Чёрное сердце 3

Гермиона стояла перед массивной дверью в кабинет. Она уже несколько минут была погружена в раздумья, обдумывая, стоило ли стучать. Но их разговор был неизбежен. Стиснув волю в кулак и глубоко вздохнув, она решилась. В помещении, где ледяной холод казался густым, как туман, проживала её судьба. — Войдите, — раздался низкий, уверенный голос Тома Реддла. Створки открылись, и Грейнджер переступила порог. Кабинет был обставлен дорого и со вкусом, каждый предмет говорил о высоком статусе хозяина. Декор, выполненный в стиле классы семидесятых годов, подчёркивал строгость, упорядоченность и холодность. Даже воздух здесь был прохладен, словно подчеркивая, что Том — человек, лишённый тепла, словно змея, питающаяся от леденящего холода своей природы. — Том, я хотела с тобой кое-что обсудить, — начала она, чувствуя, как голос предательски дрогнул. — Что же? — поинтересовался он невозмутимо, отложив перо на стол и облокотившись на спинку кресла. Гермиона нервно потерла руки, но в её взгляде была решимость. — Наш уговор. Наши дети… они не пострадают? — волнительно спросила она, уставившись на него, словно пытаясь пробиться через его ледяную оболочку. Том внимательно на неё посмотрел, его серые глаза были бездонными, словно омут, в который можно погрузиться, но никогда не выбраться. — Нет. Все обвинения будут сняты с них и переложены на тебя, — уверенно ответил он, — Ты убила людей, скрылась на несколько лет. Тебя будут судить как преступницу. — Справедливо, — милостиво склонила голову Гермиона, словно соглашаясь с резко поставленным диагнозом. Но её глаза всё же выдавали тревогу. — Том, но ты ведь помнишь, о чём мы договаривались? — голос её внезапно стал тверже. Он кивнул, не разрывая зрительного контакта. — О том, что я должен помочь тебе найти убийцу Николаса, — спокойно проговорил он, читая в её глазах сомнение. Её растерянность была очевидна. — Ты помнишь его имя? — переспросила она с оттенком удивления, почти недоверия в голосе. — Ты помнишь имя моего брата? Ты ведь не запоминаешь имена маглов. На мгновение в уголках его губ появилась еле заметная усмешка, которую он тут же подавил. — Имя твоего брата было невозможно забыть, — начал он так, словно объяснял ребёнку элементарные основы. — Ты слишком часто выкрикивала его во сне. Да и к тому же… это не просто магл. Это твой брат. Гермиона ещё минуту смотрела на него, будто пытаясь найти трещину в его каменной уверенности. Реддл в этот момент казался абсолютно неуязвимым. Но в её сердце тлела подозрительность: неужели он и вправду собирается держать своё слово? Ее голос дрогнул, но теперь её взгляд был другим — решительным и холодным, почти на равных с Томом. — Если ты помнишь, значит, понимаешь, что я не отступлю. До тех пор, пока он не будет найден и пока я не увижу справедливость своими глазами. Он смотрел на неё молча, словно оценивая её слова. Эта пауза была тяжелее любых угроз или заклинаний. Их странное взаимодействие — союз или затянувшаяся вражда? Где-то в воздухе витали невысказанные слова, словно магия, которая не могла найти своего хозяина. В этот момент прохладный кабинет Тома Реддла стал ареной, где запутанные судьбы Гермионы и Тома переплелись ещё сильнее. Вопрос стоял не только о прошлых сделках и обещаниях, но и о будущем, которое зависело от их странного соглашения. И, возможно, от её храбрости. – У тебя есть подозреваемый? – Том закурил сигарету – Да, – коротко ответила Гермиона Том прищурился, на его лице мелькнула тень любопытства. – Имя? – Боб Уэлтон, – голос был ровным, но в нем слышалась некоторая настороженность. Это имя повисло в воздухе, оставаясь между ними зловещим эхом. Том сделал еще одну долгую затяжку, затем прищурился: – Боб Уэлтон… – он повторил это имя, словно пытался вспомнить что-то из прошлого. Лицо мужчины начало темнеть, его взгляд стал глубоким, как водоворот, впивающийся в память. – Я о нем уже слышал. "– Неужели" Том замер. Несколько секунд комната наполнилась лишь тихим треском сигаретной бумаги. Он посмотрел в одну точку, где-то за спиной женщины, словно видя что-то, известное только ему. "– Неужели… это он? Тот самый сукин сын…"