Если увидишь, как идет снег | 如见雪来 | If You See Snow

Покинув храм Великой Скорби, Хань Е оказался на узкой улице, склизкие сточные воды тут же намочили подошву ботинок. Со всех сторон, словно детские кубики, нагромождались и возвышались жилища, некоторые из которых походили на клетки и свисали вниз под чужим жильём, а по размеру едва ли превышали площадь кареты. В таких маленьких домиках проживали семьи по три человека. Иногда Хань Е думал о том, что они словно человеческие консервы, потому точно также зажаты в узком пространстве и гниют. Сзади к нему бесшумно подкрались головорезы палат. — Брат Е, неужели вы с такой лёгкостью уступили Арсенал механизмов босса Су? Хань Е натянул сухую улыбку и достал из-за пазухи одностороннюю хрустальную линзу в изящной оправе, украшенной витиеватыми узорами. — У них нет хрустальной линзы Су Жухуэя, без неё никто не сможет управлять животными-марионетками. Иначе почему школа хоть и присвоила себе арсенал много лет назад, но так и не воспользовалась им? Он покрутил тёмно-золотую бронзовую дужку линзы и из неё медленно выдвинулось несколько тонких, словно волосы, коротких иголочек. — Животные-марионетки не такие, как остальные марионетки низшей категории, потому что выполняют сложные тактические команды и простыми приказами управлять ими невозможно. После того, как надеваешь эту линзу, иголки вонзаются за ухом и направляют поток духовной энергии. Таким образом между духовным сознанием управляющего и звёздной формацией духовного восприятия марионетки возникает связь. Только так животные-марионетки слушаются приказов командующего. — Брат Е такой умный! — вдруг осознали хулиганы. — Эта линза у нас, так что и арсенал окажется в наших руках при любом раскладе! — Ишь чего захотели, — Хань Е спрятал линзу назад за пазуху. — Эта штука давно сломана и сегодня никто в мире, кроме Су Жухуэя, не способен создать копию.

***

Небо уже тронуло рассветом, когда Су Жухуэй вернулся домой. Он раскрыл ладонь и маленький паучок в железном панцире взобрался на кончик его пальца. — Вернулся? — слегка улыбнулся он. — Что те странные люди говорили? Повтори мне их слова. Он намеренно оставил свой узел в галерее, чтобы его паучок с формацией Скрытый Ветер мог подслушать, что обсуждают те люди и паучок хорошо выполнил свою работу. Он медленно, но слово в слово, будто попугай, повторил разговор Цзян Сюэя и Цзян Хуайцана. Услышав всё, Су Жухуэй удивлённо вскинул брови. Он не ожидал, что Цзян Сюэя не находится в плену у этих людей, но где же она тогда? Та фальшивка умеет читать мысли, а это очень сложное искусство. Су Жухуэй убрал паучка и проверил вещи. Сейчас у него в руках была целая пачка талисманов. Даже если он столкнётся с палатами Великого Блаженство и не сможет победить, то сил убежать у него более чем достаточно. Он нисколечко не боится. Тем не менее, ради безопасности, ему стоит ещё подумать над способами вооружиться до зубов. Неожиданно возле уха раздался цзинь. [Задание «Найти Цзян Сюэя» провалено. Аватар получает унижения и проклятия от Системы х1] Что за…? Су Жухуэй был удивлён. [Су Жухуэй, ты ничтожество] Су Жухуэй: …. Сучья система, да чтоб ты сдохла. В галерее было холодно и тихо, жилое помещение лежало в руинах, а обгоревшие дочерна балки возвышались хаотичной грудой. Двери и окна спальни Сан Чиюя плотно закрыты, видимо, он ещё спит. Решив не беспокоить его, Су Жухуэй отправился прямиком на кухню. Сначала он слепил два больших рисовых шарика, положив внутрь ярко-жёлтые, сочащиеся маслом солёные яичные желтки, а также мелко нарезанную говядину. Сан Чиюй неприхотлив в еде: что ему даст Су Жухуэй, то он и съест. Пусть даже Су Жухуэй знает, что он не любит мясо, он всё же кормил его им, заботясь о его слабом здоровье. Затем он налил две пиалы сливового напитка и завтрак почти был готов. Когда он подошёл к двери спальни и прислушался, внутри по-прежнему было тихо. Обычно в это время Сан Чиюй уже просыпался, потому что у него был строгий распорядок дня, он требовательно относился к себе и никогда не спал допоздна. Су Жухуэй взглянул на солнце, которое висело высоко в небе, нахмурился и толкнул дверь. Спальня пустовала. Су Жухуэй опешил и начал повсюду искать Сан Чиюя, однако, того нигде не было. Открыв шкаф он увидел, что отсутствует вся одежда, даже обувь и носки. Когда злоумышленники похищают людей, то точно не помогают им собрать вещи, а значит Сан Чиюй ушёл сам. Су Жухуэй был настолько зол, что почти начал плеваться кровью. Он-то думал, что они с Сан Чиюем уже обговорили все вопросы и пришли к соглашению: он не станет докучать семье Сан и спустя некоторое время они разведутся, но он никак не ожидал, что этот бессердечный уйдёт не попрощавшись. Мало того, что он весь в ранах, так ещё и хромает… куда он может дойти в таком состоянии? Су Жухуэй разозлился настолько, что захотел его поколотить. Успокоившись, он задумался: куда и с чьей помощью мог пойти Сан Чиюй? По его словам, друзей у него нет, неужели он ушёл самостоятельно? Он жил в школе Куньлунь с малых лет и редко общался с кем-либо извне. Этот мир коварен, а люди теперь не такие, как раньше, но он об этом даже не подозревает, ведь он избалованный первый клинок школы… разве он когда-то жил самостоятельно? Су Жухуэй почти мог представить, что он превратится в бродягу. Он печально подумал: через два дня стоит наведаться в трущобы и бараки рабов, возможно, он сможет вернуть его домой. Когда он размышлял, за боковой дверью вдруг мелькнул край одежды. — Сан Чиюй! — позвал Су Жухуэй, вздрогнув от неожиданности. Никто не отозвался. — Ай! — намеренно завопил Су Жухуэй. — Подвернул ногу! На мгновение во дворе все стихло и из-за двери показалась темная тень человека. Сан Чиюй полностью облачённый в чёрное тихо появился в дверях. Су Жухуэй не нашёл, что сказать. Даже такая неуклюжая ложь смогла одурачить этого парня, что только доказывает его наивность. Стоит ему выйти за дверь и сделать три шага, как его похитят злодеи. — Ты что творишь?! — беспомощно воскликнул он. — Куда собрался?! Сан Чиюй молчал и пристально рассматривал его ногу. Похоже, он пытался понять правда ли Су Жухуэй подвернул её. Вдруг Су Жухуэй кое-что заметил в том, каким образом стоит Сан Чиюй и его брови удивлённо взметнулись вверх. — Твоя нога в порядке? Убедившись, что с ногой Су Жухуэя ничего не произошло, Сан Чиюй медленно поднял голову с тихим «М». Выражение лица Су Жухуэя стало мрачным. — Ты принял тайную пилюлю? С ума сошёл? Мозг дверью прищемил или что? — Нет, — холодно отозвался он. На мгновение Су Жухуэй растерялся. Он ответил «нет» на то, что не принимал пилюлю или на то, что его мозг не прищемило дверью? — Подойди-ка, — поманил его рукой Су Жухуэй, но Сан Чиюй не шелохнулся. — Мне надо идти, — сказал он. У Су Жухуэя от злости потемнело в глазах. Вот уж неблагодарный ублюдок! Поили его, кормили его, заботились о нём, разве что не почитали, как Будду, а он ещё смеет говорить, что уйдёт и уходит! Да если бы не зоркий взгляд Су Жухуэя, то он бы даже не попрощался! — Куда? — Су Жухуэй старательно сдерживал гнев в своём сердце. — На Тёмную улицу. Этот идиот действительно принял тайную пилюлю. — Что это значит? — не выдержал Су Жухуэй. — Ты знаешь, что Тёмная улица за место? Я поражаюсь… я-то думал, что ты из тех, кто понимает что к чему, никак не ожидал, что ты вообще ничего не понимаешь! Храм Великого Блаженства наняли тебя? Да? Когда тот пёс болтал всякую чушь, я всё слышал. Хэй Гуаньинь каждый год набирает в свой храм множество монахов и монахинь, ты знаешь об этом? Он это делает, потому что под его руководством каждый год умирает не мало людей. И никто не знает от чего они умирают, но почти наверняка это связано с тем, что Хэй Гуаньинь даёт им тайные пилюли. — Я знаю, — просто ответил Сан Чиюй. Он так безразличен будто ему нет дела ни до жизни, ни до смерти. Су Жухуэй никогда не был настолько зол. Просто хотелось схватить Сан Чиюя и хорошенько его избить. Однако, немного поразмыслив, он пришёл к выводу, что его всё же можно понять. Всё же он из гениального мастера тайных искусств внезапно превратился в калеку, и, если бы он не предавал этому никакого значения, то не находился бы в состоянии упадка душевных сил так долго. — Не надо ходить туда, вернись, — Су Жухуэй выглядел сурово, впервые он говорил с ним серьёзно, — я обязательно найду способ вернуть твои тайные искусства. В ярком дневном свете глаза Сан Чиюя были спокойны. Он всегда выглядел так: тихий, словно девушка. Когда Су Жухуэй впервые увидел его, то подумал, что он миленькая послушная девочка. — Су Жухуэй, — внезапно произнёс он. Су Жухуэй аж замер. Он не ослышался? Сан Чиюй назвал его «Су Жухуэй»? — Ради чего ты вернулся к жизни? — спросил он. Его разоблачили… это было довольно неловко. Как этот негодяй раскрыл его? Раскрыл и даже не сказал! — Не скажу. — сквозь зубы выдавил он. Этот негодяй изменился в худшую сторону, так ещё и стал крайне пакостным: много дней с каменным лицом он слушал, как Су Жухуэй зовёт его «муженёк»… ему было так неловко, что хотелось вырыть себе яму и лечь в неё. «Лучше уж убить себя, всё равно в этом мире не осталось ничего, к чему я был бы привязан», — в отчаянии думал он. — Спасибо тебе за эти дни, — без особых эмоций сказал Сан Чиюй. — Но мне нужно уйти по делам… и больше не подслушивай. И не связывайся со мной. Держись от меня подальше, будто не знаешь меня. Мои проблемы с тобой больше никак не связаны. Кроме меня никто не знает, что ты Су Жухуэй, а эту резиденцию я оставляю тебе, так что можешь здесь вырезать по дереву и выращивать цветы, или делать всё, что захочешь. С сегодняшнего дня тебя больше никто не побеспокоит. Он вытащил один талисман, жёлтая бумага которого сверкала золотом. Внезапно талисман превратился в один поток света и теней, которые закручивались в вихрь. — Эй! — крикнул ему Су Жухуэй. — Один совет напоследок: перестань одеваться столь… развратно. Закончив говорить, он, не оглядываясь, ступил в вихрь. Су Жухуэй сорвался с места, но успел коснуться лишь тонкой линии искажённого света, когда вихрь с грохотом захлопнулся прямо перед его глазами, а Сан Чиюй исчез без следа. И хотя он исчез, в воздухе всё ещё витал едва уловимый холодный, как снег, аромат. Независимо от времени года, где бы не оказался этот мужчина, всегда казалось будто с собой он принёс суровую зиму. Перестань одеваться столь развратно? Су Жухуэй осмотрел себя и только сейчас обнаружил, что забыл переодеться после того, как в целях маскировки надел платье Бай Цайпин. Вместе с чувством неловкости, он ощутил укол злости. Что в этом такого развратного? Хорошо, в следующий раз он не оденется развратно, он голышом побежит! Чтобы этот ханжа от злости лопнул! В итоге, он так разозлился, что долго не мог успокоиться. — Иди-иди, и ни в коем случае не возвращайся. Если я ещё раз захочу помочь тебе, то я точно ублюдочный идиот, ничем не лучше тупого осла и глупой свиньи. И когда Сан Чиюй понял, что он Су Жухуэй? Он действительно никак не мог понять и из-за этого испытывал угрызения совести. Раньше они были врагами и он был тем, кого больше всего на свете ненавидел Сан Чиюй… как этот паршивец мог столько дней жить рядом с ним и сохранять невозмутимость, слушая, как его называют «муженёк»? После мгновения смятения, он вновь ощутил разочарование. Столько дней готовил этому паршивцу, а он оказался таким бесчувственным: сказал, что уходит и ушёл. Стоит упомянуть, что Су Жухуэй за всю свою жизнь никогда и никому не готовил. Когда он только начал учиться готовить, его наставник и по совместительству главный повар таинственно поведал, что в их ремесле есть одно проклятье: тот, кто первый попробует твою еду, непременно станет твоей женой. Тогда он ошарашенно вопросил что же делать, если первым еду попробует мужчина? Наставник стукнул его ложкой по голове и сообщил, что он несёт чепуху. И хотя позже выяснилось, что наставник подшучивал над ним, но с тех пор каждый раз, когда он готовил себе и не доедал, то просто выкидывал еду, чтобы Цзян Сюэя и Чжоу Сяосу не смогли её попробовать. Как раз в этот момент его желудок заурчал и он, отвлёкшись от своих мыслей, побрёл на кухню, чтобы приготовить завтрак. Как только он вошёл в помещение, то сразу заметил, что на лакированном красном подносе осталось только две пиалы сливового напитка, а рисовые шарики бесследно исчезли. Су Жухуэй окончательно вышел из себя и в приступе гнева скинул поднос на пол. — Захотел уйти, так уходи, зачем же забирать мои рисовые шарики?! Мог хотя бы один мне оставить! Да чтоб его! Это разве не просто Тёмная улица? Сан Чиюй думает, что он не сможет пойти туда? В сердцах он вытащил пачку талисманов, пересмотрел и нашёл талисман Врат Пустоты. Он поднял талисман, собираясь применить его, но, немного поколебавшись, раздраженно убрал назад в стопку. Этот талисман позволяет перемещаться на дальние расстояние и хорош для побега, однако у него есть только один такой, так что лучше приберечь его. Он вернулся в оставшиеся после сражения с Хань Е руины и перевернул всё вверх дном. А-Ци человек палат Великого Блаженства, у него должен быть пропуск для входа на Тёмную улицу. Вот только неизвестно был ли он уничтожен пламенем того взрыва… Он рылся в обломках полдня, но так ничего и не нашел, а ещё просто до смерти проголодался. Вернувшись на кухню, он быстро слепил рисовый шарик и утолил им голод. А пока ел, заметил, что кирпич рядом с печью выделяется из кладки. Разломив его, он увидел, что пропуск спрятан внутри. А-Ци спрятал его на кухне… Су Жухуэй сдул пыль с деревянного пропуска и спрятал его за пазухой. Доев, он быстро вышел наружу, накинул на голову капюшон, и покинул резиденцию на повозке, в которую была запряжена лошадь. В городе он оказался быстро. Дотронувшись до подбородка, Су Жухуэй начал размышлять, что прежде, чем идти в школу Куньлунь, ему следует сперва заглянуть на Тёмную улицу и забрать кое-какую вещь. Он, конечно же, не пойдет искать Сан Чиюя, ибо пусть этот бессердечный делает со своей жизнью что хочет. Он свернул под навесные мостики и, следуя по узкой улочке, вышел к трущобам, а затем нашёл невзрачную товарную лавку, имеющую мрачный фасад. Внутри торгового зала стояла статуя Цайшэнь, которую покрывали пятна ржавчины. Су Жухуэй слез с повозки и постучал по угловому прилавку. Мужчина с козлиной бородкой за прилавком выпрямился и слабым голосом произнес: — Пропуск. Су Жухуэй помахал перед его глазами пропуском. Козлобородый окинул взглядом гостя и взмахнул правой рукой. Перед глазами Су Жухуэя разверзся узкий, как собачья нора, вихрь света и теней. — Ты предлагаешь мне лезть в ЭТО? — вскинул брови Су Жухуэй. — Как хочешь, — закатил глаза козлобородый. Су Жухуэй: …. Для преступников это самый распространённый способ возвращения на Тёмную улицу, потому что точное местоположение улицы держится в строжайшем секрет и только главные члены группировок знают эту информацию. Рядовые же участники после попадания на Тёмную улицу получают пропуск. С этим пропуском они идут в Схрон в городе и привратник открывает им Врата Пустоты. Раньше у Су Жухуэя был помощник, который открывал ему врата каждый раз, когда ему нужно было вернуться, в худшем случае у него всегда с собой был талисман, а через Схрон он возвращался крайне редко. Именно поэтому он не ожидал, что привратник открывает врата размером с собачью нору. Хотя это и было логично: если бы он мог открыть нормальные врата, то не был бы здесь привратником. Ну что ж, была не была! Старина Су тот ещё ловкач, что ему стоит пролезть в собачью нору? Су Жухуэй залез в Собачью Нору Пустоты. Перед глазами замелькали вспышки света и он оказался на Тёмной улице. С обеих сторон узкой улочки высились дома и их крыши почти соприкасались друг с другом. Всё пространство заливало гипнотическим светом от множества разноцветных фонариков, а проститутки, белоснежные груди которых бесстыдно выставлены на всеобщее обозрение, курили трубку со своими клиентами у обочины. Они вдыхали и выдыхали дым будто достигли седьмого неба от счастья. Прохожие сновали в тревожной спешке, пробираясь сквозь Тёмную улицу, как мираж. Стоило оказаться здесь, как запах сырости проник в нос, — Су Жухуэй почувствовал знакомый запах гнили. Если посмотреть на Тёмную улицу с высоты, то можно заметить, что это не улица, а лишь огромный ров. Тут жило много людей и застройка была плотной настолько, что дома прижимались друг к другу, так что для дороги между ними оставалось мало места. А из-за того, что дома были слишком высокими, солнце с трудом достигало земли и улица круглый год тонула во мраке. Жители Тёмной улицы были подобны змеям, крысам, насекомым и муравьям, затаившимся в этом мрачном пристанище. Редко кто знал, где именно находится Тёмная улица. Су Жухуэй же был одним из таких редко встречающихся людей. Этот город-ров передвигался. Каждые три месяца со всех сторон рва активировалась звёздная формация, которая, в свою очередь, запускалась духовными камнями. Эта формация Расширения не обладает силой для возможности атаковать и выполняет вспомогательную роль, усиливая эффекты тайных искусств. В назначенное время мастера из палат Великого Блаженства и храма Великой Скорби, обладающие искусством Врата Пустоты одновременно активируют свои способности. Под воздействием Расширения под Тёмной улицей появляются крупнейшие в мире Врата Пустоты и затем вся улица перемещается в новое укромное место. В год, когда школа Куньлунь вторглась на улицу, это произошло из-за того, что кто-то разболтал тайну о местоположении. Объединённые войска знатных семей поджидали их в точке назначения и застигли врасплох после перемещения. Су Жухуэй отыскал крупнейший банк Тёмной улицы под названием Бесконечная щедрость. Его прилавок был плотно закрыт и полностью обклеен защитными талисманами, а в середине прорезано несколько окошек, из которых выглядывали улыбающиеся лица служащих. Если осмеливаешься вести дела на Тёмной улице, то, так или иначе, обладаешь какими-либо искусствами. Су Жухуэй прошёл гостевой зал, где шумно толпились люди, пересёк небольшой внутренний дворик и вошёл в самую последнюю кабинку с красными лакированными перегородками. Он постучал в ставни: три последовательных удара, пауза, ещё один удар. Ставни со скрежетом отворились. В чёрном провале окна раздался голос. — Имя. — Первый и единственный ублюдок под этим небом, — лениво сообщил Су Жухуэй. Эта фраза всегда вызывает непонимание. Голос внутри затих, раздался шорох перелистываемых страниц. — Не появлялся больше семи лет? — Ага, — беззаботно отозвался Су Жухуэй. — Меня схватили… только что сбежал. Люди на Тёмной улице совершали различные преступления, так что попасть в плен, быть посаженным в тюрьму или даже казнённым здесь привычное дело. Жалкие семь лет не были редкостью на Тёмной улице. — Пароль? — спросил человек внутри. — О завтрашних невзгодах не переживаю, к истинному счастью в настоящем стремлюсь. Запертый механический сундук выдвинулся из пространства позади окошка и был передан Су Жухуэю. Он вышел из кабинки, держа сундук в руках, и вдруг заметил, что в гостевом зале оглушающе тихо. Все люди, которые ранее занимались там своими делами, испарились, а вместо них зал заполонили головорезы палат Великого Блаженства. Каждый из них держал на плече чёрный, как смоль, духовный огнестрел, их тела были полностью забиты татуировками, на лицах виднелся боевой раскрас, а в глазах отражались недобрые намерения. Прямо в середине внутреннего дворика стояло кресло из красного сандала с высокой спинкой, на котором, закинув ногу на ногу, восседал Хань Е, а руки, скрепленные замком, он положил на колени. Дневной свет ниспадал вниз, словно белые парящие в воздухе перья, и освещал его бледные кончики пальцев. Его образ был приятен глазу, но стальное кольцо на большом пальце сверкало так ярко, что придавало всему происходящему устрашающую ауру. — А-Ци, — насмешливо улыбнулся Хань Е, — я же говорил, что мы ещё встретимся. Су Жухуэй осознал, что дело плохо. Не оставалось ничего, кроме как бежать.