Тьма улыбается

Что между ними что-то произошло, Минсок понимает сразу же. — Что там без меня было? — он проходит в чужой кабинет как к себе. Минсока никогда право собственности не волновало. — Ничего, — ворчит Бэкхён. Кёнсу у противоположной стены застывает. Понимает, что в ловушке и выйдет, только если Минсок позволит. Забавно, что Бэкхён этого не понимает. — Я вас насквозь вижу.— Минсок смотрит на Кёнсу со значением. — Вас обоих. Налей мне кофе. — Ты и сам отлично… — Бэкхён вздыхает. Да, Минсок любит сидеть в его кресле. Он отталкивается от пола, кресло совершает половину оборота и останавливается. — Вернемся к моему вопросу. Что у вас было? — Как обычно. Съездил, проверил, очистил, отодвинул Прибой откуда просили. — А котенок твой? — Вместе с Кёнсу, — Бэкхён говорит неохотно. — Ничего странного не было. Когда ничего не было, так не выглядят. Минсок бы предположил серьезный конфликт, но Кёнсу сейчас вряд ли будет обострять отношения, а Бэкхён с ним не разговаривает. Что у них было в прошлом, Минсок пока что не выяснил, но точно узнает. Ясно, что для Бэкхёна это не просто секс был. С бывшим партнером не заключают контракта без обязательств. — Брысь, — на Кёнсу он даже не смотрит, но того сдувает как не было. — Бэкхён, солнышко, я не из любопытства спрашиваю. — Еще скажи, что я хожу по охуенно тонкому льду… Эй! — Минсок дает ему подзатыльник хвостом. — Да что такое-то? Ты старше и образованнее, твоего словарного запаса на трех меня хватит, ты сам материшься. Почему мне-то нельзя? — Обсценная лексика — всего лишь новая грань моего сияющего великолепия, — Минсок изящно взмахивает рукой. — А ты материшься как пес наблевал. А еще это позволяет отвлечь внимание. Теперь Бэкхён готов говорить. — Ну, мелочь встретили, Кёнсу отбился. — Бэкхён трет висок. — Вроде бы. Как-то все быстро случилось. На него напали, он переместился, тело я потом не нашел. — Минсок кивает, противника Кёнсу поглотил. — Он сказал, что владеет телепортацией, но… —Это не телепортация и не способность быстро двигаться, это в той части образования, которую ты не получил. Оставим это на твоей совести, — отмахивается Минсок. — Хотя кое-что тебе стоило бы заново прочитать. Если бы ты переживал из-за его возможного ранения, вы оба вели бы себя по-другому. — Я не знаю, — Бэкхён опирается бедром на стол рядом с ним и опускает плечи. — Сейчас самое время сказать, что это было ошибкой. — Спасать воплощение тьмы, с которым ты переспал в молодости? Еще какая, — кивает Минсок. — Но у нас разные причины так думать. На твоем месте я был бы склонен продолжать использовать его во всех смыслах, но ты, полагаю, рассматриваешь ваш контракт как продолжение отношений. — Теперь кивает Бэкхён. — Знаешь, странно, что он был способен на отношения. Духи-помощники — это же мебель. Ну или секс-игрушка, в твоем случае. Бэкхён морщится. Самое время сказать, что Кёнсу не такой. — Хочешь сказать, что я сочувствую латексной кукле? Минсок одобрительно хмыкает. За это Бэкхён ему нравится. — В глубине души ты очень хороший человек, Бэкхённи. Где-то очень глубоко. А вот то, что латексная кукла сама тебя выбрала, интересно. Они связаны волей Богини и не могут сами искать хозяина. Тем более, привязаться. — Думаешь, он что-то ко мне испытывает? — Уверен, что да. Не думаю, впрочем, что чувство крепкое. — Он же должен сыграть на чем-то, — Бэкхён усмехается. — Почему бы не на моей влюбленности? — Как ты выжил, — качает головой Минсок. Влюбиться в воплощение, пусть даже такое — это не укладывается в его голове. Минсок сам не влюбляется, но правила знает, Бэкхёну можно разве что посочувствовать. Если бы он воспылал страстью к матрасу, вреда было бы меньше. — Я склонен считать это чьим-то планом, — продолжает Минсок. — Уверен, что он был свободен в вашу первую встречу? — Ошейника не было, если ты об этом. — Ошейник можно скрывать, — Бэкхёна неприятно удивляет услышанное. Надо же, он уверен, что был первым. — Но почему сейчас? Он что-то просил? — Разве он может действовать по приказу хозяина, если контракт разорван? — Может, если все грамотно сформулировано. Я не говорю, что ты стал жертвой коварного плана, — Минсок толкает его хвостом в плечо, — хотя такую возможность нельзя исключать. Может, это просто уникальное воплощение, которое достаточно сильно, чтобы обладать частицей свободы. Такое редко, но случается. Куда хуже, что ты считаешь его человеком. — Ты же меня используешь. — Ты мне кофе наливаешь, а он с тобой спит, чуешь разницу? — хмыкает Минсок. — Мне ты никогда настолько не доверял. — Спасибо за беспокойство. — Я смогу тебя защитить, если что, — Минсок отталкивается от пола и крутится в кресле. — Но не всегда. И не от всего. — Я и сам могу себя… — Бэкхён осекается, поняв, что он имеет в виду. Вот именно. Бэкхён никогда не был мнительным, но личные отношения самые сложные. Минсоку совершенно не нравится, когда он в таком состоянии, но помочь тоже нечем. С чувствами Бэкхён должен сам разобраться. — Ладно, оставлю тебя погрязать в разврате и сожалениях, — Минсок легко поднимается на ноги. — Но ты все же почитай про боевые воплощения тьмы, там много открытий. Бэкхён смотрит на него с укоризной, как умеет только он. Нет, Минсок не собирается лишать себя удовольствия и все рассказывать, наблюдать куда веселее. Он подмигивает и выходит. Кёнсу дисциплинированно сидит в другом конце здания и смотрит в стену напротив. Минсок одобрительно хмыкает, ему нравится, когда его силу не подвергают сомнению. — Молодец, заслужил, — он бросает конфетку Кёнсу на колени. — Можешь возвращаться. Кёнсу встает, убирая конфетку в карман. — Я не вашим словам подчиняюсь. — Я знаю твою природу, сладкий. И чему ты там подчиняешься, тоже. Кёнсу вскидывается. О да, Минсок умеет задеть. — Я не выбирал, — цедит Кёнсу. — Мне это удовольствия не доставляет! Минсок демонстративно выгибает бровь. — Пара минут — и мы бы доставляли друг другу удовольствие где угодно! Ты же хочешь, — Кёнсу стискивает зубы так, что скулы появляются. — Хочешь, единственное, что тебя останавливает — я не предлагаю. Он преувеличивает, но не слишком. Кёнсу не кот, но импульсивен не меньше. С такими, как Минсок, он никогда не был, соблазн велик. Если бы не Бэкхён, Кёнсу бы давно поддался. Он и сейчас может, хоть и будет жалеть. Потом. — Вы ошибаетесь. — Да ладно! Все знают, почему вы выбираете кошачью форму. И для чего с вами заключают контракт, тоже знают. Даже Бэкхён. — Кёнсу сужает глаза. — Думаешь, у него остались иллюзии на твой счет? — Он тоже мне дорог. — Что не помешало тебе исполнять обязанности — сколько у тебя было контрактов? Ах да, ты же себе не принадлежишь. Удобно. — Вы ошибаетесь, — повторяет Кёнсу. — Он тобой дорожит, — Минсок подходит ближе и щелкает его по носу. — А я нет, сладкий. У меня рука не дрогнет. К чести Кёнсу, он отступает не сразу. Минсок кивает ему на прощанье. Кёнсу его услышал и понял, там видно будет, подействует предупреждение или нет. В том, что они второй раз случайно встретились, Минсок сомневается.