Обречённые

      Итэр стоял перед зеркалом в гостиной, осматривая своё облачение. С момента их прибытия в Нью-Йорк прошло два дня, и наконец, парень готов предстать перед комиссией Сената. Но тем не менее, его по-прежнему мучила тревога.

      — Где все пассажиры?

      — Женщины и дети в шлюпки!..

      — Папа! Папа, а ты?..

      — Мистер Джонсон, присоединяйтесь к нам...

      Каждое утро он просыпался в холодном поту, а в голове эхом раздавались голоса и крики тонущих людей. Итэр не говорил про это с Сяо, не желая добавлять ему хлопот. Господин Чжун Ли находится на амбулаторном лечении в их квартире, только кажется, что никто из них не верит в то, что мужчина сможет встать на ноги. Прогнозы врачей удручающие, а состояние Чжуна Ли всё хуже. Никаких препятствий для продолжения лечения на дому доктора не видели, но и смысла в этом они также не видели. Хирургическое вмешательство врачи не стали проводить, рискуя раньше времени отправить мужчину на тот свет. А мужчина хотел провести как можно больше времени с сыном и ему уже было неважно, сколько дней осталось. Сяо полностью взял на себя управление банковским делом, посещая встречи с потенциальными партнёрами.       — Прекрасно выглядишь, — Сяо подошёл к Итэру, осторожно обнимая его, чтобы не помять костюм. Мужчина не знает, насколько сильно будут спрашивать с Итэра за детали произошедшего, и это очень волновало его. Сейчас все на нервах из-за катастрофы "Титаника", вовсю идёт расследование, пресса до сих пор перемалывает это событие. Особенно несладко сейчас директору "Уайт Стар Лайн", Брюсу Исмею, который, как оказалось, спасся с тонущего корабля, прыгнув в шлюпку. Журналисты словно рассверипели и принялись устраивать травлю директору треста, «который посмел спасти свою жалкую жизнь, когда погибло так много достойных людей».       — Со мной всё будет в порядке, — Итэр накрыл ладони любимого своими и повернул голову, целуя Сяо в губы. Кажется, это стало самым любимым действом у блондина. Сидеть вечерами на диване и принимать сладкие поцелуи. Но отдавать их ещё слаще. — Мне пора.       Итэр вышел на улицу, где его уже ждал шофёр от семьи Бауэрс. Сам мистер Бауэрс сидел в машине и неспешно курил сигару.       — Здравствуйте, сэр.       — Добрый день, Итэр. Как настрой?       — Достаточно, чтобы не начать путаться в показаниях.       — И правильно. Глава комиссии, Уильям Смит, всегда дипломатичен на слушаниях. Он не станет давить на тебя, но и путать его не советую — такое он быстро замечает. Просто расскажи, что знаешь, свои подозрения и требования. Ты уже отправлял телеграмму семье?       — Да, только ответа всё не получил. Должно быть, они ждут, когда им придёт моё письмо. Они ещё не верят в то, что я оказался среди тех семиста выживших.       — И их можно понять. Едва ли расшифрованная радиограмма принесёт им какое-то успокоение.       Автомобиль поехал по оживлённой улице Нью-Йорка, и уже через полчаса Итэр оказался перед зданием Сената. Его встретили и, после подтверждения комиссии, провели в нужный кабинет. Там парня уже ждал целый кабинет служащих и сенаторов.       — Мистер Джонсон, приветствуем Вас, — мистер Смит встал из-за стола, протягивая руку Итэру. — Надеемся, трагедия в Атлантическом океане не нанесла Вам серьёзных травм? Уже то, что мы видим Вас здесь, целым и невредимым, многое говорит о Вашей воле.       — Со мной всё в порядке, спасибо, господин сенатор, — кивнул мужчина.       — Мы можем начинать или ещё ждём кого-то? — спросил кто-то из чиновников.       — Нет-нет. Продолжаем слушание по делу о причинах гибели "Титаника", который следовал по маршруту Саутгемптон-Шербур-Квинстаун-Нью-Йорк. В ночь с 14 по 15 апреля произошло крушение. Вопреки газетным заголовкам, корабль затонул, и этот факт подтвердился уже утром пятнадцатого числа от парохода "Карпатия" и позже от прибывшего парохода "Калифорниэн". Вопросы, которые мы хотим Вам задать, мистер Джонсон, в первую очередь как представителю великобританской металлургической компании, от лица которой Вы поехали в Америку, связаны с предшествующими днями. Мы обладаем информацией, что компания Вашего отца имеет немалое отношение к строительству корабля, ведь заводы снабжали верфь обшивкой. Спасшийся радист "Титаника" признался, что во время плавания с одиннадцатого апреля Вы отправляли своему отцу телеграммы, в которых содержалась информация о запланированых разговорах с мистером Исмеем и покойным мистером Эндрюсом. Мы запросили у британской стороны историю отправки радиограмм и показания радиста подтвердились — уверен, в Англии на это также обратят внимание. Какой именно разговор у Вас состоялся с исполнительным директором компании перевозчика?       — Мой отец планировал обсудить с мистером Исмеем пренебрежение рекомендациями, который мистер Джонсон несколько раз предоставлял во время строительства "Титаника" и прошлого корабля "Олимпика". Вопрос касался использования заклёпок из ковкого железа, которыми скрепляли стальные листы.       — То есть, вопрос об использовании верфью некачественных материалов по-прежнему остаётся актуальным, — подытожил один из членов комиссии.       — В Англии займутся этим вопросом, — сказал мистер Смит. — Значит, что на "Олимпике" такая угроза тоже присутствует.       — Но лайнер в своё время смог пережить столкновение с крейсером, а значит, что всё-таки заводы выплавляли для кораблей сталь высшего качества, иначе бы мистеру Джонсону не доверяли государственные заказы, — предложил другой служащий. — Да и причина гибели стольких людей отнюдь не в одной только обшивке.       — Об этом мы уже говорили с мистером Исмеем, как и о халатном отношении к технике безопасности и организации эвакуации, — подвёл мистер Смит. — Но наш вопрос ещё не до конца разобран. Мы располагаем показаниями одного из выживших кочегаров, который рассказал нам, что вместе с судовым плотником в один из повреждённых отсеков спустились и Вы, представившись членом Гарантийной группы. Но согласно списку, весь состав под руководством мистера Эндрюса погиб. Спускались ли Вы, непосредственно, в затопленный трюм?       — Спускался, — признался Итэр. — Намеренно ввёл члена экипажа в заблуждение, чтобы самолично проверить обстановку. Мощный напор воды не позволил оценить масштаб повреждения, но у меня есть предположение, что при столкновении обшивка корабля взяла на себя огромное давление и заклёпки низкого качества лопнули. Кажется, я даже видел одну, которая попала в трюм.       — В итоге, Ваша версия?.. Айсберг не разрезал обшивку корабля?       — Сталь, напротив, выдержала, только без заклёпок листы ничего не скрепляло и они разошлись.       — Ну, это уж мы нескоро узнаем: выдержала-не выдержала... За неимением вещественных доказательств будем брать во внимание оба варианта. Вы удивительно осведомлены в вопросах металлургии, учитывая, что не наследуете дело Вашего отца. Исходя из даты и времени отправления Вашей последней телеграммы, состоялся ли, в итоге, у Вас разговор с мистером Эндрюсом?       — Да, в момент крушения я был в его каюте. Мы говорили о возможном отдельном сотрудничестве с верфью, но договориться не представилось возможным.       — А чем занимался мистер Эндрюс в этот момент?       — Вносил представленные моим отцом замечания и намеревался, по возвращении "Титаника" в Белфаст, провести диагностику судна. У него ещё были планы по изменению планировки лайнера. К слову, об изменениях. Как потерпевшая сторона, я бы хотел знать, как так вышло, что на гигантском лайнере не оказалось достаточного количества шлюпок, чтобы смогли эвакуироваться все.       — Мы уже обсуждали этот вопрос и понимаем Ваше недовольство. К сожалению, не одним только количеством шлюпок объясняются такие потери.       — И тем не менее, каким образом судно, рассчитанное на более чем двух тысяч человек выпустили в рейс со всего лишь двадцатью шлюпками?       — Мы предполагаем, что ответ на Ваш вопрос знал мистер Эндрюс, — ответил мистер Смит.       — И мистер Исмей. Журналист Уильям Стэд поделился, что для директора шлюпки на "Титанике" являлись не более чем формальностью.       — К сожалению, мистер Стэд утонул вместе с кораблём, поэтому по Вашим показаниям мы ещё будем опрашивать экипаж и спасшихся пассажиров.       Комиссия держала Итэра ещё некоторое время, задавая вопросы об организации эвакуации на корабле. Уильям Смит непредвзято относился к показаниям мистера Джонсона, используя весь свой профессионализм. Вопреки опасениям, встреча в Сенате прошла вполне благополучно. Выйдя на улицу, где его ждал шофёр, Итэр сел в машину.       — Сэр, мне связаться с мистером Бауэрсом о результатах встречи?       — Да, будьте добры, и пусть он мне позвонит — наша договорённость в силе.       Автомобиль приближался к нужной улице, когда неожиданно Джонсон попросил остановиться возле небольшого киоска, где собралось удивительно много народу.       — Желаете приобрести газету, сэр?       — Нет... Но что там за столпотворение?.. — заинтересованный данным зрелищем, Итэр вышел из машины и, в сопровождении шофёра, прошёл ближе. Люди едва ли не толкали друг друга, стоя с протянутыми руками, в которых были зажаты купюры.       — Прошу прощения, а что, собственно, тут происходит? — поинтересовался парень у стоящего рядом мужчины. Итэр вставал на носочки, силясь увидеть, из-за чего происходит такой балаган.       — Так ведь, поставили сувениры в честь гибели "Титаника", — объяснил мужчина. — Надеюсь, удастся урвать хоть что-то...       — Говорят, в посудной лавке напротив продают сервиз с изображениями тонущего корабля. Определённо успеете получить какую-то интересную вещицу.       "Наживаются на человеческом горе и жертвах?.. И вот это вот наше будущее?" — подумалось Итэру. Он развернулся, уходя прочь от ужасающей картины. Всю дорогу до дома он размышлял над тем, что увидел. Все эти события и преследующие его сны рискуют скоро довести до апатии, а оказаться в доме для душевнобольных он пока не планировал.       Поблагодарив шофёра за поездку, Итэр поднялся по ступеням и прошёл в холл, где его остановил консьерж.       — Мистер Джонсон, сюда заявился мальчик... — начал мужчина и, увидев недоумённое лицо Итэра, несколько стушевался. — Говорит, что Вы можете помочь ему. Дали этот адрес.       — Мальчик?.. — Итэр нахмурился, силясь вспомнить всё произошедшее за эти дни, но сквозь вереницу бешенных событий ему едва ли это удавалось. — Он сказал, откуда пришёл?       — Да. Что-то про "Титаник" упоминал.       — Чёрт!.. — неожиданно воскликнул Джонсон, но, увидев возмущённый взгляд консьержа, осёкся. — Простите, пожалуйста, сэр. Где он сейчас?       — Ждёт в холле, на диванчике, — указал мужчина и Итэр, поблагодарив консьержа, вручил ему чаевые.