Спаси меня, я всё ещё голоден.

«Сосновый лес вдоль побережья, камыш, танцующий от порывов ветра, стаи перелетных птиц, пролетающих над зарослями камыша, фенек, что ведёт охоту на маленькую мышку. Как насчет того, чтобы насладиться этим природным разнообразием? Лесная роща из черных сосен. Лесные тропы в этой зоне выполнены из дерева или глины, поэтому этот лес подойдет для пешей прогулки. Во время прогулки по лесу вы будете слышать шум моря. В этом лесу есть место, куда вы обязательно должны сходить — это мост длиной 250 м, расположенный на высоте 15 м. Прогулка по мосту подарит острые ощущения, ведь, когда идешь по нему, кажется, что идешь по небу — под ногами зеленый лес, а за лесом виднеется бескрайнее море. В ясную погоду отсюда можно увидеть небольшие острова Желтого моря.» Так красиво описывалось место для кемпинга, где отдыхали и боролись трое парней. И их путь к загадочной шаманке начинался там, где заканчивались тропы, выполненые глиной и деревом. Солнце ярко светило и согревало, создавая счастливую атмосферу. Парни шагали в глубь леса, хоть и не знали дороги. — А кто-нибудь подумал о том, что сначала надо было узнать дорогу? — Джин немного паниковал в лесу, хоть сейчас так ярко светило солнце и лес завораживал своей красотой, хотелось гулять здесь до самой темноты, а потом смотреть на ярчайшие звезды, что россыпью заполнят всё небо. — Это же не так загадочно и захватывающе, если знать, куда идти, да и в фильмах духи леса в такие места сами путников приводят, вот, и посмотрим, настоящая тут шаманка или просто пугает легендами, чтобы к ней не навязывались и не лезли в дом, — Тэ бодро шагал в лес, идя спиной и не заметил, как за ним появилась тень. — Тэ, — Гук пытался привлечь внимание друга. — Шагайте быстрее, плетётесь, как черепахи. — Тэ, — Джин тоже забеспокоился. — Да чего вы заладили: Тэ, Тэ, — Тэхён упёрся во что-то спиной. — Говоришь, отпугиваю? — раздался приятный глубокий женский голос. У Тэхёна кудряшки зашевелились на затылке и сердце барабанило по рёбрам, до того он испугался. — Ну что, красавчики, пойдём проверять настоящая ли я шаманка? — Простите. ТэТэ наконец развернулся и увидел маленькую женщину, внешне ей было не больше пятидесяти, хотя определять возраст у людей, живущих природой, очень сложно. Она улыбалась и при этом, даже цвет глаз не разглядеть, настолько они превращались в щелочки. Платье из натуральной ткани, яркий пояс и коса, замысловато уложенная в причудливую причёску, несколько прядей выбилось, возможно, она занималась сбором в лесу, а они ей помешали. — Всё в порядке, я не из обидчивых, все хотят узнать свою судьбу, но верить в правду не хотят, им хочется услышать ложь и ждать чуда. А вы зачем пришли? За правдой? Или тоже ждёте нужной сказки на ночь? — шаманка пристально смотрела на Сокджина, уже не обращая внимания на других парней. — Ты точно пришёл за правдой, идёмте в дом, — не дожидаясь ответа, она быстро зашагала в глубь рощи. Довольно быстро они дошли до моста и вот тут вылезла проблема — Сокджин боялся высоты. Под мостом сплошные сосны и странное ощущение, что идешь по воздуху, тонкие тросы с креплениями, что сейчас напоминали железные челюсти каких-то странных животных. Гук крепко держал руку Джина, но его всё равно заметно трясло. Тэ ждал их уже на другой стороне. Преодолев это препятствие, им пришлось взбираться по имитации лестницы. Вначале нужно пройти между двух стен, на одной стороне изображены Духи Огня, на другой — Духи Воды и здесь важно, как тебя примут. Помните, с духами не шутят. Пока они добрались до ворот, пока в гору поднялись, успели устать и замерзнуть. Гук приложил крепким словцом основателей этого атракциона, не нашедшего более удобного места для возведения. Высказался и тут же, на ровном месте, упал как раз между этих стен. Руки в кровь разбил. Спасибо, всё понятно, всё доходчиво, взяли кровью жертву за проход и во искупление. Горят свечи у кумирниц, звенят колокольчики на ветру, из-за закрытых дверей дома слышны звуки бубнов и пение заклинаний. В воздухе витает аромат благовоний. Шаманка шла с ними, но звуки из дома говорили о том, что либо она не одна, либо творится какая-то чертовщина. Волосы на теле ожили уже у всех троих. Дом был самым обычным, его отличали только яркие ткани, запахи и звуки. Как только друзья вошли, погрузились в атмосферу ритуала, что проводила очень старая шаманка. Она пританцовывала и ритмично била в бубен, несмотря на возраст, времени ритуал занял не мало, гости заметили, что одежды менялись несколько раз. Звук вводил в легкий транс, очень хотелось сесть на пол там, где и стояли, запахи благовоний, казалось, проникли под кожу и никогда не выветрятся, местами под потолком что-то висело, сушилось. Счёт времени они совсем потеряли. А шаманка остановила свой танец и села, указывая парням сесть перед ней, что они и сделали, стоять сил уже не было. — Зачем пришли? — скрипучий голос немного резал слух. — Путь не близкий, только правду и каждый по очереди. — Хочу узнать, как избавить от кошмаров дорогого мне человека, — Гук, не теряя времени, задал самый волнующий вопрос. — Кошмары говоришь? Кошмары духи наводят, вот и надо спросить у дорогого человека, кто к нему повадился, от этого и плясать. А ты зачем пришёл? — шаманка цепко смотрела на Тэхёна. — У меня всё банальнее, судьбу свою найти хочу, хочется искренней и сильной любви, чтобы раз и на всю жизнь, — Тэ смотрел виновато, понимая, что его вопрос слишком приземленный. — Странно, зачем спрашиваешь, если свою судьбу ты нашёл и давненько. — Как нашёл? — А это уже сам понимай, раз до сих пор не понял, — шаманка быстро сменила собеседника, внимательно смотря на замершего Сокджина, — а ты почему один пришёл? — Что? — голос подвёл и получился полузадущенный писк. — Где потерять умудрился? Разве такое теряют? — шаманка давила взглядом, хоть и была намного ниже, сейчас казалось, она нависает грозовой тучей. — Что потерял? Я не понимаю, о чем Вы спрашиваете. — Аааа, вот теперь поняла, так это он за тобой и пришёл, заберёт он тебя, чтобы ты не делал. Надо было держать крепко и никогда руку не отпускать, а ты отпустил. Теперь вину свою перед высшими, что вас наградили, обоим искуплять. Он уже к тебе прикоснулся, и ты чувствуешь, что что-то не так, но молчишь, а молчание твоё, ой, и дорого обойдётся. Хочешь молчать — молчи, это твоей судьбы не изменит, через шесть дней он тебя заберёт. Да ты и сам возвращаться не захочешь. Сказано же было, что в любом перерождении вместе будете, сами богов молили за заслуги, дар получили и забыть удумали? Такое нужно помнить и богов не гневить. Запомни мои слова, они тебе помогут решение найти, а кошмаров своих тебе недолго бояться, у тебя всего шесть дней. Я всё сказала, идите, вы получили свои ответы. А ты не гневи духов, а то не только руки в садинах будут, забирай своё и уходи, а его оставь. Они не вышли, выползли, голова кружилась, слова до сих пор гулом звучали в голове. Солнце уходило в закат и надо было срочно возвращаться. Обратно путь занял меньше времени, сил не было даже на то, чтобы поесть, не то что готовить, разбрелись по палаткам и отключились, каждый в своих мыслях.

***

Тропинка, звезды над головой, Луны всё ещё не было видно, Джин стоял на самой середине тропинки и не понимал, как тут оказался. «Снова, только не это, опять этот кошмар, но что-то не так.» Светлячки стекались жёлтыми ручейками со всех уголков леса, растягиваясь гирляндой вдоль тропинки. И Джин шёл вперёд, понимая, что он не проснётся, пока не дойдёт до конца тропы. А там, на поляне, снова в глубокой темноте был силуэт. Длинное тело напоминало живое дерево, длинные лапы-ветки, ноги торчали коленками в стороны, видимо, существо сидело в позе, подобной позе лотоса, но длина конечностей не позволяла сделать это нормально. Возле ног валялся какой-то объёмный мешок, и слышны были чавкающие звуки, помня страх, когда он в прошлом сне видел горящие чёрные глазницы и страшный безгубый рот, Джина передёрнуло всем телом. Что-то продолговатое напоминало длинный овощ, и именно в это вгрызалось существо, звуки напоминали то, как зубы, прорывая кожуру, с лёгким треском проваливались в мякоть, а резкий звук всасывания говорил о том, что сок лился из поедаемого предмета. Было видно, как что-то капает с лап на землю. Запах был сладковатым и немного отдавал металлом. Раздался, громкий звук урчания живота, что прогремел, как раскат грома в полной тишине, существо оторвалось от трапезы и обратило голову в сторону гостя. Существо поднялось, тьма всё так же скрывала все подробности от Сокджина, он замер, ноги как-будто приросли к земле, и только желудок падавал признаки жизни, громко сообщая о голоде. Огромная рука с иссохшимися пальцами, крупными костяшками, испачканная в каком-то соусе, протягивала, поднося к лицу парня какую-то красную мякоть. Джин сам не понял, как это произошло, как вцепился в лапу, ощущая под своими пальцами лишь кости, не понял, как схватил мякоть в рот и с каким животным голодом жевал нечто мягкое, сладковатое, с немного солёным соусом, что ускользал между костяшек. Он не помнил, сколько он съел и не понимал что… Не осознавал самого себя, пока не насытился, он осознал себя в моменте того, что жадно вылизывал кости духа. Резко отпрянул и посмотрел на того, кто стоял перед ним. С диким криком, раздирающим душу, Джин провалился в темноту, краем глаза замечая одну деталь, что висела на поясе чудовища. Брелок, старый брелок с фигуркой динозаврика. Джин подлетел, продолжая истошно орать в палатке, на его крик прибежали почему-то одетые Чонгук и Тэхён. Гук, влетев в палатку, с силой сжал Джина в обьятиях. — Где ты был? — задыхался от бега Гук. — В палатке, я же спал, — сердце Джина всё ещё билось, грозя вылететь к чертям, пробив путь, ломая рёбра. — Джини, тебя не было в палатке, мы уже не один час тебя ищем по лесу, я думал, ты пропал, как и тот мужчина по соседству, — Чонгук не мог перестать сжимать с силой широкие плечи парня. — Какого мужчины, как это не было? Я же пришёл, уснул, и мне приснился кошмар, — Джин никак не мог вернуть своё восприятие реальности. — Пропал мужчина из соседних палаток, всех подняли на поиски, а когда пришли разбудить тебя, то тебя здесь не оказалось, я жутко испугался. От тебя странно пахнет, — Чон протянул руку и вынул застывшую ветку из волос парня, протягивая её ему. Заметил ещё и слипшиеся волосы, от которых был запах чего-то странного. Джин смотрел на веточку, лежащую у него на руках, а в голове билась мысль: «Это не сон?». В этот раз темнота была спасительной, и Ким с радостью в неё погрузился, боясь потерять рассудок. — Джин, Джин, что с тобой? Очнись, прошу тебя, не пугай так. ДЖИН! — крик Чонгука, разносившийся эхом по округе, рвал сердце на части.