Плохой иммунитет.

Чонин выбежал во двор дома, услышав под своим окном крики. Сынмин, укутанный в огромный шарф, стоял и улыбался, сверкая глазами. – Привет, – здоровается Чонин и вскрикивает, когда Ким подбегает и сгребает младшего в свои объятья. – Я скучал, – шепчет хён возле уха и сильнее сжимает в своих руках лиса. Прошёл год с тех пор, как парни начали встречаться. Им пришлось пройти через огромное количество разговоров, но по итогу - их чувства оказались сильнее ошибок прошлого. Снова зима, но на этот раз всё было по-другому. Сынмин уезжал с родителями из города на целый месяц и сейчас, спустя три недели, даже не сказав о том, что вернулся, Ким стоял возле его дома и обнимал. – Я тоже очень скучал, – прошептал Ян и вжался в крепкое тело, вдыхая родной и любимый запах. – Минни, – почти со стоном Чонин выдыхает имя любимого и сходит с ума. –Ни-ни, милый мой, – Сынмин отстраняется и осторожно устраивает холодные руки на горячих щеках. Они тянутся друг к другу и целуются - нежно, до исступления. – Почему у тебя пальцы такие красные? Ты не замёрз? – обеспокоенно спрашивает Чонин, накрывая своими ладошками руки Кима. – Я лепил тебе снеговика! – гордо говорит Сынмин и убирает свои конечности с милых щёчек. – И не позвал меня? – Ян говорит разочарованно, но очевидно, что это в шутку. – Показывай своё творение, и я подумаю, можно ли тебя простить. – Слушаюсь и повинуюсь, господин, – Сынмин отходит в сторону и показывает рукой на угол дома. – Серьёзно? – Чонин прыскает в кулак и смотрит на хёна с недоумением. – Вот это скрытность, похвально. Ян направляется туда, куда ему указали. Он заворачивает за угол и замирает. Сердце начинает быстро биться, а по телу бегут мурашки. Сынмин медленно подходит сзади, встаёт за спиной и аккуратно обнимает младшего за талию. Его дыхание опаляет затылок, а нос бесстыже зарывается в рыжие локоны. Короткие поцелуи касаются открытой кожи шеи, а ещё чувствуется улыбка. – Понравилось? – шепчет Ким и пускает новый табун мурашек по спине лиса. – Ты безумец, – шепчет Чонин и всхлипывает. – Не понравилось? – Сынмин обеспокоенно разворачивает Яна к себе лицом и смотрит на дорожки слёз. – Я люблю тебя, – шепчет Чонин и целует. Он кусает хёна за нижнюю губу, облизывает ее и прижимается так страстно и горячо, что Ким почти плавится, стоя в снегу. – Подожди, – Сынмин отстраняется и смеётся с нежностью в голосе. – Не беспокоишься о подарке? Ян рвано вздыхает, вытирает слёзы и снова поворачивается к “снеговику”. Среди следов стоял кривой снежный человек. По крайней мере, по чертам это был человек… У чудо-творения были руки, которые держали цветы - самые настоящие цветы. Любимые цветы Чонина. А также какая-то небольшая коробочка была устроена во второй руке. – Ты безумец, – всё также шепчет Ян, улыбаясь. Его парень был романтичным и всегда пытался сделать какой-нибудь сюрприз. И если сначала Чонину было неловко от подобного, то после - сердце начало нещадно ныть от понимания того, как же сильно его любят, пытаясь каждый раз удивить и порадовать. – Спасибо. Лис подходит и осторожно забирает у снежного человека цветы и коробочку. – Пойдём в дом, там откроешь, – Ким кивает в сторону входной двери. Ян лишь кивает и снова хлюпает носом. Сынмин, чтобы младший на расклеился, осторожно приобнимает его за плечи и ведёт в сторону входа в дом.

***

Пара сидит на диване в гостинной, которую Чонин уже успел украсить вместе с родителями к Новому году. На столике перед ними стоят кружки с горячим шоколадом, а также букет в вазе. Коробочку Ян держит на ладони и не спешит открывать. – Так, ну, теперь-то, я думаю открывать можно, – Сынмин улыбается и немного отодвигается, чтобы хорошо видеть реакцию младшего. Чонин медленно открывает коробку и замирает. – Ого… Это… неожиданно? – Ян смушённо хмыкает и отводит взгляд. – Я не такой реакции ожидал, – Ким нервно смеется, после чего заглядывает в коробочку. – Блять, это что..? – Презервативы, – Чонин осторожно вынимает одну упаковку и вертит в пальцах, задумчиво. – Я вижу. Это не то, что ты подумал, Ни-ни. Здесь не должно было быть этого, я не понимаю, как оно оказалось здесь, там, – Сынмин нервно говорит и забирает у Чонина коробку. – Всё в порядке, – мягко говорит Ян и прячет лицо за отросшими волосами. – Я всё равно хотел предложить тебе попробовать… Сынмин печатал гневные сообщения Минхо, проклиная старшего и его друга, который помогал лепить снеговика. Понятно было, что к появлению подобного подарка были причастны именно они. – Что? – Ким резко замирает и смотрит пристально на младшего. – Что ты хотел мне предложить..? – Ну.., – Чонин тянет и неловко ёрзает на постели. – Ого.., – Сынмин хрипло выдыхает и отправляет последнее гневное сообщение Хо, убирая телефон. – То-есть… ты бы хотел попробовать со мной? – Я бы не просто хотел попробовать, Минни, – Ян придвигается к старшему и неловко устраивает ладонь на чужом бедре. – Я бы хотел повторить это после. Ким молчал, полностью растерявшись. Он не был готов к подобному, когда шёл к Чонину. В его планах было подарить цветы и парные кольца, которые подменили на презики. – Почему ты молчишь? – тихо спрашивает лис и убирает руку с тёплого бедра. – Я просто не ожидал, – Ким осторожно берёт ладонь Яна в свою и улыбается. – Я тоже очень хочу этого, милый. – Тогда давай попробуем? – Чонин встаёт. Он толкает старшего в плечи, заставляя откинуться на спинку дивана и седлает бёдра. – Подожди-подожди, ты хочешь прямо сейчас? – Ким крепко хватается за талию Яна, удерживая того на месте. – Заняться..? – Да, я прямо сейчас хочу заняться с тобой любовью, – Ян замирает и смотрит с желанием в глазах. – Ты не хочешь? – Чонин резко приходит в себя и смущается такому напору со своей стороны. – Милый, я хочу, просто… Ты знаешь о том, как это делают парни? Не боишься? – Ты знаешь? – спрашивает Чонин, млея от пальцев на своей талии. – В теории - да, – Сынмин сам еле сдерживает себя от того, чтобы не наплевать на всё и не отдаться моменту. – Я доверяю тебе, Минни, – Чонин мягко улыбается и устраивает свои ладони на крепких плечах. – Поэтому, я не боюсь. – Ни-ни, ну как можно быть таким..? – Ким сдаётся и прижимает к себе парня, целуя шею. – Люблю тебя, люблю… – Пойдём в спальню, – Чонин тихо выдыхает возле уха и слышится лёгкий стон.

***

Сынмин нежно целует голую грудь, проводит языком по одному из сосков и слышит стоны сверху. Чонин лежит перед ним практически голый, всё, что на нём осталось - это боксёрки. Руки поглаживают голые участки, приятно сжимают разные части, вызывая этим мурашки по коже и приток смазки из головки. Чонин жалобно хнычет, когда Ким спускается ещё ниже и проводит губами по члену, скрытому под тканью. Ладонь лиса надавливает на чужую голову, желая, чтобы Сынмин прижался ещё сильнее. Но вместо этого, Ким отстраняется и принимается стягивать боксёрки. Чонин помогает ему в этом, приподнимая таз. Он оказывается полностью раздет перед Сынмином и смущается, но вместо того, чтобы прикрыться, лишь сильнее разводит ноги в стороны. Взгляд Кима - жадный и полный желания - блуждает по красивым и упругим изгибам. Он облизывает губы и хрипло выдыхает. Сынмин тянется к Чонину, но тот останавливает его, уперев стопу в грудь. – Я тоже хочу посмотреть на тебя, – шепчет Ян и убирает ногу, ожидая того, что старший стянет с себя майку и трусы. Ким слушается и принимается медленно стягивать с себя одежду, также наблюдая за реакцией лиса. Чонин открывает рот и стонет, восхищаясь парнем перед собой. – Ты мне нужен, Минни, – Ян разводит руки в стороны, желая, чтобы Ким обнял его. Ему жизненно необходимо было ощутить их кожей к коже. Сынмин ложится между разведённых ног и крепко обнимает Чонина. Они долгое время просто лежат, прижавшись друг к другу и хрипло выдыхают от желания залезть друг к другу под кожу. Им так хорошо, что глупые улыбки застывают на лицах. – Мы можем не доходить до конца, – ласково шепчет Сынмин, но Чонин фыркает и трётся членом о член старшего, вызывая стоны. – Нет, Ким Сынмин, сегодня ты хорошенько трахнешь меня. Так, что я захочу завтра же всё повторить! – Ян заглядывает в чёрные глаза напротив и усмехается. – Если, я встану после этого вообще. – Несносный мальчишка, – стонет хён и целует страстно лисьи губы. Он кусает их, проникает языком в жаркий рот, а сам тянется рукой ниже. Для удобства, Сынмин садится между широко разведённых ног и подкладывает подушку под таз Яна. – Смазка? – спрашивает Ким и в руки ему летит бутылёк, что был припрятан до этого в углу кровати. Хён выдавливает жидкость на пальцы, греет её немного и приставляет палец к мягкому колечку мышц. Чонин, машинально напрягается, но в следующую же секунду расслабляется. Сынмин мягко водит пальцем по кругу, расслабляя парня под собой ещё сильнее, и аккуратно проталкивает его внутрь. Ян тихо стонет и сжимается от странных ощущений. – Всё в порядке? – обеспокоенно спрашивает Сынмин, проталкивая палец по костяшку, и замирает. – Не больно? – Просто странно, – Чонин пытается привыкнуть к ощущениям, но не может. – Ты можешь обнять меня? – спрашивает смущённо Ян и получает в ответ мягкий поцелуй в коленку. – Конечно, милый, – Сынмин ложится на бок, всё также держа палец внутри и тут же оказывается в объятьях младшего. Не особо удобно, но после этого - Чонин почти сразу расслабляется. Пара страстно целуется и это положительно влияет на растяжку. Ян выгибается и не замечает, как в нём свободно двигаются уже два пальца. Ким старательно разводит пальцы, сгибает их, ищет ту самую точку, о которой все так писали, и находит. Он понимает это, когда Чонин резко вздрагивает всем телом и протяжно стонет. Он цепляется пальцами за Сынмина и сам начинает насаживаться на пальцы. – Как хорошо, Минни, – стонет Ян, ведя губами по щеке старшего. – Скажи мне что-нибудь… – Я люблю тебя, милый, – шепчет ласково Сынмин и добавляет третий палец. – Я тоже люблю тебя, но скажи что-нибудь другое, – Чонин лишь стонет от того, что в нём двигаются теперь три пальца. – Что-нибудь грязное. – Ого, тебе нравятся грязные разговорчики в постели? Я не знал, – Ким удивлённо улыбается и наклоняется к самым губам младшего - Ян дрожал и вздрагивал от попадания по простате. Из глаз его текли неконтролируемые слёзы, а изо рта рвались стоны. – Ты так хорошо принимаешь меня, малыш, – Сынмин понимает, что ничего грязного сказать не сможет, разве что только пошлости максимального уровня. – Я так хочу войти в тебя и медленно трахать, пока ты не кончишь. Потом продолжать и продолжать входить в тебя, пока ты снова не возбудишься и снова не кончишь. Я хочу заставить тебя получить все виды оргазмов, и не хочу даже думать о том, что могу выпустить тебя из постели. Ким продолжал говорить, краснея от того, что вылетает из его рта, но при этом почти скуля от болезненного возбуждения. – Минни, я так больше не могу, пожалуйста, – Чонин вертится в постели, не в силах выдержать всего. – Я хочу, чтобы ты вошёл, пожалуйста. – Раз ты так просишь, малыш, – Ким поднимается и снова садится между широко разведённых бёдер. Он открывает пачку, раскатывает по члену презерватив и выдавливает смазку, размазывая по всей длине. – Мне нужно стучаться? – шутит Сынмин, но в ответ получает лишь возбуждённый, не соображающий взгляд. – Жаль, шутка хорошая. Ким приставляет головку к кольцу мышц и медленно входит. Он останавливается на середине, когда замечает, что Чонин подозрительно притих. Ян лежал, широко раскрыв рот от ощущений. Его пальцы сжимали простынь до побелевших костяшек, а из глаз текли слёзы. – Тебе больно? Ни-ни? – Сынмин обеспокоенно замер, всматриваясь в лицо младшего - самого старшего уже трясло от того, как он пытался сдерживать себя. – Нет, мне очень хорошо, продолжай, – Чонин выдыхает хрипло и закрывает рот, выгибаясь в спине. Он пытается сам насадиться на член, но Сынмин удерживает его на месте. Медленными толчками, Ким всё больше и больше входит в узкое нутро, скрипя зубами и судорожно дыша, пытаясь сдержаться от того, чтобы не войти резко и до конца. – Я люблю тебя, – хнычет Ян и снова тянется к хёну, чтобы тот обнял его. – Люблю, люблю, люблю, – как в бреду шепчет Чонин и Сынмин обнимает его, входя до конца. Протяжные стоны срываются с губ и они целуются, ощущая единение. – И я тебя люблю, мой лисёнок, – Ким делает медленный и плавный толчок и получает самый сладкий стон в ответ. – Мой нежный, самый любимый… Только мой, – шепчет Сынмин и начинает двигаться, всё больше увеличивая силу и амплитуду толчков. – Минни, – стонет Чонин имя любимого и шире разводит ноги, желая, чтобы тот оказался как можно ближе, как можно глубже. Они переплетаются руками, оставляют засосы и укусы, вылизывают рты друг друга и продолжают шептать влюблённые нежности. Ким начинает двигаться быстрее, всё сильнее и резче двигаясь внутри. Чонин на это лишь кричит от удовольствия и продолжает выгибаться. Младший оставляет на крепкой спине следы от царапин и всячески выказывает удовольствие от происходящего. Когда ритм совсем сбивается и становится беспорядочным, Чонин громко вскрикивает и изливается себе на живот и грудь. Сынмин хрипит от того, как Ян сжимает его внутри и продолжает толкаться в мягкие стеночки, продлевая оргазм младшего. Вскоре он изливается в презерватив, протяжно стонет и валится сверху на Ни-ни. Когда они хотя бы немного переводят дух, то нежно и мягко целуются. Ким всё также находится внутри Чонина и того это возбуждает. Кровь снова приливает к члену и он смущается, сжимая внутри себя пенис. – Ты в порядке? – шёпотом спрашивает Сынмин, понимая, что тоже начинает снова возбуждаться. – Как видишь, мне настолько хорошо, что у меня снова стоит. Убирай презерватив нахуй, я хочу ощутить тебя всего. – Милый, – Ким стонет и смеется в грудь. – Что? – Чонин тоже начинает смеяться, но смех сменяется на стон, когда Сынмин выходит из него. Внутри сразу же становится пусто, что логично. – Люблю тебя, – шепчет Ким, завязывает презерватив, выкидывает тот куда-то на пол и выдавливает смазку уже просто на член. Он приставляет головку ко входу и стонет от того, что ощущения резко становятся ярче и приятнее. – И я тебя люблю, любимый, – Ян смущённо улыбается. Он впервые использовал милое обращение к Киму. Сынмин замирает. Улыбка касается его губ и он резко входит. Чонин легко принимает его и громко стонет. Ощущения меняются и Ян мечется по постели от них. Так намного лучше. –Люблю, – стонет Чонин. На этот раз у них уходит больше времени. Сынмин хочет выйти, чтобы не кончить внутрь, но Ян останавливает его, сжимая в объятьях. Младший уже пришёл к своему финалу, но ему нравилось, как Ким продолжал двигаться внутри – Милый, я.., – но Чонин не даёт договорить хёну, целуя припухшие губы. – Давай, – Ян помогает, насаживаясь на член. – Кончи в меня, любимый. И Ким кончает, выстанывая имя младшего. После этого, Сынмин почти сразу выходит из Чонина и ложится рядом. Он притягивает младшего к себе и крепко обнимает, целуя потный лоб. – Люблю тебя, мой лисёнок. Ким улыбается, слыша в ответ только сопение и причмокивания. Телефон вибрирует где-то на полу и никто из пары не видит нового сообщения. ХОчапуЛИ: “Надеюсь, что тебе понравился подгон от Хёнджина.” “Кольца мы оставили в почтовом ящике.”