Развлечения и Страхи

Весь в слезах Фуджин выскочил из огромного зала и буквально в несколько шагов оказался в своих, если так можно было выразиться, покоях. Ему все еще мерещилось, как острый и вонючий язык Шан Цзунга прогуливается по его шее, а его руки обжигают грудь, стремясь не столько согреть, сколько разорвать и сжечь его, добравшись до его сердца. Оказавшись в полном одиночестве, Фуджин сел на пол и зажался, прижимая ноги к груди, а лицом уткнувшись в колени, давая себе волю расплакаться. Перед ним теперь стоит очень непростой выбор. Он прекрасно знает, что рано или поздно Шан Цзунг сломит его, ибо все теперь было против полу-бога. Закрывшись в покоях и не выдержав, Фуджин прижался спиной к дверям и скатился на пол, сев и ощутив, как все тело дрожало, а изо рта доносились звуки всхлипов, которые сопровождали еще невысохшие слезы. Фуджин себе ранее такого не позволял, хоть и умел тосковать и скучать по брату, когда они были далеко друг от друга. Рейдан… любимый старший брат… некогда старший Защитник Земного Царства сейчас был невольником в новых местах обитания Шан Цзунга. Колдун бы уже давно мог его изничтожить, как он поступил с остальными своими противниками, но Рейдан был ему еще нужен. Он теперь был единственным, что может как поддержать и дать силу, так и сломать окончательно Фуджина. И полу-бог это прекрасно понимал – он уже предпринимал немало попыток выбраться и добраться до старшего брата, но каждый раз его ловили и притаскивали назад, но каждый раз Шан Цзунг не предпринимает попыток избить или ранить это прекрасное создание. Но чтобы проучить и отбить желание у него постоянно сбегать, Колдун все время приводил убеждение: «Или живи здесь, или Рейдан умрет». И в качестве доказательства Колдун скармливает одичавшей Милине еще живых пленников и непокорных рабов, и увы среди них были и те, кого Фуджин прекрасно знал, начиная с выпендрежника Джонни Кейджа (Милина с ним не стала церемониться и сразу разорвала по кусочкам) и заканчивая свергнутой Китаной, с которой Милина чуть ли не целый час игралась, убивая свою так называемую сестрицу. Шан Цзунг в этот же момент с ухмылкой принуждал Фуджина смотреть на эти кровавые бани: - Интересно, придется ли ей по вкусу побежденный бог? Но несмотря на это Фуджин не оставлял попыток выбраться отсюда – желание просто увидеть Рейдана, прикоснуться к нему, обнять и попытаться уйти отсюда вместе. В мыслях он часто представлял себе, как они вновь обнимутся, просто спокойно поговорят и смогут хотя бы попытаться свергнуть самопровозглашенного Повелителя Времени. Порой в мыслях Фуджин представлял себя заключенным в объятиях старшего брата, чтобы они были вдали ото всех, наедине друг с другом – когда руки Рейдана бережно укрывали его, прижимают к груди, а теплое прикосновение успокаивало тело и душу. Им всегда было о чем поговорить, о чем порой поспорить (ибо их взгляды по защите иногда разнились), о чем посмеяться… пусть все и считают, что богам и полу-богам чужды чувства и эмоции. Но Фуджин всегда был тем, кто забирал негатив и ярость у старшего брата, а тот учился у него людским эмоциям, пробуждая их, ибо также благодаря им смог не допустить захвата Земного Царства еще до нападения Шао Кана. Как же сейчас Фуджину этого не хватало. - Брат… - вытер он подкатившиеся слезы – Я очень хочу, чтобы все это было лишь кошмаром… чтобы сейчас ты был рядом, а под нами смертные, которые наслаждались тихой и спокойной жизнью… Он смог подняться на ноги и подошёл к стене, желая посмотреть через ее полупрозрачные очертания силуэт Рейдана: - Обещаю… я вытащу тебя отсюда! – Фуджин положил руки ладонями на стену. Рейдан все еще точно был без сознания, побитый и с пропитанной кровью остатками одежды – рядом ходила взад и вперёд разгневанная Милина, желающая наконец-то сожрать и разодрать пленного бога. От картины Фуджин весь зажался, он мечтал наконец-то вырваться отсюда. - Но этот Шан Цзунг… - вздохнул бог ветра и при виде заменившего его переделанного Гераса отвернулся, после чего сел на край кровати, поджав ноги под себя – Он… нет! Я не хочу этого! Фуджин не зря боялся: он прекрасно понимал, что коварный и мерзкий Колдун давно жаждал его тела и даже возможной взаимности. Змеиный взгляд, который тщательно его изучал и словно впитывал эмоции, пугал его еще в самой Пустоте. Всякое может быть в его голове, но такой интерес к молодому божку был явно не простым отголоском чего-то ненормального – еще тогда Шан Цзунг захотел его, его тела… зацеловать его, оттрахать до такого состояния, чтобы тот или желал смерти, или молил продолжать эти страстные наслаждения. От одной этой мысли Фуджин кривился и ощущал настоящий ужас внутри себя. Он тогда в Пустоте мечтал оказаться под защитой старшего брата. Пока Фуджин прибывал в таком состоянии, Шан Цзунг не спускал с него взгляд, ибо пол между его покоями и темницей Фуджина был прозрачным. Колдун лишь усмехнулся, когда переделанный Герас ему донес о том, как Фуджин следил за братом. - Малыш явно хочет сбежать от меня… и прихватить любимого брата! И в то же время сделает ради его спасения все, что я захочу… Нужен только веский довод! Колдун поправил свой наряд и направился к дверям.