Дочери Поттеров

      Весть о произошедшем в кабинете Дамблдора, весьма быстро разлетелась по всему Хогвардсу. Студенты всех факультетов сначала возмущались поведением Дамблдора, а после и смеялись над действиями директора, который попал в собственные сети, и не смог выбраться из них. Как ни странно, но даже гриффиндорцы смеялись над Мародёрами, хоть кто-то смог поставить их на унизительное место, в которое они часто ставили других ребят. Лилиан особо не принимала участие в подобных обсуждениях, они ей были не интересны. Гораздо более важным она считала свой разговор с Люциусом Малфоем. Аристократ пытался выяснить у Лилиан, почему у неё фамилия Риддл: — Мисс, мне очень интересен тот факт, что вы в Хогвардсе, находясь под неусыпным оком Дамблдора, взяли себе такую фамилию. — Обычная фамилия мистер Малфой, — для вида пожала плечами девушка. — Но с ней явно что-то не так, и директор, и мой декан, всегда спотыкаются в своей речи, когда обращаются ко мне. — Не сомневаюсь, — хмыкнул довольно Малфой. — Но тем не менее скажите, почему именно она? — Когда я появилась в Косой переулке, то пришлось придумывать себе временные имя и фамилию, пришлось взять чужие. Я слышала, как кто-то в том месте говорил о волшебнике по фамилии Риддл, вот я и взяла именно её. — Вы давно потеряли память? — спросил Малфой. — Кто знает, — пожала плечами Лилиан. — Я только помню, что оказалась в Косой переулке, и всё. Далее одна волшебница вызвала директора, и вот я здесь. — Если вам понадобиться помощь мисс, то в Слизерине знают как меня найти, — сказал Люциус Малфой. — Всего доброго мисс Риддл.       Малфой ушёл, а Поттер думала, как скоро аристократ доведёт до своего господина информацию о ней. Хотя возможно Воландеморту не будет никакого дела до ученицы, которая взяла простую фамилию, хоть и принадлежащую его семье со стороны отца. Насколько дочь Избранного помнила, Тёмный лорд ненавидел всё связанное со своим отцом. — Лилиан, о чём задумалась? — спросила подругу Марлин, вырывая красноволосую из её воспоминаний. — Ты видела, Лили Эванс от Поттера не отходит, а говорила, что никогда к нему сама не подойдёт. — Убогим всегда нужно держаться вместе, — пожала плечами Поттер, как ни странно родители отца произвели на Поттер только негативное отношение. — Да уж, никто не ожидал, что они будут своего рода изгоями, — сказала подошедшая Алиса. — Всё правильно, как они всегда поступали с людьми, так и им пора почувствовать это на своей шкуре, — ответила Марлин. — А что интересно по этому поводу думает Дамблдор? — Он просто директор, а значит должен одинаково относиться ко всем ученикам, а он видимо создал себе любимчиков, — сказала Лилиан. — И вот результат, они стали неосторожны в своих действиях. — Да, директор в шоке видимо, все эти дни даже из школы никуда не ходит, всё сидит в своём кабинете и проводит совещания с деканами, — хмыкнула Марлин. — Я слышала даже по ночам там сидит. — Он там ночует? — спросила Лилиан, пытаясь сделать вопрос с удивлением. — Да, — кивнула сплетница Марлин. — Всё видимо пытается решить, как обелить Мародёров и Эванс. Ну или как слизеринцам сильнее жизнь усложнить.       Лилиан поморщилась, ей не нравилось, что у неё сейчас нет возможности поговорить с Распределяющей шляпой. Если Дамблдор будет сидеть безвылазно в кабинете, то у неё будут связаны руки в получении информации. А веди Поттер была уверена, что шляпа Гриффиндора знала многое о делах светлого старика. Придётся подождать. — Привет Риддл, — приземлился на диван рядом с Поттер будущий крёстный её отца — Сириус Блэк, кладя руку девушке на плечо. — Как твои дела? — Было хорошо, до твоего появления, — ответила Риддл, убирая руку парня со своего плеча. — Если ты не заметил, то я разговаривала с девочками, и тебя сюда не звали. — О, думаю девчонки не против моей кампании, — хмыкнул Блэк. — Я знаешь ли очень популярен среди прекрасного пола. — Вот и иди туда, где ты популярен, — ответила дочь Гарри Поттера. — Или тебя пинком туда отправить, раз ты слов не понимаешь. Хотя кому я это говорю, ты же понимаешь только силу и прямые приказы. — А ты её ко мне применишь? — улыбнулся Блэк. — Я не против испытать твою силу на себе. — Ты её уже испытал, тогда в коридоре ты тоже был не против парящим телом временно побыть, — сказала Поттер. — Могу повторить, и Северуса сюда приглашу с друзьями, пусть попинают летающий шарик. — Слушай, я же… — Встал и пошёл к своим фанатам, — зло сказала Лилиан. — Включи уже свои мозги, если они у тебя конечно имеются, здесь тебе не рады. Пошёл вон.       Сириус молча встал с дивана и отправился в комнату мальчишек. Он не понимал, почему девушка, которая ему нравиться, так к нему относиться. Да он любую поманит, и она к нему прибежит, да как та же Марлин. А эта Риддл артачиться, она явно хочет, чтобы он самый красивый и видный парень школы бегал за девушкой. Хотя если подумать, то она этого стоит, он готов за ней поухаживать. — Ты где был Бродяга? — спросил его Поттер. — Директор сказал сидеть тихо хотя бы одну неделю. — Ходил на кухню, — скривился Сириус. — А домовики сказали, что мои любимые кексы не готовили. Решил с Риддл пообщаться. — И что? — насторожился Джеймс Поттер, не желая пока пересекаться с этой девчонкой, от неё у них были одни только проблемы. — Дамблдор же сказал, что пока он её не направит в нужное нам светлое русло, не провоцировать её. — Плевать мне на директора, — скривился чистокровный Блэк. — Она меня прогнала, угрожая снова подвесить к потолку, а после позвать Сопливуса с друзьями, чтобы они со мной поиграли. — Она на стороне Слизерина, — проскрипел Петтигрю. — Предательница. — Она никого не предавала, — вмешался Люпин. — Если ты не заметил, то Риддл ровно поддерживает дружбу со всеми факультетами. Ей просто мы не нравимся. — Интересно почему? — спросил Поттер. — Она не только нас унизила, но и Лили из-за неё теперь одинока. — Ну и радовался бы, — недовольно сказал Сириус. — Эванс из-за этого сама плывёт в твои объятия. Ты разве не этого хотел? — Хотел да, — ответил Джеймс Поттер. — Но она со мной только потому, что её остальные игнорируют, а так, возможно она и не посмотрела бы на меня. — Да, верно, Эванс считала себя птицей большого полёта, — засмеялся Блэк. — Высмеивала других, учила жизни, а вот появился кто-то посильнее её, и наша рыжуля ушла в небытие. — Сириус не надо так о ней, — недовольный словами друга произнёс Джеймс. — Он прав Сохатый, — сказал Римус Люпин. — Лили Эванс и в подметки не годится Лилиан Риддл. Заметь наша новенькая никого и никогда не унижала, со всеми общается доброжелательно. А Эванс смотрела на всех свысока чуть ли не с первого дня, Северусом она просто пользовалась, а когда немного в волшебном мире пообвыкла, так сразу Снегга и прогнала. — По вашему, она самая худшая на свете? — спросил недовольно Джеймс. — Да с чего вы вообще… — Джеймс, — попытался объяснить другу оборотень. — Лили потребительски относится к дружбе, а Лилиан нет. В принципе нашей новенькой плевать на кровь, статусы и самое главное факультет, из которого вышли те или иные ученики. Для неё человек важен, для Эванс только выгода. Не мне конечно тебя останавливать, но и с тобой она сейчас вместе, только из-за того, что другие её прогнали. Подумай об этом.       На следующий день, директор разрешил ученикам сходить в Хогсмид. Все были очень воодушевлены, а особенно Лилиан Поттер, девушке хотелось увидеть деревушку прошлого и как всегда сравнить со своим временем. Также ей нужно было купить несколько вещей, поскольку декан расщедрилась только на красный свитер и чёрную юбку. Этого было мало молодой девушке, а в кармане её мантии, с ней перенеслись и несколько галеонов, которые дал отец в тот день. — Лилиан пойдём в «Три метлы», — предложила Алиса. — Там прекрасное имбирное пиво и вкусные котелки. — Конечно, но сначала зайду в магазин одежды, — сказала Риддл. — У меня практически нет здесь одежды, нужно кое-что купить. — О, — только иисказала Мэндес. — Пойдём, а я скажу Френку, чтобы не ждал меня. — Бросаешь парня? — шутливо спросила дочь Поттеров. — Не хорошо. Спасибо, но я и сама справлюсь, а ты иди к Френку. Только купите Марлин сахарные перья, раз она болеет, то надо её поддержать. Если я быстро всё куплю, то присоединюсь к вам. — Отлично, — засмеялась Алиса. — Хороших покупок тебе.       Войдя в «Шапку невидимку» Поттер стала осматриваться, одежда здесь была явно для учеников с мешком галеонов. Такие цены были сейчас не подъёмными для девушки, которая осталась без семьи здесь. Придётся как-нибудь с помощью магии создать себе приличный гардероб. Только гриффиндорка хотела пойти в магазин тканей, как перед ней материализовался Руквуд. — Здравствуй Лилиан, — поздоровался парень. — Решила обновить свой гардероб? — Нет, здесь такие цены, что я только пару носков и смогу купить, — сказала девушка. — У тебя проблемы с деньгами? — осторожно спросил Руквуд. — Это не моё место, у меня здесь нет семьи или знание, кто я такая, так что да, я стеснена в средствах, — сказала Лилиан. — Но школа обязана тебе всё предоставить, — нахмурился слизеринец. — Нет, если ты унизила любимчиков директора, — улыбнулась красноволосая девушка. — Пойду куплю ткани, сама себе создам одежду. — Я могу тебе помочь, — сказал Руквуд. — Нет, не можешь, — сказала гордая Поттер — Послушай, давай договоримся, моей семье нужны зелья, весьма серьёзные по варке, может если ты их сваришь, то я тебе заплачу, — предложил слизеринец. — Это просто работа, а не благотворительность, если тебе трудно такое принимать. Тем более, ты же на зельеварении блистаешь, как и Северус. — А Северус для вас их разве не варит? — Варит, но их нужно много, он не успевает один, учёба, — сказал парень. — Нужны вот эти, и в больших количествах. — Я всё же спрошу, зачем вам столько зелий? Да ещё и таких сильных? — ознакомившись со списком, спросила гриффиндорка. — Они все с лечебным эффектом — Мои родители направляют зелья в различные организации, которые затем переправляют их в места, где произошли катастрофы, — объяснил Руквуд. - Пожары, наводнения, любые катаклизмы. — Тоже своего рода благотворительность? — спросила Лилиан. — Всё чистокровные семьи ею занимаются, — улыбнулся парень. — Ну как? Согласна? — А лаборатория? Где варит Северус? — поинтересовалась зельевар. — Да, профессор Слизнорт разрешает ему, думаю тебе тоже разрешит, ты ведь одарена в зельях, да и не только в них. — А ингредиенты для зелий? — Мы всё предоставим, давай я скажу матери и она встретиться с тобой, заключите договор, — предложил слизеринец. — Согласна, — кивнула Риддл. — Сообщи, когда миссис Руквуд сможет прийти. — А пока пойдем в «Три метлы» и выпьем пиво. — А одежда? — Не так уж это и срочно, — взяв пол руку парня, сказала девушка. — Пойдем в кафе. — Слишком гордая, — заметил тепло чистокровный юноша. — Просто не люблю быть обязанной никому, — ответила Лилиан. — Сварю всё быстро, вот вы мне и заплатите. — Хорошо, хорошо, я всё понял, но в кафе я тебя угощю, и никаких возражений, — улыбнулся Руквуд. — Ребята нас ждут, вот всё Северусу и расскажем, он уверен будет в восторге.       В «Трёх метлах» Лилиан села за стол ребят из Слизерина, предварительно подойдя к Френку и Алисе, предупредив их о том, где будет сидеть. К чести этой пары, они не были собственниками по отношению к своим друзьям, спокойно могли помочь друзьям, но не требовали никакой оплаты или внимания за это. Поэтому и уважением они пользовались у всех факультетов. — Надо же, — воскликнул Треверс. — Будешь помогать Северусу варить зелья, Лилиан? — Да, мы ещё не говорили о договоре с миссис Руквуд, но список зелий для меня не проблема, — ответила Риддл. — На пару с Северусом мы справимся. — Конечно, — улыбнулся Снегг. — А что там с директором? Всё страдает от того, что сильная волшебница не идёт по проложенному им пути, — засмеялся Мальсибер. — Смотри Риддл, он от тебя не отстанет, станет тянуть в компанию выгодных ему людей. — Как я понимаю, он обрабатывает не только маглорожденных, — подметила дочь героя. — Да, вот взять хотя бы Сириус Блэка, — отметил Руквуд. — Он из чистокровных, но всячески старается показать, что ему глубоко противно всё, что связано с нашими традициями. — Конечно, он и в Гриффиндор поступил только ради того, чтобы доказать, что он не такой, как ненавистные ему чистокровные, — отметила недовольно Нарцисса Блэк. — А чем плохи традиции Блэков? — спросила Риддл. — Сириус просто не хочет, чтобы его жизнь была похожа на жизнь его родителей, считает, что он не должен делать то, чего не хочет, — сказала Нарцисса. — Но не замечает, что этим только выставляет себя на посмешище. — А Поттер? — У него в семье всё в порядке, но он поздний наследник, притом единственный, — ответил Треверс. — Избалован до крайности, а родители единственного сыночка ни в чём не ограничивают. — Он просто ведомый, что говорит Блэк, то он и делает, — сказал Северус. — А тому лишь бы развлекаться. — Ну а Люпин и Петтигрю просто группа поддержки, — отметил Мальсибер. — Если завтра эти двое исчезнут их Хогвардса, то ни Поттер, ни уже тем более Блэк этого даже не заметят. — А под крылом Дамблдора они из-за того, что тоже сильные волшебники из богатых и знатных семей, а также слепо верят самому директору. — Он выставляет себя этаким добрым дедушкой, и многие верят ему, — пожала плечами Нарцисса. — Преподаватели почти все, тоже заглядывают ему в рот. — А профессор Макгонагал тоже в этой упряжке? — поинтересовалась Лилиан. — Ведь она умная женщина, неужели тоже идёт по пути, который ей указывают? — Кто знает, что у неё на уме, мне лично кажется, что ей удобно такое поведение, — ответил Снегг. — Не нужно решать кто враг, а кто нет, тебе просто указали на это. А она и рада, тем более она гриффиндорка, а Дамблдор всегда свой родной факультет прикроет. — Смотрите, — сказала Блэк. — А вон и великолепная четвёрка неудачников идёт. — А с ними и никому ненужная Эванс, — засмеялся Руквуд. — Ей Эванс, так отчаялась, что и Поттер вдруг пригодился? — Слушай Руквуд, не лезь к ней, — ответил на выпад слизеринца Поттер. — А то что? — спросил Мальсибер. — Смотри внимательно и оглядывайся, когда ходишь по коридорам, — хмыкнул Сириус Блэк. — Угрожаешь ударом в спину? — спросила Лилиан Риддл. — Вы только так и делаете, а потом бежите к директору, поджав свои четыре хвоста разной длинны. — Каких хвоста? — спросила Эванс. — Скоро полнолуние, может Поттер возьмёт тебя с собой Эванс, погулять под луной, — улыбаясь ответила Лилиан. — Романтично то как будет. Много хвостов, лап, шерсти… — Пойдёмте отсюда, — схватил всех друзей за руки Джеймс Поттер. — Что это сейчас было? — спросил Руквуд. — Они все анимаги, и любят в полнолуние бегать по территории школы, — ответила дочь Гарри Поттера, не желая при этом выдавать тайну Люпина. — Но не следует вам им мешать, директор знает об этом, но прикрывает их. — Они незарегистрированные анимаги, так? — спросила Нарцисса. — Да, и у всей школы от этого могут быть проблемы, так что не стоит этим пытаться Мародёрами досадить, — остановила их Риддл. — А кто они, какие формы? — спросил Треверс. — Поттер — олень, Блэк — дворовый пёс, Люпин — волк, а Петтигрю стал крысой. — Да уж, — присвистнул Мальсибер. — Но Блэк дворняга, даже в этом от чистокровности хочет отойти. — Нам пора ребята в замок, — сказал подошедший Френк Долгопупс. — Да, идём, — сказала Лилиан, прощаясь со слизеринцами. — Всё в силе, жду известия от миссис Руквуд.       В замок гриффиндорцы возвращались в молчании. Френк и Алиса шли в обнимку, а Риддл им не мешала, у неё были свои думы. Несмотря на то, что здесь у неё не заладились отношения с родителями отца и их друзьями, она не желала им зла, но и спускать им отвратительное поведение тоже не собиралась. А ещё Лилиан Поттер поняла, как узко мыслил её дядя Рон, когда говорил, что все в Слизерине и слова доброго не стоят. Они по мнению Поттер были прекрасными людьми, со своими тёмными делами и мыслями, но это свойственно всем здесь, а не только факультете Салазара Слизерина. Девушка размышляла, как ей помочь этим людям, но она не знала сама, что будет делать завтра, и как быстро её перенесёт обратно домой. Сколько у неё здесь времени? И стоит ли ей менять своё собственное будущее? Ставить его под угрозу? — Смотрите, директор куда-то собрался, — отметила Алиса.       Лилиан посмотрела в ту сторону, куда показывала Мэндес. Директор действительно торопился куда-то, а значит у неё есть время сегодня ночью наконец посетить его кабинет. Что она обязательно и сделает.