Инсулиновая девственница

      За рулём машины, погружённая в свои мысли, Ванесса вела их домой. Образ Саши, сидящей рядом, был окутан тревогой. Как врач она понимала всю серьёзность ситуации, но это не умаляло её собственного шока. Более того, осознание того, что она влюбилась в эту девушку, только усиливало её решимость. Ванесса знала, что готова пройти этот путь с Сашей. Теперь её главной задачей было не только помочь Саше справиться со страхом перед врачами, но и пристально следить за её состоянием, не давая диабету взять верх. Болезнь, увы, не отступала бесследно, требуя постоянного контроля уровня сахара и своевременных инъекций инсулина. Как это делать с непростым характером и фобией врачей? Несса понятия не имела... Конечно, в приоритете было физическое здоровье, а только потом вечные обижалки из-за "больных" уколов.       Но и с боязнью врачей нужно было что-то сделать. Но Ванесса понятия не имела что. Пока что. Со временем она найдёт решение этой проблемы, потому что психологическое здоровье было не менее важно. Оно и так пошатано... С расстройством пищевого поведения решать проблему тоже надо, причём незамедлительно. Для начала нужно найти хорошего психотерапевта. А если случай будет уже запущен, то у Ванессы, как и у других врачей, есть связи с другими специалистами, в том числе и хороший психиатра...       Саша же переживала внутренний ад. Слова были бессильны перед этим невыносимым страданием. Что ждёт её впереди? Ежедневные проколы пальцев, уколы инсулина — необходимость, чтобы просто жить. Это пугало до глубины души. Сам факт того, что она больна, был ошеломляющим. А как же балет? В свои девятнадцать лет она уже стояла на сцене Большого театра, исполняя главные роли. Неужели вся её жизнь, вся её мечта, к которой она так стремилась, будет разрушена этой внезапной болезнью? Любовь к Ванессе была взаимной, но в этот момент Саша хотела лишь одного — уединиться, спрятаться от мира, от болезни, от самой себя. Девушка чувствовала, что занимается самообманом, но ничего не могла с собой поделать.       — Сашуль, — Ванесса зашла в комнату с подносом в руке, который держал тарелку с горячим ужином. Женщина уже знала о расстройстве пищевого поведения девушки, но оставлять голодной её было крайне опасно, как минимум из-за физических потребностей и диабета, при котором сахар скачет, не давая спокойно жить.       В ответ последовал игнор. Сашка уже третий час лежала на кровати, не разговаривая с женщиной, открыто игнорируя её. И если раньше Несса не приставала к Саше, видя, что та спит, то теперь девушку необходимо было разговорить и "растрясти", а то так и до депрессии будет недалеко. Сашка, в свою очередь, просто отвернулась к окну, укрыв лицо подушкой, как бы показывая, что сейчас вовсе не настроена на дискуссию и душевные разговоры.       Несса тяжело вздохнула и, встав обеими ногами на кровать, распахнула шторы, надеясь, что хоть солнышко сможет поднять этого чёрного лебедя.       — Хватит валяться, ты же спортсменка, — говорит Ванесса, несильно толкая девушку в плечо, в попытке её поднять.       — Балет — не спорт, — буркнула Сашка, на миг повернувшись лицом, демонстрируя красивую, но очень недовольную мордашку.       — Да? — наигранно переспросила женщина, ложась рядом с Сашей, поглаживая её по внешней стороне бедра. — А что тогда? — спросила она, желая разговорить девушку.       — Искусство, — заявляет Власова, переворачиваясь лицом к Нессе, чувствуя, что та расположила её к общению, хотя настроение всё ещё было так себе.       — Это из любви к искусству, правильно понимаю? — уточняет Несса, привстав с кровати и уже не в первый раз заглядываясь на убитые в мясо стопы Саши.       На ногах буквально не было живого места... Где-то синяки, где-то царапины, где-то раны, где-то мозоли, а где-то и вовсе свежие кровоподтёки. Удивительно, но для балерин это считалось абсолютно нормальным. Они каждый день стояли на пуантах примерно по шесть часов, а иногда даже слышалось, как там хлюпала кровь... Лечить это было просто бесполезно, потому что на следующий день ситуация повторится... Единственным выходом была заморозка, которая не лечила раны, но хотя бы убирала боль на несколько часов.       — Красота требует жертв, — отвечает Саша, переходя из лежачего положения в сидячие, разглядывая свои стопы, специально натянув их, чтобы они были смотрелись красиво. Пальцы ног практически прижимались к пятке. Что сказать, у Саши были все данные к балету, однако эти данные каждый день оттачивались до идеала.       — Двигайся ближе, жертва, обработаю тебя, — проговорила Ванесса, встав с кровати и за считанные секунды найдя в комнате медицинский чемодан.       — Не-э-эт, — прошипела Санька, снова повернувшись к Нессе спиной, укрываясь пушистым пледом с головой.       — Саша, да, — уже чуть строже говорит Ванесса, переворачивая девушку на спину, кладя себе на колено одну из её стоп.       — Нет! — практически крикнула Саша, резко скинув ногу, специально чуть пнув Ванессу.       Конечно, от ран и синяков очень хотелось избавиться, однако Саша понимала, что стопы станут прежними уже к следующей репетиции, так что эти страдания в виде обработки будут напрасны, к тому же, Саня была ятрофобом, которой далеко не в кайф было сталкиваться с медициной.       Однако никаких репетиций в ближайшее время у Саши не будет. Девушка совсем забыла, что у неё начался отпуск, да даже если бы его не было, Несса бы не позволила ходить на них, пока девушка не адаптируется к болезни.       — Чем громче ты кричишь, тем меньше я тебя слышу, — спокойным тоном проговорила Ванесса, погладив Сашулю по голове, специально касаясь тёмных корней волос, массируя их. — Я хочу тебе помочь, прекрати, пожалуйста, вести себя как ребёнок.       — Несс... — на удивление, Саша действительно перестала огрызаться и кричать, вместо этого глубоко посмотрела в глаза Ванессе. Казалось, что девушка отбросила свой непростой характер. Но не тут-то было, после короткой паузы Саша выдала очевидную для неё фразу. — Иди нахрен, — выдала она, но, увидев удивление на лице женщины, добавила. — Пожалуйста.       — Ну ты и хабалка, Сань, — абсолютно не обижаясь, усмехнулась Ванесса, одним движением притягивая девушку к себе, уже держа наготове ватку, пропитанную перекисью водорода.       — Отпусти меня сейчас же! — потребовала Сашка, дёргая ногой, пытаясь вырваться, но, конечно, Ванесса была больше и сильнее, что точно не сравнится с маленькой и худой Сашей, которая периодически грохается в голодные обмороки. Кажется, фразу: «Красота есть — ума не надо» писалась по Сашке.       — Отпусти меня сейчас же, — насмешливым голосом передразнила её Ванесса, прислоняя к свежей ране ватку с перекисью, слыша сначала лёгкое шипение от лекарства, а потом и шипенье своей недовольной девицы:       — Ш-ш-ш, Несса, блин, больно! — проныла Сашка, царапая кровать и буквально изгибаясь всем телом, как будто её наживо режут, а не обрабатывают рану.       — Ну, потерпи, я же тебя не ножом режу, — отвечает ей врач, продолжая вполне аккуратную обработку стоп, придерживая ножку, потому что эта черножопая мелочь активно вертелась, мешая проводить процедуру.       — Кислотой прожигаешь? — сквозь сжатые зубы с сарказмом проныла девушка, терпя боль и продолжая сопротивляться, решив не сдаваться, хотя и понимала, что этот «раунд» она проиграет, однако упёртый характер и полное неумение проигрывать были сильнее.       — Ну, в теории ты права, Сань, — пожимает плечами Ванесса, имея большие познания в области химии, что логично, ведь врач, поэтому с ранних лет зубрила и химию, и биологию, которая, конечно, в профессии нужна и сейчас. Неудивительно, что знания предмета до сих пор очень свеженькие.       Ну а Сашка действительно оказалась права, ведь перекись водорода — это слабая кислота. Конечно, она совсем не вредна для людей и живых организмов в целом, наоборот, оказывают лечебное воздействие, однако тот факт, что стопу поливают кислотой, не хило так испугало Сашу. Она так сильно дёрнулась, что аж подпрыгнула на кровати, практически вырывая ногу из хватки Ванессы.       — Ч-ч-ч, — сразу начала успокаивать её Ванесса, примерно поняв причину такого резкого дёрганья. Конечно, дёргалась Сашка и ранее, потому что ей было больно, однако сейчас ей было особенно страшно. — Сашуль, спокойно, пожалуйста, с этой ножкой почти всё, — добавила она, продолжая очень аккуратно обрабатывать стопу, видя, что совсем скоро Сашка просто расплачется.       — Да пошла ты, — прошипела Сашка, практически смирившись со своей участью, но не упуская попыток сопротивляться. Казалось, это было не столько от боли, сколько от желания умышленно помешать Ванессе.       — Двоечница ты, Саш, перекись — слабая кислота, — поясняет врач, закончив с обработкой перекисью, принимаясь за крем от синяков, аккуратно размазывая его по ножке, после чего приклеила пластыри на ранки. — Другую ножку давай, с этой закончила.       Саша что-то недовольно фыркнула, прижимая уже обработанную ножку к себе, поглаживая её, будто бы Ванесса её не полечила, а зверски растерзала. Ну, ощущения и правда были примерно какие, было действительно больно...

***

      Вторая ножка тоже была обработана с горем пополам. Саша дёргалась, вырывалась, посылала Ванессу куда подальше, сотню раз просила прекратить, а под конец из глаз даже потекло пару слёзок, заставляя Ванессу окончательно растаять и кинуться обнимать свою "несчастную" дурочку. Сначала Сашка вела себя как прежде: показывала, что она колючий ёжик, к которому нельзя подходить, но потом всё-таки стала котиком, которого необходимо погладить.       Да и Саша, на самом деле, была не такой уж и глупой... Она прекрасно понимала, что во многом не права, однако упёртый характер не позволял это признать, поэтому девушка выбрала нападать, до последнего отстаивая свою точку зрения, даже если знала, что эта точка была неправильной.       Но кто бы мог подумать, что следующий конфликт разгорится так быстро. У Саши взрывной характер, не похожий на Нессу, которая, наоборот, была достаточно спокойной и рассудительной, однако чистое хамство терпеть не могла, поэтому достойно отвечала на подобные высказывания. Саше же, обладая ужасным качеством, а именно неумением заткнуться, от чего и возникали конфликты.       И поскольку сейчас Ванесса точно выяснила диагноз, она стала проходить необходимые "ритуалы", чтобы Саша хорошо и комфортно себя чувствовала. Да, Несса прекрасно понимала, что сахарный диабет не лечится, и этот диагноз останется до конца жизни, однако и забивать на здоровье нельзя. Сашка же свою болезнь напрочь отрицала, считая, что она абсолютно здоровая. Может, она пыталась доказать это Ванессе, чтобы избежать процедур, а может, сама не хотела в это верить, находясь в стадии отрицания.       Сейчас же снова произошла ссора из-за полной безответственности Саши к её здоровью... Ванесса сотню раз твердила, что следить за сахаром необходимо, чтобы избежать плохого самочувствия, а иногда и самой настоящей сахарной комы. У Саши же, как всегда, было своё мнение на этот счёт, ну, или она снова не хотела признавать своих ошибок.       Сначала Ванесса пыталась спокойно договориться с девушкой, разговаривая с ней ласково, гладя по голове, обнимая и максимально располагая к себе, однако Саня была непреклонна, упрямо сжимая кулаки, не давая доступ к подушечкам пальцев. И когда Несса поняла, что разговоры бесполезны, она психанула и, поймав чужую руку, проколола палец без согласия Саши. Нет, женщина вовсе не была врачом садистом, наоборот, была достаточно грамотным специалистом, которая понимала, что долго тянуть — не лучшая идея.       — Саша, твоя безответственность меня поражает! — уже не сдерживая громкого голоса, высказывается Несса, с горем пополам поймав палец и каплю крови, капнув его на полоску глюкометра, отложив его на пару минут, ожидая результат.       — Твоя ответственность бесит ничуть не меньше, убери от меня руки! — громко потребовала Саша, скинув с себя руки врача, показывая, что сейчас, когда она обижена, лучше с ней не контактировать и не трогать.       — Нет, не уберу, Сашенька, не уберу, — вздохнув, смягчается Несса, понимая, что как бы ужасно девушка себя не вела, сейчас ей страшно, и такое поведение — обыкновенная защитная реакция на стресс и физическую боль. — Ну всё-всё, не плачь, — жалеет её Несса, с заботой заклеив пальчик пластырем, мило поцеловав его примерно около ногтя, покрытого чёрным гель-лаком. — Разве так больно? — уточняет она, посмотрев в слезливые глазки.       Сашка не была тем типом людей, который плачет в голос, даже когда боится, да и в силу возраста этот будет не совсем уместно, всё-таки Саньке уже девятнадцать, а не девять. Плакала она тихо, быстро вытирая слёзы, стараясь прекратить, доказывая себе, что она самая сильная. Плоды балетной школы. Однако показывать недовольство она прекрасно умела, хотя в этом Несса не сомневалась с первого дня знакомства.       — Ты мне палец проткнула, какой реакции ты ожидала? — хмурясь спросила Саша, не понимая, к чему такие глупые вопросы. И так понятно, что приятного мало.       — Лучше я проткну палец и послушаю твоё нытьё, чем ты впадёшь в сахарную кому, — логично умозаключила Ванесса, садясь ближе к девушке, приобнимая её за талию. — Хорош дуться, Санюнь. Ты знаешь, что я хочу как лучше.       Сашка просто промолчала, устало прикрыв глаза, щекотя себя густыми ресницами. Она знала, что Ванесса права и хочет как лучше, но гордость не позволяет признать поражение, поэтому Сашка продолжает разыгрывать этот театр одного актёра, строя из себя самую несчастную в мире девушку.       — Ты сволочь.       — Может, обнимешь сволочь в ответ? — усмехнулась Ванесса, ничуть не обидевшись на такое высказывание, уже примерно поняв Сашину психологию и тот факт, что сейчас она пытается защититься.       Пару секунд Саша сидела молча, явно о чём-то думая, но потом, не в силах больше играть "чёрного лебедя", положила свою голову на плечо Ванессе, руками обхватив её тело.       — Кудри вьются у бля... — решила разбавить немного неловкую тишину Саша, выдав типичную для своего лексикона фразу, двумя руками щупая кудрявые волосы Ванессы.       Несса же, будучи не такой уж и старой, поняла, что это типичная фраза из интернета и контекст у неё не самый лучший. Честно сказать, Ванесса не то что совсем не обижалась на такие мелочи, это даже забавляло её. Если в тему, то почему бы не сказать. Но сейчас то не в тему... Но, признаться, это тоже было смешно.       — Власова, блин! — Ванесса засмеялась, шлёпнув Сашку по заднице, как бы показывая, что шутка максимально дурацкая и неуместная, однако она смогла рассмешить женщину.       — Никогда не вьются кудри у порядочных людей... — продолжила фразу Сашка, понимая, что терять ей уже нечего.       Несса в шутку нахмурилась и уже поставила пальцы в нужное положение, чтобы прописать Сане щелбан, но та начала смеяться и активно уворачиваться. Так они проиграли несколько минут, периодически мило трясь носиками и пару раз касаясь лица друг друга. Наверное, впервые за день Саша чувствовала себя счастливой и живой, а не несчастной и больной. Только вот Ванесса прекрасно чувствовала грань между женщиной и врачом, поэтому, натискав Сашу, одной рукой продолжала от неё отбиваться, но другой уже тянувшись за глюкометром, чтобы посмотреть результат.       — Удивительно, — прокомментировала Ванесса, увидев, что сахар в крови повышен, будто бы Саша съела уже несколько порций еды, но девушка ничего не ела, и врач была в этом уверена. Что ж, кажется, болезнь начинает давать о себе знать. — Дорогая моя, а у нас сахар повышен, — честно говорит женщина, дабы не нарваться на очередной конфликт, показательно разведя руками.       — Ты так обиделась на тренд? — цокнула Саня, наивно считая, что Ванесса сказала так только потому, что обиделась на шутку. В голове пазлы не сходились... Вроде же женщина смеялась, однако сейчас почему-то хочет отомстить...       — Саша, ты вообще меня слышишь?! — на этот раз строгим и серьёзным тоном говорит ей врач, хмуря брови, всеми способами показывая своё недовольство. — Можно чуть немного серьёзнее относиться к своему здоровью? — продолжает "нудить" Несса, однако объятья всё ещё не отпускает, потому что слишком уж беспокоится, что эта бестолковая девица куда-то убежит, узнав про ещё одну иголку.       — Ну и зануда ты, Несска, — Саша закончила объятья, удобно устраиваясь на кровати, лёжа на спине в любом позе звёздочки.       — О, правильно легла, молодец, — прокомментировала женщина, крайне быстро готовя ручку-шприц с инсулином и новую пару перчаток, пока Саша ещё спокойна. Благо работа на скорой помощи научила Ванессу скорости. — Теперь футболку подними, мне твой живот нужен, — попросила она, настраивая на шприце нужную дозировку, вертя колёсико.       — Угу, — на удивление соглашается Сашка, приподнимая футболку, оголяя свой живот, а сказать точнее — идеально плоский живот с прессом, который был просто эталоном красоты — видимый, но не перекаченный. И, конечно, рёбра буквально просвечивали, а Нессе и вовсе казалось, что по Саше можно смело изучать анатомию человека, используя её тело, как экспонат скелета.       Стоп, а почему Саша и так быстро согласилась? Саша! Да она скорее есть нормально начнёт, чем добровольно ляжет под "иголку", что-то тут нечисто...       Но на самом деле всё было проще — Сашка просто не понимала, на что идёт. Инсулин ей ещё ни разу не кололи, поэтому она понятия не имеет, что это. Тем более, знания в сфере медицины у девушки напрочь отсутствовали, поэтому она даже представить не могла, что уколы могут делать в живот. На что она рассчитывала?.. Видимо, на то, что Нессе просто захотелось посмотреть красивый пресс. Всем бы такую самооценку, как у Сашки...       В это время Ванесса уже распаковала новую спиртовую салфетку и подготовила нужный шприц. Положив это всё на стерильный металлический поднос, женщина села ближе к Саше и стала пытаться собрать кожу хотя бы на маленькую жировую складку. Это было ну очень сложно...       — Власова, ты глист в скафандре, — шикнула Несса, не стесняясь выражений, не только же Сашке всё время язвить. Фигура, девушки, правда была очень красивая, но у такой худышки было сложно нащупать что-нибудь, кроме рёбер.       — А ты овца, — как всегда отвечает Саня, цокнув, теперь решив, что Ванесса хочет читать ей морали про излишнюю худобу. В общем, пусть читает, Саше это даже льстит. — Ай, — тихо пискнула она, почувствовав, как Ванесса нечаянно ущипнула её. — Иди траву щипай, а не меня!       — Твой юмор крайне оригинальный, Саш, — усмехнулась Ванесса, однако на самом деле никого она не щипала. С горем пополам женщина собрала маленькую складочку кожи и стала колоть препарат, а поскольку Саша даже не смотрела на происходящее, от чего не чувствовала страх, и восприняла это, как будто её ущипнули.       — Эй, ну харе! — уже немного разозлённо говорит девушка, чувствуя, что врач продолжает её "щипать". И только тогда девушка оторвала взгляд от потолка, посмотрев на Нессу, а увидев, что та непросто в шутку щипаться, а колет препарат, просто охренела от такой наглости, сразу начав сопротивляться. — Отпусти меня живо, мне больно! — качает права Саша, пытаясь вертеться и поднимать колени, чтобы помешать Нессе или вовсе выбить шприц из рук.       — Да ладно, до того, как узнала, что это инсулин больно не было, — подмечает Ванесса, прекрасно зная, что больнее Саше не стало. Стало только страшнее. — Опусти ножки, — уже ласковым тоном попросила Ванесса, самостоятельно толкнув колени, чтобы ноги прижались к кровати. — Вот и всё, всего-то маленький укольчик, — закончила врач, вытаскивая иголку и прижимая к месту инъекции ватку, придерживая её несколькими пальцами.       — Да ты..! — на повышенных тонах хочет начать возмущаться Сашка.       — Я тиран и деспот, — договорила за Сашу Ванесса, примерно понимая, что хотела ей сказать девушка. — Пожалеть тебя?       — Нет, пойти нахрен, — отвечает Сашка, снова включая жёсткую обиженку, отворачиваясь от Ванессы. Конечно, даже сейчас она понимала, что этот инсулин сделан, чтобы она хорошо себя чувствовала, но обидно всё равно было...       Но Ванесса, которая поняла, что её менталка не выдержит ещё одну ссору, решила начать свою игру. Лёгкие прикосновения, щекотки, нежные объятия — всё это было призвано растопить Сашкину обиду. Несса уже знала, что Саша боится щекотки и не сможет сдержать смех. Так оно и получилось.       Минут десять они резвились, их шуточные "бои" наполняли комнату звонким смехом. А затем, окончательно оттаяв и осмелев, Саша начала новую игру. Её пальцы сначала робко, затем всё увереннее касались Ванессы: ласкали её грудь, скользили по бёдрам. Ванесса, почувствовав этот манящий намёк, ответила взаимностью, их прикосновения стали более страстными, перерастая в нежные поцелуи.       В этот момент Ванесса, поняв, что вечер принимает новый оборот, решила действовать. Она мягко нависла над Сашей, её руки начали медленно скользить снизу вверх, вызывая волну мурашек.       Саша, которая до этого воспринимала происходящее как лёгкий флирт, внезапно осознала, что игра переходит в другую плоскость. Стало очень страшно... Она была девственницей, и мысль о сексе, о полной интимности, казалась ей преждевременной. Конечно, она понимала, что случится это относительно скоро, но... Не сейчас же. Пока не хочется.       Вскрик сорвался с её губ, и по щекам покатились слёзы. Ванесса, поражённая такой реакцией, замерла, а в глазах было полное выражение недоумения. Она не ожидала такого поворота событий... Саша буквально всегда пошло шутит и намекает на интимные отношения, да даже сейчас малая первая к ней полезла. И неужели она не хочет? Если это правда, то Ванесса, конечно, не будет настаивать и брать силой, это же буквально изнасилование, которого не должно быть в здоровых отношениях. Хотя, какое там здоровое отношение, когда Сашка — олицетворение термина "абьюзер".       Саша, воспользовавшись замешательством Ванессы, быстро вырвалась из её объятий и, не говоря ни слова, ушла в другую комнату, оставив Ванессу наедине с её мыслями. Обе сделали галочку в голове, что самый неловкий флирт у них произошёл именно сейчас.