Ее капитан

      Если спросить кого-то из сотрудников "Пони-экспресс", что они знают о капитане Гранте Керли, то можно услышать кучу баек о приключениях будто бы не экипажа грузового судна, а настоящих космических пиратов, и много нелепых, забавных историй, которые сам же капитан и рассказывал, чтобы повеселить коллег на корпоративах. Добродушный, веселый, умный и смекалистый - основные характеристики, которые люди давали ему, если опустить томные женские вздохи о том, какой он широкоплечий красавчик с крепкой задницей и такими потрясающими голубыми глазами.       Члены экипажа могли узнать его с другой стороны. Строгий, пунктуальный капитан как всевидящее Око наблюдал за всем происходящим на своем корабле и зачастую возникало ощущение, что ничего не может остаться им незамеченным. Конечно, на самом деле это было не так, но в большинстве случаев, так как Керли легко располагал к себе людей и вызывал у них доверие, он действительно знал почти обо всем не только по технической части.       Аня же знала еще одного капитана.       Девушка прошла к дивану, прекрасно понимая, что, насколько бы легко и бесшумно она не двигалась, Керли знал о ее приходе, еще когда она только подошла к дверям комнаты отдыха. Слух как у летучей мыши... Он слышит малейшие изменения в том, как работает двигатель Тулпара, поэтому большинство поломок удается предотвращать заранее. Любые, даже самые незаметные перемены в интонациях голосов экипажа он тоже безошибочно определяет и порой его внимательность и проницательность напрягает, потому что сложно что-то скрыть, даже если сильно хочется.       И даже если капитан не лезет в чьи-то личные взаимоотношения или оставляет один на один со своими таракано-демонами, создается ощущение его присутствия. Керли всегда знает, что с тобой что-то не так. Возможно поэтому Джимми, несмотря на статус друга, так часто срывается и обижается на него. Хотя Ане это наоборот нравится, ведь если действительно нужна помощь, то Грант всегда ее окажет, а когда ненужно никаких вмешательств - то его и не слышно, и не видно.       Аня опустила руки на плечи мужчины, что смотрел задумчиво и неотрывно на экран. Взгляд ее невольно цеплялся за битый пиксель в углу, поэтому она предпочла сосредоточиться на массаже.       У него массивная широкая шея, плечи такие, что еще бы немножко и в дверные проемы корабля пришлось бы проходить боком... Собственно, в каюты, которые в целом были меньше по умолчанию, чем остальные помещения, потому что "Пони-экспресс" самая экономная фирма в Солнечной системе и закупает довольно дешевые модели кораблей у таких же пытающихся на всем сэкономить компаний, он так и заходил, пригибаясь и разворачивая полу-боком корпус. Если бы не морда как у самого доброго и преданного пса, бархатный мягкий голос и золотистые вихры на голове, он бы пугал.       В гневе, собственно, он был ужасающ. Аня до сих пор помнила, как он и Джимми поссорились в первом совместном рейсе. Обычно контролирующий себя при подчиненных Керли сорвался, что было из ряда вон выходящим. Раскрасневшийся, со вздувшимися венами на шее, скаля зубы и сквозь них едва не рыча втолковывая что-то Джимми в пассивно-агрессивной интонации, он сжимал плечо друга так сильно, что даже со стороны было понятно - тому должно быть больно. Аня вошедшая посреди ссоры в кабину пилота застыла, боясь и попасть под горячую руку повергшего ее в дикий ужас Керли и услышать характерный хруст плечевой кости Джеймса.       Было странно, но тот страх, что она испытала тогда, был ей хорошо знаком. Что-то подобное она испытывала, когда заставала отца, готового приложить мать головой о стену в очередной раз.       Керли потом извинялся. Перед ней, не перед Джимми. А может и перед ним конечно, ведь через день они уже общались как ни в чем не бывало. Аня так и не смогла выведать, в чем была причина ссоры, что так разозлило капитана и как все разрешилось, но факт оставался фактом: Гранту было очень жаль, что она видела его таким. Разговор об этом состоялся здесь же, в комнате отдыха, ночью, под звездным экраном. Аня тогда много ночей еще не спала, все размышляла об увиденном и задавалась вопросом, может ли Керли однажды сорваться на кого-то кроме Джимми или тот сделал что-то совершенно особенное, чтобы капитан позволял себе такое поведение.       Ей всегда казалось, что у нее недостаточно силы в руках, чтобы промять его накаченные напряженные мышцы, и она старалась изо всех сил, перенося основной вес на ладони, опираясь на крепкие плечи. Капитан занимался и на корабле, чтобы поддерживать форму, ну, или же от скуки. Или чтобы избежать тревоги. Неважно, Ане просто нравилось, когда Керли просил ее забраться к нему на спину и вслух посчитать количество отжиманий или подержать ноги, когда он качал пресс. Чаще, конечно, он просил Дайске, ведь тот был крепче просто в силу половых различий физиологии, но иногда, наверное, ему хотелось перед ней покрасоваться.       Выдох, граничащий с едва слышным стоном, свидетельствовал о том, что она все делает правильно. - Почему не спишь? - прикрывая глаза и наконец расслабляясь, давая ей свободу действий, спросил Керли. - Потому что вы не спите, капитан, - честно призналась девушка. - Глупости какие говоришь, - слегка растягивая гласные отвечал он. - Придумай что-нибудь получше. - Но я правда волнуюсь, Грант, - Аня подняла глаза на экран, прямо к гребаному битому пикселю, медленно наклоняя голову мужчины сначала влево и слегка надавливая, потом вправо. - Ты в последние дни опять сам не свой. И кошмары у тебя снова участились. Ты принимаешь лекарства? - Я их при тебе пью, - напомнил Керли. - Ты же мне и показывал трюк с таблетками, спрятанными за зубом мудрости, - она сделала его головой круговое движение, заставила откинуться на спинку дивана и посмотреть ей в глаза. - Я помню про твои особые отношения с этой формой лекарств. - Я правда принимаю все препараты. С трудом, переживая адский стресс, но принимаю. - Вот и хорошо, - Аня обошла диван и села рядом. - Твое эмоциональное состояние должно быть стабильным и находиться в положительном ключе для блага экипажа. - Я всегда в лучшем расположении духа для экипажа, - будто бы даже с ноткой обиды в голосе Керли скрестил руки на груди. - Я знаю. Но ты не железный. И видеть, как ты себя мучаешь, я тоже не могу, - она отвела глаза. - Даже если твои страдания никак не сказываются на работе...       Керли тяжело вздохнул, как ребенок, которого родитель убеждал, что нужно вести себя определенным "правильным" образом, аргументируя это тем, что иное поведение его очень расстраивает. Но Аня знала, что подобная манипуляция - единственное, что может заставить капитана следить за своим состоянием внимательнее, и только если манипулировать им пыталась именно она.              Он расслаблялся в ее руках не только физически, превращаясь в податливую куклу, с которой Аня, хоть и не хотела этого признавать, но могла делать все, что захочет. Аня действовала на него успокаивающе, рядом с ней ему всегда становилось легче и это было заметно для всех. Свонси, игнорируя ее отрицающие все возгласы, качал головой и говорил, что для Ани то это все конечно здорово, ведь капитан хороший парень, возраст у него уже такой, когда нагулялся, и он явно будет отличным семьянином, но очень плохо, что его самое слабое место у всех на виду.       Аня сбросила свои вьетнамки и забралась на диван с ногами. Как большая кошка, она потерлась о его плечо лбом и щекой. Грант погладил ее по волосам и наклонился к ней, целуя в губы. Девушка не отстранилась. Она знала, что он это сделает, поэтому лишь послушно приоткрыла рот, когда настойчивый язык попытался разомкнуть ее губы. Аня закрыла глаза, пользуясь возможностью забраться к нему на колени, присаживаясь полу-боком на его бедра, обнимая мужчину за шею. Он чуть отстранился, заглядывая ей в глаза. - Ты делаешь это только потому, что... чувствуешь будто бы должна, или ты правда этого хочешь?              Ярко-голубые глаза Керли в синем освещении экрана выглядели особенно притягательно, но смотреть в них дольше нескольких секунд невозможно. Взгляд его казался настолько проницательным, будто он видел ее насквозь, забирался прямо в ее воспаленную, покалеченную душу, спрятанную так глубоко, как только было возможно, отчаянно искавшую покоя, и находящую его только в руках капитана, что готов был сдувать пылинки со своей драгоценной юной медсестры и носить ее на руках по этому ржавому корыту, и даже не пытался это хоть от кого-то скрыть.       Аня в этот раз сама прильнула к его губам в поцелуе, запуская ладонь в золотистые кудри, вытягивая прядки и пропуская их сквозь пальцы. Он почему-то всегда спрашивает ее об этом, будто бы принуждает спать с ним, пользуясь служебным положением, но какая же это глупость...       Может он ведет себя так потому, что в первый их раз это он был инициатором. Ей казалось, что она на всю жизнь запомнила, как Керли, немного пьяный после того, как они отметили возвращение на Землю, прильнул к ее груди и впервые попытался быть с ней действительно откровенным, но получилось не очень. Оказалось, что снять одежду ему гораздо проще, чем рассказать, по какой причине он до сих пор не попросил начальство заменить второго пилота, отправив Джимми в другую команду, хотя тот очевидно не самым благополучным образом влиял на его состояние.       Ане казалось, что она до сих пор недостаточно хорошо целуется. До Керли казалось, что не умеет вообще. Опыт был, пусть и скудный, но настоящих поцелуев, таких, от которых бы внизу живота все сладко сжималось, у нее не было ни разу. В общем-то, чаще всего мужчин, с которыми у нее была близость, поцелуи и ее удовольствие мало интересовали, поэтому она не особо жаловала физический контакт даже в самых невинных проявлениях, а секс в особенности. Но Грант был другим. Он во всем отличался от тех мужчин.       Поцелуи в шею сухие и сдержанные - Керли не любит оставлять лишних следов на видных местах. Его рука сжимает грудь, маленькую и круглую, сквозь плотную ткань водолазки и спортивного топа, пальцы нащупывают маленькую бусинку соска и ощутимо сжимают, от чего по спине у Ани бегут мурашки. Грант приподнимает края ее водолазки, вопросительно глядя из-под густых светлых бровей. - А если кто-то зайдет? Не хочу, чтобы меня... видел кто-то еще.       На самом деле вопрос глупый. Остальные члены экипажа спят как убитые практически всегда, если, конечно, капитан, все же сумев заснуть, не разбудит их своими криками из-за ночных кошмаров. Но куда чаще только они двое шарахаются по кораблю в потемках, как неприкаянные... - Я тебя спрячу, - он уложил ее на диван, скользя рукой вверх по талии, задирая водолазку и оставляя частые, мелкие и слегка влажные поцелуи вдоль срединной линии живота, поднимаясь выше, к груди. - Никому не позволю на тебя смотреть, - зашептал Керли ей на ухо, обдавая нежную кожу горячим дыханием, от чего Аня вздрогнула. - Это все только для меня. - Только для тебя, - Аня приподнялась, помогая ему наконец избавить ее от лишней одежды и от топа в том числе.       Он обхватил губами сосок, лаская его языком, его рука скользнула между ее бедер, сквозь одежду принимаясь гладить ее промежность. Аня судорожно вздохнула, слегка выгибаясь навстречу движению пальцев. Возбуждение росло, тело переставало слушаться, разум туманился. Странно было осознавать, что она может перед кем-то настолько раскрыться, кому-то настолько довериться, чтобы отпустить себя и просто получать удовольствие... Но сегодня ее целью было заставить расслабиться Керли, поэтому девушка, собрав остатки самообладания в кулак, слегка надавила на плечи мужчины, призывая отстраниться.       Грант вопросительно посмотрел на нее, но все же послушно поддался давлению ее рук. Уложив мужчину под себя, Аня довольно улыбнулась, чувствуя что тот, в общем-то, более, чем готов, и если бы она сейчас дала добро, опустив прелюдию, он бы ее уже натянул. Он никогда ее не торопит, и всегда следит за тем, чтобы она получала от происходящего удовольствие. Иногда даже казалось, что для него куда важнее именно ее удовольствие, чем его собственное, поэтому в первые разы приходилось сбивчиво и смущенно объяснять, что, как и почему ей нравится в постели в ответ на его прямые вопросы.       Уперевшись ладонью в его пах, сквозь форменные штаны обхватывая пальцами набухший член, она облизнулась. Керли шумно выдохнул, усмехнувшись, понимая, к чему она ведет. Поцелуй, пошлый, слюнявый, плавно перетек в ласки его шеи - чувствительные места капитана она знала ни чуть не хуже, чем он ее. Аня расстегнула его куртку, призывая снять ее, задрала на нем футболку, продвигаясь дальше, дразняще задевая пальчиками чувствительные соски, целуя все ниже и ниже, минуя рельефный пресс, добираясь до края штанов.       Она прильнула щекой к напряженному органу сквозь грубую ткань, слегка надавливая и потеревшись, срывая с губ Керли едва слышный стон. Расстегнув его ширинку, девушка потянула штаны вниз, захватывая и нижнее белье, освобождая член. Аня скосила глаза на крупную алеющую головку и не задумываясь поймала ее губами, облизывая с пошлым причмокиванием и принимаясь ласкать языком, впившись ладонями в его бедра. - Хорошая девочка, - выдохнул Грант, погладил ее по волосам, переплетая пальцы другой руки с ее пальцами.       Было что-то неправильное в том, как ей нравилось ублажать его ртом, нравилось, когда его член, такой твердый и толстый, скользил глубже в глотку, мешая дышать, заставляя давиться, как его пальцы стягивали волосы на затылке, и как он закатывал глаза, как жмурился и кусал губы. Аню это все только сильнее заводило, достаточно, чтобы запустить руку в трусы и запросто довести себя до оргазма в несколько легких движений под его тяжелое дыхание.       Помнится, в первый раз Аня испугалась его размеров. До того момента она даже не задумывалась о том, что вряд ли у кого-то вроде капитана в штанах что-нибудь среднего размера и диаметра. Может обращай она почаще внимание на то, как рабочие штаны обтягивали все самое интересное, догадывалась бы, но тогда она считала себя слишком приличной для того, чтобы разглядывать Гранта ниже пояса. - Прекрати, - прорычал Керли сквозь зубы. - Я сейчас кончу.       Аня повела губами вверх по стволу, соскользнула с него и отстранилась. Грант приблизился к ней, вытирая тыльной стороной ладони ее губы и впиваясь в них поцелуем, притягивая девушку к себе за щеки. Вновь он тискал ее грудь, снова сухие поцелуи на шее, и вот его пальцы уже боролись с неподдающейся никак ширинкой ее штанов. После еще пары попыток, капитан вдруг тихо засмеялся, отстранившись, и Аня тоже захихикала. - Не торопись, - она сжала его запястье, слегка потерла. - Я никуда не убегу. - Прости, - Керли усмехнулся, наконец расстегивая неподатливый замок.       Он снял с нее штаны, оставляя в одних лишь только серых коротких носках. Девушка улыбнулась, потягиваясь и раздвигая ноги, красуясь. Перед кем-то другим Аня бы закрывалась и пыталась спрятать себя, но не перед Керли. Только капитан знал ее такой, и ей это очень нравилось. Нравилось показывать ему себя с этой стороны, и нравилось, что он принимал ее такой, не осуждал и не пытался переделать, что он любил эту ее сторону. С ним пропадали и комплексы, и навязанная родителями стыдливость за, казалось бы, сам факт того, что она родилась женщиной, с ним не было страшно, не было больно или унизительно.       Его пальцы заскользили по вагине, размазывая поблескивающую в бело-синем свете экрана смазку. Аня замерла, шумно втянув воздух полной грудью и медленно выдохнув. Она прикрыла глаза, подаваясь навстречу, когда пальцы с характерным звуком проникли в нее. Он ласкал ее, неторопливо целуя в губы. - Я хочу тебя, - прошептала Аня, отстранившись. - Пожалуйста, капитан...       Грант легко перевернул ее на живот. Ей нравилось сзади, нравилось чувствовать, как он вдавливает ее своим большим сильным телом в диван. Аня зажмурилась, когда он одним плавным, осторожным движением проник в нее, растягивая, кажется, до любого возможного придела. Керли уткнулся носом в ее макушку с едва слышным стоном. Он сжимал ее руку в своей, медленно двигаясь, давая ей привыкнуть. Аня покусывала губы, с трудом сдерживая стоны.       Темп изменился, когда входить ему стало легче. Аня ощущала, как от низа живота по всему телу разливалось жаркое чувство удовлетворения, копившееся и нараставшее с каждой фрикцией. Керли ритмично вколачивался в нее, целуя шею и плечи, прижимаясь так близко, как только было возможно. Она с трудом сдерживала стоны, извиваясь, тихонько хныкая и поскуливая под ним, как сучка, жаждущая вязки. Все эти издаваемые ей звуки такие не сексуальные, но Гранта они никогда не смущали, и он никогда не пытался заглушить или заткнуть ее.       В какой-то момент она перестала чувствовать свое тело, все ощущения притупились, а затем резко накатили вновь мощной волной, заставляющей Аню выгнуться, насколько то было возможно в ее положении, и коротко вскрикнуть, вздрогнуть, резко сгибая ногу в колене, невольно ударяя Керли ступней по бедру. Капитан замер, давая ей несколько секунд передохнуть, а затем вновь возобновляя толчки. Аня тяжело дышала, ощущая новые фрикции менее ярко. Она прижалась губами к тыльной стороне его ладони, все так же сжимавшей ее руку, чувствуя, как он утыкается носом в ее шею, ускоряясь на несколько непродолжительных мгновений и кончая с тихим стоном.       Она собирала информацию о его прошлом по кусочкам. Сперва сложно было понять, где досужие сплетни, где правда, а где откровенное вранье, но со временем пазл удалось сложить, и найти ответы на многие интересующие вопросы, в том числе благодаря появлению на борту Тулпара Джимми.       Например, Аня наконец, как ей казалось, начала понимать, почему бывший вояка, отслуживший в армии добрых восемь лет и уверенно шедший по карьерной лестнице, решил уйти даже не в космические войска, а на гребаное грузовое судно гребаной альтернативы "Яндекс-доставки" в космосе рядовым менеджером среднего звена. Или, например, почему помимо снотворных, капитан принимал по специальному назначению врача противоэпилептоидные препараты и нейролептики, хотя казалось бы: он ведь даже в самых экстремальных ситуациях остается спокойным и собранным...       О том, что капитана иногда мучают жуткие кошмары, от которых он просыпается с криками, знали все, кто с ним когда-либо работал, но на самом деле кошмары в космосе на кораблях, принадлежащих "Пони-экспресс" вообще отнюдь не редкость, поэтому никто не считал странным, что иногда Керли кричал по ночам во сне. А вот про панические атаки знала только Аня, и, возможно, знает Джимми, но это не точно. Похоже, даже несмотря на общее прошлое, о нынешнем психологическом состоянии Керли он особо ничего не знал, а тот предпочитал любые свои проблемы держать при себе. Даже Аня узнала случайно, когда застала его за судорожной попыткой заставить самого себя принять транквилизаторы, чтобы снять приступ.       Он собрал ее вещи перекинув их через предплечье. - Надо бы в душ сходить, - Керли накинул на ее плечи свою куртку, запахивая ту и лишая Аню возможности сопротивляться, когда он взял ее на руки. - Я так понимаю, в душ я пойду твой? - А ты думала я тебя так просто отпущу? - Как раз надеялась, что нет, - она прильнула к нему щекой и он поцеловал ее в лоб.