Развлечения и Страхи

Колдун намеренно снял корону, дабы хоть какой-то остаток сил его переполнял - эта битва с новоиспеченным и недолго прожившим богом Лю Каном сильно его выбила из колеи. Несмотря на свое изначально человеческое происхождение и уверенность в победе, он оставался тем же мальчишкой-визгунишкой, которого прибить еще хотел Шао Кан. Вот только Император уже давно мертв и наполовину съеден озверевшей и не перенесшей предательства дочуркой, а потому пришлось самому удержать контроль над Песочными Часами. Но Колдун знает - это всего лишь один из тех Лю Канов, которые еще попробуют покуситься на истинного Повелителя Времени, но сразу всех даже ему было сложно одолеть. Ибо очень давно Шан Цзунг не подпитывал себя силой и душами гораздо сильнее и могущественнее человеческих. Вот уже несколько месяцев он наблюдает за постепенным восстановлением сил Рейдана, кого он наравне с его младшим братом решил пощадить - их божественные души и силы были сравнимы со сладкими вишнями с оттенком вина или коньяка, что могли усилить Колдуна. Но Шан знал, что этим самым он или истощит их обоих до состояния полу-смерти, или же просто погубит их, а ведь победа над Рейданом и Фуджином была его мечтой, что он реализовал и довел до своих тайных желаний только уничтожив Кроннику. Теперь бывший старший Защитник некогда непоколебимого Земного Царства был в подвешенном состоянии над так называемой кислотной рекой душ, что отголоском воют в мрачных чертогах нового замка Шан Цзунга. С отвращением Колдун отстранился от громовержца - тот был схож с испорченным продуктом, который могут доесть цепные псы или же он сам однажды раздавит. Вот только все время он сдерживал и это желание, и рвение единственной оставленной вживых прислужниц Шао Кана, а именно его дочурки Милины. Но почему? Ответ очень прост - Рейдан был поводом для покорности Фуджина, и именно его заточение было утехой Шан Цзунга. Пока Милина, которую он посадил на цепь возле едва живого громовержца, рычала от гнева, что ей не достается молодого тела, сам же Шан Цзунг устремился в тайный зал своего нового дворца, что мог даже раздавить некогда перехваленную Империю тупицы Шао Кана. Это сооружение напоминает теперь неприступную крепость, войти в которую напрямую никто не сумеет, как и обогнуть или перелететь, настолько огромной и высокой была новая конструкция. Именно в ней Шан Цзунг и укрывал ныне столь важные теперь ему вещи, ценности и одного пленника, коем и являлся Фуджин. Окна в замке были, но все время плотно закрыты, а двери только могли отделять и прятать парочку важных залов. Шан Цзунг оставил и даже усовершенствовал свою лабораторию, отдав под нее один из нижних ярусов замка. В самом низу гнили неудачные эксперименты или тела уже истлевшие от поглощения. Одно большое пространство уходило для тайных хранилищ: драгоценностей, шелка, книг и свитков, а также редких зелий, что Колдун выкрал/забирал в качестве трофеев при захвате других миров. А на самой вершине замка, где должна располагаться крыша, на деле был огромный трон Повелителя Времени, на котором Шан Цзунг обретал могущество перед, во время и после очередного нападения на другие временные петли, где он истреблял всех до единого. И только одного пленника из его некогда прошлого, что томился на одном из этажей в вполне неплохих покоях, Повелитель времени не стал пока что пускать в расход, ибо Фуджин был его в душе главным и самым желанным трофеем, но не в плане поглощения сил и души, а самого обыденного желания Колдуна. Все дело в том, что бог ветра, младший брат Рейдана, который умел понимать людской сброд даже лучше старшего Защитника Земного Царства, был даже очень привлекательным. Его стихия в лице ветра символизировал собой свободу и вдохновение для людской души, да и сам он был так близок к ним, что было забавно. Фуджин был предан старшему брату, не поддался на соблазн Кронники занять его место Защитника Земного Царства в обмен на служение ей, даже сам очистил брата от тьмы амулета Шиннока... Ну просто редкость среди божественных созданий. Да и сам он напоминал этакого подростка, у которого есть только любовь к свободе, счастью в Земном Царстве и, разумеется, к Старшему брату. Шан Цзунг ещё помощником титаниды проникся к этому божку, даже думал перехитрить титаниду, пообещав тому защиту Рейдана на кое-что, но терпение Кронники угасло раньше, и она заточила божка в Пустоте. Когда туда попал и Шан, то счёл это удачным моментом: тишина, одиночество, только возможность наблюдать за событиями... а он постепенно подберется к Фуджину и наконец-то удовлетворит свой голод. Да вот только на его двойное несчастье, их сперва нашел шаман племени Матоко, а потом еще и Лю Кан. Внутри Шан Цзунг не угоманивался - оказавшись на своем острове с целью забрать корону, он вот почти добрался до сладкого тела, но и тут не вышло. Что уж говорить об Огненных Садах, где Рейдан был буквально в шаге от того, чтобы сделать из Колдуна кучу залы, но того не позволили Фуджин и Лю Кан; да и на корабле Харона было все не до того, ибо Рейдан, который так тосковал по Фуджину, почти плакал от всех тайком, был рядом. И только на поле боя Шан подловил момент - преданный своему брату Фуджин все же позволил ему взять корону, хоть под обликом самого близкого и родного создания притаился настоящий удав, схвативший его и намеренно сдавливающий горло, чтобы настоящий Рейдан сдался добровольно. Несмотря на вмешательство союзников, Колдун одержал эту победу, в качестве самоутверждения и самоудовлетворения поглощая души всех проигравших. И только Фуджина он оставил нетронутым - он был тем желанным трофеем, тем самым плодом вожделения и именно тем, кто может еще оказаться полезнее любого слуги, хоть тот жил больше как тот, кого Колдун мог бы назвать любовником. - Фуджин... - позвал Шан Цзунг своего пленника повелительским тоном и не сильно строго, но знал, что с первого раза пленник не явится, ибо у него оставались силы, своя воля и явно большое желание вырваться из плена. Повелитель за это время зажег ядовито-зеленым пламенем свечи на стенах и полках еще одного огромного зала, после чего добавил с ухмылкой: - Не слушаешься? Мне, что же, усладить тебя криками твоего братика? Уверен, Милина очень голодная, ибо мальчишка был для нее жесковат! Колдун знает, что это уже точно подействует - Фуджин, который все ещё остаётся тем самым, видел зверства несостоявшейся Императрицы Внешнего Мира, которая больше предпочитала пожирать еще живых пленников, особенно молодых, но в голодном состоянии, да ещё без ошейника она была подобна саранче. Именно от ее зубов, клыков и аппетита была окончательно убита Цетрион, которую Шан и мог бы пощадить, но бывшая старшая богиня надеялась тем самым соблазнить его и выкрасть корону. На удивление она добровольно дала себя отыметь по самому настоящему зверству, которое мог себе позволить Шан Цзунг. Он разорвал ее плево, трахал почти безостановочно, намеренно тогда не снимая корону ее покойной матери. Получал ли он от этого удовольствие? Скорее, подыгрывал ее плану... а когда она осознала, что корона была подделкой, то не стал церемониться. И если от его магического контакта смертные женщины умирали спустя 1-2 ночи, то Цетрион была развлечением для жёсткого траха аж на целый месяц, ее крики почти оглушили Фуджина, который снизу их слышал и старался не подавать признаков своего присутствия, закрывая уши подушками, так как руки были в оковах и не могли растянуться в нужный обхват. Но даже после ядовитой спермы бывшая старшая богиня не умерла, а только выбешивала уставшего от нее Шан Цзунга, а тут еще Фуджин решил попытать счастье и отыскать брата, но был пойман переделанным Герасом. - Если попробуешь еще раз ослушаться... - ухмыльнулся Шан Цзунг, принуждая Фуджина смотреть на Цетрион - ...то вот, что будет с твоим любимым Рейданом! Милина не заставила себя ждать, атаковав бывшую старшую богиню. Хоть та и попыталась защититься, но полу-таркатанка набросилась и сразу вцепилась в ее горло, сдавливая тело, а клыками отрывая по кускам кожу с кровью, почти проглатывая без пережевывания. После Милина руками оторвала от Цетрион обе груди и откинула в сторону, а когтями разодрала до костей плечи. С животом она не стала церемониться - поскольку извращенец сделал несостоявшуюся Импепатрицу более подходящей на дикое животное, она была практически голой, а потому не стеснялась своих дырочек и от возбуждения пописала на бывшую старшую богиню. И если бы все обошлось мерзкой вонью и итак уже орами от самой Цетрион под рев и урчания Милины, то живот вспух, а Шан до этого ее залил обильно своей спермой, и видимо до нее она так стремилась добраться. И секунды не прошло, как от взбузхания живот Цетрион взорвался, от чего ее ноги отлетели в сторону оторванных сисок, а Милина жадно набросилась доедать уже не кричащую пленницу. Фуджин был вынужден на это смотреть, и рука переделанного Гераса не давала ему отвернуться. - Надеюсь, мы поняли друг друга... - довольный Шан Цзунг подошёл к поставленному на колени божку и бережно провел по его шее золотым когтем на его перчатке - Больше не сбежишь? Фуджин смотрел на него с ненавистью и страхом одновременно, в горле как будто образовался ком, который не заглатывался дальше, да и не выкашливается. Только учащенное сердцебиение выдавало в нем больше страха, от чего Колдун усмехнулся и погладил его по макушке: - Хороший мальчик... Все время Фуджин прокручивал этот ужас в голове: его брали шантажом, да еще так подло и жестоко, ведь только брат остался в живых, и потерять его для бога ветра означало перестать существовать. И ладно бы просто выпустить свою божественную сущность наружу, совершив самоубийство, но Шан этого не допустит, после чего намеренно заставит лицезреть поедание Милиной своего любимого брата. Но с другой стороны - быть игрушкой для Шан Цзунга, которого, мягко говоря, на старости лет потянуло на молодое тело бога, было даже хуже. Фуджину было тошно от вида огромного зала, где стояла огромная кровать, созданная не столько для сна, сколько для получения наслаждения. Магией Колдун уже кучу раз очищал белье от крови убиенных и своих следов близости, намеренно постелив чистое, чтобы самый желанный объект для наслаждения чувствовал нечто родное для себя. До сегодняшнего дня Шан не предпринимал попыток даже покусать несчастного божка, но заигрывал с ним, принуждая вставать на колени, перебирал его серебристые пряди и старался подтолкнуть к расслаблению. Но все последние разы заканчивались отталкиванием Фуджина от себя Колдуна, а тот не был готов взять его силой. И сегодня... он его возьмёт хитростью и магией...