Последнее, что осталось в этом Аду

Отсчет пошел. С каждой секундой приближался момент истины, в котором она, Эльза, должна остаться без головы. Каждый тик цифры, бьющийся подле ее затылка, словно пронизывал жизненно важные органы. Нутро холодело, а голова вскипала. — Эльза! — Джерар держал девушку за голову, обхватив лицо двумя руками. — Послушай меня, Эльза! — Его руки легко трясут девушку за голову, призывая обратить на него внимание. На таймере 9:00. Прошла минута. Крис, корчился от боли, лежа на боку, но продолжал безумно улыбаться, чувствуя себя победителем в этой схватке. Пусть он проиграл бой, но выиграл войну.        — Эльза! — Шлепок по щеке приводит на миг в чувство. Джерар пользуется этим мгновеньем, когда Эльза обращает на него рассеянное внимание. — Все будет хорошо! Ты мне веришь? — Смотрит в растерянные глаза, в которых мощным приливом плещется паника. Все его слова доносятся до нее сквозь пелену страха и осознания неминуемой гибели. — Верю. — Скарлет собирает в себе все силы, чтобы произнести это слово. Простое на звучание, но очень сложное если разделить его на смысл. — Придержи его для меня. — Джерар срывает с шеи жетончик и вешает его на шею девушки, прямо поверх бомбы-ошейника. Эльза обхватывает рукой металлическую пластинку с выгравированными именем и прячет в кулак, плотно прижимая к груди. От него расходится тепло. Внезапно, лицо ее окропила волна ужаса. В отражении карих глаз Джерар заметил легкое шевеление и потратив несколько секунд, чтобы увернуться, отскочил в бок. Крис, что все это время копил силы, схватил нож и нанес удар по Джерару. Уворот Фернандеса помог ему избежать смертельного ранения, когда острие ножа, обойдя внутренние органы, полоснуло бок. Рана была глубокая, но не смертельная. — Ублюдок! — Джерар схватил руку, держащую окровавленный собственной кровью нож. Давление его хватки заставило Криса разжать кулак, и нож грохнулся на пол, отдаваясь громким звоном в помещении. — Отлично. Мы все здесь умрем. — Крис, сидящий на полу, не имея сил даже встать, попятился назад, но вскоре уперся стену. — Умрешь только ты. — Удар Джерара кулаком впечатывает нос в лицо, слышится хруст. От сильного удара голова, которой было некуда деться, сильнее вдавливается в стену. Джерар отпускает, внимательно смотря на свое творение. Кровь непрерывной струей текла из носа, капая на грудь, нос был повернут в правую сторону после мощного удара левой рукой. Гавайская рубашка постепенно превращалась в окровавленную тряпку. От удара сознание Криса подкосилось. Боль была, но ее ощущение было где-то на периферии сознания. — Не смей отключаться! — Следующий удар Джерара пришелся прямиком в живот, в область диафрагмы. Крис исходит истошным кашлем, выплевывая скопившуюся слюну. Ритм дыхания сбивается и он, словно забыв как дышать, не может сделать вдох. На таймере 6:00. — Ты будешь в сознании до самого конца. — Джерар бьет упавшего на бок мужчину коленом в голову, затем снова в грудь. Эльза смотрит на изуродованное лицо, опухшее, отекшее, перемазанное кровью. На удивление, она не находит в себе и капли жалости к нему. Смотрит холодным и надменным взглядом. — Эльза, скажи, — голос Джерара обращен ей. — Ты просила его отпустить тебя? — Да, — девушка смотрит на избитого Криса в ожидании следующих ударов. — Он тебя послушал? — Допрос Джерара был не ясен, но Скарлет послушно отвечала. — Нет, — ее ответ был кротким. — Наверное, — Джерар поднимает упавший нож, вытирая его об рукав. Кровь почти не видно на черной ткани. — Ты не слышал Эльзу, Крис, — мужчина подходит ближе. Тело Криса не шевелилось. — А зачем тогда тебе нужны уши, если ты не слышишь? — Джерар открыл в себе новые границы мести. То состояние, в котором он нашел Эльзу заставило его взойти на новый уровень жестокости. Рука тянется к уху мужчины, силой потянув наверх. В следующее мгновение заточенный нож отрезает кусок плоти и Джерар бросает его прямо в руки, безумно кричавшего Криса. От боли мужчина быстро пришел в себя. Рука с силой прижала место, где когда-то было ухо, пытаясь хотя бы остановить кровотечение. Получалось неважно. Кровь просачивалась даже сквозь сведенные пальцы. Его крик ограничивался стенами. В этом звуке было столько боли и отчаянья, что равнодушная Эльза все-таки вздрогнула от мимолетной жалости, но поймав себя на этом чувстве, поспешила прогнать. — Ты псих! — Крик Криса был похож на завывание загнанного животного, что вместо смерти теперь боялся боли, которую Джерар мог принести ему.

***

— Вот уж не думал, что Крис когда-нибудь наберется мужества выступить против Джерара. — Басистый голос с легким смешком раздался в тесной рулевой. На маленьком диванчике с обшарпанной обивкой сидели Нацу и Люси, чьи ноги и плечи были плотно прижаты друг к другу. — Мы тоже не ожидали. — Нацу и Люси старались молчать, но Гажил не переставал болтать, задавая им провокационные вопросы. — Видимо, в жизни Фернандеса появилось что-то…. Или кто-то. — Гажил припомнил аловолосую девушку, что пришла вместе с ним в бар Локсар, о чем он сразу дал понять Драгнилу с Хартфелией. — Кто-то, кем можно манипулировать Джераром. — Гажил был давним другом Фернандеса, знавшим его еще со времен службы. Но даже их старое знакомство не давало Нацу и Люси право обсуждать с ним Джерара и его дела. Они старательно пытались соскочить с темы или перевести разговор. — Ты думаешь, что Джераром можно манипулировать? — Люси переводит стрелки на Редфокса, продолжая теперь давить на него. — Думаю, если найти слабое место, манипулировать можно кем угодно. — Редфокс не смотрел на блондинку, но ее раздражение чувствовалось спиной. — Думаешь, у Джерара есть слабые места? — Люси не унималась. Из-под козырька ее кепки искрился надменный взгляд. — Думаю, слабые места есть у всех. — Гажил, долго сохранявший молчание по пути в Манил, наконец выплеснул свое желание поговорить. — У Джерара, которого знаем мы, слабых мест нет. — Драгнил присоединился к разговору. — Лишь места, которые требуют большего внимания и контроля. — Драгнил и Хартфелия не верили в то, что сейчас говорили, но не могли позволить кому-то усомнится в Фернандесе. Его репутация должна быть нерушима. — Команда у него точно что надо. — Кажется, что весь затянутый разговор Гажила был проверкой верности этих двоих и они с огромным успехом ее прошли. — Высадимся через двадцать минут.

***

Кулаки Джерара обрушивались на лицо Криса. Когда мужчина вновь начинал терять сознание, Фернандес снова ударял в живот, заставляя закашливаться и захлебываться собственными кровавыми соплями. 1:59 до взрыва Когда до детонации осталось чуть меньше двух минут, Ферандес подошел к Эльзе. Девушка была напряжена словно сжавшаяся пружина. — Ты мне доверяешь? — Его рука коснулась липкой от слез и пота щеки, оставляя красный след крови, не своей. Ресницы были склеенные, под глазами красные пятна от частого трения. — Да. — Она смотрела на него самым искренним взглядом, на который была способна. Это была чистая любовь. Джерар заходит рукой за ее шею. Там где сводится механизм. В его руках был поднятый с пола нож. Острое лезвие быстро избавляет ремень от крышки и показывается механизм взрывчатого устройства. Все как в фильме — красный и синий провод. Стоит перерезать нужный и бомба диактивируется, но выбери он неправильный — неминуемый взрыв. В реальности же нет правильного выбора. Красный или синий зависит от человека, что собрал это устройство. Ток может быть в любом из этих проводов, а значит это всегда будет игра пятьдесят на пятьдесят. Джерара такой процент не устраивал. — Знаешь, Крис. В таких устройствах есть слабое место. — Мужчина, лежавший на полу и постепенно истекающий кровью отдаленно слышал голос Фернандеса, но слова его с запозданием достигали разума. — Ты ведь знал, что я бывший военный, неужели ты думал, что такая дешевая модель, действительно застанет меня врасплох? — Взгляд Криса менялся постепенно. Смерть, с которой он уже смирился была сладка от осознания, что Эльза уйдет вместе с ним, что непременно заставит Фернандеса страдать. — У них слабая ремневая система. Устройство просто переделано к ремню, но внутри него нет никаких проводов. Эльза втянула воздух ртом, задерживая дыхание. — Лезвие ножа в миг перерезало ошейник и Скарлет наконец испытала долгожданную легкость. 0:51 — показывал таймер обратного отсчета. Джерар положил болтающуюся бомбу рядом с головой Криса. Мужчина потерял терпение, по лицу покатились горькие слезы. Собственная ничтожность и никчемность ныла в груди. Все, что он сделал сегодня — было напрасно. Его жертва была напрасной. — Если выживешь, я не буду тебя убивать. Это будет твоим уроком. — Джерар подхватывает Скарлет на руки, направляясь к выходу. Внезапно по телу его прошелся ток. Слабая рука схватившая его за ботинок, заставила обернуться. Поворачивая голову, Джерар обронил слабое внимание на кресло, в котором рядом с желтым конвертом лежала его фотография. Эльза заметила это и сильнее напряглась. То, чего она боялась больше всего случилось. Джерар заметил. — Твоя сучка копала под тебя, Фернандес. Живи с этим. — Джерар делает шаг, рука Криса, держащая его ногу, повисает в воздухе. — Это он виноват в смерти твоего мужа, Скарлет. Это он! Он! Он! — Джерар игнорирует дальнейшие слова. Оставаться дольше здесь было нельзя. В последние секунды своей жизни, Крис привнес разлад в их союз. Случилось то, чего Скарлет боялась больше всего. Его руки, держащие ее тело, теплые и родные, были по локоть запятнаны кровью бывшего мужа. Могли ли Быть эти слова ложью? — Ты могла просто спросить меня, тебе не зачем было ходить к МакГарден. — Уже когда Джерар оказался на достаточном расстоянии от склада, он заговорил. Голос его перебил раздавшийся взрыв. Он был не достаточно мощный, чтобы разрушить строение. Ударная волна лишь заставила качаться открытую железную дверь из стороны в сторону. — Так ты знал? — Эльза напряглась. Осведомленность Фернандеса пугала ее, но ни капли не удивляла. — Да, но по какой-то причине ты не вскрыла конверт, когда получила его. — Собственная усталость испарилась, выжженная стрессом. Последние слова, адресованные ей Крисом были тем, что она так боялась услышать и до конца старалась не верить. — Это правда? — Джерар сразу понял, что она имеет ввиду. Долгое молчание ответило за него, но Скарлет до конца надеялась услышать — «Нет». — Отпусти. — Эльза не выдержала. Его молчание губило ее изнутри, но еще больше ее уничтожала собственная уязвимая любовь к человеку, которого стоит ненавидеть. — Я отпущу тебя, когда ты будешь в безопасности. — Джерар сжал Скарлет еще сильнее, ступая по вытоптанной тропе. Сердце Эльзы рвалось на тысячи частей. Его объятие — лучшее, что с ней случалось и сейчас, в этот момент, она наслаждалась, словно они были последними. Сегодня они есть, а завтра их не будет. — Ты знал меня, знал Симона, но все равно сблизился со мной. — Слезы покатились по щекам вслед за давящей болью в грудине. — Зачем? — В ответ была лишь тишина. Мысленно Ферандес корил себя, ненавидел. Он никогда о ней не думал, но с ее первым появлением, просто не смог противиться. Она сама пришла в его руки и он не стал сопротивляться, надеясь на что-то лучшее. Надеясь, что за всю его ничтожную горькую жизнь, полную лишь страдания, он заслужил быть любимым ею.

***

Драгнил и Хартфелия, вошли в кабинет Зерефа, крепко держась за руки. Люси повезло быть здесь впервые и все окружающее ее пугало, начиная от интерьера, заканчивая мощной охраной. Казалось за каждой книжкой и бутылкой алкоголя здесь стоит телохранитель, готовый по щелчку пальцев выстрелить в них. — Спасибо, что принял нас. — Нацу стоял возле двери, не решаясь присесть пока Зереф не пригласит их. — Что ты, Нацу! — Зереф по обычаю сидел на диване в компании своей спящей девушки, чья голова лежала на его коленях. — Я всегда рад видеть своего брата. — Зереф улыбался, но улыбка на мрачном лице лишь пугала. Люси внимательно следила за ним и ее проницательность кричала, нет! Требовала держаться подальше от этого человека. — Ты и девушку свою привел, наконец-то мы познакомимся. — Зереф аккуратно переложил голову Мавис на подушку, подходя ближе к Люси. Сердце Хартфелии сжалось, а дыхание замерло, когда он, подняв ее ладонь, оставил легкий поцелуй на тыльной стороне. — Я прошу, присаживайтесь. — Зереф отошел в сторону, приглашая гостей занять места на, стоящем напротив, диване. — Мы здесь по делу. — Зереф выставил два бокала напротив себя и Драгнила, наливая виски. — Что будешь пить, Люси? У меня есть замечательное вин… — Я буду виски! — Блондинка обрывает Зерефа и он улыбаясь ставить третий бокал, наполняя его. — Что ж, предлагаю выпить за знакомство. — Рука Зерефа вытягивается вперед и Люси с Нацу следуют его примеру. Звон бокалов разбивается в кабинете, но даже этого было недостаточно, чтобы потревожить крепкий сон Мавис. Нельзя было прийти к Зерефу и не играть по его правилам. Если он наливает виски — значит его нужно выпить. Если он предлагает тост — его нужно поддержать. Нельзя показывать свое неуважении, особенно Нацу, который привел с собой самого дорогого человека, словно сам предложил им Люси в качестве заложника. — Мы по делу. — Нацу пытается вставить хоть слово, но брат делает вид, что не слышит его, продолжая испепелять Люси около дружелюбным взглядом. — Какому делу? Если ты пришел просить, чтобы я вытащил Грея, то напрасно. — Зереф таки обратил внимание на Нацу, тем самым сделал ему огромное одолжение. — Джерар просил передать. — Нацу вытягивает из кармана своей рубашки зип-пакет, кладя на стол прямо перед Зерефом, лицо которого в один миг переменилось. Словно он только сейчас начал воспринимать их визит всерьез. — Что заставило Фернандеса отправить вас двоих, а не прийти ко мне лично? — Драгнил-старший взял в руки пакет внимательно изучая форму и цвет препарата. — У него появились дела и он не смог приехать. — Нацу внимательно следил за действиями брата. Ни одно его робкое шевеление не осталось незамеченным. — Это тоже он просил передать. — Люси достала из своего рюкзака папку, протягивая ее в руку Зерефу. Зереф не удержался и сразу же открыл. На первой странице — досье на профессора-химика из Женевы, следующий лист — немецкий клинический фармаколог. Далее информация по первой жертве, что впала в кому. — Хорошая работа. — Зереф хлопнул папкой довольно улыбаясь. — Нацу выдохнул. — Можете передать Джерару, что я доволен. — И еще, насчет Грея… — Его выпустят, я свое слово держу. — Зереф спрятал таблетку в свой внутренний карман. — Раз дела закончились, то Марвин вас проводит. — Словно по щелчку пальцев из группы личной охраны вышел лысый бугай, своим напором выгоняя гостей. — И выдайте им обещанную плату. Люси, был рад познакомиться! — Зереф кричит вслед, но блондинка лишь фыркает, убедившись, что он ее уже не услышит. — Ну и братец у тебя, Нацу. — Оказавшись на улице, Люси и Нацу нервно выдохнули. — У меня до сих пор колени трясутся от его тяжелого взгляда. — Хартфелия уперлась руками в ноги, словно после долгого забега. — Не ожидала тебя увидеть здесь так скоро. — Драгнил услышал за спиной голос, что за пару секунд распознал и проклял все на свете. — Ка-а-на. Рад видеть! — Виртуозно лукавил Нацу. — Жаль, что мы уже уходим. Так бы обязательно нашли пару минуток поболтать с тобой. — Не груби, малыш. Смотрю ты и подружку свою прихватил. — Кана подошла ближе к Люси, опрокидывая свою на удивление тяжелую руку ей на плечо. — А ведь правду говорили, задница у тебя что надо! — Свободная рука Альбероны оставила шлепок прямо поверх шорт Люси. — Может ну этих мужланов. — Острый ноготь девушки каснулся подбородка Люси, но блондинка была не из робких. Она отбила руку Каны, словно это была надоедливая мошка. — Мою задницу, — Люси скинула повешенную на ее шею руку Каны, — может трогать только Нацу. — Драгнил воодушевился, испытывая небывалый прилив гордости. — Так что, советую тебе поискать компанию в другом месте. Люси, развернувшись на половину своего оборота, пошла прочь и Нацу, довольно улыбаясь, пошел следом за ней, напоследок показав шатенке вытянутый средний палец. — Вот сучок! — Криво улыбаясь процедила Кана.

***

Тюремная площадка для прогулок заключенных была со всех сторон под надзором вооруженной охраны. Большинство заключенных даже не предпринимали тщетных попыток выбраться отсюда путем побега, а те, что вынашивали тайный план, сами не подозревали как легко себя выдавали. Грей видел таких насквозь. Он лежал под тенью крыши, стянув себя верх от одежды и медленно, скрывая интерес, наблюдал. За то время, что он здесь провел, ему удалось собрать действительно ценную информацию. Колумбийцы, японцы, мексиканцы, русские, китайцы — здесь было максимально интернациональное сообщество и Грею пришлось постараться, чтобы не стать для них врагом. Дым от его сигареты разлетелся по округе, вызывая у всех бурный аппетит. — Эй, Фуллбастер. На воле есть мой брат Нико. Он хорошо тебе заплатит если поделишься со мной сигареткой. — Подле Грея редко крутились люди. Подсознательно интуиция подсказывала не связываться с ним. Но этот парень был исключением. Он с первого дня привязался к Фуллбастеру, пытаясь сделать его своим другом. Это он посоветовал Грею напасть на Эрика и таким образом оказаться в одиночной камере. В этом блоке он смог поговорить с человеком, что владел полезной для их дела информацией. — Ну вот когда заплатит, тогда и поговорим, Луис. — Фуллбастер продолжать выпускать над своей головой сизый дым, что быстро рассасывался на свежем воздухе. За то время, что Грей провел в заключении, он много думал, но все его мысли непоследовательно приводили к Джувии. Его уход больно ударил не только по девушке, но и по самому себе. А оказавшись один на один с собой, он вдруг осознал как эгоистично поступил. — Эй, Фуллбастер. С вещами на выход, тебя выпускают. — Грей коротал дни в ожидании этих слов, а когда ему посчастливилось их услышать, он не испытал того желанного облегчения. Словно так и должно быть. — Ладно, раз на то пошло, держи. — Грей кидает пачку сигарет Луису и тот, неуклюже выставив руки, ловит. — До встречи, Грей! — Луис по-идиотски улыбается. — Ой, ну то есть, я надеюсь ты больше никогда сюда не попадешь. — Бывай. — Грей машет рукой, не оборачиваясь назад. Выйдя за пределы тюрьмы, Грея ослепило яркое солнце. Бордовый Шевроле стоял прям напротив ворот и в нем Грей сразу узнал Нацу и Люси. — А ты похудел. — Люси вышла встретить Грея и не удержалась от объятий. — И подкачался. — Было много свободного времени. — Отшучивается Грей и после принимает рукопожатие Драгнила. — Нужно много тебе рассказать, прыгай в машину. — Нацу хлопает товарища по плечу.

***

Вся команда, за исключением почившего информатора, встретились в порту, где их терпеливо ждал угнанный Крисом катер. Все, за исключением Эльзы, собрались в рулевой, просвещая Грея в события последних дней. Кажется, Фуллбастер не был ошарашен предательством их горе-информатора, но удержался от комментариев вроде «Я же говорил», но если ему удалось оставить их при себе, то блондинка терпеть не стала. Она живо выплеснула все, что думает, в подробностях уточнив сколько раз она предостерегала на его счет, но Джерар решил безопаснее всего держать своего врага рядом, чем подверг опасности их всех, а в большей степени Эльзу, которая забвенно спала в каюте. Вскоре, Драгнил сделал всем огромное одолжение, утащив Хартфелию в их общую каюту, чем избавил всех от ее дальнейших нравоучений и наставлений. — Что произошло? — Когда Джерар и Грей оказались вдвоем, Грей начал неприятный разговор. — Тяжелый день. — Фернандес сидел на диване, опираясь локтями в спинку. — Настолько тяжелый, что ты сам на себя не похож? — Грей видел свинцовую тучу, висящую прямо над головой Фернандеса. — Что случилось там? Джерар долго думал говорить или нет. — Я подверг Эльзу опасности. Перед своей смертью, Крис крикнул ей, что смерть Симона на моих руках. — И ты ничего не ответил? — Фуллбастер сбавил скорость, но после сразу набрал ее. — Нет. — Почему? — Так будет лучше. — Джерар тянется к сигарете, щелкая зажигалкой. Наконец-то. Успокаивающий дым проникает в глубь легких, замедляя его. — Я уже несколько раз повелся на поводу у своего эгоизма и вот к чему это привело. — Не мне тебя учить. Я бросил Джу одну ради своих целей, но… — Ты прав, Грей. Не тебе меня учить. — Отвечает Фернандес, чем ясно дает понять свое нежелание продолжать разговор.

***

Эльза смыла с себя всю грязь, но нежеланные пятна все еще оставались на теле. Те места, которых касался Кристиан. В ванной было жарко, настолько сильно, что любой вошедший мог запросто грохнуться в обморок, но Скарлет каким-то чудом продолжала находиться в ней. Температура воды была настолько высокой, словно девушка решила подвергнуть свое тело шоковой тепловой дезинфекции. — Этого недостаточно. — Говорит тихо, в пустоту, но голос отражается от ванны тихим эхом. Берет в руки найденную мочалку и приложив всю силу рук трет по телу. Схватившаяся кровь на бедре снова начинает подсачиваться. — Мало. — Говорит снова и бросает слишком мягкую мочалку в сторону. В дело идут ногти. Острый край буквально снимает поверхностный слой кожи, оставляя яркие красные полосы. Через несколько минут все тело покрывается царапинами, где-то виднеется кровавая роса. — Эльза, я нашла успокаивающее эфирное масло, можно добавить пару капель… — блондинка замирает, когда видит расцарапанное тело девушки. Ее рука отпускает стеклянный бутылек и он с треском бьется об пол ванной и воздух сразу напитывается мятным травяным ароматом. — Эльза, что ты делаешь?! — Ее голос превращается в крик. Она хватает Эльзу за руки, отрывая их от истязания собственного тела, но обезумевшая Скарлет продолжает вредить себе. — Прекрати! — Крик Люси привлек внимание и вскоре Джерар стоял на пороге, наблюдая как блондинка пытается остановить Скарлет. Джерар медленно подходит, убирая руки Люси от Эльзы. — Я сам. — Хартфелия отходит назад. Эльза вопросительно смотрит на Джерара. Его ладони, схватившие Скарлет за запястья плотно держали, не позволяя девушке царапать себя. — Прости, Эльза. Это моя вина, но я не могу позволить тебе так себя колечить. — Блондинка уходит, оставляя Скарлет на Джерара. Фернандес чувствует когда руки девушки расслабляются, и он отпускает. Его ладони проводят по раненным местам, словно пытаясь залечить их. На удивление, от его прикосновений совсем не было больно. — Я ничего не понимаю. — Девушка постепенно приходит в себя. За сознанием приходит боль в разных местах тела — где-то больше, где-то меньше. Видит спускающиеся красные полосы из открывшейся на ноге ране. — Пойдем, я наложу бинт. — Джерар помогает Эльзе закрутится в полотенце, что сразу впитывает в себя кровь с ноги и лишнюю влагу, а после подхватывает на руки, унося в свою комнату. Как бы она не хотела, она не могла возненавидеть этого человека. Его касания до сих пор казались самыми родными и теплыми. «Он виноват в смерти Симона! Это он! Он! Он!» — истошный крик вырвался в голове, вновь заставляя Скарлет вспомнить недавние событие. — У тебя неплохо получается. — Эльза пытается заставить себя улыбнуться, но не может. Руки Фернандеса аккуратно обводят белым бинтом ее ногу, накладывая слой за слоем. И не было в этом страсти и похоти. Была неприкрытая интимная забота. Была голая любовь.