, — сказала она негромко и, опустив глаза, быстро ушла на своё место. Шум в классе постепенно нарастал. Кто-то начал шутить о том, как сложно завоевать сердце Сынмина. Девушки перешёптывались, обсуждая, почему он отказал Юне, ведь она была популярной и красивой. Чонин не слушал эти разговоры. Он продолжал смотреть на Сынмина, который вернулся за свою парту и, как ни в чём не бывало, открыл учебник, полностью игнорируя происходящее вокруг. Чонин вдруг почувствовал странное облегчение. Он даже не сразу понял, почему. "Я рад, что он отказал..." Ему стало легче дышать, но тут же накатила другая эмоция — смущение. "Почему мне так важно, кому он сказал 'да' или 'нет'? Почему мне неприятно, когда кто-то признаётся ему в любви?" Весь день Чонин не находил себе места. Его мысли путались, занятия проходили мимо. Он пытался сосредоточиться на чём-то другом, но взгляд то и дело находил Сынмина. Каждый его жест, каждое движение заставляли сердце Чонина сжиматься.***
Вечером, уже дома, он всё-таки решился разобраться в своих чувствах. Лежа на кровати в своей пустой, холодной комнате, Чонин прокручивал в голове все свои взаимодействия с Сынмином. Его заботу, усилия, желание помочь, стремление проводить с ним время. И тут его осенило. "Я... ревную?" Эта мысль была пугающей, но одновременно логичной. Он понимал, что чувство, которое он испытывал к Сынмину, выходило далеко за рамки дружеского. Все эти подарки, его стремление быть рядом, даже те моменты, когда Сынмин отталкивал его своим холодом, только сильнее привязывали Чонина. "Мне нравится Сынмин." Признание было ошеломляющим. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного. Для него любовь всегда была чем-то поверхностным — просто словами, коробками шоколада, записками. Но с Сынмином всё было иначе.Теперь он знал, что чувствует.
Но что ему делать с этим?
