Чёрное сердце 3

      Огонь в камине лениво потрескивал, отбрасывая дрожащие тени на стены холодной и неприветливой комнаты. Гермиона Грейнджер сидела неподвижно в кресле, закутавшись в плед поверх ночной рубашки. Она пыталась найти покой в этом тёплом пламени, словно в ее жизни был только этот огонь — единственный источник тепла в окружавшем её мраке. Но мир, в котором она находилась сейчас, давно перестал быть уютным. Это был мир, где всё потеряло душу, а Темный Лорд вел свою мрачную игру как с обстоятельствами, так и с людьми.       Она почувствовала его присутствие прежде, чем он что-либо сказал. Холод, казалось, наполнил комнату, хотя огонь в камине разгорелся ещё сильнее. Гермиона намеренно не оборачивалась, зная, кто стоит за её спиной. Она не хотела видеть его. Каждый взгляд на него вызывал у неё отвращение и боль. — Развернёшься сама или мне тебя самому развернуть? — его голос, холодный и вкрадчивый, разорвал тишину. — Сама, — ответила она, не сдвинувшись с места. Но спустя мгновение всё же повернулась к нему, чтобы встретиться с его бездонным и тёмным взглядом. Его лицо было суровым, лишённым всякой эмоции. — Что ты тут делаешь? — спросила Гермиона, голос её был ровным, но в нем читалась скрытая усталость. Её силы, казалось, исчезали быстрее с каждым днём. — Хотел вот что сказать, — начал Темный Лорд, словно разговаривал с равным собеседником. — Сегодня казнили Малфоя.       Гермиона моргнула, но её лицо оставалось всё таким же каменным. — И? — её вопрос прозвучал как вызов, пусть и сдержанный. Она не желала поддаваться на его уловки.       Он приблизился на шаг, его фигура заслонила часть света от камина, будто ещё больше подчёркивая трагичность момента. — И тебе его не жаль? Как-никак, он отец Арианны, — его тон был почти насмешливым, но за этими словами скрывалась тщательно припрятанная угроза.       Гермиона отвела взгляд в сторону, только чтобы не встречаться с его глазами. Её душа скрутилась от этого напоминания. Да, Драко Малфой был отцом её дочери, Арианны, но сильных и глубоких чувств к Драко у Грейнджер не было. — Что с ней будет? — наконец спросила она, переведя взгляд на пламя, которое, похоже, стало гаснуть. — Ничего, — с подчеркнутым равнодушием ответил лорд. — Она как была Малфой, так и осталась. Что её ждёт? Только стирание памяти и всё.       Эти слова были сказаны так обыденно, что у Гермионы внутри всё перевернулось. Воспоминания Арианны могли быть стёрты, словно бы её никогда не существовало, словно бы она никогда не была частью этого мира. Гермиона почувствовала, что её дыхание участилось. — Ты… — начала она, но замолчала, собираясь с мыслями. — Ты хочешь забрать у неё всё. Ты хочешь стереть её прошлое, нашу историю.       Темный Лорд, разнося по комнате холодную улыбку, остался молчалив. Он будто наслаждался мучениями Гермионы, её внутренней борьбой между силой и сломленной надеждой.       Гермиона вновь посмотрела на угасающий огонь и приняла решение. Её душа стонала, но она знала — ради своего ребёнка она готова пойти на всё. В этом мире не осталось ничего, что держало бы её, кроме детей и их счастья. — Если ты тронешь её... — её голос стал твёрже, как сталь. Взгляд, полный решимости, устремился прямо в его глаза. — Я пойду до самого конца. Ты ведь знаешь, что я могу.       На мгновение повисло напряжение, казалось, способное разорвать воздух пополам. Лорд не ответил сразу. Затем он ухмыльнулся и, словно наслаждаясь ситуацией, медленно направился к двери. Его фигура растворялась в тени, как будто он был лишь кошмаром, пришедшим из тьмы. — Посмотрим, Гермиона, — бросил он напоследок. — Посмотрим, насколько далеко ты готова зайти.       Когда он исчез, Гермиона рухнула обратно в кресло, вытирая со лба капли пота. Она взглянула на огонь, который теперь совсем угасал, и почувствовала, как в ней загорается новый пламень. Не от камина. От решимости. Она не позволит ему забрать у неё единственное, что ещё имело значение.