Акт милосердия

В дверь звонят, а у Арсения всё внутри сжимается, неужели прохожие уже вызвали полицию и представители закона выяснили кто это и что с ним случилось? Хотя, наверное, смерть своих они будут расследовать с космической скоростью. Арсению страшно. И скорее даже от осознания того, что он сам не знает, что происходит и кто в смерти Руслана виновен. Он не верит, что способен на убийство. Не верит в призраков. Не верит в раздвоение личности, которое может быть у него, не верит, что это случилось и он даже в какой-то степени свободен от этих отношений, но не свободен от уголовной ответственности. Арсению хочется спрятаться, но стук слишком настойчивый. Он идёт в прихожую и распахивает дверь, собираясь изображать человека, убитого горем, хотя будь это так, он должен был прибежать к хладеющему трупу своего бывшего и рыдать над ним. На пороге не сотрудники полиции, а тот, из-за кого в своем зрении он начинает сомневаться. И это не живой Руслан, хотя такое было бы даже правдоподобней. Перед ним Антон, и этот Антон выглядит как-то по-другому. — Что здесь происходит? Попов тяжело оседает на пол, ему хватит потрясений на этот день. — Я потом всё объясню, сейчас нужно кое-что быстро сделать. Дашь мне листочек из какого-нибудь блокнота Руслана и покажешь, где можно взять ручку, которой пишет... писал обычно он? Арсений не понимает, почему подчиняется. — Как ты здесь очутился, ты же пропал? — Арсений всё же не может уже без ответов, но его мягко осаждают, обещая объяснить после этого. Попов только теперь замечает, что этот человек в перчатках, Антон что-то выводит знакомым почерком, один в один копирующим почерк его покойного парня. Странно всё это. — Если придёт полиция покажи им это, — говорит Антон, протягивая ему листок и оставляя ручку на столе. — Ты не видел, как он это сделал, когда дело закроют, ты можешь делать всё, что угодно. Но сейчас, пожалуйста, придерживайся версии, что это суицид из-за чувства вины. Стокгольмский синдром, я думаю, ты знаешь, что это такое, изобрази привязанность к Руслану. Ты его не любил, но ты не мог без него, не представлял своей жизни без этого человека. Не переигрывай со слезами, лучше будет изобразить потерянность. Ты не знаешь, что делать дальше. Антон даёт инструкции, но Попову очень хочется остановить его и потребовать объяснение, но он не может на это решиться. Он всё ещё думает, что это игры его больного мозга. После такого психушка, наверное, будет для него раем. В дверь снова стучат, Арсений уже теряется во времени, кажется, проходит где-то час. Антон заходит в его комнату и куда-то исчезает, Попову становится всё страшнее за своё состояние. На этот раз это полицейские, и Арсений узнаёт в них друзей Руслана. Похоже, всё обещает быть максимально серьёзным. Его спрашивают, где он был и что произошло. Арсений протягивает им записку дрожащими руками. Сейчас бы ему точно не помешала чужая поддержка, но, если кто-то увидит Антона, у него будут проблемы, а вероятнее всего те его и не увидят, а сразу поймут, что Попов сумасшедший. «Арсений, я много думал над всем, что было между нами, и я не смог этого выдержать. Я сильно любил тебя и от этого сходил с ума каждый день, я плохой человек, и всё, что я себе позволял, — это непростительно. Возможно, ты и сможешь простить меня когда-нибудь, но сам я никогда себя не прощу. Поэтому я делаю с собой подобное. И прошу тебя, чтобы ты жил дальше и нашёл себе человека, который будет лучше. Я не могу больше жить, зная, что ты чувствуешь в моём присутствии, и бросить я тебя не могу, потому что ты мой и всегда будешь моим и без тебя я не знаю, как быть. Пожалуйста, не смотри на то, что я сделал с собой, и попытайся вспомнить о чём-нибудь хорошем, что я для тебя сделал.

Больше не твой, Руслан».

— Как-то слишком приторно, — тянет один из полицейских. — Да не, Руслан он как раз такой, это с нами он себя ведёт по-другому, а тут, посмотри, какая куколка, думаю, иначе он бы и не сказал. — подтверждает один из товарищей. — Но нам всё равно нужно его допросить, — другой полицейский кивает на Арсения. — Проедем в участок или хотите дать объяснения на месте? Попов специально медлит с ответом и соглашается рассказать всё здесь, а дальше идёт чистая импровизация. Он говорит, что они сближались, что после сближения Руслан отошёл на балкон, чтобы покурить, а потом Арсений заметил записку на столе, побежал к нему и увидел то же, что и все прохожие: тело, разбившееся в лепёшку. Попов не смог его ни остановить, ни до конца осознать это. Также Арсений рассказывает, насколько они близки были, а ещё рассказывает, что Руслан иногда приносил ему боль, но он терпел. Приходится выгораживать этого человека, говорить, что он прав. — Насилие в отношениях это не норма, — замечает кто-то из адекватных полицейских. Арсений с ним согласен. Но почему же он тогда сам не ушёл? Такой вопрос ему могут задать, если он ляпнет что-то лишнее. — Я тоже не мог без него, что бы он ни делал, у нас же были отношения и мы были близки. И я не знал, как можно жить без него. И сейчас не хочу об этом думать. Арсению тошно от того, что он говорит, но он выбрал незаконный вариант мести, поэтому теперь приходится для законников всё сделать прозрачным и понятным. С ним заканчивают, и полицейские покидают квартиру, забирая письмо и ручку на экспертизу. Арсений наконец-то остаётся наедине с собой, но это не точно. — Антон, — зовёт парень, — теперь расскажи мне всё срочно, — умоляет он. Антон выходит из шкафа в прямом смысле слова, и Попов убеждается, что это не галлюцинация, хотя, возможно, он просто по-другому воспринимает мир. — Я понимаю, что у тебя много вопросов, — отвечает Шастун. — Я постараюсь всё рассказать с самого начала. Попов кивает и готовиться слушать, ему давно это было нужно. — С Русланом мы познакомились в участке, я был типичным хулиганом, рисовал граффити, лазил по крышам и громко матерился в общественных местах, а также распивал там алкогольные напитки, и я был ещё даже несовершеннолетним. Он меня «спас» от штрафа, точнее от вызова родителей и привлечения их к ответственности, и поэтому я чувствовал себя обязанным и согласился на свидание с ним не думая. Вначале он показался мне добрым, порядочным человеком, и мы начали встречаться. А дальше у меня погибла в несчастном случае семья и не оставалось вариантов, куда податься, квартиру мы арендовали, деньги у меня были отложены на счету, но их ненадолго бы хватило. Арсений слушает, и что-то кажется ему очень знакомым. — У меня тоже погибли родители после встречи с Русланом. Это похоже на паранойю, или тут реально возможен вариант, что он избавился от родственников, привязывая нас к себе? — спрашивает Арсений. Антон пожимает плечами и внимательно на него смотрит. — Я не задумывался об этом, но я не знал, что это не единичный случай, а так и правда походит на то, что это его план. — Шастун тяжело вздыхает и продолжает свой рассказ. — В отношениях Руслан делал всё то же, что и с тобой, и в один момент он сильно напился и избил меня до такого состояния, что я потерял сознание, больше в него я и не приходил, будто в бреду я видел, как он тащит меня из квартиры и что-то делает. А потом я был одновременно здесь и не здесь, вокруг меня была пустота и только одна эта квартира. Но он меня не видел, да и больше не с кем было общаться. Я думал, что всё это из-за него. Когда появился ты, я стал ненавидеть его ещё больше, потому что он много боли тебе причинил. И я не выдержал, я чувствовал, что он близок к моменту, когда он это сделал со мной. Я понимал, что вероятнее всего связан с ним и умру, если решу от него избавиться, — Шастун морщится, — и я готов был к подобному, поэтому толкнул его вниз. Ради себя и ради тебя. Он этого заслужил. А потом я оказался там. — Антон кивает на дверь. — Видимо, его энергия перешла ко мне и я ожил каким-то странным образом. Арсений тянется к нему, хочется убедиться, что Антон правда живой человек. — Сходим завтра к врачам? — просит Арсений. Он мечтает, чтобы это было правдой и чтобы в один момент Антон не испарился в воздухе. — Я отдельно схожу, тебе нельзя выходить из дома несколько дней, пока они всё расследуют. Попов соглашается, другого выбора у него и нет. Он потрясён, ему плохо и страшно. Не хочется оставаться одному, и поэтому, когда Шастун говорит, что пойдёт спать в соседней комнате, Арсений даже хватает его за руку. — Можешь остаться здесь, пожалуйста? — Если ты хочешь. Попов не знает, как воспринимать этот ответ, он какой-то отстранённый, будто Антон сам не желает, но спрашивать его об этом Арсений не решается. Возможно, после всего случившегося ему требуется личное пространство, но этому человеку он слишком доверяет, тот видел его в наихудшие моменты жизни и поэтому сейчас он не воспринимается как чужой, тем более Попов не ощущает в нём угрозы. Чувствовать Антона ему нравится, нравится к этому человеку прикасаться, слышать его дыхание. Какая же большая разница оказывается между тем, как он воспринимает рядом Антона и как воспринимал Руслана. С Антоном они повязаны убийством, и Попов надеется, что это пока что будет держать их вместе, а по-хорошему, он очень хотел бы, чтобы Антон никуда не уходил. Всё, что тот делал, могло ли быть лишь милосердием? Арсений с ужасом осознаёт, что такая версия кажется правдоподобной, и ему помогали, только потому что жалели и не хотели, чтобы кто-то через такое же проходил. Попов же точно ощущает не просто благодарность к этому человеку. Он чувствует то, что никогда не смог бы испытать к Руслану. И ему так хочется построить что-то здоровое, крепкое и основанное на любви, но с другой стороны, похоже, нет подобных желаний. Во сне Арсений видит Руслана, тот его душит, тот выжил и винит по всём его и обещает убить. Арсению страшно, он пытается бежать, но ноги словно прирастают к земле. Он просыпается в холодном поту и садится на кровати, в которой он оказывается один. Попов трёт глаза, надеясь, что появится Антон, но чуда не происходит. Арсения трясёт, он так не хочет, чтобы всё это было его больной фантазией. Глаза сухие, даже плакать не получается, только кричать от отчаяния в подушку, чтобы не разбудить соседей, хотя те и так постоянно, наверное, слышали крики Руслана, так что сейчас не придадут этому значения. Попов так хочет вырваться из этой ловушки, клетки, он задыхается. Арсений делает самую большую ошибку, он выходит на балкон, надеясь вдохнуть воздуха, но перед ним проносятся картинки смерти его бывшего. Зато на балконе курит Антон, и Попов еле удерживает в себе порыв броситься ему на шею. Но нельзя, не поймут. Арсений заверяет себя, что с другой стороны к нему ничего нет и привязываться ещё больше или стеснять комфорт этого человека он не должен. Он молча стоит и смотрит на Шастуна и вниз, где на асфальте видны мокрые разводы, вероятно, там ещё осталась и кровь Руслана. Попов подходит к самым перилам, в голове всё крутится навязчивая мысль — прыгнуть, но он её отгоняет. Сзади подходит Антон и набрасывает ему на голые плечи рубашку. — Что не спишь? Арсений уже плавится от такой заботы. — Он снится, — морщится Попов, стараясь не вспоминать. — Как я могу помочь? — интересуется Антон. Арсений и сам не знает, он точно не сможет ни на что отвлечься. Хотя есть один способ, который заставит переживать Арсения о другом. — Зачем ты мне помогаешь, помогал? И почему сейчас остаёшься рядом? — возможно, это только из-за неимения жилья. Попов чувствует себя дураком. — Потому что ты не заслуживал такого. Ты заслуживаешь лучшего, — отвечает Шастун. Этого точно недостаточно. — Это был просто акт милосердия? Попов не знает, чего добивается, но есть у него подозрение, что его аккуратно отошьют. Но зато он больше не будет мечтать, а будет точно знать, что делать. Боже, о чём он думает? У него убили бывшего, вина может лечь на его плечи. А его волнуют чувства. Если его посадят, в тюрьме это навряд ли будет иметь хоть какое-то значение. — Ты мне понравился сразу, — заявляет Антон, — блин, извини, тупо звучит. Но ты мне был интересен с самого начала, поэтому я и показался тебе. Уже потом, когда я увидел, что он с тобой делает, мне захотелось от него избавиться. Я понимаю, что после всего, что ты пережил, ты не хочешь никого подпускать близко, я такой же, мне страшно впускать в свою жизнь ещё одного человека, потому что боюсь повторения, но тебе я верю. Ты знаешь, что это такое, знаешь, что я чувствую, и, я уверен, мы сможем друг другу дать то, что заслуживаем. Арсению этот план нравится, но пока не стоит заглядывать наперёд, нужно дождаться того, что там решится с Русланом. Попов смотрит на этого человека, отвечать он не готов, но готов подойти ближе. Дыхание перехватывает. Вот он, Антон, живой, рядом, и третьего лишнего с ними нет. Это ли не всё, о чём он мечтал? Шастун к нему тянется, но ненавязчиво. Он даёт выбор, и Арсений теряется. Да, он безумно этого хочет, но что-то его останавливает. Антон легко касается его губ, и это становится спусковым крючком, Арсений резко к нему прижимается, стукается с ним зубами, носами, кусает. Поцелуй получается агрессивным, потому что он боится отпустить. Шастун его успокаивает, поглаживая по плечам, и Попов наконец ловит нормальный темп и больше не пытается высосать из партнёра всю оставшуюся жизненную энергию. Он наконец-то отпускает себя и наслаждается. И даже вкус и запах сигарет ничего не портит. Хотя Арсений негативно настроен к любым вредным привычкам после Руслана, здесь он может даже слегка романтизировать этот момент. Антон отрывается и притягивает его к себе в объятия. — Всё скоро закончится, осталось немного! И мы свалим из этого чёртового дома, переедем, хочешь, даже куда-нибудь за границу, и покажем друг другу то, чего нас лишили. — обещает Антон. Но это ложь. Дни тянутся невероятно медленно. Через три дня приходят из полиции, подтверждая, что это был суицид, и Арсений облегчённо выдыхает, потом приходится съездить к нотариусу. Руслан завещает квартиру ему, и Попову кажется, что это тоже Антон постарался, но тем не менее это очень даже хорошо. Шастуну, кстати, врач говорит что с ним всё в порядке, лишь витаминов каких-то не хватает, и Арсений не понимает, почему в его жизни такая вот белая полоса. Омрачают её только сны, в них приходит Руслан, и Попов часто просыпается с криком посреди ночи, хорошо, что Антон рядом и знает, как его успокоить. Арсения мучает совесть, но он уже вроде решил, что поступает правильно. Он не собственными руками столкнул туда Руслана, да и помешать навряд ли бы смог. Но зато Антон сделал это ради него, и, если этот человек на такое способен, страшно представить, на что ещё, хотя Арсений понимает, что это бред — бояться Антона, тем более тот сам был мёртв в тот момент, вроде. Шастун не убийца, он скорее герой, который готов пожертвовать собой ради того, чтобы кто-то другой жил спокойно. Арсений не в курсе, как в нём уживаются эти два диаметрально противоположных мнения. Как только все дела улажены, Попов спешит продать квартиру, денег как раз хватает на переезд и на покупку новой. Антон добавляет свои сбережения, у него, оказывается, неплохо за это время вклады дали прибыль и на счетах накопилась весомая сумма. В город переезжают не слишком далёкий, но влюбляются в его спокойствие и тишину. И всё вроде хорошо, но Арсений прийти в норму никак не может. Что-то не так, будто всё это иллюзия, какой-то сон, и он до сих пор находится в лапах Руслана, который сделал с ним то же самое, что и с Антоном. А никакого Антона и не было, и это всё его проблемы с головой. Попов записывается к врачу, психотерапевтам он не верит особо, но помощь ему явно нужна. Антон соглашается на периодические парные сеансы. Также Арсений устраивается на подработку, а ещё идёт на актёрские курсы. Антон его поддерживает, Антон готов дать ему денег на исполнение его мечты, и в это всё ещё не верится. — Ты слишком хороший, тебя не существует… — периодически Попов высказывает свои опасения Антону, и тот старается доказать, что Арсений заблуждается. Он не живёт, а существует, пытается справиться, но каждый раз становится всё хуже. И вроде он оправляется от одного кошмара, но в другой попадает. Попову страшно, он ни в чём не уверен. Антон только его крепко обнимает. Никакой близости между ними нет, им хватило, и тело, даже желая удовольствия, воспринимает чужое присутствие как угрозу. Арсений ищет точки заземления, ищет детали, за которые можно ухватиться и благодаря которым — понять, что этот мир настоящий. У Антона потные ладони, когда тот был призраком, такого не чувствовалось, у Антона звонкий смех, раньше он не смеялся, они оба, у Антона длинный язык и в самом прямом смысле слова, целуется с ним он шикарно, наверное, и не только это. От Антона пахнет чем-то сладковатым, и Арсений подсаживается на этот запах. Антон настоящий, и Попов постепенно убеждается, что и он тоже. А значит, всё получилось и впереди у них множество возможностей, которые нельзя упустить. Арсений верит и успокаивается. Больше в его жизни не будет монстров, он их не впустит.