Зарисовочки по сольникам Stray Kids

Обняв руками колени, Джисон молча вглядывался в горизонт. Холод заставлял поежиться, но возвращаться в комнату и рушить атмосферу не хотелось. Хан просидел так на балконе, смотря в пустоту, часа три... А может больше? Может всю ночь. Парень не знал. Попросту потерял счет времени. Это было неважно. Все потеряло значение, кроме предмета его мыслей и мёртвой тишины вокруг. Джисону нравилась тишина. Так редко он замечал её рядом с собой. А бывало хотелось попросту пуститься в её обьятия, обмякнуть так и лежать всю вечность с пустотой в голове. Парень облокотился всем весом на металлическое ограждение и слушал, прикрыв глаза. Хан всегда был тем, кто неустанно борется, никогда не сдастся. Но именно сейчас что-то хрустнуло где-то внутри, под рёбрами. Словно сломалось что-то важное, то, без чего сердце дальше уже не сможет биться. Парень боялся. Очень. Боялся, что своим падением подведет тех, кто на него расчитывает, тех, кто любит его. Он боялся потерять свою значимость. Он боялся. Впервые в жизни он так сильно боялся. До дрожи в коленках, до нехватки воздуха. Мысли перебегали туда сюда в голове, смешивались, противостояли друг другу, становились ураганом, который только набирал обороты. Хотелось достать это из головы и кинуть как можно дальше. Как жаль, что так не получится. Хан вновь и вновь касался головы, как бы проверяя, получится ли достать оттуда то, что тяготило. Но нет. Ураган разрастался. Ещё немного и его макушка взорвется на тысячи осколков, ветер подхватит их и унесет далеко-далеко. Туда, где всходит солнце. Время шло. Никто уже не верил Хану. Никто не говорил банального "ты справишься", никто не утешал. Все потеряли надежду. Все. Те, кто никогда не прекращал верить в Хан Джисона, безмолвно опустили головы вниз. Джисону казалось, что он остался один. Совсем один в этом огромном мире, который окутывал его и без того тлеющий свет своей беспросветной тьмой. Но Хан точно знал, что не один. Даже когда стало совсем темно и не было видно ничего, кроме черноты, он видел. Видел тёплый манящий притягательный свет. Хан тянулся к нему изо все сил. Боялся упустить из виду. Боялся, что тот погаснет вновь оставив парня в неведении. Это мерцание стало для Джисона всем. Оно грело его в мороз и заставляло улыбнуться. Вот только видел его один Хан. Рассветало. Весь город спал, свет не горел ни в одном из окон. Никто не видел того же, что и Хан. Ни один человек. Из-за горизонта показался первый луч, робко вырастающий над парнем. Хан глядел на это, как в первый раз. Как солнце восходит над ним, греет макушку. Как начинается новый день, как небо перестает быть бледным и походит на разлитую акварель. Это всегда вдыхало в парня жизнь. Сердце замирало, Джисон забывал как дышать. Лишь с открытым ртом наблюдал чудо, которое происходит каждое утро. Каждый раз, когда его голову посещала мысль, что это конец, что он не выберется и останется навсегда в душной темноте без права на глоток воздуха, его глаз достигала серебристая полоска света, предвещающая о скором рассвете. Лучи игриво касались его запястий, проходились вдоль всего тела, согревали макушку. Они не давали ему закрыть глаза навсегда. — Неужели, вы действительно этого не видите? — прошептал парень, самозабвенно уставившись в линию горизонта, над которой восходил светящийся диск. Пускай и так. Значит он сохранил этот свет глубоко внутри только для себя. И будет считать своим спутником повсюду.