Глава 22. Это твой труп
30 июля 2025 г., 16:00
В Бяньду действовал не только указ о запрете железа, но и существовал комендантский час. У тайной школы были строгие законы, поэтому даже укравший пакетик мелкой соли наказывался десятью жестокими ударами палкой на длинной скамье, а укравший десять и вовсе отправлялся в ссылку. После наступления комендантского часа, все праздно шатающиеся по улице отлавливались патрулём и отправлялись в тюрьму. Никто не хотел есть тюремную еду, так что когда солнце начало клониться к западу, возле входа на рынок забили в барабан, а все торговцы постепенно начали сворачивать торговлю. В последний момент Су Жухуэй успел купить у торговца свинины одну связку мяса. Он почти терял сознание от голода и очень надеялся, что Су Юй, этот малец, будет полезен и к его приходу разожжёт огонь и вскипятит воду.
Он возвращался домой, ступая по заснеженной дороге. Солнечный свет остался далеко позади, а он свернул в маленький переулок, где под белым навесом его ожидал лениво прислонившийся к опоре человек. Он преградил ему путь и Су Жухуэй ощутил безысходность. Он вдруг подумал, что ему действительно стоило взять с собой нож и убить каждого, кто встанет на его пути к ужину.
Но одно дело мысли, совсем другое — действия. Увидев, как высокий мужчина выходит из тени, он натянуто улыбнулся.
— Бонза, чем обязан Вашему визиту? Если хотите со мной связаться, Вам стоит послать ко мне любого человека с сообщением, зачем же приходить лично?
— Мне всё-равно нечего делать, так что пришёл посмотреть, — разглядывал его Хань Е с нечитаемым выражением лица. — Слышал, в этот раз подразделение Тохуан в качестве испытания бросили около сотни человек на заснеженную гору Куньлунь и заставили их убивать друг друга. Не ожидал, что такой простой человек, как ты, выживет. А-Ци, а ты ещё более способный, чем я себе представлял.
— У меня всего-лишь немного таланта к выживанию. В драках я не силён, но вот в побеге с поля боя — лучший, — скромно ответил Су Жухуэй.
— Палаты Великого Блаженства следили за ходом испытания. С Куньлуня прибыла только одна повозка, в которой находился ты и ещё один ребёнок. И только вы двое покинули тайную школу, неся при себе стандартное вооружение и форму. — Хань Е скрестил руки. — Я не знаю скольких шпионов послал храм, вот только кроме тебя я послал ещё троих. Среди них двое владеют искусствами. Они связывались с тобой? Как так вышло, что они не прошли испытание?
Неловко вышло. Су Жухуэй не может ответить ему, что самолично убил этих троих. Не только убил, но и раздел догола, а затем использовал одежду в качестве дров. Стойте-ка… Хань Е сказал, что кроме него и Су Юя с горы больше никто не спустился. Хэ Шэн тоже? Неужели никто из тех пятидесяти человек, прошедших испытание, не спустился?
Су Жухуэй быстро взял себя в руки и мастерски прикинулся дурачком:
— Не знаю… это испытание было очень жестоким. Я как только попал на гору, сразу же забился в пещеру и просидел там три дня и две ночи. Должно быть эти трое братьев, о которых ты говоришь, разминулись со мной.
Хань Е не должен ничего заподозрить. В конце концов, он же не может подумать, что Су Жухуэй мог бы в одиночку уложить троих.
— Наверное, их разоблачили, — нахмурился Хань Е, — у тайной школы точно имеется способ наблюдать за испытанием.
— Верно, — подначил ему Су Жухуэй, — вполне может быть, что у них есть мастер, владеющий Небесным Оком.
Раз уж Хань Е сам пришёл, владел искусствами на уровне Сокрытый, в его подчинении было множество головорезов, так почему бы не вовлечь его в расследование секретов тайной школы? Во всяком случае действовать в одиночку слишком опасно. Су Жухуэй решил доложить об ущелье полном трупов и странном деле с Хэ Шэном. Пока Хань Е слушал, его выражение лица становилось всё более мрачным. Всё было действительно странным: умереть и воскреснуть… разве такое не бывает только в городских легендах, передающихся из уст в уста?
— Я похож на человека, которого легко обмануть? — угрюмо спросил Хань Е. — Ты хоть подготовился прежде, чем нести такой вздор?
— Небом клянусь, что говорю правду, — серьёзно ответил Су Жухуэй. — Не верите мне, пойдёмте спросим у моего младшего брата Су Юя. Он тоже видел.
— Младший брат? — взгляд Хань Е стало сложно прочесть. — Почему ты такой же, как Су Жухуэй? Он тоже любил повсюду собирать себе младших братиков в сопровождающие.
Су Жухуэй опешил… почему он любит повсюду собирать себе младших братиков? Это ведь не он предложил стать побратимами с Су Юем…
Полагая, что Су Жухуэй не осмелится пудрить ему мозги, Хань Е посмотрел на небо и сообщил:
— Сегодня славная погода, на горе не идёт снег, так что ночью я возьму людей и отправлюсь посмотреть на ущелье.
— Я тоже пойду! — вызвался Су Жухуэй.
— Конечно ты пойдёшь, — холодно усмехнулся Хань Е и ущипнул его за щёку. — Если ты посмел обмануть меня, то я скину тебя в это ущелье, чтобы ты мог составить компанию трупам. Жди меня за час до полуночи у городских ворот. И не опаздывай, я не люблю ждать.
***
Вернувшись домой, Су Жухуэй поручил Сан Чиюю порубить мясо. Тук. Тук. Тук. Он был так голоден, что казалось живот вот-вот прилипнет к позвоночнику. Готовить лепёшки с мясом было слишком долго, поэтому, пообещав Сан Чиюю приготовить их в следующий раз, он наспех потушил свинину в соевом соусе. К ней на стол были поставлены маринованные овощи и рис. Вдвоём они съели всё подчистую. Вновь почувствовав себя живым, Су Жухуэй лениво потянулся. Позднее ему надо будет уйти, так что не стоило тратить время попусту, лучше пойти вздремнуть. Проследив, что он ушёл в дом, Сан Чиюй поднял голову и посмотрел под козырёк, где рядом с деревянной резьбой увидел ещё один свёрток ткани. Забрав его, он вернулся в дом и зажёг масляную лампу. Внутри лежало пять портретов, личные данные этих людей и два талисмана Врат Пустоты. Среди портретов были двое монахов, напавших на Хэ Шэна. Одного убил Су Жухуэй, другой прошёл испытание. Сан Чиюй точно помнил, что видел на снежной границе того использующего костяные кинжалы монаха в жёлтом. Сан Чиюй взял выданный ему сегодня прямой меч: лезвие из метеоритного железа, рукоять из акульей кожи, гарда с узором жезла Жуи. Это был стандартный меч подразделения, способный рассечь железо, как грязь, и разрубить множество огнестрелов. Сан Чиюй положил меч на стол, а затем положил туда же ручной арбалет, духовный огнестрел и кинжал. Немного поразмыслив он выбрал меч и кинжал. Хотя духовный огнестрел очень мощный, он всё же привык использовать меч. Он сидел перед масляной лампой и ждал. Время утекало словно вода, пока свет лампы освещал его спокойное лицо. Он сосредоточился и замедлил дыхание. Его выражение лица было таким умиротворённым и безмятежным, что он больше напоминал бодхисаттву в медитации, а не человека, готовящегося к убийству. Когда время пробило час до полуночи, он вытащил талисманы: один убрал в поясную сумку, а второй активировал. В тоже время Су Жухуэй уже ждал у городских ворот. Он еле успел покинуть город до того, как их закрыли. На всякий случай он взял с собой мушкет и однозарядный арбалет. Оружие, выданное подразделением, было очень хорошим, жаль только болты и пули-цзыкэ имели лимит на использование. Если всё израсходовать, то в подразделении спросят куда ты их дел, что было очень хлопотно, поэтому Су Жухуэй решил использовать личное оружие. А вот меч можно было взять собой. Опустив голову, Су Жухуэй посмотрел на рукоять висевшего на поясе прямого меча. Это было достойное оружие: лезвие тонкое и узкое, отличный клинок. Хань Е и несколько головорезов прибыли ровно в назначенное время. Вместе с Су Жухуэем их было восемь человек, каждый держал в руке по масляной лампе. Они поднялись в гору. Ночью было трудно ориентироваться, но, к счастью, система отображала на земле в поле зрения Су Жухуэя линию пути, подсвеченную синим. Ночь была плотной, словно железо, а меховые сапоги проваливались в сугробы с хрустящим звуком. Со всех сторон их окружали стволы высохших берёз, которые торчали во тьме подобно оскаленным когтистым теням, создавая устрашающую атмосферу. В свете масляных ламп они двигались по лесу в сторону заснеженного ущелья. Только спустя час они наконец перешли утёс и достигли места назначения. Зона, которую могли осветит лампы, была ограничена, так что вглядываясь вниз они могли увидеть только бездонно чёрную дыру. — Спускаемся? — вопросил один из головорезов. Хань Е жестом подозвал одного мужчину: — А-Пань, послушай, что там внизу. Парень по имени А-Пань кивнул. Он присел у края и прислушался, а спустя мгновение уже отрапортовал: — Внизу нет живых. Безопасно. Су Жухуэй помнил А-Паня ещё ребёнком. Когда-то он организовал в палате Великого Блаженства школу грамоты и А-Пань был одним из детей, учившихся там. Кто бы мог подумать, что через пять лет тот ребёнок станет таким большим. Его искусство называется Истинный Слух. Ранее Су Жухуэй сталкивался с мастерами, владеющими подобными искусствами, и их слух был настолько хорош, что они могли услышать на расстоянии трёхсот шагов сердцебиение и дыхание человека. Хань Е велел головорезам спуститься и проверить там ли тела, а затем увидел, что Су Жухуэй стоит в стороне без дела. — Ты тоже спускайся, — пнул он его. От этого пинка Су Жухуэй чуть не полетел вниз и яростно сжал зубы. Однако сделать он ничего не мог. Как говорится в пословице: под чужой крышей человек должен быть покорен. Су Жухуэй спускался вниз и успокаивал себя тем, что настоящий мужчина может и потерпеть ради достижения цели. Оказавшись внизу он заметил, что Хань Е тоже спустился. Этот подонок и правда ведёт себя, как пример для подражания. Головорезы переворачивали трупы один за другим и освещали их лица светом ламп. Все выглядели одинаково: мертвецки бледная кожа, а тела замёрзли до такого состояния, что стали твёрже кирпича. Посреди ночи на горе было адски холодно и Су Жухуэй подумал, что ему не понадобится много времени, чтобы замёрзнуть до такого же состояния. Он стучал зубами и искал тело Хэ Шэна, чтобы внимательно осмотрел его и понять, что в конце концов здесь творится. Он как раз переворачивал очередное тело, когда со стороны донёсся крик одного из головорезов: — Бонза, я нашёл Ли Цзиньбея! Су Жухуэй, спотыкаясь, подошёл поближе и увидел, что это тот пучиглазый, которого он пристрелил. Так значит, его звали Ли Цзиньбе… ну и имечко. Хань Е нагнулся, внимательно рассмотрел дырку в его лбу и бросил на Су Жухуэя многозначительный взгляд. У Су Жухуэя похолодело внутри. Ему точно конец. Он совсем позабыл об этом деле и уж точно не ожидал, что войны тайной школы такие расторопные и за полдня притащат сюда всех погибших на испытании. Он выдавил виноватую улыбку: — Бонза, я могу объяснить. Это не я начал. Эти трое хотели обокрасть меня, а ещё обесчестить. У меня не было выбора. — Обесчестить? — на лицо Хань Е набежала тень. Головорез, стоявший поблизости, тихо сказал: — Ли Цзиньбе действительно был падок на мальчиков, даже замучил до смерти нескольких юношей из борделя. — Значит заслужил, — Хань Е пнул Ли Цзиньбе назад в яму с трупами. Су Жухуэй подумал: на себя бы посмотрел, прежде чем судить кого-то. Впереди них кто-то уже добрался до самой дальней ямы и крикнул: — Бонза! Здесь ещё один наш брат! Дао Сяолю! Ещё один? Су Жухуэй нахмурился. Хань Е ведь сказал, что кроме него он послал только тех троих: шрамолицего, пучиглазого и плешивого. Шрамолицего и плешивого растворило теми талисманами, у них не осталось тел. Так откуда они здесь? Су Жухуэй последовал за всеми и увидел как несколько головорезов окружают одно тело. Кто-то поставил лампу у его лица, так что всё было прекрасно видно — это был шрамолицый. Увидев его, Су Жухуэй ощутил, как его прошибло холодом, и неосознанно удержал Хань Е собирающегося подойти поближе. — Что? — Хань Е непонимающе обернулся к нему. Су Жухуэй присмотрелся. Это был действительно шрамолицый: крупное телосложение, шрам от ножа, проходящий поперёк переносицы… он точно такой же. Как это возможно? Он своими глазами отчётливо видел, как шрамолицый превратился в лужу крови. Как он мог оказаться здесь? Тем временем двое головорезов притащили ещё один труп — это был плешивый. Головорез вытер пот с лица и сказал: — Наконец-то всех нашли. Бонза, нам сжечь их здесь или отнести домой и похоронить? Хань Е ещё не успел ответить, как к ним в панике подбежало несколько человек. Наткнувшись на Су Жухуэя они испугались так, будто увидели приведение. — Бонза, Вам стоит посмотреть! Они отвели Хань Е к ещё одному трупу и головорез поднёс лампу. Стоило всем увидеть тело, как все тут же побледнели. Труп спокойно лежал с закрытыми глазами, его щёки были бледны словно снег, а лицо точное такое же, как у Су Жухуэя. — А… А-Ци… — кто-то отступил на несколько шагов и испуганно спросил: — Почему здесь твой труп?
