Многомировая реакция

Здравствуйте, дорогие зрители! Сегодня я вновь с вами и хочу продолжить наш увлекательный разговор. В прошлый раз я рассказала вам историю Альянса, но не успел поделиться информацией о технологиях, которые он использует. Сегодня я как раз собираюсь исправить это упущение и подробно рассказать о мощных технологиях и технике, которые играют ключевую роль в деятельности Альянса. Вы узнаете о самых передовых разработках и их применении на практике. Пехота Союзные смотрители криотюрьм Просмотреть источник «Когда мы говорим «замри», мы имеем это в виду!» - Девиз криотюрьмейстеров Отделение криотюрьм — это специальное подразделение Союзных Наций , которое курирует всех криозамороженных заключённых в криотюрьмах по всему миру. Эти мужчины и женщины — специалисты по использованию оборудования, основанного на криотехнологиях , прошедшие специальную подготовку для работы в условиях суровых минусовых температур и обеспечивающие содержание заключённых в замороженных камерах Криотюрьма Эти крупные комплексы расположены в бесплодных, замороженных районах мира, таких как Антарктида, Норвегия или Гренландия. Именно здесь содержатся все преступники, совершившие преступления против человечности. Единственное исключение — криотюрьма в лондонском Тауэре, где содержатся особо важные заключённые, например, главы коммунистических государств. Тюрьмы часто по размеру сопоставимы с большой тюремной базой и способны обеспечить надзирателям множество домашних удобств, поскольку работа, выполняемая этими мужчинами и женщинами, одна из самых тяжёлых в мире. Они построены по тому же принципу, что и любые другие тюрьмы. Но в отличие от них, криотюрьмы не требуют много места для заключённых. Заключённых замораживают в резервуарах и «хранят» в небольших комнатах в самом большом здании. Эти резервуары, наполненные водой, постоянно заморожены криоизлучателями, поэтому маловероятно, что кто-либо сможет из них выбраться. Если колебания температуры отключат криоизлучатель и заключённый «проснётся», есть небольшой шанс, что он сбежит, потому что он будет почти голым и в холодной среде. Есть много надзирателей, которые остановят беглеца оружием и вернут его в «замороженную могилу». Заключённые содержатся в этих специальных учреждениях до тех пор, пока Верховный суд союзников не вынесет решение. Слухи о том, что криотюрьмы предназначены для вечного содержания заключённых, среди которых лидеры террористов и лица, совершившие преступления против человечности, в «заключении», регулярно опровергаются. Криотюрьма хорошо защищена и способна остановить любую угрозу. На массивных десятиметровых стенах расположены криобашни для защиты от танков и авиации, а также турели Multigunner, оснащенные как тяжелыми ракетными установками, так и криоизлучателями для поражения близких целей. Здесь часто находится множество БМП Multigunner , также оснащенных криоизлучателями, для быстрого преследования беглецов или защиты от атакующих, а также криокоптеры , поддерживающие БМП сверху. Если у криотюрьмы есть выход к океану или озеру, обычно имеется гавань для ледоколов класса «Алерт ». Поскольку тюрьмы расположены в крайне холодных, отдалённых районах, единственные мужчины, которые могут ходить на открытом воздухе, должны носить костюмы, специально разработанные для таких холодных условий. Этих людей называют криолегионерами, и хотя изначально они не были предназначены для тюремного содержания, они отлично справляются со своей работой. В настоящее время существует пять криотюрьм, но их местонахождение строго засекречено. Реакция: Вархаммер 40000. Тау На поверхности планеты Са'цеа, в штабе Касты Огня, вырытом глубоко в скалистых утёсах под вечным воем пыльных ветров и далёким, низким гулом энергетических щитов, царила напряжённая, но сосредоточенная атмосфера во время просмотра странного экрана. В командном центре на Са’цеа группа тау из Касты Огня собралась у артефакта-экрана. Рядом с ними в углу комнаты мерцали голографические проекции двух дипломатов Касты Воды — Пор’о Эл’сира, старшего эмиссара с богатым опытом переговоров на десятках миров гуэ’ла и его ассистентки Пор’уи Ла’риа, молодой, но уже искусной в плетении словесных сетей. Вун’накс заговорил первым, его голос низкий и хриплый от десятков кампаний, но полный непоколебимой уверенности Касты Огня. Он повернулся к Фио’гану, кивая на погасший экран: Экран потух, и Шас’о Т’ау’ран, ветеран с шрамами от многих кампаний, заговорил первым, его голос низкий, полный сожаления: — Товарищи, это вызывает глубокое сожаление. Эта реальность гуэ’ла... она как открытая рана, показывающая, насколько глубоко может пасть разумный вид без истинного руководства и общей цели. Гуэ’ла достигли высокого уровня в криотехнологиях — излучатели для остановки процессов без вреда, резервуары с мониторингом, оборонительные системы для холода. Это могло бы служить прогрессу: спасению раненых, колонизации, процветанию всех. Но они направили это на изоляцию несогласных, на хранение в холоде, без диалога или интеграции. Секретность, опровержения слухов — признаки паранойи, отказа от гармонии. Без Высшего Блага виды часто выбирают такой путь. Фио’ган остановился у своего пульта, повернулся к командиру, его пальцы замерли на рукояти винтовки. Он покачал головой, голос его был чуть выше, с ноткой молодого энтузиазма, смешанного с отвращением: — Шас’о, я согласен. Я видел имперских гуэ’ла вблизи — тех, что сжигают целые миры, крича о своём императоре и "демонах варпа". И я правда думал, что худшие гуэ’ла — те, что в Империуме, слепо верят в свои мифы и жгут всё вокруг. Мы, тау, знаем правду: никаких сверхъестественных демонов не существует. Это просто ещё одна форма пришельцев — псионические сущности, искажённые разумные или мутировавшие организмы, которых они обожествляют из страха и невежества. Думал, их фанатизм — вершина варварства: слепая вера, инквизиция, комиссары, расстреливающие своих за малейшее сомнение. А эти "Союзные Нации" ещё хуже в своём роде. Сколько ресурсов они тратят на эти пять секретных крепостей — астрономические объёмы энергии для криоизлучателей, тысячи специалистов, целые гарнизоны с БМП, криокоптерами и ледоколами. А могли бы направить всё это на фронт или прогресс, на исследования, на Общее Благо всего вида. Это как если бы мы тратили наши "Барракуды" не на защиту, а на подавление своих. Кайс’нара, всегда более аналитичный и отстранённый, провёл пальцем по воздуху, вызывая сохранённые голографические схемы из артефакта. — С чисто технической точки зрения их достижения впечатляют, но одновременно удручают своей расточительностью и узостью применения. Криоизлучатели — это устройства, генерирующие направленные поля криогенного излучения, манипулирующие квантовыми полями для мгновенного охлаждения, останавливая метаболизм на молекулярном уровне без необратимого разрушения тканей. Резервуары — не простые баки, а сложные системы с датчиками мониторинга витальных функций, автоматическими инъекторами антикристаллизаторов и резервными генераторами на случай сбоев. Мы, Каста Земли, могли бы адаптировать всё это для дальних экспедиций Сферы Расширения. Но даже так наши технологии остаются лучше, мощнее и совершеннее чем у них, во все времена и во всех реальностях. — Он обвёл всех взглядом, тон стал увереннее. — Без направляющего Высшего Блага, Тау гуэ’ла как всегда тупы в своих решениях — боятся своих же, прячут проблемы в лёд, не видят пути вперёд. Им всему надо учить: как жить в гармонии, как вносить вклад, как ставить верность тау и высшему благу на первое место, по сравнению со своими жалкими и мирскими желаниями. Если они примут Тау’ва, как наши гуэ’веса, то станут умнее, сильнее. С Высшим Благом они сделают всё лучше — технологии расцветут для всех наших каст, для расширения, для спасения жизней. Пор’о Эл’сир, голограмма которого слегка колыхнулась, словно от лёгкого бриза, заговорил мягко, но с глубоким, почти отеческим разочарованием — голосом того, кто видел слишком много миров и слишком много упущенных возможностей. Он наклонился вперёд в своей проекции, как будто пытаясь ближе посмотреть на артефакт: — Мы, Каста Воды, знаем гуэ’ла лучше всех остальных каст. Я лично вёл переговоры на десятках миров, убеждал дезертиров Империума, бывших гвардейцев и даже офицеров, принять Высшее Благо Тау’ва. Те, кто принял — наши гуэ’веса — расцветают по-настоящему, как цветы под солнцем Т’ау. Бывшие имперские солдаты теперь стоят плечом к плечу с круутами и веспидами в бою, их оружие бьёт в унисон с нашими импульсными карабинами, они делят окопы и купола без страха предательства. Их семьи живут в наших городах, Продолжительность жизни гуэ’веса растёт благодаря нашим медицинским технологиям, их старые лазганы усиливаются плазменными модулями. Они оставили свои сказки о "демонах" и "святых" — мы показали им правду: это просто пришельцы, псионические сущности или мутации, не боги, а угрозы, которые можно изучить и нейтрализовать. Ла’риа добавила, её голос дрожал от искренней жалости и лёгкого гнева — эмоций, редких для дипломата, но здесь вполне уместных. Она сжала кулаки в проекции, глаза загорелись: — Эти "Союзные Нации" остановились на полпути к просветлению. Без Блага они идиоты — ресурсы в никуда, их надо всему учить: оптимизации, гармонии, всё с чистого листа! Но гуэ’веса с Тау’ва — чистый восторг! Результаты кричат: с Высшим Благом гуэ’ла становятся лучше! Правильней! Мы бы показали им путь. Жаль их. Глубоко, искренне жаль — потерянный потенциал целого вида, который мог бы стать частью чего-то большего. Вун’накс медленно выдохнул, его кулаки сжались до скрипа перчаток доспеха. Он обвёл взглядом всех — воинов, инженера, дипломатов — и голос его зазвенел сталью, полной убеждённости: — Это зеркало для нас всех, предупреждение от Эфирных. Без Высшего Блага даже развитый, технологически продвинутый вид неизбежно скатывается в самоуничтожение и внутренний разлад. Они близко подошли к гармонии — порядок, глобальный союз наций, мощные технологии. Мы не замораживаем проблемы в вечном холоде — мы решаем их огнём Касты Огня, разумом Касты Земли, диалогом Касты Воды, под руководством Эфирных. Гуэ’веса с нами — живое превосходство Блага над всеми их жалкими идеями. Имперцы без него — слепые фанатики, видящие пришельцев и "богов" везде, даже в своих галлюцинациях и мутациях. Эти "Союзные" — холодные трусы, прячущие жестокость за стерильностью и "опровергаемыми" слухами. Высшее Благо — это огонь, что тает любой лёд, освещает путь и объединяет всех под одной целью — прогрессом для всех. Он повернулся к товарищам, глаза горели решимостью: — Если мы когда-нибудь встретим таких гуэ’ла — один точный удар по их паранойе, один шепот сомнения, один пример гуэ’веса — и их система рухнет сама, как ледяная стена под плазмой. Мы не позволим им победить Высшее Благо. Никогда. За Тау’ва! Все кивнули, эхом повторяя с нарастающим единством: — За Высшее Благо! Бункер погрузился в привычный рабочий полумрак тактических дисплеев. Они начали расходиться по постам: Фио’ган к пульту связи с передовой, чтобы проверить статус гуэ’веса, Кайс’нара к полной диагностике артефакта и подготовке отчёта для Касты Земли, дипломаты — к составлению рекомендаций для Эфирных о возможной интеграции подобных технологий в их системы. Но вдруг двери бункера с громким шипением и металлическим лязгом распахнулись. Ворвался шас’ла — молодой патрульный из внешнего периметра, его доспех XV25 покрыт свежей пылью, инеем и следами лазерных ожогов. Он споткнулся о порог, тяжело дыша через фильтры шлема, лицо под визором бледное от шока и усталости, глаза расширены. — Шас’о! Имперцы... они прорывают фронт всей мощью! Наши гуэ’веса держатся из последних сил, но эти фанатики идут лавиной! Мы не удержим долго! Вун’накс мгновенно развернулся, его движения были точны и быстры, как у "Кризис" в прыжке. Он рванул к главной консоли, ударив ладонью по активации всех внешних камер, сенсоров, дронов-разведчиков и каналов связи. Фио’ган и Кайс’нара бросились следом, занимая позиции у вспомогательных пультов. Голограммы Эл’сира и Ла’риа материализовались заново — аварийный протокол автоматически восстановил связь. Экраны ожили вспышками данных, и картина, что предстала перед ними, заставила даже видавших виды воинов Касты Огня сжать кулаки до боли в суставах. Фронт Са'цеа превратился в настоящий адский котёл — кипящий, ревущий, полный дыма, огня и льда. Имперская Гвардия Астра Милитарум наступала не просто волнами пехоты — это была полномасштабная механизированная атака, где слепой фанатизм фанатиков, смешивался с грохотом тысяч двигателей и ураганным огнём. Впереди шли элитные штурмовики в тяжёлых криокостюмах — с портативными криоизлучателями и болтерами, замораживающими тауских воинов в ледяные статуи, которые потом разбивали прикладами или гусеницами. За ними катилась лавина стали: стандартные "Леман Руссы" с тяжёлыми болтерами и соседствовали с модифицированными — криобашнями и плазменными аннигиляторами. Сверхтяжёлые "Бейнблейды" стреляли плазмой, разрывая целые сектора укреплений. Гигантские "Мамонты" — мобильные крепости на гусеницах — таранили баррикады, высаживая десант прямо в гущу боя, их корпуса были усеяны турелями и ауспексами. "Апокалипсисы" — тяжёлые танки с поистине чудовищными пушками — катились вперёд, сея смерть на километры, взрывы поднимали фонтаны земли и металла, их гусеницы скрипели по замёрзшей почве, оставляя следы разрушения. "Серпы" — быстрые, прыгающие мехи с серповидными клинками и криоизлучателями — скакали по полю, срезая тауских воинов со своих пулемётов. Рядом с ними боевые танки "Молот" разбивая тауситские танки в клочья. Невидимые стелс-варианты танков мерцали, выныривая из пустоты для внезапных ударов. В небе ревели стаи "Валькирий", сбрасывая десант и сея ракеты смерти. Артиллерия за самим горизонтом — "Базилиски" и "Мантикоры".— била без перерыва, снаряды разрывали воздух, поднимая облака пыли и обломков. Гуэ’веса — верные тау люди — сражались отчаянно, их отряды смешаны с другими воинскими подразделениями: били в унисон с импульсными винтовками, они прикрывали отступление дронов, кричали боевые кличи на тау’са. Но их ряды редели — кто заморожен, кто разорван болтером, кто сожжён прометием. Вун’накс отдал приказы спокойным, но твёрдым голосом: — Всем отрядам! "Кризисы" — прыжки в тыл, уничтожить артиллерию! Всем силам ПВО подавить авиацию немедленно! Гуэ’веса — организованный отход, пусть все солдаты отступают на вторую линию обороны! За Высшее Благо! Бункер уже трясло от близких взрывов. И тогда пришёл снаряд — огромный, от "Апокалипсиса" или "Мантикоры". Вун’накс повернулся: — Эвакуа... Взрыв разорвал всё. Тьма. Имперцы прорвались полностью, топча замороженные и разорванные тела. Этот мир как и все силы тау в нём сдались в тот день — лёд и огонь Империума смешались в погребальный костёр для защитников Высшего Блага, оставив лишь эхо их уверенности в трупах их командиров. **** (Некоторое время спустя) На раскаленных, опаленных войной равнинах планеты Са'цеа, где воздух был густым от едкого дыма горящих обломков тауситской техники и металлического привкуса пролитой ксеносской крови, царила атмосфера неумолимого триумфа Империума. Земля дрожала от отдаленных взрывов, а небо, затянутое тучами пепла и разрядами энергетического оружия, озарялось вспышками артиллерийских залпов, словно молниями божественного гнева Императора. Вокруг валялись искореженные остовы боевых костюмов Тау, раздавленные под гусеницами имперских машин, и разорванные тела их эфирных, чьи лживые проповеди "Великого Блага" теперь эхом уносились в забвение. Настроение среди воинов было лихорадочным, фанатичным – смесью праведной ярости и экстаза победы, где каждый солдат чувствовал себя орудием воли Золотого Трона. Херувимы, эти миниатюрные, крылатые слуги, порхали в воздухе вокруг командного пункта, размахивая кадильницами с благовониями, отгоняющими скверну, и напевая механическими голосами гимны веры. Сервиторы, с пустыми глазами и аугментированными конечностями, сновали повсюду: одни тащили ящики с боеприпасами, другие чистили оружие с монотонным гудением сервомоторов, третьи фиксировали данные на дата-планшетах, их тела – сплошные шрамы от хирургических имплантов и лоботомий. Убранство командного центра было величественным и мрачным: огромный шатер из адамантиевой ткани, украшенный золотыми аквиллами, реликвиями святых и трофеями – черепами орков, эльдарскими рунами и отсеченными головами тау-лидеров, подвешенными на цепях. Флаги Империума реяли на ветру, а алтари с изображениями Императора освещались мерцающими свечами из священного воска, отбрасывая тени на карты звездных систем и стратегические голо-проекции. К этому оплоту имперской мощи, окруженному баррикадами из разбитой вражеской техники и охраняемому элитными гвардейцами в церемониальных доспехах, приблизился солдат Востроянских Первенцев. Этот ветеран, чья форма была пропитана потом и сажей, с фуражкой, украшенной мотивами его родины, нес на плече лазган, еще теплый от выстрелов. Он опустился на колено перед фигурой командующего – Лордом Тиохием, Великим слугой Императора, Уничтожителем Ксеносов на мире Зажопинске IV, Сокрушителем Флотилий Эльдар в Сегментуме Обскурус, Создателем и Благодетелем Имперских миров-ульев более чем на сотни планет, Повелителем сотни Миров, Носителем Реликвии Святого Дракена, Разрушителем Некронских Гробниц, Истребителем Тиранидских Роев, Архистратегом двенадцати компаний, Вечным Стражем Человечества, Бичом Хаоса и Ереси, Божественным Исполнителем Воли Императора на Золотом Троне. — Милорд, – прогремел солдат, его голос перекрывая гул сервиторов и щебет херувимов, – ксеносы Тау в полном разгроме! Их жалкие остатки отступают и бегут в слепой панике, сея хаос в своих рядах. Скоро эта планета, а за ней и вся система Бронтоз, падут под наши знамена. Император ведет нас к вечной славе! Лорд Тиохий, чья колоссальная фигура в броне, инкрустированной рунами чистоты и драгоценными камнями из миров-крепостей, возвышалась как воплощение имперского величия, снял шлем, открыв лицо, изборожденное шрамами от бесчисленных битв. Его глаза пылали фанатичным огнем, а голос эхом разнесся по эфиру, заставив всех замолкнуть в благоговейном трепете: — Хорошо, верный сын Вострои! Трубите наступление! Пусть рога войны прогремят через звезды! С этими словами он воздел свой силовой кулак, усыпанный осколками поверженных артефактов ксеносов, и в воздухе взревели горны – древние, реликвийные инструменты, выкованные в кузнях Марса. По всем каналам связи разнесся его приказ, полный праведного пафоса: "Воины Империума, слуги Золотого Трона! Сегодня мы стерли скверну Тау с лица этого мира, но наша священная ярость не угаснет! Я, Лорд Тиохий, Великий и .... Бичом Хаоса и Ереси, объявляю Крестовый Поход Очищения – Поход Мщения Системы Архуинано! Мы пронесем пламя Императора через бездну, истребляя всякую тень чужаков, еретиков и предателей! За Императора, за человечество, за вечную империю! Под его неумолимым командованием хлынула вперед армада: бесконечные когорты Востроянских Первенцев, марширующие в идеальном строю с лазганами и штыками наперевес, их шинели развеваются на ветру; легионы Астра Милитарум, ревущие боевые кличи под аккомпанемент барабанов и труб; грохочущие армады танков "Леман Русс" и сверхтяжелых "Бэйнблейдов", чьи орудия изрыгали огонь, давя обломки под гусеницами; элитные штурмовые отряды Сестер Битвы, поющие псалмы и размахивающие болтерами; полчища сервиторов, тащащих артиллерию; стаи херувимов, несущих знамена и реликвии; и богомашины – титаны класса "Вархунд" и "Император", шагающие как воплощения божественного гнева, их войд-щиты мерцают, а мега-оружие готово к новому истреблению. Небо заполонили десантные корабли "Валькирия" и "Тандерболты", а земля содрогалась от поступи этой неостановимой волны. Триумф Империума был абсолютен, и звезды трепетали перед грядущим очищением. А все враги Империума никогда не забудут песню востроянских первенцев: «Ты спрашиваешь, почему мы не дрожим в этой тьме? Потому что в наших лёгких — не страх. Там — пепел Вострои. А если ты слышишь свист респираторов — беги... Мы не земледельцы — мы — молот в огне боя! Нас выковала в пламени сама Востроя! Не рабы судьбы — мы стальная воля. Первый сын — не жертва, а щит Его престола! С честью взяв винтовку и латы. С выбитыми на них строками клятвы. В них — голоса всех, кто шёл до меня, И молчание тех, кто не вернулся из огня. Мать не плакала — она пела гимн, Когда я вставал в строй к своим родным. В красном, в меху, с усами — как отец, Я — сын Вострои! Я — Первенец!» «Тау шлют „Благо“ — мы шлём мельту в ответ, Орк бежит — крак-граната летит ему вслед. Хаос шепчет — но мы плюём в его рот: «Ты не видел, что значит Востроя, щенок!» Если враг нас встретит — знай: он уже мёртв. Востроянские Первенцы помнят свой долг! Полковник Александров! Вы кричали нам в том дыму: «Вперёд! Император смотрит!» Мы не видели Императора. Но мы слышали вас, полковник. И пошли за вами…» Но в мраке космоса не молчит Востроя — Её голос — гром залпов над полем боя! Пусть Варп штормит, пусть звёзды молчат. С Вострои в пекло прёт новый отряд. То же знамя, тот же блеск Та же клятва — одна на всех! Так что, враг, не смей надеяться. Тьма не спасёт тебя от Красных Гвардейцев! В ней не скроешься — в ней идём мы, Востроянских Первенцев Гвардейские полки! За Императора!» Танк мираж Спектральная пушка : это чрезвычайно мощное оружие использует узконаправленный поток высокоэнергетических фотонов, прорезающий любое известное вещество, при этом часть энергии естественным образом отражается на близлежащие цели, нанося им урон. Единственным реальным ограничением является малая дальность стрельбы, хотя недавние модификации решили эту проблему. Маскировка на охоте : когда танки «Мираж» неподвижны, они автоматически принимают форму обычных объектов, что может привести к опасным ошибкам противника. Пока танки замаскированы, командиры танков «Мираж» обязаны оставаться неподвижными, если только им не дан конкретный приказ атаковать или общее разрешение атаковать противника, находящегося в поле зрения. Не забывайте о генераторе GAP : один танк «Мираж» может скрыть большое количество союзных подразделений поблизости, используя генератор GAP, что чрезвычайно полезно для переброски важных сил, не давая противнику запутаться. Например, пушки «Афина» и боевые машины пехоты с несколькими пушками часто работают совместно с танками «Мираж», генерирующими GAP. Существуют некоторые ограничения : хотя танк «Мираж» можно считать спасением для союзнических армий, столкнувшихся с практически невыполнимой задачей обороны от советской тяжёлой бронетехники, у него есть ряд специфических ограничений, включая довольно высокую стоимость и уязвимость для вражеской авиации. К счастью, танки «Мираж» хорошо оснащены для поддержки других сил союзников, что может компенсировать эти недостатки. С танков «Мираж» недавно сняли значительную часть брони, чтобы освободить место для дополнительных конденсаторов. Это означает, что танк «Мираж» стал менее прочным, чем раньше. История боевых действий в Третьей мировой войне Танк «Мираж» , пожалуй, самое мощное оружие в арсенале союзников, сочетает в себе высокую огневую мощь с высокотехнологичной системой маскировки — идеальное сочетание для засад на советские бронетанковые дивизии, пытающиеся пересечь границы без разрешения. Хотя эта машина основана на шасси французского танка и оригинальной конструкции вооружения, именно военная исследовательская фирма FutureTech Corporation довела её отличительные особенности до совершенства и сумела успешно и экономически эффективно объединить их. Постоянное сотрудничество с союзниками вскоре привело к массовому производству танка «Мираж», несмотря на яростные протесты Советского Союза и угрозы широкомасштабного возмездия. Название танка «Мираж» связано с эффектом, который создает установленный на нем реактивный камуфляж, окутывающий машину особым камуфляжным полем. На первый взгляд, это делает обычно мощный танк «Мираж» похожим на нечто обыденное и обыденное на фоне, будь то дерево, молоковоз или даже небольшой объект, например, фонарный столб. Даже под пристальным вниманием сложной сканирующей системы танк «Мираж» становится совершенно невидимым. Таким образом, камуфляжные сканеры позволяют операторам танка «Мираж» сливаться с окружающей средой, скрываться от противника или устраивать засады... при условии, что они будут неподвижны и не будут стрелять из основного орудия. Эти ограничения необходимы для снижения тепловой сигнатуры и экономии энергии, так как в противном случае противник сможет обнаружить замаскированный танк «Мираж» при помощи ближнего сканирования. Количество случаев, когда замаскированные танки «Мираж» успешно разгромили советские бронетанковые дивизии, продолжает расти, достигая точки, когда вести точный подсчёт их успехов, похоже, уже невозможно (отчасти потому, что советские министры теперь стали списывать любые несчастные случаи, приведшие к уничтожению их войск, на засады с применением танков «Мираж»). Камуфляжные сканеры были бы бесполезны, если бы не главное оружие танка «Мираж» — спектрально-дисперсионная пушка. Спектральная пушка, по сути, сама являющаяся световым оружием, фокусирует и усиливает световые волны, формируя чрезвычайно разрушительный всплеск высокоэнергетических фотонов, способных легко прорезать любую известную материю. Более того, энергия спектральной пушки рассеивается от целей, преломляясь в близлежащие силы, что ещё больше облегчает небольшой группе танков «Мираж» борьбу с бронетанковыми дивизиями, многократно превосходящими их по численности. Помимо ограниченной дальности стрельбы, единственным ограничением спектральной пушки является её жёсткая установка в шасси танка «Мираж». К счастью, танки «Мираж» достаточно манёвренны, чтобы быстро развернуться и противостоять большинству бронетанковых сил. Прототип танка «Мираж» до того, как на него установили спектральную пушку. Прототип танка «Мираж» до того, как на него установили спектральную пушку. Как будто всего этого было недостаточно, танки «Мираж» обладают ещё одной замечательной особенностью — генератором GAP, создающим поле, непроницаемое для света, звука и остального электромагнитного спектра. Хотя танки «Мираж» не могут замаскироваться или использовать оружие, пока генератор GAP активен, они способны таким образом скрывать небольшие армии, заставляя противника сильно недооценивать свою численность. Освоение сложных систем танка «Мираж» требует многолетней подготовки, и управлять этими уникальными танками допускаются только самые опытные командиры. Как сказал один из наводчиков «Миража» после битвы за Фландрию : «Нельзя уничтожить то, чего не видишь. Реакция: Аватар: Легенда об Аанге. Народ Огня Озай заговорил первым, его голос был холоден, как лезвие закалённого меча, а взгляд сквозил презрением к тем слабым народам, что полагаются на такие хитрые машины вместо чистой силы огня, и одновременно восхищением гениальностью создателей, что сумели заставить свет служить разрушению: — Это оружие могло бы пригодиться тем, кто знает цену настоящей власти. Танк "Мираж" — воплощение обмана и внезапной силы, что идеально подходит для тех, кто понимает, как ломать врага не только грубой мощью, но и умом. Представьте наши танки или дирижабли под таким полем, невидимые для глаз врага, пока мы не ударим внезапно, как огонь по сухим веткам. Если бы не высокая цена и невозможность производства, я бы с радостью одобрил этот проекс преимущество, мы бы прикрыли их нашими дирижаблями или отправили сразу на передовую, сделав нашу армию непобедимой. Эта компания сделала машину, несмотря на угрозы "Советов" — вот как сильные отвечают на слабые слова, не слова, а действия. Если бы у Народа Огня был такой арсенал, мы бы раздавили всех врагов быстрее, сжигая их в пламени без шанса на бегство, без жалости к слабым. Азула шагнула чутка ближе, её глаза неотрывно смотрели на экран, пытаясь подметить мелкие детали, а когда она начала говорить, даже ближайший писец подметил каков был у неё сладкий и в определенной степени "опасный" голос: — Отец, я понимаю твоё удивление и мысли об этом чудном изобретении, но сейчас, мы должны не смотреть на это - она указала на экран - сейчас мы должны попытаться победить в нашей войне! Пока будущая хозяйка огня говорила Мэй подошла сзади и произнесла тихо, бесстрастно, как всегда, но в глазах мелькнуло одобрение точности и скрытности: — Но Азула, это полезная технология для скрытых ударов и интересная информация! Может быть даже мы сможем повторить её! Представь у нас собственная армия подобных танков! Тай Ли с лёгкой припрыжки подскочила к Азула по другую сторону от неё, хлопнула в ладоши, её глаза загорелись детским восторгом, голос её был необычно весёлый, полный энергии и презрения к тем, кто не видит в подобной технике такой хитрости и мощи: — Ой, это так круто, прям мурашки по коже! Машина притворяется столбом или деревом — враг подходит, ничего не подозревает, а потом вспышка, как мои удары по чи на группу, когда все падают разом! Я бы на таком прыгала, крутилась, прятала друзей, а потом — бах, все в хаосе, бегают, кричат! Я бы на "Мираже" всех врагов перехитрила, они бы бегали в панике, а я бы смеялась! Генерал Шин шагнул вперёд, его голос был резким от приказов в бою, полный восхищения техникой и с легким презрением к "Советам" за их беспомощность, а ведь ещё в прошлой реакции, он их даже осмелился назвать народом который может стоять наравне с народом огня и что два народа могут многому у друг друга научиться: — Хозяин Огня, это могло бы поменять всё для нашей армии. Если бы мы имели "Миражи". Народ Огня уже бы давно захватил всё царство земли и уничтожил все их стены! Другой инженер, главный по машинам войны, на слова генерала легонько кивнул соглашаясь с его мнением. — Гениально, Хозяин Огня. Простое основание, но с этой пушкой и маскировкой — непобедимо в засаде на тяжёлые машины врага, режет их колонны, как нож масло. Мы могли бы попытаться сделать нечто подобное или на крайнем случае попросить Механиста сделать некое подобие этого "инструмента" Озай выслушав всех людей собравшихся в комнате, слегка тихо рассмеялся, чтобы через секунду его глаза вспыхнули ярче пламени, и чтобы все остальные прекратили разговоры и посмотрели на него. — Да, это оружие для победителей, для тех, кто не боится жертв ради доминирования. Мы возьмём идею и сделаем лучше — с пламенем Народа Огня, что сожжёт всех слабых и оставит только пепел их надежд, без жалости, без пощады. Реакция: Звёздные войны: война клонов Оби-Ван Кеноби заговорил первым, его голос был спокойным, как тихий поток Силы. — Это интересная разработка, друзья. Танк "Мираж" сочетает скрытность и мощь — спектральная пушка использует свет для прорезания материи с отражением на другие цели, маскировка в обычные объекты для засад, генератор GAP для скрытия отрядов. Нам бы могла пригодиться данная технология, чтобы победить в некоторых особенно тяжёлых боях с сепаратистами. А малая дальность, высокая цена, слабая броня для энергии — это необходимые жертвы для преимущества. Энакин Скайуокер шагнул вперёд, его голос был полон возбуждения и нетерпения, взгляд сквозил восхищением чистой силой машины и презрением к тем, кто не использует её на полную. — Мастер, это шедевр! Даже сейчас смотря на эту технологию я могу увидеть кучу способов для его дальнейшего применения. Маскировка в столб или дерево — сепаратисты нас даже не заметили бы! Если бы у Республики был "Мираж", мы бы раздавили Конфедерацию уже ко второму году войны, а не воевали за эту планету! Асока Тано подпрыгнула, её хвосты дёрнулись от восторга, голос звонкий, полный юной энергии. — Мастер Скайуокер прав, это супер! Это могло бы спасти столько жизней наших клонов и друзей! Я бы на таком в бой пошла, с мечами для прикрытия! — Командеры, Сэры, это меняет наземный бой. Я не могу не согласиться с мнением Скайуокера и Асокой - произнес Рекс - с этими "Миражами" мы бы разгромили Дуку, всего за пару лет. — Согласен. - сказал Командир Коди, на речь своего клонированного брата - Эта техника, пригодилась бы нам для засад на технику противника, особенно - Коуди цокнул языком - с тяжёлой техникой. как наши против "Хейлфайров". Только жалко, что дорогая модель, ведь если это так, я просто уверен, если сенатор Палпатин, не продавит, идею создания подобной техники её вряд ли когда либо изобретут вообще. После чего закрыл лицевую пластину маски и дождавшись когда Рекс и Скайуокер кивками согласятся на его личное мнение о Палпатине, сами наденут необходимую экипировку и вместе выйдут к десантным шатлам.... Криокоптер вертолёт Тактический анализ Холодное хранение : криокоптеры могут направлять свои криолучи на любую наземную цель, постепенно замедляя её и замораживая. Несколько криолучей, направленных на одну цель, ускоряют наступление замороженного состояния. Замороженные цели полностью обездвижены и чрезвычайно уязвимы для прямого удара. УМЕНЬШИТЕ их : Эффект УМЕНЬШАЮЩЕГО луча криокоптера весьма необычен. Цели становятся необычно маленькими и пропорционально слабее. Тем не менее, их энергия сохраняется таким образом, что в этом состоянии они, по-видимому, становятся более подвижными, а не медленными, как можно было бы ожидать. Просто учёные : криокоптер не оснащён обычным оружием и не может самостоятельно нанести прямой ущерб какой-либо цели. В результате союзники публично призвали советский военный совет считать криокоптеры некомбатантами, хотя Советский Союз отказался выполнить эту просьбу. Замораживающие сооружения : даже военный завод может быть заморожен криокоптером. Замороженные конструкции полностью теряют функциональность и становятся чрезвычайно хрупкими, так что даже один выстрел из дробовика может нанести катастрофический ущерб их целостности. Сочетание радикальной голландской системы поглощения энергии с шасси британского вертолёта привело к появлению уникального криокоптера . Криокоптер был настолько уникальным, что недавно был запущен в серийное производство. Хотя он классифицировался как вспомогательный самолёт, непригодный для традиционного противовоздушного боя и не имеющий какого-либо вооружения в традиционном понимании, он, тем не менее, приобретает заметную популярность среди союзников благодаря своей способности нейтрализовать вражеские цели относительно мирным, пусть и нетрадиционным, способом. Криокоптер стабилен и надёжен, как и любой вертолёт. Дополнительным преимуществом его сложных бортовых систем является удивительно прочный фюзеляж, доказанно выдерживающий прямой огонь. Конечно, их долговечность не является тем, что делает их такими впечатляющими. В первую очередь, это заслуга специального криолуча, который используется для отвода всего тепла из области, одновременно распыляя чистую воду и жидкий гелий, вызывая мгновенную заморозку, способную погрузить целый вражеский танк в глыбу льда. Замороженные объекты фактически погружаются в состояние анабиоза. Эффект заморозки постепенно ослабевает, и объект мгновенно выходит из этого состояния, не помня о прошедшем времени, словно пробуждаясь ото сна. Более того, большинство испытуемых сообщали о необычайно расслабленном состоянии после этого состояния фуги. Хотя результаты исследований долгосрочных эффектов заморозки пока не окончательны, производитель, компания FutureTech Corporation, предварительно признала криопучку «совершенно безопасной» . Однако амстердамская исследовательская компания, занимающаяся обороной, обнаружила, что замороженные объекты, как правило, становятся чрезвычайно хрупкими, настолько, что даже простое сотрясение может нанести им непоправимый вред. К сожалению, один из испытуемых был раздроблен на куски во время плановой проверки, что вызвало критику в адрес заявлений FutureTech о безопасности. Примерно в то же время военное командование союзников заинтересовалось лицензированием криокоптера. Как будто криопуч и так не удивителен, ещё более странным является мощный однородный остаточно-интерактивный нейтронный кинетический (или «SHRINK» ) пучок криокоптера. Это устройство безопасно и временно сжимает молекулярные связи в объекте, по сути, вызывая уменьшение его физических размеров, несмотря на закон сохранения массы. Долгосрочные последствия воздействия этого устройства до сих пор неизвестны, и пока они не будут досконально изучены, союзники рассматривают его как оружие. В результате в ВВС союзников появляется всё больше криокоптеров, хотя командование союзников заверяет военных учёных, проводящих полевую диагностику, что они вряд ли пострадают и никогда не будут использоваться в боевых действиях против Советского Союза. Реакция:IRON HEAVENS (Верландия) Неопределенный год, после окончания БКВ Великий Пан Грегор Шпаковски сидел в своём кабинете — огромном помещении с бетонными стенами, увешанными пожелтевшими портретами Отцов и картами "великих побед". На столе — стопка бумаг с "секретными" докладами, пустая бутылка и этот странный мерцающий экран, что возник сам по себе посреди комнаты. Никого больше — только он, Пан и его собственные мысли, громкие и запутанные, как после хорошей фляги. Экран показал криокоптер — вертолёт Союзников, с криолучами для заморозки, уменьшающим лучом SHRINK, без обычного оружия, но способный обездвижить танки, уменьшить цели, заморозить даже здания, делая их хрупкими. Экран погас, и Пан откинулся в кресле, фляга звякнула о стол, он уставился в потолок, бормоча сам себе хриплым голосом, полным оговорок, путаницы и пропаганды, то громче, то тише, слова перескакивали, мысли путались ещё сильнее, повторялись, сбиваясь в кашу, как будто репетировал речь для парада, но забывал всё на ходу: — Ась? Что это за... криокоптер? Вертолёт... коптер... без пушек... без ракет — "некомбатант"... "не стрелять"... ха! Как будто мы поверим... поверим этим азурцам... или черийцам... а разве это не одно и тоже? ... кхм, это ещё не те! Ха-ха-ха как будто мы поверим в это! Глыба чего-то... в анабиозе... или как там... или во сне! ... врут эти... эти как их там... Футуры кто-то... кто-то там! Как у нас с бронепоездом... длинным... самым длинным во всем мире! Пан хлопнул по столу, он усмехнулся сам себе, глаза вспыхнули красным от возбуждения, бормоча дальше, путая слова и мысли ещё сильнее, повторяя и сбиваясь в полный хаос: — Если бы у Верландии был такой криокоптер... криокоптер... коптер... мы бы замораживали этих псов... псов... из Империи... уменьшали их танки до размера... размера мыши... таракана... бутылки... бутылки... а потом — раздавить ботинком... ботинком морской пехоты... или флягой... флягой! Нет осады Влушбислава не было... не было... дезинформация... или информация... мы гнали их до Азуры... до Азуры... просили пощады... или мы... кхм, неважно... неважно! А с криокоптерами мы бы гнали быстрее... быстрее... замораживали флот... уменьшали корабли — и топили... топили минами... бетонными... или льдом... или просто... просто так! Ведь броня наша крепка... крепка... танки быстры... кхм, ну, почти... или не очень... или нет... нет! А с такими вертолётами — непобедимы... видимы... невидимы... неважно! "Советы" отказались... отказались считать некомбатантом — молодцы... не верят... или верят... мы бы тоже... стреляли... первыми... вторыми... или вообще... ась? Я тоже хочу... хочу такой... дайте мне криокоптер... лично... кхм... заморожу... уменьшу... до таракана... раздавлю... съем... оставлю для парада... парада! За Верландию! Славься Пан! Пан встал, пошатнулся слегка, подошёл к окну, глядя на пустую площадь внизу, бормоча тише, с грустью в голосе, путая всё окончательно, повторяя обрывки: — Простите, где это я? Кабинет... кабинет? А экран? Вертолёт... парад? За Высшее Благо... Благо Верландии! Самый длинный... кхм... криокоптер... неважно... неважно... важно! Он вернулся к столу, экран стоял молча, а Пан продолжал бормотать, планируя новые "победы" в голове, где всё всегда заканчивалось триумфом Верландии. Но чтобы немного отвлечься от своих великих мыслей и не написать прямо сейчас "Великие слова Пана Грегора том || ", решил включить телевизор с его недавним выступлением. «ВЕЛИКИЙ ПАН ГРЕ‌ГОР ШПАКОВСКИ ПРИНЯЛ ПАРАД МОРСКИХ ПЕХОТИНЦЕВ Граждане! Сегодня, 5 сентября 2379 года, на главной площади нашего славного города Влушбислава прошел торжественный парад морских пехотинцев, который принял Великий Пан Грего‌р Шпаковски! В этот славный день даже природа Виридии благоволила параду – с самого утра на небе было ни единого облака, а Светило заливало главную площадь, будто бы в последний раз. Десятки идеально ровных коробок наших доблестных солдат выстроились перед трибуной, с которой вещал Великий Пан. «Звездочка, звездочка, звездочка… Так, кхм… Это еще не текст!», – начал он. В этот же момент площадь взорвалась бурными аплодисментами, приветствуя бесконечную мудрость Великого Пана. С достоинством подождав, пока восторг утихнет, наш лидер продолжил: «Друзья! В сей знаменательный день и час напоминаю вам, что наша армия непобедима и, как я сам люблю говорить…Впрочем неважно…Наши Отцы оставили нам прекрасную страну – Верландию. Ваша задача – не проеб…, я хотел сказать, не потерять то, что они создали. В этом вам помогу я и наши морские пехотинцы, которые сейчас так красиво стоят!». Тут хором раздалось троекратное «Славься Пан!» – собравшийся народ был в восторге от слов своего лидера. А его речь тем временем все продолжала греметь над площадью: «Ась? Не слышу…А, да… Отцы были мудры и потому завещали нам бить врага без жалости. Это стало девизом нашей морской пехоты. Во время войны они обратили в бегство трусливых псов из Объединенной Империи. Да, да! Вовсе не мы проигрывали на самом деле. Сообщаю вам, что никакой осады Влушбислава не было. Это ложь и дезинформация запада! То есть востока… Запад же это мы. Впрочем, неважно. Никакого разгрома флота тоже не было. Мы гнали… Кхе-Кхе… имперцев до самой Азуры, пока они не принялись просить пощады. Мы были великим народом, им же мы и останемся. Нет времени на раскачку, пора вставать с колен и идти вперед! Броня наша не очень, конечно, крепка, а танки не особо быстры… Зато корабли – бетонные! – с этими словами Великий Пан погрозил пальцем в небо. – И Бронепоезд у нас самый длинный!» Толпа вновь утонула в восторженных криках и аплодисментах. «Самый длинный!», «У нас длиннее всех!» – слышалось тут и там от одухотворенных граждан. Пан же вновь продолжил: «Простите, где это я? Кто эти люди? Неужели это солдаты? И они, что, воюют? Я тоже хочу к ним!». Закричав это, Пан бросился вниз с трибуны, по всей видимости, желая лично принять участие в параде. Воистину, великие лидеры всегда были единым целым со своим народом… Сияло Светило, на небе не было ни единого облака, чеканили шаг морские пехотинцы, а впереди них, с довольной улыбкой шел Великий Пан, ведя за собой, целую страну в светлое будущее!..» Штурмовой эсминец Тактический анализ Десантные корабли : Эсминцы десанта имеют схожие характеристики управляемости как на море, так и на суше, хотя их обычно грубоватые, обычно гордые капитаны насмехаются над этим предположением, указывая на множество нюансов, например, что на суше корабли могут двигаться только задним ходом и так далее. Броня типа «Чёрная дыра »: «Секретное оружие» штурмового эсминца — это своего рода поле, которое притягивает в себя огонь, ещё больше усиливая оборонительную мощь корабля. Это устройство использует странную технологию управления гравитацией, которая заставляет все линии в радиусе вокруг штурмового эсминца сводить их к центру. К сожалению, энергетическое оружие не подвержено влиянию этого поля. Только для надводного применения : несмотря на свою мощь, главное орудие штурмового эсминца эффективно только против надводных целей, что лишает корабль возможности прямого ответа вражеской авиации. Советские подводные лодки также представляют угрозу для штурмовых эсминцев. Продолжаются споры о том, равны ли эти корабли по силе. Не стойте у него на пути : на суше штурмовой эсминец может легко сокрушить мелкую технику, не говоря уже о пехоте противника. Однако пехота всё ещё считается угрозой для этих кораблей, поскольку его главное орудие слишком громоздко, чтобы быть эффективным против неё. История боевых действий в Третьей мировой войне. Поскольку Советский Союз продолжал наступать на своих соседей со всех сторон, страны-союзники искали универсальное решение для устранения прибрежных угроз, которое позволило бы им выдвинуться к побережью и захватить плацдарм. Один из многих проектов, которые рассмотрела отборочная комиссия, прежде чем окончательно остановиться на проекте, который представляет собой современный штурмовой эсминец. Один из многих проектов, которые рассмотрела отборочная комиссия, прежде чем окончательно остановиться на проекте, который представляет собой современный штурмовой эсминец. Годы секретного проектирования под руководством лучшей международной группы специалистов по военной технике, когда-либо собранной союзниками, привели к созданию штурмового эсминца — амфибийного боевого корабля, оснащенного высокоточной бронебойной пушкой, подходящей для ведения боевых действий на суше и на море, а также слоями специально разработанной брони, которые можно активировать для отвлечения вражеского огня от целей, которые иначе были бы незащищены. Эсминцы «Штурм» настолько огромны, что только морские порты союзников достаточно велики для их производства, хотя сами корабли обладают такими же боеспособностью как на суше, так и на море. Более того, на суше относительная масса эсминцев такова, что они затмевают большинство других боевых машин, включая основные боевые танки Советского Союза. Все эти корабли оснащены поворотной бронебойной пушкой, более мощной и не менее точной, чем у практически любого современного танка, а их тактико-технические характеристики на суше сопоставимы разве что с советскими танками «Апокалипсис». Конечно, в отличие от танков «Апокалипсис», штурмовые эсминцы могут с одинаковой легкостью пересекать сушу и море, что недавно подтвердилось в ходе многочисленных боевых столкновений между союзными и советскими войсками в районе Гибралтарского пролива, а также вблизи научных объектов союзников на Миконосе. Несмотря на невероятную мощь штурмового эсминца как амфибийной бронированной штурмовой машины, его главным преимуществом, пожалуй, является обороноспособность. Прежде всего, укреплённый корпус этого судна способен выдержать любые взрывы, кроме самых мощных. Штурмовой эсминец, пожалуй, является самым бронированным подразделением вооружённых сил Союзников, соперничая даже с авианосцами компании Gerhardt-Giraud. Но если тяжёлая броня не является чем-то особенным на современном поле боя, то «Чёрная дыра» — это, безусловно, так. Каждый штурмовой эсминец способен активировать особое поле, которое заставляет самым бронированным подразделением вооружённых сил Союзников, соперничая даже с авианосцами компании Gerhardt-Giraud. Но если тяжёлая броня не является чем-то особенным на современном поле боя, то «Чёрная дыра» — это, безусловно, так. Каждый штурмовой эсминец способен активировать особое поле, которое заставляет находящиеся поблизости снаряды притягиваться к штурмовому эсминцу, а не к его изначальной цели. Хотя намеренное привлечение вражеского огня может показаться безумием, чрезвычайно прочный корпус штурмового эсминца поглощает большую часть вражеского огня, подобно тому, как тонкая губка впитывает пролитый напиток. Броня «Чёрная дыра» на штурмовых эсминцах делает их, пожалуй, самым успокаивающим зрелищем, которое другие силы Союзников могли бы ожидать увидеть на поле боя. Хотя активация поля «Чёрная дыра» означает необходимость избегать использования основного вооружения из-за риска внутреннего возгорания, штурмовые эсминцы по-прежнему чрезвычайно эффективны, когда не атакуют, просто потому, что могут защитить более уязвимые силы Союзников от опасности. К счастью, войскам союзников, настроенным на те же зашифрованные частоты, что и штурмовые эсминцы, не нужно бояться повредить своих соратников, и они могут стрелять сквозь поле брони «Чёрная дыра» как обычно, поскольку способность поля брони «Чёрная дыра» не влиять на снаряды, вылетающие за пределы поля, — это всего лишь резерв на случай сбоя частот. Вернувшись после успешной контратаки по советским танкам «Апокалипсис» во Франции, один из командиров танка «Мираж» язвительно заметил: «Сегодня я люблю штурмовой эсминец больше, чем свою мать, и если бы не она, меня бы здесь не было». Реакция: Новый Лондон (Frostpunk 1): Ебаньград. Капитан стоял у пульта генератора, руки в саже и крови от трещин на коже, пальцы едва слушались, глаза красные, воспалённые от дыма и слёз, что замерзали на щеках. Мороз снаружи был уже -100 по Фаренгейту, а прогноз составлял, что через несколько дней, максимум неделю, температура достигнет -120 °, уголь был на исходе, трубы стонут от перегрузок и необходимости замены, лампы, последние искры света мигают, как последние искры надежды, в этом мире вечного холода. Люди в бараках кашляют кровью, дети в приюте хнычут от боли в обмороженных ногах, рабочие падают у котлов, не вставая. Рядом инженер, лицо в саже, щеки чёрные от обморожения, гаечный ключ дрожит в руках, рабочий с перевязанными пальцами стучит зубами так, что слышно в тишине, ребёнок из приюта кутается в рваное одеяло, глаза огромные от голода и страха, разведчик с ледяной коркой на бороде хмурится, потирая онемевшие руки. Когда экран погас. Капитан схватился за пульт, чтобы не упасть, голос сорвался на хрип, слёзы потекли по щекам, замерзая, кулак ударил по металлу, лампы мигнули: — Идиоты, всё они идиоты! - закричал в гневе капитан - Бог кем бы ты не был... посмотри и ответь на мой Чертов вопрос! ... Почему мы?!? ... Почему именно мы должны проживать подобный АД? ... Посмотри на другой мир! Они там воюют, они не мы! ... Если ты есть Боже пошли нам эту проклятую "Чёрную дыру"... пусть, она притягивает бурю к себе... защитит генератор... бараки... детей... рабочих... хоть на один день в этом проклятом мире! — Он закашлялся кровью, после чего резко сплюнул, его глаза заблестели отчаянием и надеждой, голос дрожал. — Блядь, мороз жрёт нас заживо, люди падают, а эта машина... шанс... единственный шанс... Инженер шагнул ближе, ключ выпал из рук, звякнул по полу, он схватился за стену, закашлялся, слёзы потекли по саже на лице, голос сорвался на рык от боли и восторга, руки задрожали сильнее: — Капитан... этоже наше спасение! Мы можем попытаться построить подобное изобретение! Да для этого надо будет приложить некоторые ресурсы и возможно дать нашим "ученым" усиленный паёк — Он ударил кулаком по ладони. — Если у нас всё получится, в генератор попадет ещё немного угля, наши трубы также возможно смогли бы разгрузить и даже провести небольшую замену на самых необходимых участках, а также с наших заседаний временно ушёл бы вопрос об отправке детей в шахту, оставив подобный ... "резерв" до лучших времён — Голос дрогнул, сломался. — Чёрт, - из его рта сорвался тихий маниакальный смех - Ха- хА- АХ, я руки не чувствую, вся семья кашляет, а эта машина... она бы вытащила нас... все мы бы выжили... Рабочий зарычал, шагнул к инженеру, зубы застучали громче, кулак взлетел, глаза налились кровью от ярости и боли, голос хриплый, сломленный: — Ты с ума сошёл, инженер! У нас нет материалов о которых ты можешь даже в своей тупой башке думать! Мы ночь переживаем еле как! Дети уже в добровольном порядке отправляются в шахту и гибнут! А так же скоро вообще, люди узнают, что некоторые из наших Лучших шахтеров практикуют каннибализм ближнего своего, об этом уже начинают шептаться в бараках! — Он сплюнул кровью, его голос сорвался на крик, а слёзы потекли по его лицу. - Ты хоть отдаешь себе отчёт сколько жертв только теоретически мы понесем ради этой небылицы? Город рухнет раньше! Лучше Закон отменить, детей из шахт вытащить, чем тратить наши ресурсы на мечту! Мороз жрёт мясо с костей, наши семьи мерзнут, а ты о корабле! Нет... нет сил... всё зря... Ребёнок всхлипнул громче, одеяло соскользнуло, она заплакала открыто, голос тонкий, дрожащий, слёзы текли по её щекам пока она пыталась их вытереть своей кибернетической рукой. — Капитан... корабль... тепло... уголь... мама... мама не кашляет... не холодно... пожалуйста... Капитан поднял руку, голос сорвался на рык, слёзы замерзли на бороде, кулак ударил по пульту: — Хватит кричать! Это... шанс. Наш шанс. Материалы если надо добудем. Отправим детей в шахту — пусть это будет мой позор, но меня как и вас всех живого! Канибализм... попытайтесь подавить подобные разговоры, самых ретивых каннибалов отправить как можно дальше в шахты с работой двадцать четыре на семь. Отвлеките народ новыми религиозными похождениями. Держимся. За город! Хоть бы... мороз не взял бы нас раньше... Все замолчали, кашляя, разошлись к работе — инженер к котлам, рабочий к углю, ребёнок в помощь в шахте, разведчик к стене. Спор висел в воздухе, мороз кусал сильнее, надежда тлела тускло, но не угасла и не угаснет пока жив хотя бы один житель Ебаньграда! Авианосец Тактический анализ Наши дроны затмят солнце: эскадрильи беспилотников авианосца способны подавить даже самые надёжно защищённые объекты. В случае сбития дронов авианосец может быстро и автоматически пополнить их боезапас. Известно, что некоторые капитаны авианосцев использовали свои дроны для поиска более ценных самолётов союзников. Почему так темно?: Помимо всех этих боевых беспилотников, в пусковом отсеке авианосца установлена ракета «Затмение», которая может быть использована для отключения питания транспортных средств или сооружений с большой дистанции. Оборонительный и наступательный потенциал ракеты делает авианосцы ещё более живучими в одиночку или ещё более полезными в составе ударных сил. Рыцарь и Паладин: Авианосцы, предназначенные для совместного использования с другими силами Союзников, предназначены исключительно для противовоздушной обороны. Однако в последнее время Союзники наконец-то уступили жалобам на недостаточную противовоздушную оборону авианосцев и проводят испытания новых беспилотных летательных аппаратов «Sky Paladin» на палубах нескольких авианосцев. Наказание по заслугам: авианосцы — дорогие и высокотехнологичные суда, поэтому их можно встретить относительно редко. Хотя они гораздо менее затратны, чем некоторые из неудачных проектов авианосцев, предложенных в прошлом, используемая сегодня модель по-прежнему остаётся одним из самых дорогостоящих средств ведения войны союзниками. История боевых действий в Третьей мировой войне Многие жители свободных стран отмечали, что вид союзного авианосца класса «Фон-Эслинг», пришвартованного в гавани, – настоящее чудо. Эти смелые, мореходные создания – одни из самых совершенных военных кораблей, когда-либо созданных, и кульминация десятилетнего совместного военного конструкторского труда американских, немецких, британских и французских инженеров и учёных. Это знаменитое сотрудничество подверглось критике за реакционную реакцию на усиливающуюся советскую агрессию. Однако результаты вскоре стали говорить сами за себя: сообщения о том, как союзные авианосцы без труда обеспечивают безопасность спорных водных путей и границ, начали распространяться по странам-союзникам и даже по Советскому Союзу. Современные авианосцы, конечно, разительно отличаются от относительно громоздких и дорогостоящих авианосцев типа плавучих крепостей, которые проектировались, но так и не были успешно спущены на воду из-за отсутствия достаточного источника энергии для обеспечения их плавания. От спекулятивного проекта авианосцев старого типа в конечном итоге отказались, когда немецкие разработки в области беспилотных боевых летательных аппаратов (БПЛА) оказались недостающим звеном в конструкции авианосца. Дрон «Небесный рыцарь». Хотя авианосцы союзников по-прежнему значительно крупнее среднестатистического корабля, они отказались от многотысячного экипажа, как того требовали предыдущие предложения, в пользу сложной сети автоматизированных ангарных площадок для производства и запуска дронов, обслуживаемых и управляемых небольшим (и профессионально подготовленным) экипажем. Результат — ещё один яркий пример приверженности союзников эффективному, специализированному проектированию и сохранению ценных ресурсов. В настоящее время на вооружении любого авианосца по всему миру находится полный комплект беспилотных летательных аппаратов класса «Скай Найт» — истребителей класса «воздух-поверхность», доказавших свою высокую эффективность в дальних боях против укреплений и сооружений. Вместо того, чтобы подвергаться износу и другим ненужным повреждениям, оставаясь на палубах авианосцев, «Скай Найт» скрыты в пусковых отсеках под палубой, в помещениях, предназначенных для мониторинга, управления и обслуживания полного комплекта беспилотников в любое время. Эти беспилотники быстры и точны, и каждый из них вооружен мощной 500-фунтовой бронебойной бомбой, аналогичной Jethroes, обычно используемой союзными бомбардировщиками Century. После сброса своей полезной нагрузки дрон должен вернуться на свой авианосец, где он может перевооружиться. Сам авианосец мощно бронирован, и его корпус способен выдержать даже прямое попадание советской торпеды подводной лодки «Акула». Его основное вооружение составляют эскадрильи «Небесный рыцарь», хотя авианосец также оснащён пусковой установкой для ракеты «Блэкаут» – тактической боеголовки, взрыв которой вызывает перегрузку всех известных электрических систем в зоне поражения. В целом, мощь этих впечатляющих боевых кораблей делает командование ими одной из самых престижных должностей во всей военной иерархии Союзников. Реакция: хелдрайверс. В тесном, гудящем от перегрузки вентиляторов отсеке брифинга Крейсере «Кулак свободы», отряд только что вернулся с поверхности. Броня ещё шипела от кислоты противника, шлемы валялись на столе, воздух был густым от запаха горелой плоти терминидов и стим-паков. Отряд смотрел молча несколько секунд. Потом сержант «Буревестник» — ветеран с обожжённой половиной лица — просто пожал плечами и хмыкнул, голос его был усталый, но на лице отразилась лёгкая ухмылка. — Ну и чему тут удивляться, ребята? Мы по космосу прыгаем через гипердрайв, с орбиты бомбим планеты бомбами размером с небольшой дом, вызываем орбитальные лазеры, которые режут континенты, и сражаемся с жуками размером с танк и роботами, которые строят фабрики за пару дней. А они там на воде плавают и дронами машут. Миленько, конечно — автоматическая перезарядка, рой без кулдауна, ракета, которая вырубает электричество. Круто, не спорю. Но давайте честно: это уровень технологий ниже нашего на голову, ну как я считаю. Капрал «Плазма» откинулся на спинку кресла, потёр виски и усмехнулся, глядя на голограмму авианосца. — Это точно. У них там экипаж сидит на корабле, рискует жизнью, плавает по морям, где подлодка может торпедой шарахнуть. А мы? Сидим на орбите, жмём кнопки — и всё. У нас ракеты, бомбы, самолёты прилетает быстрее, чем их дроны возвращаются. Наши корабли бьют точнее, чем их 500-фунтовые бомбы. Да, у них классная автоматика, экипаж маленький — респект их инженерам. Но освоение космоса как у нас нет. Нет прыжков между системами. Нет крейсеров, которые висят над планетой и штампуют стратагемы. Они воюют на поверхности и на воде. Мы воюем в целой галактике. Рядовая «Крушитель» фыркнула, потянулась за кружкой с энергетиком и махнула рукой на экран. — Красиво, да. Затмение солнца роем дронов — звучит эпично. Но представьте, если бы мы такое на орбиту подняли. Или на наши крейсера поставили. Бесконечный рой с высоты в тысячу километров. Наши враги бы даже не успели заметить, как планета очищена. Молодой «Малой» — новичок отряда — почесал затылок и тихо добавил. — Не ну… всё равно круто выглядит. Как в старых фильмах. Корабль, волны, рой в небе… романтика какая-то. У нас всё слишком… быстро. Дроп — бой — экстракшн. А у них — целый флот, стратегия, позиционирование. «Буревестник» хлопнул его по плечу и рассмеялся хрипло. — Романтика, говоришь? Ладно, пусть будет романтика. Но когда в следующий раз вызовем орбитальную бомбардировку и будем стоять под куполом, пока орбита поливает жуков огнём, вспомни этот авианосец. И подумай: мы не просто воюем. Мы распространяем демократию по всей галактике. А они — только по морям одной планеты. Экран погас. Отряд молча разошёлся по постам — готовиться к следующему дропу. Реакция: Дип рок галактик. На орбитальной станции «Звёздный Крепыш» висящей над заражённой жуками планетой Бронтаз-|V, — в самом сердце где собираются самые отчаянные и непредсказуемые дворфы из Deep Rock Galactic, — разгорелся настоящий байк висящей над заражённой жуками планетой. Всё началось с того, что после очередной миссии, когда солнечные лучи космоса пробивались сквозь иллюминаторы, четверо друзей — Бункерный Боб, Громозека, Механикус и Ворчун — решили устроить себе заслуженный отдых. А что может быть лучше для этого, чем холодное, пенное, крепкое пиво, сваренное в их собственном мини-баре, оборудованном прямо на станции? — Эй, ребята, — сказал Бункерный Боб, поднимая кружку, — а вы не думали о том, что пиво — это именно то, что нам нужно? Представляете эффект «Взрывающихся пузырей»? Или «Молний из бочки»? — он засмеялся и сделал глоток. Громозека, который всегда был немного серьёзнее, кивнул: — Ага, только у нас тут не «Звёздный пивовар», а настоящая космическая лаборатория. Но было бы круто, если бы мы могли запускать эффект «Энергетического взрыва» при каждом глотке. Механикус, чьё лицо было скрыто масками и шлемами, вдруг достал из рюкзака небольшое устройство — «Кривой пивной эффект», который он сам сконструировал по чертежам из старых запасов. Как только он нажал на кнопку, из кружки поднялся клуб дыма и вырвалась вспышка ярко-синего цвета, имитирующая эффект «Электрического шторма» из игры. — Вот это да! — воскликнул Ворчун, зачерпнув пиво и запив его. — А если добавить эффект «Засыпающего астероида»? Тогда наши кружки будут выглядеть так, будто в них падает космическая глыба! И тут начались настоящие приключения. Каждый из дворфов, запивая пиво, запускал эффект из своей кружки, и станция наполнилась яркими вспышками, искрами и громкими взрывами, имитирующими сражения и космические битвы. — А теперь, ребята, — сказал Громозека, — давайте устроим «Бурю из метеоритов» Только не забудьте, что эффект «Молнии из бочки» вызывает кратковременное отключение всех систем, так что запасной генератор у нас всегда наготове. Пока дворфы веселились, эффект «Пузырь из космоса» создал вокруг их кружек настоящий водоворот, а эффект «Лавовая бочка» заставил пиво закипеть и запылать ярко-оранжевым пламенем. — Не забывайте, что эффект «Буря из астероидов» — это не только забава, но и способ напугать новичков! — смеялся Ворчун, проливая пиво прямо на панель управления и вызывая эффект «Разряд тока», который в игре выглядит как яркая вспышка. К концу вечера, когда пиво почти закончилось, а эффекты достигли своего апогея, дворфы решили, что пора заканчивать вечеринку. Но эффект «Громовой взрыв» сработал так, что всё вокруг замерло в яркой вспышке, а на экране появилась надпись: «Эффект завершён. Благодарим за использование космических эффектов!» — Ну что, — сказал Громозека, — кто ещё хочет попробовать эффект «Космической бури»? А то у меня есть пара тюбиков с эффектами, которых больше ни у кого нет. Все дружно засмеялись, подняли кружки и выпили до дна, вспомнив, что даже в космосе самое важное — это хорошее пиво и умение смеяться над эффектами. Протоколы Остановка часов 2 Просмотреть источник Остановка часов Фракция AlliedLogoThumb Союзные Нации Функция Ослабляющая сила Краткий Хронотехнология используется для создания области, где время течёт медленнее обычного. Это значительно замедляет движение группы юнитов, но также снижает получаемый ими урон. Существует множество способов применения хронотехнологии , и простая переброска людей и материалов из одной точки поля боя в другую — лишь один из (возможно, самый простой) из них. Изменение относительного течения времени в одной области с помощью устройства «Планковский компрессор» — одно из наиболее тонких применений хронотехнологии; «Планковский компрессор» может заставить небольшой пузырёк пространства течь медленнее, чем остальной мир (со стороны кажется, что он движется очень быстро), и наоборот. Однако, хотя «Планковский компрессор» в поле должен располагаться относительно близко к области, где он должен быть создан, само поле может быть спроецировано на гораздо большие расстояния при наличии достаточной мощности и достаточно большого устройства для манипуляции пространством и временем. Экспериментальные мастерские союзников, оснащённые необходимым оборудованием, могут выборочно создавать поле красного смещения в заданной области по команде. Смещение в красную область замедляет врагов и делает их практически неподвижными. Обладая достаточной вычислительной мощностью, экспериментальная мастерская может точно настроить поле красного смещения, выборочно замедляя врагов и воздух в небольшой области вокруг подразделений союзников. Это позволяет союзникам действовать с обычной скоростью, одновременно замедляя противников и снижая эффективность их оружия. Реакция: Доктор Кто Доктор — Девятый, в потрёпанной кожаной куртке, с коротко остриженными волосами и взглядом, в котором ещё тлеет боль от Войны Времени — стоял у консоли ТАРДИС, глядя на голографический дисплей, который он только что взломал из союзного спутника. Роза Тайлер, в своей розовой толстовке и джинсах, скрестилась руками рядом, пытаясь понять, что именно он показывает. Доктор долго молчал. Его пальцы, обычно такие беспокойные, замерли над панелью. Наконец он выдохнул — звук был тяжёлым, почти болезненным. — Они играют со временем, Роза, — сказал он тихо, голос холодный, грубый, но в нём сквозила усталость тысячелетий. — Не телепортация, не прыжки... а замедление. Делают пузырёк, где секунда растягивается в минуты. Враги едва шевелятся, пули ползут как улитки, а их собственные солдаты бегают как ни в чём не бывало. Умно. Ужасно умно. Он провёл рукой по лицу, словно стирая невидимую пыль веков. — Я видел такое раньше. На Арктурисе-VII пытались замедлить время вокруг вражеских флотов — хотели выиграть войну, не сделав ни одного выстрела. Знаешь, что получилось? Весь сектор превратился в статую. Миллиарды существ застыли навечно в своих последних мгновениях. Некоторые ещё были живы внутри пузыря — сознание работало, а тело нет. Представь: думать тысячу лет, пока твоя рука поднимается на сантиметр. Это не победа. Это... — он сглотнул, — это хуже смерти. Роза шагнула ближе, глядя на схемы. — Но они же говорят, что могут делать это выборочно. Только вокруг врагов. И ещё снижают урон — типа, если время течёт медленнее, то и энергия удара рассеивается, да? Доктор повернулся к ней резко, глаза вспыхнули. — А кто решает, кто враг, Роза? Сегодня — эти, завтра — те. А потом кто-то решит, что неудобные демонстранты тоже «угроза». Или целый город, который голосует не за тех. Один неверный расчёт — и ты замораживаешь собственных солдат вместе с противником. Или хуже — создаёшь разрыв. Пузырёк лопается, время схлопывается, и вся энергия, которую ты «сэкономил», вырывается наружу. Бум. Полконтинента в пыль. Он подошёл к центральной колонне ТАРДИС, положил ладонь на тёплый металл, будто успокаивая старую подругу. — «Планковский компрессор»... милое название. Как будто это просто инструмент. А это — оружие, которое режет саму ткань реальности. Владыки Времени запретили бы такое мгновенно. Мы... — он осёкся, — я сам уничтожал целые цивилизации за меньшее. Роза смотрела на него внимательно. Она уже научилась замечать, когда он говорит «мы», имея в виду галлифрейцев, которых больше нет. — Ты хочешь сказать, что мы должны вмешаться? — спросила она тихо. — Остановить их? Доктор долго смотрел на вращающуюся схему поля красного смещения. Потом медленно покачал головой. — Не знаю. Может, они и правы — используют это, чтобы спасти жизни своих. Может, без этого их мир уже был бы пеплом. Но каждый раз, когда разумные хватаются за время как за оружие... всё заканчивается одинаково. Кто-то остаётся последним, кто может выключить машину. И обычно он уже слишком далеко зашёл, чтобы нажать кнопку «стоп». Он щёлкнул пальцами — голограмма погасла. ТАРДИС загудела мягче, будто тоже вздохнула. — Пойдём, Роза. Чайку попьём. Обычный. Без хроночастиц и полей красного смещения. Просто чай. Пока ещё можно. Роза улыбнулась уголком губ и взяла его под руку. — С сахаром? — Две ложки. И никаких временных парадоксов в чашке, договорились? Они вышли из консольной комнаты, а за их спинами ТАРДИС тихо мерцала, словно сама размышляла над тем, сколько ещё раз разумные существа наступят на те же грабли. Реакция Warmachine: Хардорцы. Воевода Драгомир Коваль тяжело опустился на ящик в тесном командном блиндаже, стряхивая иней с бровей. Метель за тонкими стенами выла так, что деревянные балки слегка дрожали. Громила — его старый джагернаут — стоял у входа, прислонившись к косяку, пар из его котла валил ленивыми клубами, все две руки в одной из которых находился топор, а во второй пушка были опущены, но всё равно техника, даже слегка подрагивала, будто от холода. Драгомир вытянул вперёд длинные ноги в тяжёлых сапогах, достал из-под плаща флягу, отвинтил крышку и сделал глоток — обжигающе горячий чай с травой и чем-то покрепче. Потом кивнул ефрейторше Милене Зимней, которая только что вошла, хлопнув дверью, и теперь отряхивала снег с шубы. — Садись, Милена, не стой столбом. Продолжим просмотр, может быть что нибудь поймём. А то они это всё используют без арканной магии, угля и без паровых сердец, что я уже запутался Драгомир медленно провёл пальцем по воздуху, перелистывая страницы схем. Громила слегка наклонился вперёд — машина легко уловил интерес хозяина, пар из труб пошёл гуще, визоры мигнули красным, словно автоматон тоже пытался разглядеть, чем заинтересовался его господин. — Видишь? — тихо сказал воевода, не отрывая взгляда от голограммы. — Вот и придумали такое. Умно... даже завидно немного. — Сколько раз я думал о таком... — прошептал он сам себе, голос низкий, как гул далёкого котла. — Не молитвы Менота с их огненными стенами, не криксова порча, что тянет души в небытие, не даже сигнаровские молнии в стеклянных банках. Милена присела на ящик напротив, положила винтовку на колени и наклонилась ближе. Её глаза отражали красный свет голограммы. — Товарищ воевода... это даже не знаю ... как, как если бы взять нашу зиму и засунуть её в одну точку на поле боя. Драгомир кивнул, сделал ещё глоток из фляги и протянул её Милене. Та не отказалась — отхлебнула, слегка поморщилась и вернула обратно владельцу. — Именно так, — продолжил он, постукивая пальцем по краю проектора. — Смотри, Милена. Они пишут: поле можно проецировать на расстояние. Можно делать выборочно — замедлять только врагов и воздух вокруг своих. Это как... как если бы мы взяли реку Тор и заставили её течь медленнее в одном повороте. Враг вязнет, а мы идём по дну, как по мосту. Похоже на то, как криксы иногда покрывают поле своей гнилой дымкой — только без их вечных жертвоприношений. Удобно, здесь ничего не скажешь. Громила вдруг издал низкий гул — не рык, а скорее задумчивый рокот. Топор-рука медленно поднялась на пару дюймов, потом опустилась обратно. Пар пошёл ровнее. Драгомир усмехнулся и потрепал автоматон по броне, как старого коня. — Ну, ну малыш ... - постучал по телу техники, которая была несколько раз больше его вармастер. - скоро и тебе подобное сделаем, и промахиваться вообще не будешь. Громила издал низкий рокот — согласие. Топор-рука медленно поднялась на полфута и опустилась обратно, пар пошёл гуще, кортекс замигал рунами, будто сам просчитывал варианты и радуясь подвернувшейся возможности. Милена же тихо рассмеялась, откинула прядь волос из-под шлема. — А Зимняя Гвардия? Я точно уверен, они бы не отказались от новых игрушек. Или поставим такой пузырёк на позиции криксов — их нежить и так медленная, а тут вообще застынут, - он слегка тихо хмыкнул - будем обучать мелко у стрельбе по более лучшим мишеням Драгомир откинулся назад, упёрся спиной в стену блиндажа, и скрестил руки на груди. Он смотрел на голограмму уже не с напряжением — скорее с усталым любопытством старого солдата, который повидал слишком много чудес и ужасов. — Если грейлорды разберут принцип... мы могли бы построить что-то своё. Не копировать их машину целиком — она слишком хрупкая по нашим меркам, требует их мастерских и огромной энергии, как сигнаровские генераторы, а сколько бы хоть одна такая машинка забирала, я уверен, что я на те же деньги мог бы ещё целую армию вооружить нашей паровой броней и джагернаутами, ещё бы на дом на границе остался. А так я думаю если заменить вот эту деталь, эту и эту здесь - показывает он - и поставить туда пару наших инструментов и переставить на угль и руны, а не на их механику, думаю всё получится. Он помолчал, потом тихо рассмеялся, потирая бороду. — Представь лицо какого-нибудь сигнаровского рыцаря бури, если мы кинем такое поле на их заряд. Их молнии ползут, как ленивые искры, а наши люди проходят сквозь них, как сквозь туман. Или на менотцев — их крестовый поход застаёт в вечности, пока мы будем стрелять в них. Милена тоже улыбнулась, но задумчиво, потом ткнула в схему проекции. — Только осторожно надо. Если поле лопнет неправильно — вся накопленная энергия может вырвется наружу. Уничтожит и своих, и чужих. Драгомир помолчал, потом медленно выключил проектор. Голограмма погасла, в блиндаже стало темнее, только печка потрескивала да Громила тихо пыхтел паром. — Верно. Потому и не торопимся. Передай механникам и грейлордам: пусть разбирают. Пусть думают, как направить это течение. Как построить шлюзы. Как сделать так, чтобы время слушалось Матери-Родине, а не южным выдумщикам или фанатикам с юга. Мы не станем рабами чужой машины, да и переделать надо будет много, у нас же и гравитация другая и давление от ихнего тоже отличается. Милена встала, подхватила винтовку, козырнула. — Слушаюсь, товарищ воевода. Разрешите идти? — Иди. И чаю себе налей по дороге — эта ночь на редкость даже для нас холодная. Она вышла, хлопнув дверью, впустив порыв ледяного ветра. Громила медленно повернул голову к хозяину, визоры мигнули — вопросительно. Драгомир поднялся, подошёл к автомату, после чего подошёл и положил ладонь на тёплый металл громилы. — А мы с тобой, брат, будем делать то, что умеем лучше всего. Стоять. Идти вперёд. И не дать никому замедлить Хадор. Он открыл дверь, вышел в метель. Громила шагнул следом — тяжёлый, неумолимый, пар клубился в морозном воздухе. Время в их мире текло ровно и тяжело, как всегда. И так будет, пока стоит Родина. Сжимающийся вихор Просмотреть источник Сжимающийся вихрь Фракция AlliedLogoThumb Союзные Нации Функция Поддержка мощности Краткий Концентрированный УМЕНЬШАЮЩИЙ луч дает врагу новый взгляд на поле боя. Технология SHRINK стала огромным благом для союзников. Вместо того, чтобы просто убивать врагов в их технике, их можно окружить и заставить сдаться, ведь дробовик миротворца внезапно становится противотанковым оружием. Хотя командиры, впервые освоившие его, часто на собственном горьком опыте убеждаются, что действие SHRINK-луча длится недолго, после чего объект возвращается к своим прежним размерам. Однако благодаря достижениям союзников были разработаны и одобрены для полевых испытаний усовершенствованные версии обычных SHRINK-лучей. Хотя эти SHRINK-генераторы всё ещё являются экспериментальными и требуют наличия высокотехнологичного оборудования в экспериментальных мастерских, они значительно мощнее и способны по команде уменьшать целые группы вражеской техники. При грамотном использовании и в сочетании с другим оружием, имеющимся в распоряжении командира, они могут переломить ход сражения или нанести сокрушительное поражение врагу. Реакция Вселенная Marvel: Скотт Лэнг и Хэнк Пим Хэнк Пим стоял в своей лаборатории в Сан-Франциско. Его пальцы — точные, как у хирурга, с лёгкой дрожью от возраста — замерли над центральной консолью, где вращалась голографическая модель чужой технологии: «Сжимающийся вихрь». Схема показывала, как луч уменьшает вражеский танк до размера игрушки, солдат подходит и добивает его дробовиком, а потом эффект кончается — объект возвращается к нормальному размеру. Хэнк долго молчал. Его разум, отточенный десятилетиями экспериментов, унёсся в воспоминания: первые тесты частиц, когда он сам уменьшался, рискуя жизнью, бесконечные корректировки, чтобы избежать коллапса. Эта штука... она была насмешкой над наукой. — Сколько раз я предупреждал... — прошептал он сам себе, голос хриплый, эхом отразился от металлических стен, как в старом ангаре. — Сжатие без контроля массы? Вспомни, Хэнк... ты был там, когда частицы Пима чуть не разорвали реальность. А они просто сжимают объект в пространстве, не трогая атомы? Это не наука — это варварство, бред! Временный эффект? Когда танк вырастет обратно, энергия отдачи разнесёт всё вокруг. Как если бы я уменьшил Халка, а он вернулся в размере — взрыв, равный ядерному. Он коснулся консоли кончиками пальцев; голограмма загудела, усиливая детали, и на миг его глаза — острые, под густыми бровями — затуманились расчётами. Он видел: один неверный шаг, и уменьшенный танк вырастет внутри солдата, разрывая его изнутри. Или целая группа — хаос, как в его старых экспериментах, когда муравьи становились гигантами. Скотт Лэнг — в своём обычном свитере и джинсах, с рюкзаком за спиной — ввалился в лабораторию, жуя сэндвич. Он увидел голограмму и замер, глаза расширились. — Хэнк, это... это что, моя суперсила в пушке? — воскликнул он, подходя ближе, пальцем ткнув в схему уменьшенного танка. — Они сжимают целую группу техники? Представьте: бац — и армия Таноса размером с муравейник! Я бы их пылесосом засосал. Или уменьшил Локи — он бы влез в карман, и я бы его в стиральную машину закинул! Хэнк повернулся резко, лицо покраснело от раздражения. — Это не шутка, Скотт! — рявкнул он, обводя рукой голограмму. — Их генераторы — экспериментальные, требуют мастерских, огромной энергии. А эффект недолгий. Объект возвращается к размеру — и что тогда? Взрывная декомпрессия! Ты помнишь, как я чуть не погиб в субатомном пространстве? Это то же самое, только без костюма. Они окружают уменьшенных врагов, заставляют сдаться? Гуманно? Нет — это пытка. Смотреть, как твой танк становится игрушкой, а дробовик — противотанковой пушкой. Безответственно! Скотт почесал голову, но в глазах мелькнуло понимание. — Ладно, ладно, Хэнк... но признай: круто звучит. Если бы мы такое интегрировали в костюм? Уменьшить Гидру целиком, а не по частям. Или в Квантовый Мир — отправить уменьшенных злодеев туда навсегда. Только... да, риск. Когда эффект кончится, всё взлетит на воздух. Может, мы улучшим? Добавим контроль массы, как твои частицы? Хэнк покачал головой, но уголки губ дрогнули в улыбке. — Может. Но сначала — изучим. Если это попадёт не в те руки... Мстители будут сражаться с армией гигантов после "возврата". Нет, Скотт. Это не благословение — это проклятие в упаковке "поддержка мощности". Они стояли плечом к плечу, голограмма мерцала, а в голове Хэнка уже вертелись формулы: как стабилизировать, как улучшить. Скотт доел сэндвич, бормоча: "Всё равно круто..." Реакция: Аватар, несколько лет до нахождения Сали. На Пандоре, в самом центре власти людей, на базе было душно, несмотря на гул вентиляторов, которые безуспешно боролись с местным солнцем. За длинным столом из серого композита собрались те, кто реально рулил всей операцией: полковник Майлз Куорич во главе, Паркер Селфридж, администратор RDA, в помятом костюме и с чашкой остывшего кофе; капитан Лайл Уэйнфлит, начальник службы безопасности, главный инженер Рамирес, женщина лет сорока с короткой стрижкой и планшетом на коленях; ещё два специалиста — один по энергосистемам, другой по вооружению. Паркер Селфридж первым нарушил тишину, откинувшись в кресле и потирая виски — квоты по добыче давили сильнее, чем какая-то информация из другого мира. — Хмм... это довольно интересная информация, которая нам могла бы пригодиться в нашей войне с Нави - произнес, он смотря вообще на свой планшет с графиком работ, - что вы на это можете сказать полковник? — Давайте без иллюзий, господа, — начал Куорич ровным, уставшим голосом. — То, что у нас здесь происходит с местными, даже войной назвать нельзя. Это не война. Это рутинная работа по обеспечению безопасности периметра добычи. Нави устраивают мелкие вылазки, мы их отгоняем, они уходят в джунгли. Потери — в основном топливо и время. Иногда пара царапин на технике. Всё. Никаких фронтов, никаких стратегических боёв. Просто управление территорией с минимальными инцидентами. Мы не воюем в полном смысле. Мы охраняем активы. Нави — фактор риска, но не критический. Однако эта технология... — он кивнул на экран, — может сделать нашу работу ещё проще и дешевле. Представьте: патруль фиксирует приближающуюся группу местных рептилий или носорогов. Один импульс генератора — и все они уменьшаются до размера маленького мячика, это особенно нам могло бы пригодиться в последней отгремевшей войне за ресурсы. Чистая эффективность. Рамирес подняла взгляд от планшета и кашлянула. — Полковник, сэр, технически это вызывает вопросы. Если масса сохраняется при уменьшении объёма — получаем гравитационный коллапс. Если масса тоже уменьшается — откуда энергия на обратный процесс? Плюс когда эффект заканчивается, расширение высвободит огромную кинетическую энергию. Уменьшили, скажем, стаю местных волкодавов, подошли близко — и при обратном росте вся группа разлетится. Энергозатраты тоже серьёзные: если мы будем делать по схеме нужны будут стационарные генераторы и полноценные мастерские. Куорич пожал плечами, спокойно, как человек, привыкший к таким замечаниям. — Риски есть везде, Рамирес. Мы на планете, где деревья светятся, а животные соединяются нейронными хвостами. Главное — окно действия. Пока цель маленькая, мы её контролируем. Отходим на безопасное расстояние до окончания таймера. Всё просчитывается заранее. Паркер наклонился вперёд, в глазах появился знакомый блеск. — Меня больше беспокоит, почему эффект вообще временный. Это же искусственное ограничение. Если мы сделаем его постоянным и этот вариант мне нравится больше всего. — Он обвёл взглядом всех за столом, сделал паузу. — Эта технология может сделать нас практически независимыми от добычи анобтания в нынешних объёмах. В комнате стало тихо. Все понимали, насколько этот минерал — основа всей операции. Куорич продолжил спокойнее, но с заметным удовлетворением. — Подумайте сами. анобтаний — редкий, дорогой, запасы ограничены. Вся наша здесь присутствие построено на том, чтобы выковырять его как можно больше из-под земли, пока акционеры довольны. Но если мы доработаем этот "уменьшитель" до постоянного эффекта... мы сможем уменьшать объём материалов без потери массы. Возьмём один кристалл анобтания, уменьшим его в тысячи раз — плотность вырастет, а полезный выход останется тем же. Один маленький кристаллик даст энергию, эквивалентную тоннам обычного. Или уменьшаем контейнеры с рудой — перевозим в миллионы раз больше в одном рейсе, и на месте увеличим, что тех ресурсов хватит навсегда! Вуаля — ресурсы становятся практически бесконечными в чистом виде. Мы перестаём зависеть от этой планеты как и от десятков других! Один прорыв в лаборатории — и Пандору мы сможем спокойно продать нашим акционерам или даже борцам за защиту природы — Или нашим чудесным учёным. - не забыл добавить Куорич. Паркер как будто не замечая его дополнения откинулся назад на спинке стула, а его улыбка стала шире, превратившись в целую, как сказали некоторые русские коллеги, ЛЫБОЙ. — Это меняет всё. Не просто инструмент для локальных задач. Это выход из зависимости от одного источника. Деньги на исследования — любые. Я даже буду готов свои дать, если всё выгорит. Рамирес задумчиво кивнула. — Теоретически возможно. Нужно интегрировать с свойствами анобтания как стабилизатора. Но это потребует времени, тестов и, возможно, дополнительных образцов. Куорич встал, обвёл всех твёрдым взглядом. — Время у нас есть. Решено. Мы здесь не для борьбы с местными. Мы здесь для прибыли. А эта технология только что сделала нашу прибыль независимой от этой планеты. Экран продолжал показывать схему, а в комнате уже переходили к обсуждению бюджетов, сроков и распределения ресурсов. Пандора именно в эти минуты становилась всё менее важной. Хроно Рифт Краткий Время на вашей стороне, и ваши юниты сохранены для этого. Благодаря способности манипулировать самим временем, Хроносфера постоянно служила объектом экспериментов Союзников по его управлению. В то время как некоторые эксперименты пытались вызвать быструю дестабилизацию и распад молекул посредством распада, другие эксперименты по заморозке времени оказались более успешными. Проще говоря, использование техники манипуляции разломом заключается в том, чтобы фактически отделить часть планеты Земля от течения времени. Люди, машины и даже насекомые заморожены внутри, неуязвимы для вреда, поскольку они полностью отделены от обычного течения времени. Это начало спасать союзнические войска в США от опасности, но также привело к тому, что вражеские силы оказались заморожены, не в силах что-либо сделать против союзнических войск, наступающих прямо мимо них. Реакция Rimworld. Падшая Империя Где-то в ядре галактики, на древнем кольцевом мире «Нексус Вечности», скрытом за завесой псионических бурь. Падшая Империя — одна из сотен других таких же на этом обитаемом конце галактики, проживала свои остатки жизни сотни семей решивших сюда "уплыть" и восстановить Империю под своим началом. Император — обычный человек, мужчина средних лет по имени Валериан Корвус, но на деле ему уже несколько тысяч лет благодаря технологиям воскрешения и переноса сознания. Он правит из крио-капсулы, подключённой к нейронной сети мира, но может материализоваться в голографическом или клонированном теле. Рядом с ним имперский эмиссар — просто высокопоставленный чиновник, адмирал флота по имени Кайра Селест, женщина, которая точно также прошедшая несколько циклов воскрешения и сотни лет жизни. Император Валериан Корвус — в голографическом облике, сидящий на троне из тёмного металла — долго смотрел на проекцию. Его лицо — обычное человеческое, с усталыми глазами человека, видевшего слишком много циклов жизни и смерти — оставалось спокойным, но в голосе сквозила лёгкая ностальгия. — Время... — произнёс он тихо, голос эхом отразился от стен. — Младшие снова касаются запретного. Заморозка потока. Отделение части реальности от энтропии. Сколько раз мы сами использовали подобное... в войнах с Древними, чтобы спасти целые флоты. Мы замораживали системы на тысячелетия, пока угроза не угасла. Он помолчал, кристаллы мигнули воспоминаниями: древние битвы, где планеты замирали в стазисе. — Это не новость для нас. Мы сохранили технологии воскрешения — перенос сознания в новые тела, клонирование, стазис-капсулы, где тело не стареет веками. Хроно Рифт — просто примитивный вариант того же. Сохраняет юниты, делает их неуязвимыми. Хотя по сравнению с нашими технологиями, их открытия, по сравнению с нашими, просто... создание первого огня, когда мы уже летаем по космосу. Хотя у них эти технологии и в промышленном масштабе и они не видели те ужасы которые видели мы. Я даже вспоминаю тот чертов "Монолит" — будь проклят этот искусственный интеллект с завышенным самомнением и с его большим био-лабораторий, а сущности которые он стремится призвать разрывам в ткани реальности с помощью декарей... даже представлять страшно. Адмирал Кайра Селест — в реальном теле, стоящая рядом в чёрной униформе с золотыми нашивками — кивнула, на мысли своего императора. — Дикари всегда не понимают с чем они играются, просто здесь вместо импидов, неандертальцев, свинолюдей, мы видим просто более "умных" представителей человеческого рода. Хотя они не знают о резонансе с пси-полями поэтому мои слова о их "разумности" могут оказаться ложью. Если рифт слишком большой — он нарушит баланс, привлечёт... то, что мы запечатали после Упадка. Наши технологии воскрешения позволяют нам жить вечно, создавать меж пространственные дыры, и иметь бесконечные источники энергии. Но играть со временем — это был риск даже не для нас, а для первой империи, а там и технологии более доступны и людей больше и даже сами технологии более... опасны чем всё что мы имеем. Валериан медленно встал с трона, и его голограмма дрогнула. — Мы не удивлены. Мы помним. Мы пережили циклы, где империи падали от меньшего. Младшие думают, что спасают свои жизни и выигрывают войну. Мы же знаем — они лишь приближают то что никогда не должно быть распечатанно. Он повернулся к Селест. — Не вмешиваемся. Пока. Наблюдаем. Если они приблизятся к тому чему не должны — покажите им цену открытия этой "истины". Подготовь флот к пробуждению. Повторю не для уничтожения. Для спасения. Селест склонила голову. — Как прикажете, мой Император. Валериан угас — голограмма растворилась. — Да. И подготовь, мне баньку, хочу разомнуться, и мне же ещё надо в какой-то новый городок прийти по приглашению. - он слегка улыбнулся, пару раз осмотрев тело Селесты - хм... а знаешь, я передумал пойдёшь со мной, глядишь я тебе спинку протру, молодость вспомним. — Ты не исправим Коша, ни тогда, не сейчас. - произнесла она, толи думая, что надеть в баню, то ли куда бы долбануть императора, чтобы это не посчитались за нападение. — Я не слышу нет! Значит жду тебя, с твоим любимым вином! Реакция Dust 1947. Америка. В Овальном кабинете Белого Дома, январь 1947 года. За окнами Вашингтона тихо падал снег, камин потрескивал, но в комнате повисла напряжённая тишина. Президент Гарри Трумэн сидел за столом, перед ним — толстая папка с грифом «Совершенно секретно» и стопка чёрно-белых фотографий: союзные войска в Европе проходят мимо полностью замороженных советских дивизий — танки стоят как экспонаты в музее, солдаты в кабинах застыли с открытыми ртами, даже дым из стволов висит неподвижно внутри странного серого пузыря. Трумэн сначала просто смотрел, потом резко откинулся в кресле, глаза расширились до предела, сигарета в руке замерла на полпути ко рту. — Рифт?! — почти выкрикнул он, голос сорвался от удивления. — Вы сказали... рифт-технологии?! Хроно-рифт?! Он схватил одну из фотографий, поднёс ближе к лампе, потом другую, потом третью — будто хотел убедиться, что это не фокус. — Господин президент... — начал было генерал Эйзенхауэр, стоявший у стола с папкой в руках. — Нет-нет, подождите, подождите! — Трумэн перебил его, махнув рукой, глаза горели, как у мальчишки, увидевшего новый велосипед. — Послушайте меня, послушайте! У нас же тоже есть такое! Помните Розуэлл? Июль прошлого года, Нью-Мексико? Эта летающая тарелка в прошлом году! Обломки, кристаллы — наши парни уже год ковыряются и говорят: «Это искажает время, вырывает кусок пространства из потока». Рифт! Это рифт-технологии от пришельцев! Теперь мы не будем отставать от "Коминтерна и Оси" в изучении и создании новых технологий! Он вскочил, прошёлся по кабинету быстрым шагом, сигарета в руке дрожала от возбуждения. — Это значит... если союзники уже довели это до боевого применения, а у нас есть реальные образцы с Розуэлла... мы можем в два раза быстрее! В три раза! Соединим их данные с нашими обломками — и у нас будет своя Хроносфера! Своя заморозка времени! Представьте: замораживаем всю Красную Армию на марше к индийской границе — и просто проходим мимо. Или защищаем Нью-Йорк, Вашингтон, весь Восточный берег — один большой пузырь, и никакая бомба не пройдёт! Он остановился у окна, глядя на снег, но явно видя перед собой совсем другие картины. — Это не просто удача, генерал. Это знак свыше. Мы сбросили атомные бомбы — и смогли продвинуться во Франции до Парижа! А теперь... теперь у нас есть шанс не просто победить а закончить её. Передайте всем: новый проект, высший приоритет. Берём всё из Розуэлла, всё из Европы — и вперёд. Мы не просто догоним. Мы обгоним всех. Трумэн повернулся, глаза всё ещё блестели от чистого, неподдельного удивления и азарта. — Чёрт возьми, я думал, атомная бомба — это пик. А тут... рифт из другого мира и заморозка времени. 1947 год только начался, а я уже чувствую — история повернулась. И на этот раз мы будем за рулём.